«Нас бьют, как мух мухобойкой». Российские Z-военкоры заговорили о необходимости закончить войну
Пока в мире обсуждают возможность перемирия между Москвой и Киевом, а Владимир Зеленский выдвигает для этого свои условия, Z-каналы заняты совсем другим — они не видят, чем и кем эту войну продолжать. «Пушечное мясо» заканчивается, техника горит, дронов значительно меньше, чем у ВСУ. Даже армейский транспорт теперь приходится маскировать пластиковыми тазиками. И если раньше провоенные блогеры писали: «Победа будет за нами», то теперь всё чаще спрашивают: «А кто вообще это планирует выигрывать — и зачем?» Какие настроения царят в Z-сообществе в дни, когда украинские и российские делегации пытаются сесть за стол переговоров в Стамбуле, анализирует для «Вот Так» автор изучающего Z-паблики телеграм-канала «На Zzzzzападном фронте без перемен» Иван Филиппов.
«Боевые тазики» вместо РЭБа
Третий год я ежедневно внимательно читаю и анализирую сотни Z-каналов. Пытаюсь найти что-то важное и интересное, то, что расскажет нам всем больше об этой проклятой войне. И за это время я, кажется, ознакомился уже со всеми возможными сюжетами и жалобами. Сложно меня теперь чем-то удивить.
Бывают, конечно, неожиданности. Например, относительно свежая история, рассказанная каналом «Два майора». Суть вкратце такова: поскольку главная проблема на фронте (и в прифронтовой полосе 30–50 км) — это боевые беспилотники, то военным было запрещено передвигаться без установленных на автомобилях средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ).
Главное о переговорах России и Украины в Стамбуле. День второй. Онлайн «Вот Так»Новости
Кроме того, военной полиции, которая известна тем, что нещадно дрючит российских военнослужащих по любому поводу, а иногда и просто так, было велено машины без РЭБ останавливать и дальнейшее движение запрещать. Пока все звучит совершенно разумно. Но поскольку речь идет о российской армии, то выясняется важный момент: в нужных количествах средств РЭБ просто нет. То если они, может быть, и будут, но потом и при этом непонятно, когда именно.
,,«Но ездить-то надо. Армия вперед идет, не на ослах же БК и еду возить. Что делать? РЭБ-то заказали, но пока он придет, пока отгрузят, пока поставят. <...> Взяли тазики пластиковые, да и покрыли “секретной краской, отводящей дроны вражеские”. Заодно и на РЭБ похоже, да, посты военной полиции теперь издали хмурят брови, но пропускают: есть елдовина на крыше, а значит — порядок».
Этот рассказ автор канала «Два майора» завершал на оптимистической ноте, что вроде бы военное начальство проблему поняло и запрет отменило. Но история про боевые тазики на военных автомобилях, согласитесь, впечатляет.
Такие истории, конечно, случаются, но довольно редко. В основном же всё то, что я читаю каждый день, разумеется, оставляя за скобками радостные посты о каких-то удачных свершениях, это бесконечный поток жалоб на одни и те же проблемы.
Штурмовики на мотоциклах и «голые» танки
Из-за обилия дронов на многих участках фронта у российской армии или закончилась, или заканчивается бронетехника. В результате в бой идут штурмовики на мотоциклах, а в украинских и проукраинских военных каналах публикуются видео атак на легковых машинах. Которые, кстати, горят существенно легче, чем бронетехника.
Приходит ли на фронт новая бронетехника? Да, конечно, приходит. Буквально на днях я видел кадры эшелона, на котором в российскую армию ехало минимум 70 танков. Но, как регулярно пишут те же Z-авторы, несмотря на то что война идет четвертый год, российский ВПК к «реалиям СВО» бронетехнику или не адаптирует никак, или адаптирует минимально, и в армию приезжают «голые» танки и БМП — без «мангалов» и средств РЭБ. Долго такая техника не живет.
Собственно, недостаток транспорта и недостаток дронов — это главные темы в Z-каналах буквально с марта 2022 года. Украинские дроны жгут и гражданские автомобили, которые армия использует для подвоза боеприпасов, еды, воды, стройматериалов, для ротации и эвакуации раненых. Поскольку с каждым днем дроны всё глубже летают в российский тыл, проблем с логистикой это создает всё больше — тащить на линию боевого соприкосновения БК приходится с каждым днем всё дальше и дальше, многие километры. Так, собственно говоря, в армии и появились ослы — с ними сподручнее, чем на собственном горбу.
Боевой дух эти обстоятельства не поднимают. Кстати, о боевом духе. Любому воюющему солдату важно понимать, что, если его ранят, да еще не дай бог тяжело, товарищи его в беде не бросят и дотащат до полевого госпиталя или медика. Как пишут Z-каналы, у российских военных сегодня такой уверенности нет. Подробно об этом серию постов написал канал «В гостях у Дока». Вот пример:
«Мы плавно подошли к тому, что история, которая раньше была на некоторых направлениях, стала массовым явлением. Работа эвакуационных групп на переднем крае практически прекратилась. Стоит понимать, что речь идет именно про вынос с переднего края, а не из “прифронтовой”» зоны».
Тексты эти автор завершает невеселым выводом:
,,«Психологически нужно настраивать бойца на то, что при получении ранения он останется один и все вопросы по сохранению его жизни и конечностей станут сугубо его проблемой и эвакуироваться (несколько километров) он будет самостоятельно. По простому — за ним никто не придет».
Мясные штурмы и принудительные контракты
Мясные штурмы — еще одна вечнозеленая тема. Слово «штурмовик» в лексиконе военных авторов уже стало синонимом смертника. Сослать в штурмовое подразделение — равно обнулить. То есть казнить. Но даже если в штурм тебя отправляют не за провинность или конфликт с командиром, а именно для решения боевой задачи, это на вероятность выживания тоже мало влияет.
Но, повторюсь, это не новая тема. Бахмут, Авдеевка, Угледар. Российскую армию продолжают успешно «стачивать» о сотни крошечных сел. Да, Z-авторы пишут о командирах-мясниках, о «войне в кредит», о том, как амбиции офицеров щедро оплачиваются солдатской кровью и что за годы войны случаев наказания этих самых мясников всё еще не было, а вот случаи награждения были. Но и этим сегодня уже никого не удивить, и такие тексты я читаю последние три года почти ежедневно.
Как следствие, наступающей армии не хватает людей. Об этом тоже Z-каналы пишут и пишут, правда, в последнее время характер текстов изменился. Если раньше в первую очередь жаловались на то, что контракт подписывает мало народу даже за большие деньги, или на то, что воевать идут алкоголики, наркоманы и люди со «дна общества», то теперь военные каналы всё чаще пишут о новой напасти: чтобы обеспечить для начальства красивые цифры, контракты заставляют подписывать мобилизованных. А если они не хотят? Думаю, вы догадаетесь: или контракт, или бери автомат и вперед штурмовать посадку.
Дошедшая до жалости канарейка Путина
Дроны, транспорт, потери — четвертый год одно и тоже. Всё течёт, ничего не меняется. Война забуксовала. На словах Владимир Путин и Дональд Трамп буквально делят Украину, решая, всю её завоюет российская армия или только записанный в «конституцию» РФ кусочек. А на деле российские военные штурмуют села, которые не то что на карте среднестатистический россиянин не найдет, он о них и не слышал даже. И это происходит уже на второй год объявленного «Харьковского наступления».
Z-блогеры жалуются, что в России стали меньше донатить на войну из-за разговоров о миреНовости
Автор канала «Филолог в засаде» с помощью вопроса объясняет, почему именно с наступлением у Генштаба РФ так не заладилось: «Насколько рационально вести наступательные действия на широком фронте, если наших ограниченных ударных ресурсов не хватает для нормального обеспечения всех участков, на которых наши войска атакуют?»
Другими словами, велено наступать широким фронтом — армия и наступает широким фронтом. А то, что не хватает на такое наступление ресурсов — это уже не к Генштабу вопросы, это вы как-нибудь сами.
Мне кажется, из этого всего можно сделать довольно любопытный вывод. Но сначала небольшой экскурс в историю. В XIX веке в Англии шахтеры брали с собой в забой канареек. Бедные птицы выступали в роли газоанализаторов: если канарейка умирала, значит, произошел выброс метана или скопился углекислый газ и шахтерам надо срочно уходить.
В Z-пространстве функцию канарейки выполняет военкор Сладков. Он не просто Z-автор, он именно военкор, прошедший множество войн от Афгана и Чечни до вторжения в Украину. Сладкова зовут на встречу к министру обороны, он сидит за одним столом с президентом Владимиром Путиным. Он во всех смыслах этого слова «придворный» военкор. Почему он та самая канарейка? Потому что если о проблеме в армии пишет Сладков, значит, проблема эта настолько разрослась, что даже он ее игнорировать больше не может.
Так вот днями Сладков написал выдающийся текст в своем фирменном стиле, где многие предложения взаимоисключающие или противоречат не только здравому смыслу, но и тому, что сам автор пишет. Но тем не менее текст этот заслуживает внимания:
,,«Мне нас жалко. Нас бьют. Я уже дошел до жалости. Был период отрицания, гнева, еще чего-то. А теперь я принял ситуацию такой, какая она есть. Нас бьют, как мух мухобойкой…. Надо или прекращать войну, переходить к заморозке, к перемириям, или еще куда-то, или воевать так, как обычно воюют русские на фронте и в тылу, и в Ставке. Мы в этом боевом паритете с Украиной можем сточить оставшихся желающих драться».
В тексте Сладкова эта мысль спрятана под фразами типа «мы несокрушимы в бою» и надо начинать воевать по полной. Специально для товарища майора Сладков даже написал капслоком «ВЫ ОЗНАКОМИЛИСЬ С МНЕНИЕМ, С КОТОРЫМ Я НЕ СОГЛАСЕН», но тем не менее его главная мысль всё равно очевидна: «Надо или прекращать войну, переходить к заморозке, к перемириям, или еще куда-то, или воевать так, как обычно воюют русские на фронте и в тылу, и в Ставке».
Нужна ли генералам победа?
Вывод, который из всего вышенаписанного можно сделать, мне кажется, довольно очевиден: российский Генштаб и российское Министерство обороны не заинтересованы в военных успехах и тем более в победе. Доказательств этому вагон, а вот контраргументов я найти никак не могу. Нет нынешнему положению дел никаких других объяснений.
Украинское командование ведет войну оборонительную. Они защищают свой дом всеми силами и за три года войны мы все, даже те, кто за войной пристально не следит, видим, что украинские генералы стараются и придумывают способы, как войну все-таки выиграть. Разумеется, не всё получается, но при этом мы видим попытки переломить ход войны.
Удары дронами по российской логистике, попытки высадить десант или взорвать Крымский мост, попытки отвлечь российскую армию, открыв новый фронт в Курской области. Это всё не локальные инициативы, а работа Генштаба. Как и интеграция БПЛА-подразделений в украинскую армию и создание невероятной по эффективности индустрии производства беспилотников.
Буквально несколько дней назад Z-сообщество было потрясено известием о том, что запущенная с украинского морского беспилотника ракета уничтожила истребитель Су-30. Морские беспилотники, принимающие участие в массовых налетах на Крым, тоже не инициатива на местах, а работа военных стратегов.
Когда же речь заходит о российской армии, то 99% всех историй о победах (а они, разумеется, есть) оказываются связаны с инициативой на местах. Как в случае с той самой трубой в Курской области (операции по заходу ВС РФ в Суджу по газовой трубе. — Ред.) — это если из совсем свежих примеров.
С другой стороны, собственно, а зачем Генштабу или министру обороны войну выигрывать? Их же не наказывают за то, что война стала позиционной и ни Киева, ни Харькова, ни Одессы не захвачено. Более того, президент России с гордостью рассказывает, что для полного освобождения Курской области (а там еще бои идут) понадобилось участие военных из Северной Кореи. И ни у него ничего не екает, ни у его генералов.
Победить, чтобы прекратить в буквальном смысле утилизацию российских мужчин? Так плевать Генштаб на них хотел — потери он де-факто не признает, последний раз об убитых российских военных Шойгу говорил в сентябре 2022 года, а значит, всё хорошо. Нужна ли генералам победа, чтобы отчитаться перед президентом и получить высокие награды? Тоже нет. Они ему регулярно о своих успехах докладывают. Четвертый год уже. И ему, очевидно, этого достаточно. Кроме того, для многих война стала бизнесом, причем успешным — зачем её выигрывать?
Мысль эта дошла уже до самых… скажем так «пассионарных», проверенных авторов. «В итоге фраза нового министра обороны стала синонимом лжи, а не борьбы с ней», написал автор канала «Romanov Лайт» о знаменитой цитате нового министра обороны Андрея Белоусова «Ошибаться можно — врать нельзя».
И с одной стороны, мысль эта должна быть обнадеживающей — в конце концов ни я, ни мои единомышленники никоим образом не хотим победы России в неправедной войне. На деле же всё это грустно и безысходно. Может быть, российские генералы войну и правда выигрывать не планируют, но и в мире они тоже, судя по всему, совсем не заинтересованы.