ПОЗИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ В НЕГАТИВЕ ч.1 | тгк: ЕЛИЗАВЕЩАЕТ
Предисловие Легализованное избегание проблем стало слишком распространённым явлением. Оно уже получило мотивационные формы, выдаётся за признак внутренней силы. Но по сути это всё тот же отказ встретиться с реальностью. Люди закапывают в себе эмоции, пытаются во что бы то ни стало «переписать» своё мышление в позитивную сторону, надевают розовые очки, потому что слишком больно видеть и признавать несправедливую, нечестную, жестокую реальность.
Особенно остро это проявляется в том, как сегодня интерпретируют позитивную психологию. В своей чистой форме этот подход несёт ценный посыл и даёт отличные результаты. Но сейчас, прикрываясь её риторикой, многие научились оправдывать то, что с ними произошло, лишь бы не признать факт травмы. Мозг человека нацелен на выживание. Его главная задача — максимально быстро убрать любую боль и оградиться от её источника, даже если для этого нужно искажать воспоминания или «стирать» их фрагменты. И здесь легализованное избегание играет на руку этому механизму: оно поддерживает иллюзию, что проблема решена, хотя на самом деле она просто загнана глубже.
Это не лечит… и уж тем более не меняет сути пережитого. Напротив, вместе с самой травмой формируется новый слой психологических защит, который ещё сильнее отгораживает доступ к её корню. И этот корень продолжает работать — каждый день, в виде навязчивых паттернов поведения, внутреннего напряжения, нервных срывов, трясущихся рук, постоянного чувства подавленности. Травма напоминает о себе, но ей дают другое название — «благословение во имя личностного опыта».
Цель данной статьи — показать, где её использование действительно помогает, а где — становится опасным инструментом обхода реальной внутренней работы.
ЧТО ТАКОЕ ПОЗИТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ
Фраза «Да, это случилось со мной, но я могу переработать это в ценный опыт» стала одним из ключевых девизов современного общества. Она часто звучит на тренингах, в блогах, в личных разговорах и воспринимается как показатель зрелости и внутренней силы. В основе этого подхода лежат принципы позитивной психологии — научного направления, которое в конце 1990-х предложил американский психолог Мартин Селигман. Задача Селигмана и его коллег была сместить фокус психологии с поиска и устранения дефицитов на развитие сильных сторон личности. Основная идея: человек способен быть не только «исправленным» после проблем, но и изначально счастливым, устойчивым, внутренне наполненным.
В рамках позитивной психологии особое внимание уделяется:
- сильным сторонам личности — выявлению и использованию уникальных качеств человека;
- поиску смысла — нахождению ценностей и целей, придающих жизни глубину;
- устойчивости к стрессу — умению сохранять работоспособность и эмоциональный баланс;
- практикам благодарности — регулярному осознаванию позитивных моментов;
- рефреймингу — переосмыслению событий так, чтобы они вызывали меньше боли и больше понимания.
Классическая позитивная психология давно доказала эффективность при умеренных стрессах, временных трудностях, профессиональном выгорании, периодах разочарований без тяжёлых последствий и т.д. В этих и подобных случаях она прекрасно помогает регулировать эмоциональное состояние, быстрее восстанавливаться и повышать удовлетворённость жизнью.
НО ОНА ВЫШЛА ЗА ПРЕДЕЛЫ ЗОНЫ БЕЗОПАСНОСТИ
За последние годы позитивная психология всё чаще используется в контексте, для которого она не была задумана, — в работе с глубокими травмами и тяжёлыми эмоциональными состояниями. Даже возникает идея, что даже серьёзные травматические события можно и нужно сразу переработать в «полезный опыт» и «ценные навыки». Люди пытаются перекрыть острую внутреннюю боль установкой: «Это поможет мне стать сильнее», «Я извлеку урок», «Я благодарен за этот опыт». На поверхности это выглядит как зрелая позиция, но на практике часто превращается в эмоциональный обход — попытку миновать этапы проживания негативных эмоций и перейти напрямую к «осознанным выводам».
Проблема в том, что это срабатывает скорее как психологическое обезболивание. Оно снижает интенсивность эмоциональной реакции, но не устраняет источник. Сама же боль притупляется, но не исчезает. Глубинная травма, обесценивание в детстве, утрата, насилие или другие тяжёлые события требуют длительной и постепенной работы, включающей контакт с негативными переживаниями и признание их в своей жизни, а не только их переосмысление. Преждевременный переход в позитив блокирует естественный процесс исцеления, а вытесненные эмоции позже проявляются через психосоматические симптомы, хроническое напряжение, эмоциональное выгорание, трудности во взаимоотношениях...
ОСОБО ОПАСНАЯ ТЕНДЕНЦИЯ — «УСКОРЕННОЕ УГЛУБЛЕНИЕ»
Относительно недавно я встретила еще один способ применять позитивный подход, особенно опасный. Так называемое «ускоренное углубление». Оказалось, что данный способ работы с травматикой совершенно не редкий случай. Он проявляется, когда человеку предлагают пойти вглубь собственных переживаний, но при этом удерживать исключительно позитивный фокус — например, искать благодарность к травмирующему опыту или сразу формулировать, чему он «научил». Беда в том, что такая стратегия не даёт прожить шок, злость, обиду, горе. Эти чувства остаются внутри, и в долгосрочной перспективе их подавление осложняет восстановление. Психика, не прошедшая через полное проживание, не перестраивается — она фиксируется в состоянии внутреннего напряжения, маскируемого внешним «благополучием».
Даже по меркам человечности весьма жестоко предлагать удерживать исключительно позитивный фокус на том, что когда-то могло сломать человека. Не находите?
А ведь такая стратегия не позволяет прожить шок, злость, обиду, горе. Эти эмоции остаются внутри и, не находя выхода, со временем только усиливают внутреннее напряжение. В долгосрочной же перспективе их подавление осложняет восстановление. Психика, не прошедшая через полное проживание, не перестраивается — она фиксируется в состоянии внутреннего напряжения, маскируемого внешним «благополучием».
ГРАНИЦА ПОЛЕЗНОГО ПРИМЕНЕНИЯ
Важно понимать, что позитивная психология весьма эффективна как инструмент поддержания ресурса, регуляции состояния и поиска возможностей в сложных, но не критических обстоятельствах, и она правда прекрасна при грамотном применении. Тем более, что с помощью данного подхода можно мягко вводить человека в более глубокую терапию при сильном сопротивлении, далее переходя на другие методы. Но использование её принципов для быстрой «переработки» глубокой травмы может навредить. Короче говоря, при работе с серьёзной проблемой позитивная психология должна быть лишь частью процесса, а не его заменой.
Там, где требуется проживание боли, признание несправедливости и работа с тяжёлыми чувствами, преждевременный «позитив» способен не облегчить страдания, а закрепить их глубже.
В следующей части я расскажу, как именно позитивная психология превращается в инструмент избегания, а также разберу психологические механизмы вытеснения на конкретных примерах.