После фронта — в никуда. Сотни тысяч бывших участников вторжения не могут найти работу в России — вот их истории
250 тысяч участников вторжения в Украину остались без работы после возвращения в Россию. Об этом в конце декабря сообщил высокопоставленный чиновник Кремля, однако вскоре «по звонку сверху» публикации с этой цифрой начали исчезать. Российские власти тратят миллиарды рублей на программы поддержки ветеранов, однако на практике многие из них всё равно не могут найти себе место «на гражданке». Бывшие военные рассказали «Вот Так», как им отказывают в приеме на работу и почему некоторые из них готовы вернуться обратно на войну.
Три контракта и одно разочарование
Отец четверых детей Василий, став инвалидом войны, с трудом сумел найти работу охраником. Василий родом из небольшого — 5 тысяч жителей — поселка в Курской области. Мужчине исполнилось 39 лет, когда в марте 2022 года он подписал контракт с БАРСом — добровольческим формированием Минобороны РФ.
Затем Василий на полгода попал в «Вагнер» — частную военную компанию, которую организовал бизнесмен Евгений Пригожин. После конфликта с Минобороны и смерти Пригожина ЧВК перешла под управления МО РФ, поэтому в третий раз Василий подписал контракт уже с Минобороны.
«Оттарабанил [в “Вагнере”], пришел, зарплату получил, всё. Ни проблем, ни кипиша. В Минобороны такое красивое стелили. Обещали одну зарплату, но по факту я нормальную ни разу не получил: то там кусок, то тут кусок, кусками ее выплачивали. Полностью она никогда не приходила», — говорит Василий «Вот Так».
В июле 2024 года Василий получил ранение — ему оторвало кисть руки. Из-за травмы военного признали негодным и комиссовали. Вернувшись домой, по словам бывшего участника вторжения, он оказался никому не нужен: до войны мужчина работал руками на производстве, но снова прийти туда уже не мог, а в других местах ему отказывали в трудоустройстве.
«Когда я еще в госпитале лежал, в центре протезирования, мне сказали: “Приедешь — тебе место в военкомате будет”. Я в военкомат пришел, а мне ответили: “У тебя нет правой кисти, ничего личного, но ты ни писать, ни печатать не сможешь”. И просто культурно мне отказали. Сказали, мол, давай, что-нибудь там ищи, чем можно заняться», — рассказывает Василий.
Позже курские чиновники предложили ему место разнорабочего за 15 тыс. рублей, но в другом поселке. От вакансии бывший военный отказался: из-за предполагавшихся разъездов для него это оказалось совсем не выгодно.
«На войне обещают, конечно, золотые горы, а по факту — никому ничего. Ранение когда получил, они мне дали II группу [инвалидности], общие заболевания. Заявили, что у меня была невоенная травма. Я очень долго воевал с пенсионным фондом, чтобы доказать, что у меня боевое ранение», — говорит бывший военный.
Василий признаёт, что найти работу для бывшего военного «на гражданке» сложно, а иногда практически невозможно. Несколько его знакомых уже месяцами не могут никуда устроиться.
«Кто-то уходит в запой. У меня есть товарищ с позывным “Колхозник”, ему ноги оторвало. Как протезы выдали, он как-то это не так воспринял и начал на стакане сидеть. Другой товарищ, который меня тащил четверо суток до эвакуации, тоже, вернувшись [“на гражданку”], поты́кался-помы́кался. Работал раньше на железной дороге, а обратно не взяли. Сказали, что после возвращения он может быть неуравновешен», — рассказывает Василий истории своих друзей.
Такси и охрана: куда берут ветеранов войны
Работу бывший военный всё же нашел — охранником. По словам Василия, начальник понимает, что больше ему никуда не устроиться из-за II группы инвалидности и отсутствия кисти, поэтому и предложил работать у него. Гражданская зарплата небольшая: прожиточный минимум плюс пенсия, которая вместе с ветеранскими выплатами составляет около 26 тыс. рублей.
«Да и куда ты еще устроишься? Кому ты нужен? Я раньше водителем на грузовых автомобилях ездил, а сейчас я куда сяду без одной руки? На механике ездить я уже не смогу. Хозяйство свое как держать с одной рукой? Ни сена накосить, ни во дворе убраться», — говорит он.
Несмотря на то, что Василий потерял на войне кисть руки, он не жалеет, что участвовал во вторжении в Украину.
«Я когда первый раз туда приехал, думал, больше не поеду. Ну а потом вспомнил, что я там видел, что там вот эти нехристи творили. Фашисты. Поехал. Я бы и дальше воевал, если бы не оторвало кисть. Была бы возможность, я бы сейчас поехал даже», — говорит участник войны.
Вернуться обратно на войну хочет и 21-летний Иван из Красноярска. Он попал в Украину практически со школьной скамьи. Рассказывает, что пошел воевать не из-за денег, но при этом уточняет, что он не фанат войны.
«Война не может нравиться здравому человеку. Но я не жалею, что я пошел. Я бы и сейчас пошел. Там всё по-настоящему, там нет таких людей, как на гражданке, там братство», — рассказывает бывший военный.
Чуть больше года назад Иван после взрыва лишился примерно половины каждой стопы. Долгое время он пролежал в госпиталях и по итогу получил категорию «Д» — не годен к военной службе. Вернувшись домой, он долго не мог найти работу — в большинстве случаев получал отказы. В итоге Иван устроился таксистом.
«На самом деле, я не могу в себя прийти до сих пор и привыкнуть к мирной жизни. Власти особо не помогают, приходится таксовать. Сейчас я получаю пенсию — 10,5 тысячи рублей, и ветеранские — 8,3 тысячи рублей. Их, конечно, не хватает. В такси [зарплата] от 4−5 тысяч [рублей] в день. Я сам справляюсь, мама у меня работает, но я помощи не прошу», — говорит бывший военный.
Правда, по его словам, водить машину с такими травмами, которые он получил на войне, непросто, поэтому Иван обратился к губернатору Красноярского края, чтобы тот помог ему с трудоустройством.
«Мне тяжело ходить. И на работе сложно. Меня не берут в МВД, в армию меня больше не берут из-за травмы. Я обращался к губернатору по поводу трудоустройства. Пообещали помогать», — говорит Иван.
Почему бывших военных не берут на работу
Михаил родом из Луганской области — бывший шахтер, который из-за войны остался без работы. На фронте он воевал за Россию и получил минно-взрывную травму, после которой его списали из армии. Как и Иван из Красноярска, Михаил сейчас работает таксистом в оккупированном россиянами Луганске, но нелегально, потому что другой нормальной работы для него нет.
«Предлагают дворником или смотрителем на кладбище. Нужно кормить семью, на здоровье вообще свое забил: лечиться дорого и вообще некогда! У меня физподготовка, судимости нет! Рад бы работать, но не берут! Такова реальность, выживание», — сетует Михаил.
250 тысяч бывших военных в России остались без работы
Еще чуть более 20 бывших военных, с которыми связался «Вот Так», не стали рассказывать о сложностях, с которыми они сталкнулись в поиске работы на гражданке. Однако своими комментариями в пабликах все они подтвердили, что проблемы есть: в полицию их не берут, военкоматы тоже не помогают, а из доступных остаются вакансии таксистов или охранников. Публично бывшие участники вторжения об этом не говорят, потому что всё еще верят, что власти исправят ситуацию и начнут помогать им.
В конце прошлого года высокопоставленный чиновник из администрации президента России Сергей Новиков сообщил, что 250 тысяч бывших военных не работают после возвращения с войны.
«Вернулись, не работают, либо тратят деньги, которые получили, либо другим способом промышляют <…> А в целом 250 тысяч людей <…> нигде не трудоустроились <…> Мы должны, конечно, этим заниматься», — сказал Новиков.
Статистику начали перепечатывать государственные СМИ, но вскоре заметки о безработице среди бывших военных начали редактировать: цифра в четверть миллиона человек превратилась в «несколько десятков тысяч».
Издания отредактировали свои же материалы «по звонку сверху», сообщала журналистка Фарида Рустамова. Ее собеседник в правительстве рассказал, что новости цензурировали, потому что для российских властей эта информация оказалась чувствительной.
Как участников войны пытаются пристроить на работу
Российские власти официально запускают десятки программ для помощи и переобучения бывших военных, которые участвовали в войне против Украины и по состоянию здоровья или другим причинам вернулись домой. Известно как минимум о 300 программах, которые действуют по всей России.
Помимо этого, власти предлагают вводить квоты для организаций при трудоустройстве ветеранов, вернувшихся с войны в Украине. Например, в Омской области муниципальные учреждения смогут получить более полумиллиона рублей за создание рабочего места для ветерана войны в Украине.
В прошлом году заработала федеральная программа субсидий для предпринимателей, которые нанимают бывших военных. Им полагается выплата в размере трех минимальных размеров оплаты труда (МРОТ) или более 80 тыс. рублей. Если на работу возьмут ветерана с инвалидностью, то сумма субсидии увеличится до 190 тыс. рублей.
Сколько всего денег власти тратят на поддержку военных, вернувшихся из Украины — неизвестно, но суммы исчисляются десятками миллиардов рублей.