Синий и холодный сон
Варшава безликая выплюнет меня во двор,
Вышвырнет, выхаркнет в улицы неприметные.
Уставшие люди, веселые люди и я — как вор,
Вечно не там, где нужно, и, всегда, не в то время.
С задранной высоко и хохочущей головой,
С гримасой глупой, глазами стеклянными, пьяный в доску
Человек в вечность шаг делает, как домой —
Не вовремя, где не ждут давно и без спроса.
Человек эгоист и не может о ком-то другом,
Кроме себя одного правдиво и горько заплакать.
Настоящее — стекло мутное, прошлое в — горле ком,
Будущему невнятно мешает память.
И людей молодых пожирают дворы домов,
И они растворяются в кафедрах аудиторий.
Вильнюсов, Каунусов, Познани, других городов
И Варшавы безликой лицо сверкнёт на надгробии.
Мне сегодня приснился волшебный, прозрачный сон:
Мы плескались в холодной воде, как дети.
Ты хотела уехать, но повернулась ко мне лицом
И утешила, зная что было и будет на свете.
Перед нами расстелился
Непорочный горизонт,
Дымкой в жизни проявился
Синий и холодный сон.
Смех бессмертных — вой сирены,
Танец звёзд и кораблей.
Строгость и серьёзность — время,
Убегает от людей.
Стань на вечер, незнакомка,
Будто в давнем детском сне,
Стань на миг, как для ребёнка
Самым лучшим другом мне.
Посмотри как эта вечность
Растворится в пене дней —
Солнце заменяет вечер
Светом тусклых фонарей.
Ты всегда стоишь за спиной:
Каждый раз,
Когда нарываюсь на драку в очереди в гардероб;
Кричу стихи глухие и бессмысленные;
Пытаюсь петь, не зная зачем, немые песни;
Когда отплясываю, как в последний раз,
В надежде хоть как-то приблизиться
И почувствовать жизнь
В её пугающей красоте,
В скуке и несчастье,
В оставленности и одновременном присутствии.
Ты есть даже в отсутствии.
И каждый раз,
После нашей мистической встречи,
Я кутаюсь в одеяло
И хочу снова погрузиться в тот сон,
Но больше не вижу тебя
И на глазах моих гной.
Поэтому приходится жить,
Ожидая следующей встречи,
Зная,
Что ты всегда просто стоишь за спиной.
Когда вечером вернется
Твоя светлая тоска,
Жизнь сквозь звезды улыбнется,
Через море и века.
Она тянет свои руки,
Греет холодом меня,
И, в невыносимой скуке,
Тихо шутит среди дня.
Почему со мной играет
Это небо ночью так?
И молчит, как будто знает:
Нам не встретиться никак.
Ее голос, как молчанье —
Ничего не объяснит,
Улыбнется на прощание,
Вмиг исчезнет и простит.
Когда новый день наступит,
Миг застынет, как строка.
Проведет и не осудит
Жизни шутка и рука.
Всё повторится снова много раз,
Как это всё уже когда-то было,
Ведь время — это путь для нас
С истока в океан могилы.
Для Господа всё — сразу и всегда,
И мёртвых нет и бесконечный миг
Не кончится, как только ровно два
Пробьют часы и заорёт будильник.
Когда не держат ноги и твоё
Присутствие уже невыносимо,
Всё продолжается и будто бы плывёт
Куда-то сон невидимый и синий.
Когда зажат я между двух огней,
Как будто бы в игре на физкультуре,
Твоё отсутствие не видит дней
И, иногда, по коже тёплым ветром дует.
Я реальность создал сам, когда
Мне одолжили поиграть свободу,
Но за спиной всегда была судьба —
Из полымя в огонь и, снова, в воду.
Границы между реальностью и сном
Не существует. Пусть не поведутся
Те, что сидят на лавочке вдвоём
И тот, кто очень хочет не проснуться.
Здесь всё молчит и этот сон
Закончился, когда завеса спала.
И эти звёзды за моим окном
Меня достать не могут из под одеяла.