Незаконченный триумф Сталина. Как советский диктатор хотел завоевать весь мир, и есть ли подобные планы у Путина

«Границы России не заканчиваются нигде» — эта цитата с современного российского плаката, на котором изображен Владимир Путин, больше относится к сталинским временам, потому что нынешний российский лидер на самом деле не смотрит на процесс экспансии так широко. В этом уверен историк Александр Гогун, автор новой книги «Продуманное светопреставление» о сталинской идее третьей мировой войны. В интервью «Вот Так» он рассказал, зачем Сталин хотел взять под свой контроль весь мир и почему у Путина не получается реализовать эти идеи даже в Европе.

Сталин-завоеватель

— Как родилась идея книги о Сталине и третьей мировой, представленной в парламенте Эстонии?

— По итогам прочтения книги Олега Хлевнюка «Сталин». Хлевнюк — ведущий в мире исследователь сталинизма, он выпустил свою книгу в 2015 году. Прочитав ее, я заметил, что ключевой мотив о том, что Сталин хотел завоевать весь мир, в этой книге снижен.

Но из того, что представил Олег, выходило, что Сталин готовил третью мировую. Хотя прямо он не пишет про это. И я был потрясен этим страшным фактом. Мы многое знали о Сталине, но то, что он хотел полчеловечества сжечь в ядерном апокалипсисе, — это знает не каждый человек.

Поэтому я начал работать в этом направлении. В 2015 году я написал критическую рецензию на книгу Хлевнюка и опубликовал ее как в России, так и на Западе. Олег узнал про это, но поскольку при всей остроте моего текста я остался в рамках вежливости, он стал одним из основных консультантов моей книжки. Мы с ним вступили в переписку, и он дал мне очень много ценных советов по архивному поиску.

— А чем отличается третья мировая от мировой революции? Есть такая гипотеза, что Сталин хотел именно победы мировой революции, а ты пишешь про третью мировую. В чем разница?

— Принципиальной разницы нет, и сам Сталин так и говорил, конкретно в ходе советско-финской войны, что мировая революция как единый акт — глупость. Действие Красной армии в Финляндии сейчас — это тоже есть акт мировой революции. Но у Ленина и Сталина была существенная стилистическая разница в осуществлении мировой революции.

И кстати, Хрущев и Брежнев после Сталина тоже отличались от него стилистически.

И Ленин их проводил, но в целом к местным революциям, которые происходили за пределами его руки, относился сдержанно, потому что не мог их полностью контролировать.

А вот завоеванная страна гарантированно оказывается в его руках и всегда можно ее использовать как базу для безграничных завоеваний во всем мире.

— А каким инструментом был Коминтерн — мировой революции и поддержкой бунтов извне или «костылем» для поддержки военной агрессии?

— Его создал Ленин в 1919 году и первоначально придавал Коминтерну больше значения, чем Сталин. Этот интернационал был инструментом для помощи внутренним бунтам в разных странах. Ленинский подход состоял в том, что мы помогаем деньгами и оружием товарищам за рубежом, они берут власть в своих странах и мы с ними соединяемся.

У Сталина было всё наоборот. Он сохранил Коминтерн до 1933 года, и в принципе эта организация должна была стать одним из вспомогательных инструментов Красной армии, потому что Сталин делал упор на военную экспансию.

Запоздалые агрессоры

— Поговорим про пакт Молотова — Риббентропа 1939 года. Это было только начало для Сталина в плане экспансии в Европе?

— Открытия Суворова (бывший сотрудник ГРУ Владимир Резун, сбежавший в Великобританию в конце 1970-х годов и разработавший концепцию того, что Сталин собирался напасть на Германию и сделать «красной» всю Европу. — Ред.) подтверждены архивными документами, которые стали доступны в 1990-е годы. Кое-что было открыто и в ХХI веке. Есть оперативные планы Красной армии, согласно которым она разворачивалась для наступления. И был даже назначен день атаки — 12 июня 1941 года, но не успели собрать войска, и в это время рубанул Гитлер.

Но он тоже опоздал, и первоначально реализация плана «Барбаросса» планировалась чуть раньше. Гитлера отвлекла операция в Югославии, и таким образом было потеряно две недели.

Кстати, и нападение СССР на Финляндию тоже было перенесено на более поздний срок по той же причине. Тому есть документальное подтверждение. В советской песне «Принимай нас, Суоми-красавица», написанной к финской войне, есть такие слова: «Невысокое солнышко осени зажигает огни на штыках». Поскольку нападение началось 30 ноября, в последний день осени, война стала зимней. Но песня и другие документы свидетельствуют о том, что напасть на Финляндию должны были раньше.

— То есть для Сталина Вторая мировая — это незаконченный триумф?

— Да. Он еще в 1939 году не исключал войны с Америкой. Понятно, что сразу захватить весь мир нет сил, а нужно его захватывать поступательно — кусок за куском. По итогам 1945 года Сталин получил только часть Европы, хотя весной 1941 года, до нападения немцев, надеялся получить всю Европу и только потом часть Азии.

Вся его послевоенная политика может быть разделена на два этапа. В 1945−1949 годах он помогал Мао тем, что создавал шумы и давление на Западе, отвлекая внимание от Китая.

Всё это — от ввода войск в Иран до Берлинского кризиса (Иранская операция Сталина в 1941 году для получения полного контроля над Каспийским морем. Берлинский кризис 1948 года — один из крупнейших за время холодной войны, когда СССР попытался устроить блокаду Западного Берлина, который контролировали союзники. — Ред.) — делалось для того, чтобы все забыли, что есть Китай и там идет гражданская война. Это сработало, и Мао взял власть.

После этого Сталин повернул всё наоборот. Мао начал создавать давление на Востоке для того, чтобы оттянуть внимание Америки из Европы в Азию. Квинтэссенцией этого стала война в Корее, когда американцы и французы были связаны Корейской войной (война между Северной и Южной Кореей длилась с 1950-го по 1953 год. На стороне Севера выступали Китай и сталинский Советский Союз, на стороне Юга были США — Ред.) и Первой индокитайской войной (война за независимость Вьетнама от Франции длилась с 1946-го по 1954-й год. — Ред.). Сталин считал, что Европа будет для него относительно легкой добычей и можно её завоевать.

Путин против НАТО

— Напрашивается аналогия. Считает ли Путин Европу легкой добычей?

— Маловероятно, потому что он считал Украину легкой добычей, но, как известно, блицкрига не состоялось. Ясно, что для лобового столкновения с НАТО у Путина не будет сил. Возможно усиление гибридных атак со стороны России. Это разные убийства, диверсии и теракты. Не говоря уже об информационных вбросах. Дроны летают по Европе.

Он треплет нервы европейцам. На лобовое столкновение у него нет физических сил, у него солдат мало.

Мы видели это на примере того, когда от Путина сбежал миллион человек в период мобилизации, но Запад ничего не сделал, чтобы эти потенциально мобилизованные остались там, куда они бежали. Поэтому большинство вернулось и исправно работает на военную машину Путина.

— Если сейчас взять Эстонию, в которой мы находимся, плюс Литву, Латвию и Польшу. У них рядом Россия. У Польши рядом Сувалки и Калининградская область нависает. Там флот, войска и авиация. Рядом с Эстонией дислоцируется Псковская дивизия ВДВ, бригада спецназа ГРУ, авиаотряд в городе Острове. И по-твоему, Эстонии не надо вооружаться. Логично ли это?

— Для собственной защиты сил Эстонии не хватит никогда, если она будет воевать один на один, но воевать один на один она не будет никогда, потому что есть НАТО и Евросоюз. И если Россия нападет на Эстонию, то тогда все бюджеты ЕС и армии стран Евросоюза обязаны выступить на ее стороне.

Поэтому процент ВВП, который Эстония вкладывает в собственную оборону — это в данном случае для нее не решающий фактор.

— Но мы же видим, как НАТО и ЕС «доблестно» защищают Украину. И не сумели за почти четыре года войны наладить производство оружия для собственных нужд.

— Украина не страна НАТО — вот ключевое отличие.

— Ты веришь, что НАТО защитит страну Альянса, а не страну НАТО не защитит?

— Блок не защищает не страны НАТО. Он для того и создавался — для защиты от Кремля и СССР, а потом и от России.

— Сейчас центровой игрок НАТО — США — заявляет, что они собираются минимизировать свое присутствие в Европе и уже начали это делать. Как страны Балтии в связи с этим могут чувствовать себя в безопасности, понимая, что Трамп может щелкнуть пальцами и американские солдаты, стоящие здесь, просто уйдут и всё?

— Население Евросоюза в несколько раз больше, чем в России. Мобилизационного потенциала русским не хватит для того, чтобы противостоять на поле боя объединенным армиям ЕС.

Европа против военизированной нищеты

— Мы знаем, что до последнего момента немецкий бундесвер больше существовал на бумаге, а опросы немецкой молодежи показывают, что она не собирается воевать с Россией, даже если та на них нападет. Страны, которые привыкли хорошо жить, и немцы, которые отвыкли воевать, а привыкли заниматься всякими веселыми вещами — пойдут ли они защищать Эстонию?

— Германские военные в середине нулевых и в десятые годы находились на всех фронтах во всех горячих точках в составе миротворческих миссий. И опыт у них есть. Во-вторых, армия в Германии не призывная, но это и не плохо, потому что не выдергивают людей из экономики.

Защита немцев в том, что страну, такую какая она есть, любят многие ее жители и доверяют своему правительству. И то, что молодежь не пойдет воевать — нечто похожее мы слышали и про Украину. Говорилось, что после первого удара все украинцы разбегутся и будет некоторое количество патриотически настроенных, которые погибнут, а Путин пройдет маршем победителя. Но тем не менее украинцы стоят уже почти четыре года — жить под диктатурой не хочет никто.

— Путин не учел того, что после 2014 года украинская армия уже была совсем не та. Она вооружалась и обучалась, учились командиры, и ВСУ, как показала практика, были готовы к отражению агрессии. Но посмотрим на Германию. Складывается впечатление, что она вообще не готова к отражению агрессии.

— Германия — не одна страна Евросоюза. Как говорил французский маршал Жак д'Этамп: «Бог всегда на стороне больших батальонов». Их в ЕС многократно больше, чем в России.

— Например, Польша сейчас имеет одну из сильных армий в Европе, и страна озабочена своей безопасностью, но бригаду отправляет в Литву Германия.

— Это такой иррациональный подход. Я приведу пример из холодной войны. Когда Советский Союз наращивал производство ядерных ракет, страны НАТО говорили: вот смотрите, у СССР несколько тысяч ядерных боеголовок и у нас должно быть столько же. Это называлось «ядерный паритет». Полный абсурд, потому что должно быть не столько, сколько у противника, а достаточно для того, чтобы он не начал ядерную войну. То есть необходимо было иметь столько боеголовок, чтобы противник не посмел начать войну.

Так и здесь. Ясно, что армии ЕС по численности многократно превосходят российскую. Поэтому выкидывать деньги на вооружение собственных армий, а не помогать Украине и не наращивать информационное давление на Россию — это напоминает ошибки холодной войны.

Будущие жертвы Путина

— Что может остановить Путина от нападения на Европу? Предположим, что закончилась война в Украине, у него есть опытная обстрелянная армия, с дронами и людьми, готовыми воевать и погибать. Что может сделать невозможной еще одну «маленькую победоносную войну»?

— Он вряд ли будет сидеть сложа руки. Я думаю, что он будет нападать на страны постсоветского пространства. Имеются в виду Молдова, Кавказ, Центральная Азия. Каждая из них слаба поодиночке, и если там случается демократическая революция, местный Майдан, тогда эта страна автоматически становится угрозой для путинской России, для путинской власти. Чтобы русские не взяли пример с соседей, такие страны должны быть захвачены, а ростки революции уничтожены.

Такой сценарий может предотвратить стойкость Украины. Мы сейчас не говорим о том, что она вернет оккупированные территории — в это сейчас не верят даже в самой Украине.

Но если военной силой принудить Путина хотя бы к «корейскому варианту» (38-я параллель была установлена в качестве линии границы между Южной и Северной Кореей по линии фронта, которая образовалась в результате Корейской войны к 1953 году. — Ред.), — это будет гарантией того, что свободная и независимая Украина, пусть и не в границах 1991 года, а в урезанном виде, является гарантией безопасности для Молдовы и Евросоюза в широком смысле.

— Что для этого надо сделать Европе?

— Максимально поддерживать Украину и информационно давить на Россию, чтобы люди из нее бежали и не работали на военную машину Путина.

— Для этого нужно открыть границы. Из России в Европу сейчас никто не может сбежать.

— Я не к тому, что они должны бежать в Евросоюз. Когда Путин объявил мобилизацию, сотни тысяч людей сбежали в соседние безвизовые страны. Евросоюз со своей стороны не сделал ничего для того, чтобы эти люди остались там, а не вернулись в Россию.

Я живу в Европе, но у меня есть российский почтовый сервис и туда постоянно получаю рекламу: «Доброград! Возвращайтесь в Россию!». То же самое регулярно получают мои российские коллеги. Путин очень не хочет, чтобы от него убежали потенциальные солдаты и рабочая сила.

Информационное воздействие на Россию и какие-то глобальные миссии, которые могут вытянуть умные головы и потенциальных солдат из России — это то, что совершенно точно ослабит этот режим и предотвратит будущие войны. Говоря гипотетически, это предотвратит захват Казахстана.

— Это всё было бы хорошо и правильно в 2022 году, но не сейчас, когда в России блокируют WhatsApp и Telegram, где глушат VPN, а если посмотреть на первую страницу «Яндекса», то там мы увидим совершенно перевернутую картину мира. Там, где информационный занавес уже опустился, не поздно ли начинать информационное воздействие?

— Технически это не так сложно. Страны Запада умудрялись доносить что-то в СССР еще во времена холодной войны. Сейчас технологии шагнули очень далеко. У многих россиян есть друзья и родственники за границей. Есть туристические потоки из России. Не прямо в Евросоюз, но в него через другие страны.

Нужно через них делать так, чтобы информация в Россию доходила.

— То есть бороться с Путиным просвещением?

— Военным путем его не собираются свергнуть даже в США и ЕС.

Революция в Китае против соседних диктатур

— Как ты думаешь, долго ли просуществует ли путинский режим?

— Это прежде всего зависит от соседей Российской Федерации. Внутренний запас прочности у Путина есть и очень значительный, но Россия существует не в безвоздушном пространстве, а опирается на альянс азиатских диктатур — от Кавказа до Северной Кореи.

Ключевым игроком тут является Китай, и если когда-нибудь там случится революция, то эффект домино будет сравним с перестройкой и падением советского режима. Ведь когда рухнул Советский Союз, то освободились не только восточные немцы и монголы, но и албанцы с югославами, где диктатуры, которые не подчинялись Кремлю, были сметены ветром перемен.

Китай — одна из ведущих экономических держав мира. И революция там случится раньше, чем в России, по ряду причин. Во-первых, у них нет такого количества природных ресурсов, которые можно бесконечно разбазаривать, как у России.

Вторая причина в том, что даже топорный и костный путинский режим менее примитивен, чем китайский. Там однопартийная система и тоталитаризм с полурыночной экономикой. То есть чем более примитивна система, тем она более хрупкая. В России есть хоть какой-то фидбэк, обратная связь у властей от народа. Пускай там выборы манипулируемые и сфальсифицированные под давлением, но так или иначе они есть.

Третья причина — в том, что другой России сейчас нет и она только одна, а у Китая есть несколько «альтернативных версий» — это Сингапур, Макао, Гонконг и Тайвань. Все они населены китайцами. Пример Тайваня может сыграть ключевую роль в этом случае.

В Китае сейчас много кризисных явлений, и никто не говорит, что экономический кризис в стране — это тоже недостаток доверия народа к властям. Люди начинают экономить, и эксперты рассматривают это как сугубо экономическую модель поведения. Китайцы не тратят, а берегут на «черный день», и это индикатор роста недоверия к властям. Потому что если ты уверен в том, что будет обеспечено развитие экономики, то ты будешь уверен в завтрашнем дне. А здесь народ стал бережливым — значит, что он верит властям всё меньше и меньше.

БеседовалСергей Ковальченко