Молиться против войны — преступление: как в России зачистили религию под нужды фронта
В Петербурге полиция задержала семьдесят членов «Школы единого принципа», которых обвинили в том, что они якобы молились за Вооружённые силы Украины и Зеленского. Петербургские телеграм-каналы сообщают, что в отношении участников собрания проводится проверка по статье Уголовного кодекса о «фейках» об армии, но всех пока отпустили по домам. Как связаны война против Украины и религиозная жизнь в современной России, кооперативу журналистов «Озеро» рассказал религиовед Вадим Розенфельд.
На сегодняшний день военные действия вошли в самую суть религиозной жизни. Религиозная догматика усилиями церковных иерархов трансформирована таким образом, что, отвергая военные действия, ты тем самым отвергаешь и саму религию, и своё место в церкви. На эту тему существует масса высказываний, трудов, даже догматических интервью.
Первоначальные понятия христианства — «возлюби ближнего своего», «не убий» — трансформированы и извращены так, что полностью оправдывают военные действия и пролитие крови. Это не какое-то новшество: подобные вещи были ещё в Византийской империи, но сейчас сделан особый акцент на понятие воина. Оно тесно связано с понятием «воин Христов», подразумевает защиту своего отечества от злых сил, и на сегодняшний день война стала непосредственно частью церковной жизни.Все попытки каким-то образом дистанцироваться от этой идеологии жёстко караются — причём в первую очередь не административно и не государственными органами, а именно церковными. То есть тяга к войне сегодня — это непосредственная, составная часть религии.
Тут должен вам сказать, что примерно 5–7 лет назад в России началась очень серьёзная зачистка религиозного поля. Прошли массовые запреты религиозных организаций: в первую очередь это свидетели Иеговы, которые были запрещены и подвергнуты жёстким репрессиям (эти репрессии повторяются до сих пор). Была ликвидирована так называемая Церковь Последнего Завета (виссарионовцы), жёстко подавлены любые оппозиционные течения внутри самой РПЦ — примером служит случай с Сергеем Романовым. Таким образом, религиозное поле было выровнено, вычищено и подготовлено.В оставшихся организациях были поставлены иерархи, полностью лояльные правящему режиму и, естественно, всецело поддерживающие политику Российской Федерации и её правительства. За это они получают хорошие гранты, солидное финансирование, все сокровища Голконды перед ними открыты. Любые попытки оппозиционности сегодня караются в первую очередь не на государственном уровне, а на церковном.
Примером может служить случай в начале года на совещании духовенства Московской митрополии, когда священник Алексей Шаляпин лишь попытался сказать (даже не оппонируя), что разве церковь должна думать не о Царстве Небесном, а о патриотизме. Мы помним, как патриарх Кирилл накинулся на него чуть ли не с площадной бранью, спрашивая, не из Западной ли Украины этот батюшка. Подавление происходит чрезвычайно жёстко. В первую очередь «смотрящими» от государства выступают сами церковные иерархи.
Конечно, много людей сохранили совесть и элементарный рассудок. Конечно, они есть. Но это не представители каких-то организаций — об организованном сопротивлении говорить нельзя. Есть, например, сайт «Христиане против войны», но он объединяет именно отдельных личностей, выступающих от себя лично. Назвать это организацией довольно сложно.