Страна во мгле. Пять лет белорусским протестам — напрасен ли был тот взлет народного духа? Колонка Александр Класковского
Ровно пять лет назад Беларусь попыталась изменить свою историю. Жители страны вышли на улицы, чтобы отстоять честные выборы. Спустя пять лет режим Лукашенко стал только жестче, а страна — глубже зависима от Кремля. Политический обозреватель Александр Класковский размышляет о том, почему восстание 2020 года не привело к победе — и было ли оно напрасным.
9 августа 2020 года, в Беларуси прошли выборы, на которых Александр Лукашенко, правящий страной с 1994-го, сенсационно проиграл домохозяйке Светлане Тихановской.Ее победу подтвердил неофициальный подсчет голосов, организованный оппонентами режима на онлайн-платформе «Голос». Но подчиненный правителю Центризбирком объявил, что тот набрал более 80%. Это стало причиной для масштабных протестов.
Сотни тысяч белорусов вышли протестовать против этой наглой фальсификации. Их возмущение было подогрето жестокостью силовиков в первые дни после выборов.
В пиковые моменты этого мирного восстания в Минске выходило на улицы по 200−300 тысяч человек. Многолюдные акции прокатились по всей стране, затронули даже дремотные провинциальные городки, где обыватели ранее практически не интересовались политикой.
На некоторое время власти оцепенели от этого взрыва политической энергии масс. Милиции на улицах не было видно. Номенклатура чесала затылки: как угадать, чья возьмет?
И тогда Лукашенко метнулся за спасением к «старшему брату» — так угодливо он именует Владимира Путина. Тот объявил, что выдвинул к границе Беларуси силы российской Нацгвардии — на случай, если понадобится подмога.
Но «красавцы» Лукашенко (так любовно он назвал в те дни своих силовиков) и сами воспрянули духом, принялись метелить безоружных манифестантов по полной программе. Судьба протестов была предрешена.
БТРы с крупнокалиберными пулеметами уже стояли наготове
Потом из Украины будут слышаться упреки: вам, мол, не с цветочками надо было выходить, а биться, как мы на Майдане.
Но, во-первых, было бы нелепо ожидать от политической неофитки Тихановской и таких же неискушенных ее соратников продуманного плана революции, как у Ленина: брать почту, телеграф, телефон и так далее.
«Преступный сговор» с соседом. Как Беларусь после протестов 2020 года и начала войны в Украине попала в заложники к Путину
Во-вторых, у Лукашенко стояли наготове БТРы с крупнокалиберными пулеметами. Смельчаков положили бы снопами.
В-третьих, у массы белорусов неприятие насилия в крови. Иные критики постфактум высмеивали ставшую притчей во языцех картинку тех протестов: участники уличной акции разуваются, прежде чем стать на лавочки, чтобы лучше слышать оратора.
Но лично я в этой картинке вижу другое — высокую культуру, интеллигентность продемократической части белорусского общества, ее, если хотите, европейскость. Во всяком случае, можно точно говорить: в 2020-м у белорусов не было запроса на силовой сценарий перемен. Да и в буквальном смысле пороху не было.
Наконец, в-четвертых, если представить себе практически невозможное — массы берутся за оружие пролетариата и побивают им вышколенных, прекрасно оснащенных опричников Лукашенко, Кремль с практически стопроцентной вероятностью пошел бы на интервенцию — под маркой спасения союзника от «цветной революции», инспирированной, понятное дело, коварным Западом.
В 2022-м мы увидели подобное на примере широкомасштабного вторжения в Украину. Но та, истекая кровью, держится. У Беларуси же, если ретроспективно смоделировать победу в ней демократических сил, шансов устоять против империи не было. И масштабы страны не те, и ресурсы, и Запад не стал бы вписываться.
К тому же можно предположить, что Путин уже в 2020-м планировал широкомасштабную войну против Украины. И для этого ему позарез нужен был белорусский плацдарм. В принципе для Москвы этот плацдарм был экзистенциально важен всегда — и при царе, и при Советах.
Лукашенко, к слову, на всем протяжении своего правления искусно играл на имперских фобиях, антизападничестве Кремля. Ловко выторговывал российские пряники, пугая тем, что если его режим падет, то натовские ракеты будут стоять под Смоленском. А это для Путина и его замшелых стратегов — ужас, летящий на крыльях ночи.
Так что и с этой точки зрения мирное восстание 2020 года было практически обречено.
Беларусь превращена в плацдарм Кремля
Спасаясь от тюрьмы после разгрома протестов, сотни тысяч белорусов были вынуждены бежать из страны. Оказалась в политической эмиграции в Вильнюсе и Тихановская со своим штабом. Этот массовый исход прогрессивной части нации — трагедия исторического масштаба.
Лукашенко тоже дорого заплатил за кремлевскую поддержку в трудную минуту. Его политическая субъектность скукожилась, пришлось предоставить российским войскам территорию для попытки блицкрига против Киева в феврале 2022 года. Став соагрессором, режим за компанию огреб неслабые санкции.
«Преступный сговор» с соседом. Как Беларусь после протестов 2020 года и начала войны в Украине попала в заложники к Путину
Кремль же стал нашпиговывать вотчину «младшего брата» своим оружием, чтобы сподручнее было шантажировать Украину и Запад. В 2023 году было объявлено о размещении в Беларуси тактического ядерного оружия РФ. Недавно, встретившись на Валааме, Путин и Лукашенко подтвердили планы разместить на белорусской территории и пресловутый «Орешник».
Если же Кремль решится попробовать на зуб НАТО, то белорусский плацдарм идеален, чтобы одновременным ударом оттуда и из Калининградской области перерезать Сувалкский коридор, который считается ахиллесовой пятой Североатлантического альянса.
Среди независимых аналитиков бытует и такое мнение: вдобавок ко всему на случай ограниченного ядерного конфликта у Москвы есть расчет, что если пальнуть с территории союзника, то и ответка противника придется именно на Беларусь.
Таким образом, белорусы — независимо от их политических взглядов — превратились в заложников реваншистской политики империи. И для демократических перемен в Беларуси практически необходимым условием выглядит вот это, сформулированное афористично: империя должна умереть. Не Россия как таковая, а именно ее великодержавное начало.
История не терпит сослагательного наклонения
Понятно, что это пока лишь грезы. Сейчас, через пять лет после протестов, у некой доли их тогдашних участников сильна фрустрация. Мол, зря это было. Невовремя. И теперь режим стал несравненно злее, продолжает ковровые репрессии,выжег на корню политическую альтернативу, уничтожил независимые СМИ внутри страны.
По данным правозащитного центра «Вясна», в Беларуси на сегодня 1191 политзаключенный. И это далеко не полная цифра, потому что многие суды — закрытые, а родственники боятся сообщать о приговорах.
За пять же лет, какподсчитала «Вясна», с уголовным преследованием по политическим мотивам столкнулись не менее 8519 человек. А уж через административные аресты и безумные штрафы (это можно схлопотать даже за лайк под «экстремистским» контентом) прошли десятки тысяч граждан.
Да, тот порыв к свободе окончился национальной трагедией. Так стоило ли выходить?
Этот вопрос представляется во многом схоластическим. История не терпит сослагательного наклонения. В 2020-м произошло то, что неизбежно вызревало.
Лукашенко пришел к власти в 1994-м на волне ностальгии задерганных хозяйственным развалом людей по «светлому прошлому». Тогда обещания талантливого популиста обеспечить «чарку и шкварку» были для многих райской музыкой.
Но за период его правления выросло новое поколение, лицом которого стали прогремевшие на весь мир головастые айтишники, исподволь сформировалось гражданское общество.
Между тем вождь режима ментально так и остался в прежней эпохе. Он с презрением говорил о молодежи, которая-де только и умеет тыкать пальцем в айфоны, вместо того чтобы учиться косить и пахать.
К 2020-му значительная часть нации переросла правителя-автократа. И он столкнулся отнюдь не с маршами пустых кастрюль, а с массовым желанием «людьми зваться», как это некогда сформулировал национальный классик Янка Купала.
Благодаря феноменальным дням 2020-го в мире сейчас четко понимают: режим Лукашенко и народ Беларуси — это отнюдь не одно и то же.
Да, сегодня сторонники перемен внутри страны вынуждены держать свои взгляды при себе. Однако дубинками не завоюешь всенародной любви. Продемократическая часть общества, стиснув зубы, ждет своего часа. А крот истории, как известно, роет медленно, но хорошо.