«Теория заговора — это способ избежать ответственности». Почему люди все охотнее начинают верить в конспирологию
«Заговор англосаксов» против России, теория «золотого миллиарда», отрицание глобального потепления и смертоносности ковида — теории заговора вышли из глубин интернета и громко звучат с властных трибун. Согласно ВЦИОМ, в существовании тайного мирового правительства в 2023 году была уверена половина россиян. Почему люди верят в теории заговора и как с ними сражаться? Об этом в интервью журналисту «Вот Так» Александру Папко в рамках программы «Горизонт событий» рассказал психолог и исследователь из Стаффордширского университета доктор Дэвид Гордон.
— Недавно вы опубликовали исследование о причинах антинаучных убеждений и веры в теории заговора. Как бы вы определили теорию заговора? Что это такое и можно ли назвать это опасным явлением?
— Определение, используемое в нашей статье, звучит так: теория заговора — это убеждения относительно важных событий, которые отвергают хорошо подтвержденные или простые объяснения в пользу неправдоподобных, нелогичных или очень фантастических версий. Такие теории всегда включают тайные заговоры со стороны почти сверхъестественно могущественных групп. И в общем-то, это хорошо разъясняет суть.
То есть теория заговора — это не про поиск ответов на заданные вопросы. Дело в том, что ответы есть, вы просто отказываетесь принимать те, которые довольно легко найти, в пользу гораздо более фантастических, охватывающих весь мир объяснений.
Причина, по которой это опасно, даже на самом базовом уровне, состоит в том, что теории заговоров противоречат фактам. Эти убеждения отвергают объяснения и факты, подкрепленные доказательствами. И само по себе это уже нехорошо, потому что ведет к таким вещам, как отказ людей следовать медицинским рекомендациям, принимать лекарства, к участию в протестах против вещей, которых попросту не существует.
Теории заговора часто касаются, например, меньшинств. Они представляют отдельные группы как некую зловещую угрозу — вам лично или вашей стране. И это приводит к тому, что люди начинают нападать на эти группы, в том числе проявляя экстремистское насилие.
В более широком смысле отрыв от реальности подрывает основы гражданского общества. Я не говорю, что вы обязаны доверять нынешнему правительству своей страны, но сама демократия основывается на определенном уровне доверия: например, на уверенности, что санитарный инспектор знает, что делает, или что местный врач компетентен. А теории заговора разрушают это доверие. В результате люди перестают участвовать в общественных обсуждениях, дебатах и других формах взаимодействия.
Также смотрите видео на нашем ютуб-канале.
— В чем разница между гипотезой и теорией заговора? Есть ли у теорий заговора какие-то характерные признаки? То есть такие признаки, при появлении которых нужно насторожиться и понять, что перед вами теория заговора. В чем различия?
— Хотя теории заговора могут казаться попыткой задавать вопросы, на самом деле их авторы уже знают ответы. Для обоснования гипотезы вы ищете доказательства, а теория заговора сразу объясняет, почему другие не правы. Простой пример. Кто-то спрашивает: «Как построили пирамиды?» Мы знаем, что на эту тему написаны десятки тысяч книг и статей. И ответ в том, что это заняло много времени, было задействовано много людей и использовались полозья. Сторонник теории заговора не ищет ответы — они у него уже есть: пришельцы, атланты или кто-то еще. Теория заговора — это про то, почему все египтологи, археологи и ученые якобы лгут.
Один из основных признаков — это когда человек задает вопрос по поводу чего-то, на что уже существует масса подтвержденных данных. Причем не от одного человека, а от целого научного сообщества, например по поводу вакцин или изменения климата. Это важный маркер: вопрос касается темы, по которой легко можно найти достоверную информацию, хоть бы и в «Википедии».
Второй аспект — это масштабность и грандиозность теории. Например, существуют некие «они», у которых есть глобальный план по захвату мира. То есть это не просто поведение отдельных влиятельных людей, стремящихся к выгоде, а гипертрофированный, злодейский масштаб заговора — глубинное государство, иллюминаты, тамплиеры и т. д.
— Правда ли, что теории заговора — это исключительно удел малообразованных людей или, например, исключительно представителей крайне правого политического спектра?
— Определенно нет. Мы действительно часто находим одну из предпосылок веры в теории заговора — это сочетание низкого уровня образования и нехватки научной грамотности. И речь не только о знаниях по физике. В более широком смысле — это нехватка аналитического мышления. Мы все ежедневно пользуемся и аналитическим, и интуитивным мышлением, то есть мышлением, основанным на эмоциях, интуиции, личном опыте. Это нормально.
Но люди, которые почти всегда полагаются исключительно на интуитивные реакции, особенно если при этом у них мало знаний о науке, чаще верят в теории заговора. Хотя, как вы справедливо отметили, есть и множество хорошо образованных людей, верящих в подобное.
Диплом еще не гарантирует, что человек не будет верить в нелепости — ведь людьми движут различные мотивации: идеология, религия, личный опыт. Мы все склонны верить в то, во что нам хочется верить. Ирония в том, что если людей с низким уровнем интеллекта легко обмануть, то люди с высоким уровнем интеллекта легко могут убедить самих себя. Они умеют находить доказательства, подкрепляющие их собственные идеи, — потому что просто хорошо умеют искать.
Что касается политических взглядов — тут данные неоднозначны. Некоторые исследования показывают, что как в крайне левой, так и в крайне правой части спектра вероятность веры в теории заговора возрастает.
— Может сложиться впечатление, что теории заговора — это просто прибежище слабых, обездоленных, лузеров. Однако мы видим, как политические лидеры продвигают теории заговора с трибун и используют их в своих интересах. Почему влиятельные люди сознательно или неосознанно распространяют такие идеи?
— Я не хотел бы делать предположения о мотивах конкретных людей, но полагаю, что дело, скорее всего, в том, что они знают: них есть сторонники, которые в это поверят. И в современную эпоху проще придумать отговорку, чем признать ошибку. Никто не любит говорить: «Я ошибся». А теория заговора — это способ избежать ответственности.
Я могу привести пример из Великобритании. У нас была одна премьер-министр, пробывшая на посту совсем недолго, и сейчас она активно утверждает, что экономику за один уикенд обрушили левые активисты, а не ее неумелое управление. Потому что иначе это выглядит просто неловко. Так что в отдельных случаях это всего лишь попытка восстановить свою репутацию. Хотя, конечно, некоторые люди могут вполне искренне верить в то, что говорят.
— Согласны ли вы, что теории заговора в современном мире распространяются быстрее, чем раньше, из-за социальных сетей?
— О, вполне! Я не думаю, что на данный момент кто-то сомневается, что социальные сети глубоко изменили нашу коммуникацию. И если вы горячо преданы чему-то (а конспирологические теории часто являются именно убеждениями «настоящих верующих», которые очень увлечены своими идеями и постоянно о них думают), вы будете очень громкими и очень заметными в соцсетях.
Я, правда, должен обратить внимание на еще одно открытие моего исследования: если вы тратите много времени на изучение теорий заговора, как я, то вы переоцениваете количество людей, верящих в конспирологические теории.
В наших исследованиях мы проверяли конспирологические теории о COVID, и люди действительно в них верили. Но таких людей было меньше, чем можно было ожидать, исходя из сообщений в интернете. Этих людей не так много, но они очень активные и заметные в сети. Безусловно, они подняли свою видимость до того уровня, что мы сейчас ведем этот разговор. А это значит, что их действия имеют конкретные последствия в реальном мире.