Netflix против Стейнбека: Почему «К востоку от рая» может провалиться, если превратит абсолютное зло в жертву обстоятельств

Netflix замахнулся на святое. В 2026 году стриминг-гигант планирует выпустить мини-сериал по монументальному роману Джона Стейнбека «К востоку от рая». Ожидания, мягко говоря, зашкаливают. Для американской литературы эта книга 1952 года — как Библия (во многих смыслах, учитывая аллегорию на Каина и Авеля), а Стейнбек — неоспоримый титан.

У руля проекта стоит Зои Казан. Здесь мы наблюдаем интересную династическую иронию: Зои — внучка легендарного Элиа Казана, который снял культовую экранизацию 1955 года с Джеймсом Дином. Казалось бы, преемственность поколений должна гарантировать качество. Однако, если шоураннер и Netflix захотят превратить свою версию в успешный хит, а не в дорогую ошибку, им придется пройти по лезвию ножа в трактовке одного конкретного персонажа.

Netflix смещает фокус: Все внимание на Кэти Эймс (и Флоренс Пью)

Пока подробности проекта хранятся в секрете, сравнимом с уровнем допуска к кодам запуска ракет, кастинг уже известен и вызывает уважение. В сериале задействованы Кристофер Эбботт (в роли Адама Траска), Майк Фейст (в роли его сына, бунтаря Калеба) и мастодонт Киаран Хайндс. Но главной звездой, безусловно, станет Флоренс Пью, которой досталась роль Кэти Эймс — пожалуй, главной антагонистки во всем творчестве Стейнбека.

Именно здесь кроется главный риск и главная интрига. Новая версия планирует сместить фокус повествования с библейских страданий семьи Трасков на перспективу самой Кэти. С точки зрения маркетинга это блестящий ход: Флоренс Пью умеет играть сложных женщин так, что у зрителя мурашки бегут по коже. Кэти — невероятно прописанный персонаж, чей яд пропитывает каждую страницу романа. Дать ей слово — идея не ужасная, но дьявольски опасная.

Кэти Эймс обязана остаться чудовищем, а не «непонятой душой»

Чтобы эта адаптация сработала, шоураннерам нужно набраться смелости и сделать то, что современный Голливуд делать разучился: позволить женщине быть злом. К концу сериала должно быть кристально ясно, что Кэти Эймс — не просто «сложная», а откровенно злодейская, если не сказать демоническая натура.

Любой, кто открывал книгу, подтвердит: Стейнбек описывал её как «психического урода», существо, лишенное совести так же, как иные рождаются без конечности. Она — одно из самых изысканных воплощений зла в литературе XX века.

У Кэти есть предыстория, есть мотивы, и она часто действует жестоко по вполне конкретным причинам. Но она — не антигерой. Она не Уолтер Уайт, которого заставила жизнь, и не Малефисента, которой просто нужно было обрезать крылья. Центральная тема романа — концепция «тимшел» (timshel), что с иврита переводится как «ты можешь». Человек может выбирать между добром и злом. Главная трагедия и величие Кэти в том, что она всегда сознательно выбирает зло. Если Netflix отнимет у неё этот выбор, списав всё на «травму», они уничтожат философское ядро книги.

Превращение хищника в жертву убьет суть персонажа

Главный страх фанатов заключается в том, что сериал попадет в ловушку «синдрома оправдания злодея». Мы видели это сотни раз за последние годы: берется канонический негодяй, и нам показывают его плаксивый флешбэк, чтобы мы поняли: «О, бедняжка, это общество сделало её такой». Это верный способ лишить злодея его субъектности (agency).

Кэти Эймс страшна именно потому, что она не жертва. Она — хищник. Перед ней регулярно открываются двери к нормальной жизни, к добру, к искуплению, но она с холодной ухмылкой захлопывает их. Её злодеяния — это акт воли, а не рефлекс загнанного зверя. В ее прошлом есть мрачные пятна (например, сгоревший дом с родителями внутри — событие, которое, напомним, организовала она сама), но это были её решения.

Если Netflix попытается сгладить углы и превратить Кэти в символ борьбы с патриархатом 19 века или просто в несчастную женщину, загнанную в угол, они обесценят саму идею свободы воли, ради которой Стейнбек и писал эту книгу. Мы надеемся, что Флоренс Пью позволят сыграть настоящего монстра, а не очередную версию «непонятой девочки», которой просто нужны были объятия.