Чудом выжившие 7 октября. Как жители кибуцев на границе с Газой возвращаются к жизни после атаки ХАМАС
Тихий поселок на границе с сектором Газа утопает в зелени. Сразу и не скажешь, что два года назад здесь произошел крупнейший теракт в истории Израиля. Некоторые дома уже восстановлены, на месте сожженных строятся новые. В тех, где убивали людей, все тщательно отмыто от крови, убраны фрагменты тел. При этом внутри домов среди строительного мусора до сих пор разбросаны обувь, книги и детские игрушки. Находиться там физически трудно — ощущение смерти висит в воздухе.
Так спустя два года после «черной субботы» 7 октября 2023 года выглядит кибуц Беэри. После прекращения огня в Газе в октябре этого года выжившие жители кибуца, несмотря на пережитый ужас, начали возвращаться домой. Тела нескольких похищенных и убитых в плену местных жителей все еще остаются в Газе.
Корреспондентка «Вот Так» Мария Волох побывала в закрытых кибуцах Нахаль-Оз и Беэри и пообщалась с пережившими теракт израильтянами.
«Ее опознал стоматолог по зубам»
За новыми воротами кибуца Беэри строится жилой район. Раньше на этом месте была ферма. С первого взгляда и не скажешь, что здесь произошло что-то страшное: яркое солнце подсвечивает и без того зеленые, аккуратно подстриженные лужайки, цветут цветы, дома огорожены живыми изгородями.
Когда проходишь дальше, видишь — с домами что-то не так. У некоторых обвалились крыши, другие сожжены, в третьих прострелены стены. Когда-то ухоженные домики покрыты толстым слоем сажи, оконные рамы расплавлены, внутри остатки обгоревшей, сломанной мебели. На полу среди обломков стен и крыш — обугленные книги, документы и детские игрушки. Все это контрастирует с нетронутыми деревьями и аккуратными дорожками кибуца.
На улицах — почти никого. Из более тысячи когда-то проживавших здесь людей домой вернулись только около 60. Большинство временно живут в соседнем кибуце Хацмери, но кто-то регулярно приезжает сюда на работу.
В доме убитой семьи репатриантов из Запорожья Марины и Игоря Лосевых остались несколько почти неповрежденных комнат. Лосевы переехали в Израиль в 1994 году. Марина была бухгалтером, любила читать детективы, кормила и лечила уличных кошек. Игорь работал в типографии, выращивал в своем саду манго и мандарины, всегда делился фруктами с соседями. Лосевы прожили вместе 35 лет, из них почти 30 — в кибуце Беэри.
На их кухне выбито окно, но в доме время застыло, а вещи остались на своих местах. В раковине, под слоем паутины и пыли, лежит грязная посуда. На столе — разноцветные кружки, чайник, блендер, кофемашина, плетеная корзинка с губками для мытья посуды, бутылка вина. В кухонном шкафу остались баночки с вареньем, в холодильнике — нетронутые продукты.
На окне в гостиной висит израильский флаг, на подоконнике стоят горшки с засохшими комнатными растениями. Посреди комнаты — гора из обломков обугленной мебели, одежды, обуви, косметичек. На обугленной когтеточке лежат чьи-то очки.
Марину убили в гостиной, рассказывает 73-летний сосед погибшей Петр Столба. Там же сожгли ее тело. Ее опознал стоматолог — по зубам. Перед смертью она успела позвонить дочери и прошептать, что в дом ворвались террористы. Тело Игоря нашли во дворе возле забора.
Справка. 7 октября 2023 года несколько тысяч боевиков палестинской террористической организации ХАМАС прорвались в Израиль из сектора Газа. Они убили более 1200 человек и захватили 251 заложника. Часть их них удалось вернуть домой, другие были убиты в плену. В ответ на атаку правительство Израиля ввело военное положение и начало боевые действия в Газе.
Первоначально боевики ХАМАС направились в кибуцы Нахаль-Оз и Беэри, расположенные недалеко от границы с Газой. Кибуцы создавались как коллективные сельскохозяйственные поселения, где люди живут и работают сообща, чтобы осваивать землю и строить еврейское общество. Территория, на которой находятся кибуцы, — международно признана за Израилем.
«Солдаты сказали не смотреть по сторонам, вокруг было море тел»
Выживший 7 октября 2023 года 73-летний житель Беэри Петр Столба встретил нас неподалеку от ворот кибуца. Он родился в Беларуси, его жена — в Украине, вместе они репатриировались в Израиль в 1996 году из Москвы. Загорелый мужчина с седой бородой, в голубой рубашке и белой бейсболке говорит с легким ивритским акцентом и часто вставляет слова на иврите. По словам Петра, за годы жизни в Израиле он почти не говорил по-русски.
Он поселился в Беэри практически сразу после переезда. Выбор был простым: хорошие условия, недорого, природа, новый трехкомнатный дом, в котором был даже цветной телевизор — на тот момент большая роскошь. Смущала только близость к сектору Газа.
«Во время британского мандата (период, когда Великобритания управляла этой территорией по мандату Лиги Наций. — Ред.) тут построили бетонную дорогу в Газу. По ней сюда и приехали террористы. Прорезали забор в четырех-пяти местах, сожгли ворота. Сейчас ворота уже новые», — говорит Петр.
В день теракта у Петра гостил старший сын с внуком и беременной невесткой. Когда зазвучала сирена — в 6:30 утра — семья Петра не спала: его жена собиралась на прогулку с внуком. Сразу после того как раздались звуки сирены, все зашли в защищенную комнату и через пять минут услышали стук во входную дверь, которая была закрыта. Террористы оббежали вокруг дома, выстрелили в раздвижную дверь на балконе и проникли в дом.
,,«У нас была большая собака, мы ее не взяли с собой. Слышим лай собаки, потом два выстрела. Ее убили. Они пытались открыть дверь в защищенную комнату. Она открывалась и изнутри, и снаружи, мы с сыном изо всех сил держали ручку», — рассказывает Петр.
По его словам, семью спасло то, что боевики не стали стрелять по двери защищенной комнаты. Соседку Петра — воспитательницу Дану Бахар — убили сквозным выстрелом по такой же двери в ее доме. В тот же день погиб и ее сын Кармель, а муж Авир был тяжело ранен и потерял ногу.
«Когда строили защищенные комнаты, никто не думал, что по ним будут в упор стрелять из автомата Калашникова, — вздыхает Петр. — Сейчас в новых домах ставят бронированные двери, которые и блокируются по-другому».
Cемья Петра просидела в убежище 19 часов без еды и воды. «Вокруг слышалась стрельба, все горит, полыхает», — вспоминает мужчина.
Первые семь часов Беэри обороняли всего 26 человек — 13 членов местной охраны и 13 военных противостояли нескольким сотням террористов.
,,«Когда в кибуц вошли солдаты ЦАХАЛ и вывели нас, они сказали не смотреть по сторонам, только прямо. Потому что вокруг было море тел. Только в этом районе были убиты 40 человек», — рассказывает Петр.
Среди погибших были 10 детей в возрасте от нескольких месяцев до 17 лет.
После трагедии они с супругой четыре месяца прожили на Мертвом море. Но уже через неделю Петр вышел на работу в Беэри. Дорога занимала очень много времени, и пара вернулась в родной кибуц. Их дом сгорел, но они переехали в другой. Здесь они живут по будням, а на выходные уезжают в Хацерим, куда временно поселили жителей Беэри.
«Нам сказали, что к концу 2027 года кибуц должен быть восстановлен. Сейчас строятся три новых района, ремонтируют детские сады и другие учреждения, возрождают дороги. Я очень надеюсь, что успеют к сроку», — говорит Петр.
Нахаль-Оз
Кибуц Нахаль-Оз расположен в 700 метрах от границы с сектором Газа.
Он был основан в 1951 году как военизированное поселение, но уже через два года стал гражданским поселком: первыми сюда приехали 60 молодых мужчин и женщин. До атаки ХАМАС в Нахаль-Оз проживали около 530 человек.
На въезде в кибуц открывается вид на золотые вспаханные поля с длинными ровными бороздами и установками капельного орошения. Сельское хозяйство — основной доход Нахаль-Оз. Оно здесь очень разнообразно: фрукты, овощи, медицинская марихуана.
За полями виднеется база Нахаль-Оз Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ). 7 октября ее захватили террористы. Здесь Израиль потерял самое большое количество солдат за последние 30 лет: там было убито 53 военных. Неподалеку, на вершине холма, отец одной из убитых военнослужащих построил мемориал — крупные светлые камни с черными памятными табличками. На них выбиты имена погибших. У подножия камней в землю воткнуты искусственные красные цветы и стоят свечи.
Аккуратная деревянная дорожка ведет от полей к небольшой площадке для пикников в тени эвкалиптовых деревьев. Сухая почва усыпана корой и длинными листьями. Чуть поодаль за одним из уличных столов сидят несколько военных.
На площадке нас встретил выживший в «черную субботу» журналист и писатель Амир Тибон — 36-летний бритоголовый мужчина в черной футболке и синих джинсах. Он привел с собой черного лабрадора Плуто, который тоже пережил нападение террористов. Пес, суетясь и виляя хвостом, обнюхал каждого члена нашей группы, после чего с довольным видом плюхнулся на землю.
«Символ сионистского сопротивления»
Нахаль-Оз 7 октября 2023 года должен был отметить свою 70-ю годовщину.
«6 октября мы были в предвкушении вечеринки, — начал свой рассказ Амир. — Мы чувствовали гордость за то, что стали частью истории этого кибуца. Мы видели, как он ожил после двухмесячной войны с ХАМАС в 2014 году, как здесь строились дома и росли дети, несмотря на военные операции и обстрелы».
В 2014 году он переехал в кибуц из Тель-Авива вместе со своей девушкой — репатрианткой из Санкт-Петербурга. Амир называет Нахаль-Оз «символом сионистского сопротивления».
«Кибуц оказался в очень плохом положении, отсюда уехали много молодых семей. Но, чтобы не дать кибуцу пасть, сюда переехали другие люди. Мы приехали из идеологических соображений и сразу влюбились в это место, оно стало нашим домом. Здесь мы поженились, построили дом, и у нас родились две дочки», — говорит он.
Журналист описывает жизнь в кибуце как на 95% райскую и на 5% адскую.
«Природа, поля, сплоченное сообщество. Все это место — наш дом, все живущие здесь — наша семья. Но мы живем очень близко к Газе. Каждый раз, когда из Газы запускают ракету, у нас есть только семь секунд, чтобы добраться до убежища», — сетует Амир.
Для сравнения: у жителей Тель-Авива во время ракетного обстрела есть полторы минуты.
,,«7 октября мы проснулись в шесть утра от рева заведенных двигателей. Мы прекрасно знали, что делать — бежать в защищенную комнату, закрывать дверь и окна. Мы к этому уже привыкли», — вспоминает журналист.
Специальные комнаты здесь есть в каждом доме, в них всегда спят дети. На момент атаки старшей дочери Амира было 3,5 года, младшей — год и 9 месяцев.
«Девочки тоже привыкли к сиренам и взрывам, и продолжили спать. У нас была политика — всегда сохранять спокойствие, чтобы они не получили психологическую травму».
Супруги услышали взрывы — один, второй, третий.
«Мы подумали: “Ок, еще один раунд борьбы с ХАМАС”. Обычно мы действовали следующим образом: упаковывали рюкзаки, которые лежали под детскими кроватями и, когда двигатели затихали, сажали детей в машину и уезжали. Но в это утро двигатели не затихли».
Около семи часов утра они услышали автоматную стрельбу.
,,«Мы не сразу поняли, что происходит. За всю свою 70-летнюю историю этот кибуц повидал много плохих и хороших вещей, но сюда никогда не заходили вооруженные террористы», — вспоминает Амир.
Выстрелы раздавались все ближе и ближе, в какой-то момент во всем районе пропало электричество.
«Мы услышали, как пули пробивают окна и стены нашей гостиной», — говорит журналист.
По его словам, обычно супруги не брали с собой в защищенную комнату лабрадора Плуто, потому что он «терпеть не может замкнутые пространства, в то время как шанс, что на дом упадет ракета, довольно мал».
«Мы были уверены, что его убили, — признается хозяин собаки. — Но он спрятался в одной из комнат и просидел там весь день, не издав ни звука».
Самой сложной задачей было убедить детей сидеть тихо.
«Нас искали террористы, и мы знали, что наш единственный шанс выжить — чтобы они нас не услышали. Мы не стали скрывать от детей, что происходит. Очень спокойным голосом мы сказали им, что снаружи слышны опасные и неприятные звуки, что у нас нет еды и мы не можем ее принести, но мы можем держаться за руки, обнимать друг друга и игрушки и очень тихо петь песни», — рассказывает Амир.
Это сработало. На протяжении 10 часов без воды и без света дети сохраняли тишину.
В тот день в Нахаль-Оз зашли 150 террористов. По словам Амира, против них боролись 15 израильтян из местной службы безопасности и полиции. К 9 часам утра двое из них были убиты, еще четверо тяжело ранены.
«В кибуц заходили все больше и больше террористов. Эти восемь человек вели героическое сражение. Несколько часов они в одиночку защищали сообщество, пока сюда не приехала армия. Но они не могли защитить всех, и на протяжении этого времени многих жителей кибуца убивали, насиловали и пытали, а их дома поджигали», — рассказывает Амир.
«Мы любим это место и верим в него»
Солдаты израильской армии появились в Нахаль-Оз в 13:30. Вместе с армией приехал и отец Амира — 62-летний отставной военный.
,,«У папы есть пистолет. Вместе с мамой — бывшим директором школы — они сели в машину в Тель-Авиве и приехали в Нахаль-Оз. По пути они дважды останавливались, чтобы спасти людей: молодую пару, которая смогла сбежать с фестиваля “Нова”, и группу раненых солдат», — вспоминает журналист.
Военные вошли в дом Амира в 15:45.
«Мы услышали стук в окно, и солдаты вместе с моим отцом вошли в дом. Это был очень эмоциональный момент, особенно для девочек. На протяжении следующих часов наш дом стал пунктом эвакуации для людей со всего кибуца», — рассказывает собеседник.
В тот день в Нахаль-Оз убили 16 человек, еще 8 похитили.
«У нашего друга убили сына и похитили троих внуков. Другой наш друг — Цахи Идан — был похищен живым, но погиб после нескольких месяцев в Газе. Он стал одним из 44 израильских заложников, которые были увезены живыми, но вернулись мертвыми», — говорит Амир.
По его словам, еще несколько друзей семьи умерли после трагедии от сердечного приступа.
В 7 часов вечера вернулось электричество — семья смогла приготовить ужин для всех, кто находился у них в доме. В их числе были 12 детей. Через несколько часов людей начали эвакуировать на автобусах в кибуц около Хайфы.
После завершения военных действий в Газе в октябре этого года около половины жителей кибуца Нахаль-Оз вернулись домой.
,,«Теперь, когда действует режим прекращения огня, мы ожидаем, что в ближайшие месяцы сюда вернутся до 70–80% жителей», — отмечает Амир.
Большинство домов уже восстановлены и отремонтированы. Некоторые части кибуца еще строятся. По словам журналиста, работы завершатся к 2026 году.
«Возвращаться или нет — это личное решение каждой семьи, здесь нет правильного или неправильного выбора. Некоторые уже вернулись, включая детей. Некоторые семьи никогда не вернутся, другие планируют возвращение. Мы прибыли не в полном составе: приезжаем сюда один-два раза в неделю, готовимся к окончательному переезду», — рассказывает Амир.
Они с женой считают особенно важным вернуться в кибуц именно после 7 октября. «Мы любим это место и верим в него», — говорит он. Но добавляет, что если правительство не «выучило урок» и не сможет обеспечить безопасность, они уедут.
«Если бы я был ответствен за такое, я бы покончил с собой»
Амир возлагает ответственность за трагедию на власти Израиля.
«Это не просто ошибка, это катастрофический провал правительства. Если бы я был ответствен за такое, я бы покончил с собой. У этих людей нет совести. Виноват ХАМАС, но ответственность лежит на правительстве», — убежден собеседник «Вот Так».
Сначала он поддержал начавшуюся после теракта войну в Газе, называя ее «оправданной и необходимой». Примерно через год его позиция изменилась.
,,«Я думаю, что на определенном этапе мы должны были остановиться, заключить сделку и вернуть заложников. За последний год войны Израиль потерял больше, чем приобрел. Мы потеряли много солдат, много заложников, потеряли мировую поддержку», — перечисляет Амир.
На вопрос о возможности мирного сосуществования с палестинцами Амир отвечает утвердительно.
«Да, но в далеком будущем. Потребуются годы, чтобы пережить 7 октября и войну в Газе. С обеих сторон высочайший уровень травмы, страха, ненависти и желания возмездия. Но, знаете, сегодня, когда вы едете из Берлина в Париж, вам даже не надо показывать паспорт. Вспомните, сколько лет воевали Германия и Франция и сколько миллионов человек тогда убили».
Мария Волох для «Вот Так»