«Свидание вслепую»
- ♕ Андиан Панда
- ☻ Passcha
- ♥︎ Nero
- ☺︎ lesuse
- ⌯ Робин Би
- ❀ Takasobiolenka
- ✳︎ Чипс
- ❁ Листек
- ✧ Caramar
- ✌︎ Ди
- ☆ p.lector
- ☃︎ rana shio
- ✚ Hella_Vic
- ✍︎ мелкий дебошир
- ♡ rina
1⠀⠀— Э-э-э, — многозначительно тянет Нил.
Ему, в общем-то, сказать больше нечего. Это какой-то прикол?
Эндрю тоже оказывается немногословен. Только моргает в ответ. Кажется, пранканули не только Нила.
Нил судорожно думает, когда и что могло пойти не так. Он повелся на заунывные мольбы Элисон, которая уже добрые пару недель уговаривала Нила сходить на свидание вслепую. Зарегистрировала его на каком-то сайте, где нужно пройти тупой тест по интересам, чтобы подобрать подходящего собеседника. Это оказалась та еще задача. В первую очередь потому, что в одном из вопросов нужно было указать свой тип личности. И Нил, возмущаясь и вздыхая, полез в гугл, чтобы узнать, что это вообще за херь такая — MBTI. Лучше бы не узнавал, — у него в голове до сих пор крутятся эти бесконечные прокрастинирующие достигаторы и инициирующие администраторы. Нил так и не понял, кто он, и ткнул на рандомный набор букв.
Далее ущербный сайт знакомств вывел его в окошко чата родом из начала двухтысячных, если судить по вырвиглазному оформлению цвета голубиного помета.
А вот собеседник оказался неплох. Правда неплох. Может, Нил угадал с типом личности? Или тест и правда оказался хорошим? В любом случае, они общались несколько дней под вымышленными никами, а затем Нил согласился на встречу. Он не надеялся на хорошее свидание, но так от него хотя бы на время отстанет Элисон.
А сейчас на условленном месте встречи отчего-то не незнакомый парень, а Эндрю Миньярд. Его друг. И по совместительству парень, в которого Нил смущающе долго влюблен.
— Только не говори… — начинает было Нил, но как закончить не знает.
— Это ты сидел под ником Нильрадикал? — спрашивает Эндрю, и на лице его эмоций примерно ноль. — Серьезно, Нил? Что это вообще значит?
Нил возмущенно тычет в Эндрю пальцем.
— Это математический термин и там есть “Нил”. Ты вообще вместо ника поставил точку!
Эндрю фыркает в ответ. Нил собирается сказать ему еще что-нибудь, чтобы не дать неловкости момента повиснуть вокруг коконом тишины, но его телефон вибрирует в руке сообщением, и Нил неосознанно опускает на экран взгляд.
Сообщение оказывается от Элисон. “Ты бы видел ваши с Эндрю рожи. Я так ржу, что у меня уже болят щеки. Я оплатила вам двоим билеты на каток и забронила столик там же, на территории. Удачного свидания. Признайся ему наконец, нам всем надоело смотреть на ваши страдающие лица!”. Нил успевает только впасть в шок и совершенно точно не успевает из него выпасть, когда от Элисон приходит еще одно сообщение: “Если ты не понял, то на сайте знакомств все время были только вы вдвоем, придурки. Мы с Ники отвалили за него кучу бабок и планируем отыграться ставкой на ваши отношения. Не подведи”.
Нил смотрит на экран, не моргая. Смотрит так долго, что глаза начинают болеть. Ебать. Элисон и Ники сделали что?
Пока Нил пытается не провалиться в экзистенциальный кризис, Эндрю тоже выуживает телефон из кармана и спустя секунду насмешливо хмыкает.
— Ну, кажется, Нил, мы идем на каток. Или мне теперь звать тебя Нильрадикал?
Нил блокирует телефон и едва не блокирует Элисон.
Его поражает спокойствие Эндрю. Будто нет ничего такого в том, что их друзья купили сайт и буквально вынудили пойти на свидание.
Но раз Эндрю не паникует, то, может, и Нилу не стоит? Может, они просто сходят на это свидание, и все? Так, чисто по-дружески.
2⠀⠀Но все идет не так с самого начала. Примерно с того момента, когда Нил решил подружиться с Элисон когда-то. Ведь если бы не она и ее «свожу одинокие сердца, а заодно и вас с ума», Нил бы не стоял здесь как придурок, пытаясь отыскать в своей голове интересную тему для разговора. И куда они магическим образом выветрились из его головы?
Пока очередь в прокат коньков тянется также долго, как и мыслительные процессы Нила, — они с Эндрю неловко мнутся на месте, зажатые людьми с двух сторон. Выхода нет.
— Что думаешь насчет мороженого после катка, Нильрадикал?
Нил закатывает глаза, складывая руки на груди.
— Ты меня так до конца жизни теперь будешь называть?
Лицо Эндрю остается абсолютно безэмоциональным, но в глазах пляшут огоньки озорства, — настолько яркие, что могли бы посоревноваться с гирляндами, освещающими площадку.
Эндрю театрально задумывается на мгновение. А Нил сдерживает себя, чтобы не ляпнуть, что помимо идеи, здесь много чего соблазнительного. Но как удачно, что его мыслительные процессы сегодня тормозят.
Нил прокручивает в голове, для личного напоминания, что это несвидание, — просто дружеская прогулка. Но как же хочется сделать вид, что он не умеет кататься на коньках. Тогда Эндрю бы взял его за руку, чтобы Нил не упал. Потом они бы пошли есть мороженное. Эндрю проводил его до дома. Возможно они бы поцеловались на прощание. Нил фыркает. Эндрю странно косится на него. Не стоило смотреть вчера ту мелодраму, кажется у Нила сдвиг по фазе.
Наконец-то подходит их очередь, и Нил выдыхает — тревожно, с легким «ик». Снова ловит вопросительный взгляд Эндрю. Да что с ним такое сегодня? Его всего трясет как на приеме у стоматолога. Успокойся, Нил, никто не будет залезать тебе в рот.
Ой фу, Нил о чем ты думаешь? Совсем стыд потерял?
Нил прикрывает глаза. Большой такой сдвиг. Ему не стоматолога бояться надо, а психиатра. Как удачно подходит их очередь.
Пальцы путаются в шнуровке, пока Нил пытается закрепить ботинок на ноге. Спойлер: ничего не получается. Еще немного и он готов зашвырнуть этот конек кому-нибудь в голову. Можно даже себе.
Эндрю опускается перед ним, опираясь на одно колено. Нил начинает думать, что все это его чудной сон.
— Ты что забыл как шнурки завязывать?
И почему он разговаривает с ним как с маленьким?
Нил задерживает дыхание, пока Эндрю ловко шнурует ботинки. Это завораживает. Хочется убрать светлую прядку с его лица, потому что она закрывает глаза; но Нил впивается пальцами в скамейку, чтобы не совершить очередную глупость. Хватит с него сегодня. Эндрю может подумать, что Нил с головой не дружит. А кто сказал, что он уже так не думает? Нил закатывает глаза.
По пути к проходу на каток Нил запинается, чертыхаясь. Где же он так согрешил?
— Мы еще даже на лед не вышли, так хочется закончить свидание пораньше?
Нил вздрагивает, когда теплая рука Эндрю обхватывает его пальцы. Он машинально переставляет ноги, не отрывая взгляда от спины Эндрю. Он назвал это свиданием. Назвал свиданием. Свиданием. Нил хмурится, оглядываясь по сторонам. Хорошо, он не говорит это вслух, как умалишенный. Может дружба с Элисон все же была хорошей идеей, а то и самой лучшей за всю жизнь Нила.
3⠀⠀Пока Эндрю пытается покрепче зашнуровать его ботинок, Нил, глядя на него сверху вниз, не может оттолкнуть от себя фантазии, проникающие в его мозг. Волосы Эндрю выглядят мягкими, но будут ли они действительно такими на ощупь, если Нил запустит в них пальцы. Рассыпятся ли каскадом от легкого прикосновения и хватит ли длины, чтобы сжать их в кулак?
Мысли Нила устремляются куда-то вниз, когда он представляет, как Эндрю, стоящий перед ним на коленях, льнет к руке, как Нил пятерней сжимает крепче его волосы на затылке, как тот поднимает взгляд, как подается ближе, чтобы поднять руки и провести ими по бедрам снизу вверх, как его ладони оказываются совсем близко к выпирающей ширинке...
Нил шумно вдыхает сквозь зубы и пытается сморгнуть видение. Почему здесь так жарко?
Эндрю, оказывается, уже закончил с его обувью и теперь, сощурившись, смотрит изучающим взглядом. Нил чувствует, как пылает его лицо.
— Джостен, ты выглядишь так, будто сейчас тебя хватит инфаркт.
Нил лишь глупо хлопает ресницами и смущенно улыбается, но как только Эндрю разворачивается, чтобы пройти на каток, быстро поправляет неудобство в штанах. Видимо, сегодня утром в душе все-таки следовало подрочить.
Каток заполнен людьми. Парочки и семьи с детьми скользят по бело-голубоватому полю под звуки веселой мелодии, льющейся из невидимых динамиков. Блеск разноцветных софитов пронизывает пространство, даря обычному катку атмосферу праздника.
Эндрю уже вышел на лед, и привалившись к ограде, ждет Нила. Но Нил, застыв, не может сделать и шага. Лавина воспоминаний накрыла его, как только он взглянул на каток; шум скольжения и взрывы смеха всколыхнули в нем то, что он уже несколько лет старался забыть.
Все это слишком ярко напомнило ему о том, как будучи подростком, он играл с Кевином в младшей хоккейной лиге. Тогда после смерти отца Нил с матерью переехали в новый город, и Мэри записала его в хоккейную школу, расположенную недалеко от дома. «Ты всегда любил хоккей, по-моему, это отличный шанс наконец посвятить себя любимому занятию, — говорила Мэри. — К тому же, ты познакомишься с новыми ребятами, и, кто знает, может найдешь себе друзей.»
Кевин был капитаном команды: высокий, красивый, самоуверенный, требующий полной отдачи на льду и порой несносный, но в то же время добрый, отзывчивый, готовый всегда помочь советом или поддержать. Он сразу каким-то образом разглядел в Ниле потенциал и уделял ему на тренировках больше внимания, чем остальным. Всегда вертелся рядом, и, словно взяв под свою опеку, начал учить его техникам и приемам, следить за его питанием и режимом, а после и просто завязалось общение, не связанное с хоккеем, и Нил, сам того не осознавая, в какой-то момент понял, что ему приятна компания и внимание Кевина. Казалось, что у него действительно появился друг.
Шли месяцы, и все было отлично. Нил познакомил Кевина с Мэри, а тот, в свою очередь, привел его домой и представил Ваймаку и Эбби — его родителям. Они все вместе ездили на пикники, собирались вместе по выходным за ужином, и пока родители сидели в гостиной, Нил с Кевином рубились в приставку или смотрели аниме.
Но основным местом их встреч, конечно же, оставался каток. Кевин как черт был одержим хоккеем, и ему было недостаточно обычных тренировок; после финального свистка он всегда оставался на пустом катке и гонял себя по нему до изнеможения, пока клюшка не валилась из рук. Не стоит и говорить, что Нил со временем стал постоянным участником этого безумия. Они носились по льду, стараясь забить друг другу больше голов, и звуки разрезаемого льда под коньками и ударов шайбы о плексиглас были на тот момент любимой мелодией для Нила. Как и счастливый смех Кевина, когда ему удавалось забить Нилу.
— Ты слишком медленный! — кричал Кевин после очередной забитой шайбы, и Нил хоть и не видел из-за шлема, но слышал в его голосе улыбку. — У нас осталось пять минут, спорим, ты не успеешь мне забить!
— Если я это сделаю, то буду выбирать фильмы весь следующий месяц!
И Нил, оперевшись на клюшку и сняв шлем, вытер пот со лба, приготовившись в решающему раунду.
Игра возобновилась. Нил двигался настолько молниеносно, что клюшка с шайбой казались размытым пятном. Он не обращал внимания на выкрики и подначки Кевина, которые тот выкрикивал из своих ворот, ловко двигаясь по льду и стараясь не потерять шайбу. И прежде чем Кевин попытался вычислить и угадать траекторию его удара, Нил резко вывернул влево и с силой замахнулся в правый нижний угол ворот, не давая Кевину и шанса защитить их.
Кевин ошарашенно пялился на свои ворота и не заметил не успевшего затормозить налетевшего на него Нила. Они вместе упали на лед, проскользив на несколько сантиметров вглубь ворот. Нил откинул шлем в сторону и радостно закричал:
— Я сделал это! Я забил самому Кевину, мать его, Дэю! Ха-ха-ха, выкуси!
Кевин тоже снял шлем и взял лицо Нила в свои ладони.
— Ты молодец! Это был безумный гол! Я всегда говорил, что ты невероятно талантлив, Нил!
Нил рассмеялся, но через мгновение, замерев, осознал, как близко они находятся друг к другу, и отринув все сомнения, подпитываемый адреналином, впился грубым поцелуем в пухлые, слегка потрескавшиеся губы Кевина.
Это было пять мучительных лет назад, но сейчас Нил стоит перед катком и ощущает вкус первого поцелуя на своих губах. Внутри скручивает тоской, потому что после этого случая отношения между ним и Кевином испортились, а потом и вовсе сошли на нет. И хоть тогда Кевин и отвечал жадно, словно изголодавшийся зверь, поймавший свою добычу, конечно же, у них ничего не могло получиться, потому что Кевин мечтал стать спортсменом, а в мире спорта, по его словам, нужно быть гетеросексуалом.
Нил смаргивает пелену воспоминаний и с горечью смотрит на Эндрю. Он и забыл, что тот все это время ждал его.
4⠀⠀— Единение с природой окончено?
Лезвие коньков мягко скользит по льду, пуская по ногам знакомое напряжение. Ветер хлёстким порывом бьёт по щекам. Лицо уже успевает немного подмёрзнуть, пока Нил наворачивает круги, стараясь обогнать Эндрю. Тот не отстаёт: проезжает мимо, и, повернувшись спиной вперёд, отвешивает салют на прощание. Впрочем, ликовать долго у него тоже не выходит: едва ли Эндрю успевает развернуться лицом вперёд, как тут же с глухим плюх приземляется на бок прямо под ноги Нилу.
Вылупив глаза, тот успевает только охнуть, прежде чем спотыкается о развалившегося на пути выскочки и щучкой ныряет вперёд.
— Довыёбывался? — Стонет он, приподнимаясь на локтях. Столкновение получается не из приятных: нос ноет и пульсирует, недвусмысленно намекая на возможный ущерб.
— Ой, помолчи, — хрипит откуда-то сзади Эндрю. — Ты как? Порядок?
Нил перекидывает вес вправо, усаживаясь на задницу. Секунду спустя к нему подползает Эндрю, внимательно всматриваясь ему в лицо.
Щёки обдаёт теплом. Губы будто налились кровью в хоть какой-то попытке согреться. Но всё напрасно, учитывая вырывающийся из приоткрытого рта пар — никакое тепло тут не задержится, пока ты вот так вот безрассудно тратишь его куда попало.
Никакое тепло тут не задержится, когда вся кровь разом отливает от мозга.
Нил снова ловит себя на тех мыслях. Представляет, что мог бы Эндрю сделать с ним этими губами. Какой оттенок он смог бы им придать, если бы прямо сейчас втянул их в рот? Как бы они ощущались на его языке, если бы сразу после яростного укуса, он плавно бы слизал боль в знак извинений? Какие звуки бы он смог впитать с них, прикоснись он к заветному месту за ровным рядом зубов?
Внезапное прикосновение к подбородку на миг вырывает его из паутины грёз, возвращая назад в реальность.
— Джостен, я с тобой разговариваю, — с нотками раздражения тянет Эндрю. — Головой тоже ударился или что?
Моргнув, Нил сглатывает наваждение, стараясь сконцентрироваться на происходящем вокруг. Сделать это оказывается не так сложно, когда лицо буквально пылает пожаром, эпицентром которого является его собственный нос.
— Носом проехался, ерунда, — отмахивается он от Эндрю. Ещё пара таких касаний и Нил точно не сможет больше терпеть: свалится навзничь и будет плавать в своём мирке, где есть только он, Эндрю и его губы на разгорячённом нагом теле.
Чужие пальцы настойчиво сжимают подбородок, направляя голову Нила вправо-влево. Эндрю всё с той же плещущейся во взгляде внимательностью вглядывается ему в лицо.
5⠀⠀Чтобы немного отвлечься, Нил кидает взгляд на небо. Стоит ночь. Они на катке одни. Это делает ситуацию ещё интимнее и совсем не помогает успокоиться.
Нил опускает взгляд и снова смотрит на Эндрю. Тот его так и не отпускает. Пальцы всё ещё держатся за его лицо.
Это всё слишком. Слишком, слишком, слишком.
Нилу кажется, что ещё немного и под ним начнёт плавиться лёд. Как же Эндрю близко. Так близко, что Нил чувствует запах его кожи. Он теряет последние части своего рассудка и произносит:
Нил пытается отвернуться, но хватка на подбородке не даёт это сделать. Эндрю заставляет смотреть прямо на него, в эти невероятно притягательные глаза.
Брови Эндрю слегка приподнимаются, и Нил замечает его удивление. Молчание затягивается. Между ними зависает неприятная тишина. Нил слышит лишь, как сердце бешено бьётся у него в груди. Он жалеет уже сто раз, что это сказал. Теперь Эндрю его пошлёт, и их дружбе придётконец.
— Прости… забудь, я просто ещё и головой ударился. — Нил отпихивает Эндрю в сторону и пытается подняться.
Он встаёт и немного отъезжает в сторону.
Нил чувствует себя опозоренным. Ему так стыдно, что он хочет, чтобы прямо сейчас это чёртов лёд под ним треснул. Нилу страшно повернуться и столкнуться с лицом, полным отвращения к нему.
Но это сделать всё же приходится.
Эндрю всё ещё на том месте, где они упали. Он уже встал, и, к облегчению Нила, отвращения у него нет. Но даже такой безэмоциональный психопат, как ЭндрюМиньярд, не может сдержать эмоции.
Тот выглядит растерянно. Нил ещё никогда не видел столько всего на этом лице. Ему кажется, что румянец на щеках Эндрю становится… ярче? Или всему виной мороз?
Это озадачивает. Никто не знает, что делать дальше, и они, как тупые школьники, продолжают пялиться друг на друга.
— Я тоже хочу. — Эндрю говорит очень тихо, но из-за ночной тишины для Нила это словно крик.
Его ноги дрожат, и Нил боится, что коньки сейчас разъедутся в разные стороны, и он окончательно сломает себе нос. А вот ладони вспотели. В нём сражается какой-то контраст температур и ощущений. Скоро точно произойдёт перегрузка.
Нил собирает всего себя в кулак. Не может угомонить лишь сильно стучащее сердце и произносит:
6⠀⠀Потому что если Эндрю не сделает этого — не поцелует его, — то лёд под коньками наконец-то треснет, не выдержав напряжения. Нил пронизан им с ватных ног до головы, пока лицо грозилось сгореть от стыда и нетерпения. Эндрю же выполнит его просьбу? Отставит в сторону то, что они, вообще-то, друзья?
Если они вообще имели право называться так после сказанного.
— Но не пожалеешь ли ты? — сглотнув, спрашивает Эндрю тихо-тихо, что всё ещё кажется громким-громким, будто отражаясь от звёздного небосвода и впиваясь в Нила через льдистую гладь.
Оставаться на одном месте — напротив друг друга, но так далеко, — становится всё сложнее. Почти нереально.
И это «почти» держится только благодаря Нилу, у которого горло свело от волнения. Можно сказать, он только и может, что поглощать глаза Эндрю и надеяться, что тот поймёт всё без слов.
Потому что Нил, которого уже стало маленько потряхивать, мог только покачать головой. Как тут пожалеешь? Сознание, тело, душа — всё из этого трепещет в надобности сблизиться; надобности прижаться и прикоснуться вновь. Не только руками.
Однако Эндрю принципиальный до мозга костей, до своей сути: поэтому остаётся на месте и сверлит упрямым взглядом.
Горящие щёки Эндрю и контекст идут вразрез с серьёзностю, вложенной во фразу. Но тут нет злобы и свирепости — только дрогнувший при просьбе голос и готовность броситься к нему в любой миг. Как последнее подтверждение того, что они имеет право столкнуться с друг другом.
Сжав кулаки, Нил выдохнул и позволил тёплому пару войти в контраст с холодным воздухом. Если упустит возможность сейчас — прикончит себя, разочаровавшись в жизни.
И несмотря на то, что внутри всё дрожит, Нил снова ловит взгляд Эндрю и выдаёт столько уверенности, сколько не выдавал никогда в жизни:
— Не пожалею. Поцелуй меня уже.
Лёд, под коньками стремительно приближающегося Эндрю, слегка затрещал. Нил успел только прикрыть глаза, когда почувствовал прикосновение тёплых рук к своему лицу.
7⠀⠀Губы горят, хотя к ним еще не прильнули.
Эндрю медлит, пока нутро Нило медленно воспламеняется в ожидании заветного поцелуя. Он, блять, мечтает об этом тыщу лет — в бредовых снах, на утомительных уроках, на шумных вечеринках друзей, на дымных посиделках на школьной крыше, на изматывающих тренировках, везде и всегда, — а Эндрю тут устраивает эджинг, что за вздор!
Нил резко хватается за куртку Эндрю — и нетерпеливо тянет на себя. Он не боится нарушить пространство, не в этом блядком случае, когда Нил отчетливо видит, что Эндрю жаждет его не просто поцеловать, а съесть живьем. Его расплывающиеся зрачки выдают с потрохами.
Только вот… они не сплетаются в поцелуе, как задумывает Нил, а шмякаются прямо на лед.
Эндрю утыкается в его шею и лавиной обдувает неровным дыханием. Жар расползается по всему телу и вытесняет небольшую боль от столкновения спины с жесткой поверхностью.
Нил не успевает посмеяться над своей безнадежностью испортить момент, — к губам жадно присасываются.
Ему кажется, будто он плывет в облаках. Растекается мороженым под палящим солнцем. А может душа покидает тело. Или все вместе. Но он явно сейчас косплеет Сэр, кошку Эндрю, которая любит распластаться на диване после хорошего ужина.
Нил много раз воображал поцелуй с самим Эндрю Миньярдом.
Элисон говорила, что первый поцелуй не обязан быть нежным. Что он может случится в пьяном бреду, на душном и потном танцполе, а может и на последнем ряду в темноте унылого ужастика, на уютном диване за просмотром сопливой мелодрамы. Что поцелуй может быть страстным до опухания губ и сколотого зуба или настолько мягким, что сердце могло вырваться из грудной клетки прямо в руки другого человека, который передал своим касанием губ всю любовь, потаенную глубоко в душе. Что даже если его «целованную девственнусть» варварски украдут по-случайности или он будет не как в романтических фильмах, — пылкий настолько, что придется вызывать пожарных, — то мир не рухнет.
Ведь можно в любой момент нагнать желания о медленных и робких лобызаниях. И наплевать, что это случилось не в первый раз.
Поэтому Нил не скупился в фантазиях. Представлял безбашенные поцелуи под ярко-багровым закатом на капоте машины, которую втихую одалживает у дяди Стюарта — ну а что, у него все равно три машины! — и как несмелое столкновение лбов перерастает в нечто большее, чем дружеское пожелание спокойной ночи; и возвращение в момент прошлым летом, когда во время поездки на пляж между ними искрился такой вольтаж, что казалось еще чуть-чуть — и море начнет пуляться молниями… Нил мог бы написать целых два тома о грезах первого поцелуя с Эндрю Миньярдом!
И вот теперь он здесь, на холодном льду, в окружении терпкого парфюма, ощущает мозолистые пальцы на щеках, вкус химозной вишневой колы на губах и сумасшедшую тахикардию, вынужденную сидеть в грудной клетке. Таких мечтаний у него еще не было. Но этот момент кажется лучше всех, что он успел навоображать.
Их поцелуй похож на борьбу в разной технике. В вольном стиле. Нил целует вспыльчиво и несдержанно, будто вываливая все накопившееся напряжение за эти годы; зубы сталкиваются, иногда вообще порывается укусить за нижнюю губу или впихнуть язык поглубже, в саму глотку. Эндрю — неторопливо, даже сказать, лениво, будто пребывая в сонном лунатизме, до конца не веря в происходящее. Он больше целится на мягкое обсасывание губ Нила — может, ему нравится привкус недавно съеденной картошки фри?
В какой-то момент воздух заканчивается, — и легкие получают самый настоящих ожог второй степени. Им на время приходится отстраниться, чтобы отдышаться. Нил еще никогда не чувствовал себя настолько запыханным и счастливым одновременно. Даже на изнуряющих тренировках.
— Я… Думал сделать это медленно и нежно, — хрипло бормочет Эндрю и облизывает покрасневшие губы. — Нетерпеливое создание.
Нил судорожно выдыхает — или пытается всосать весь кислород мира? — и вновь затягивает Эндрю в поцелуй. О да, Нил то еще нетерпеливое создание в отличие от некоторых, до последнего отрицающих хоть какие либо чувства, кроме ненависти.
8⠀⠀Но на этот раз он подстраивается под вдумчивый ритм Эндрю. Прикасается одубевшими пальцами к тёплой щеке, невесомо поглаживая, будто самую хрупкую драгоценность в мире. Сосредоточенно зажмурившись, Нил пытается вспомнить все поцелуи в романтических фильмах, которые он когда-либо видел. Если план с жарким набрасыванием не сработал — нужно менять тактику. Какая разница, как именно это происходит, главное — с кем. И тут Нил явно сорвал джек-пот в виде гребанного Эндрю Миньярда.
Счастливое мгновенье прерывается громким возмущенным воплем со стороны:
— Пекратите сосаться посреди катка, извращенцы!
Это заставляет Эндрю разорвать поцелуй и быстро откатиться в сторону, чтобы как следует прожечь взглядом гоповатого парня, посмевшего нарушить такой важный момент. Нил глубоко вдыхает морозный воздух и сразу же испытывает сенсорный перегруз: слишком яркое солнце отражается миллиардом искр от снега и льда, слишком громкие посетители катка смеются и разговаривают вокруг. Губы горят, сердце выскакивает из груди, спина практически онемела от удара, а задница, кажется, так и вовсе немного примерзла ко льду. Ладно, этому опыту Нил ставит примерно девять из десяти. Твердая десятка за головокружительный опыт и Эндрю Миньярда. Но минус балл за не очень кинематографичную атмосферу вокруг и отбитую задницу. В целом — могло быть хуже. Нил себя знает.
Он хватается за протянутую руку Эндрю, который уже крепко стоит на коньках и всем своим видом пытается выразить невозмутимость. Именно «пытается», поскольку заалевшие скулы, растрепанные волосы и опухшие губы превосходно разрушают этот образ. Неизвестный зверь в груди Нила довольно урчит, будто говоря «это я сделал», и губы Нила невольно расплываются в довольной улыбке.
Он продолжает улыбаться, пока они возвращаются к бортику, выходят с катка и снимают коньки, все это время не решаясь заговорить. Эндрю не выдерживает первым.
— Прекрати это, — он накрывает ладонью лицо Нила, отворачивая от себя. Нилу не стыдно. Да, он доволен, и да, он пялится. И да, он ощущает себя безрассудным, поэтому решает спросить.
— Итак, как долго ты хотел это сделать?
— Что именно? Приложить твою башку о каток? — Эндрю поглубже зарывается носом в шарф, когда они выходят на центральную аллею парка. Он не смотрит на Нила, изображая безразличие, но Нил на это не купится. — Примерно с третьей секунды нашего знакомства.
— Ты знаешь о чём я, — Нил толкает его плечом, продолжая счастливо улыбаться. — У Эллисон есть ставка на то, кто кому из нас понравился первым. Я обещал ей экслюзивную информацию.
— Куда делся тот Нил, с которым мы обсуждали зомби-апокалипсис, прячась с сигаретами за спортзалом? — Эндрю делает драматичный вздох. — Я не буду с тобой об этом говорить, только чтобы помочь срубить денег главной сплетнице школы. Но если тебе интересно, я долгое время вообще думал, что ты сохнешь по Кевину.
Мозг Нила с визгом тормозит, и Нил останавливается вместе с ним.
9⠀⠀— Кевин. Ты его точно знаешь. Такой высокомерный, заносчивый и считающий, что все в этом мире мечтают стать им.
Нил заторможенно моргает и откатывается в сторону, утягивая Эндрю за собой, чтобы не перекрывать дорогу катающейся по кругу компании школьников в ярких шарфах.
— Единственный сохнущий по Кевину человек — сам Кевин, — кривится Нил. — Это ужасное оскорбление, ты в курсе?
Вместо того, чтобы оттолкнуть Нила и закатить глаза, Эндрю наматывает на руку край его длинного и пёстрого шарфа с уродливыми рыжими отпечатками лап и притягивает ближе.
— Мне просто не хотелось верить, что мне понравился кто-то, кто может приходить в восторг от идеи бега за мячиком, — бормочет он, вжимая Нила в себя и удерживая одной рукой. Второй он проводит по побелевшим от холода линиям застарелых шрамов. — Замерз?
Прислушиваясь к ощущениям в теле, Нил кивает.
— Горячий шоколад и тако? — Пробираясь к выходу спрашивает он, отсекая Эндрю от толпы собой.
Вместо ответа тот слегка тянет за рукав и кивает в сторону разместившейся рядом с катком зоны кафе и лавочек с безделушками, над которыми раскинулись голые ветви деревьев и гирлянды.
— В теплое время года здесь должно быть красиво, — задумчиво тянет Нил, перешагивая за ограждение и пробираясь к скамье с их вещами.
— Летом здесь открывается площадка для ебанутых ценителей роликов и диско, — презрительно кривится Эндрю. — Я приду сюда, только если все время проката коньков вместо сраной Кейт Буш будет играть мой плэйлист.
Нил согласно угукает, расшнуровывая наконец тесно обхватывающие щиколотки ботинки. Еще несколько мгновений ему кажется, что ноги рефлекторно скользят, отталкиваясь от льда.
— Это было бы идеальным свиданием для тебя? — интересуется он, закидывая через плечо сумку с коньками: своими и Эндрю.
— Это уже идеальное свидание, идиот.
Нил улыбается, совершенно не обращая внимание на напускную грубость Эндрю и запечатляет в памяти, как красиво отражаются огни гирлянд на карамельной радужке глаз Эндрю. Он хотел бы видеть это снова и снова.
10⠀⠀— Странно. — Нил задумчиво мычит, словно пытается разгадать особо замудреную задачку из школьной программы по геометрии, из которой в памяти осталось только «Биссектриса — это крыса», а продолжение он не помнит. Но крыса еще та, с геометрией у него вечные проблемы были. — А я думал, идеальное свидание не должно включать в себя физическую активность.
Эндрю недовольно косится на него краем глаза, мол, сейчас договоришься, и свидание превратится в жестокую расправу. Обидно будет, они же еще горячий шоколад не купили!
— Я не считаю за физическую активность протаскивание тебя через весь каток, будто на буксире, — в итоге фыркает Эндрю, когда они подходят к яркой будке, из которой невероятно соблазнительно тянет ароматом горячего кофе и тако.
— Вообще-то это не я предложил тебя за руку держать, — невинно хлопает глазами Нил, нетерпеливо постукивая по бортику будки в ожидании их очереди. Пальцы у него до сих приятно покалывает утраченным теплом, словно крохотные частички тока, оставшиеся после того, как они с Эндрю держались за руки, посовещались и решили сделать из него маленькое магнитное поле, которое неизменно притягивает тягучее карамельное озеро чужого взгляда.
— Я не мог смотреть, как ты изображаешь корову на льду. Зрелище вызывает физическую боль, ты в курсе?
— Я родился в коньках! — протестует Нил, игнорируя красноречивое закатывание глаз, которое явно дает понять, что Эндрю думает о его способностях держаться на льду.
Вскоре они оказываются на ярко освещенной алее, лавируя между влюбленными школьниками, родителями с перевозбужденной детворой и пенсионерами, тоскливо вздыхающих о быстротечности молодости. Нил как раз рассказывает, почему им обязательно надо вернуться сюда летом, даже не смотря на ненавистные Эндрю песни Кейт Буш, когда они натыкаются на небольшую коробку у входа в парк. Она плотно запечатана и, по правде говоря, выглядит жутко подозрительно, валяясь вот так без дела в месте, где полным полно народу. Нил бы обязательно обратился к патрулю, вот только на яркой этикетке, прикрепленной к коробке, явно значится адресат. Точнее, двое.
«Эндрю Миньярду и Нилу Джостену».
Нил не особо себя контролирует, когда загребущими руками тянется в сторону неизвестного подарочка, и где-то на задворках сознания свистящим напоминанием проносится, что чужие вещи трогать нельзя и поднимать подозрительные коробки с пола тоже как бы нежелательно, но на ней его имя, так что пусть мама на том свете несильно его проклинает.
— Ты дебил? — Эндрю отдергивает его за край куртки, лишая возможности добраться до желаемого. На секунду восторженный флер, который окутал посылку, слетает — раньше Нилу казалось, она светится и манит его, а теперь это обычная замотанная скотчем коробка сомнительного вида.
— На ней наши имена, — удивленно выдыхает Нил, будто Эндрю слепой.
— И что дальше? Доверия ей это не прибавляет.
— И что нам делать тогда? Не оставим же мы явно нам предназначенную посылку посреди парка?
Эндрю вдруг растерянно хмурится, и Нил едва сдерживается от довольной улыбки. Ну да, у него напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, но он все равно не такой уж и бесполезный!
11⠀⠀— Я все равно не думаю, что это хорошая идея, — вздыхает Эндрю, задумчиво наклоняя голову набок, словно бы пытаясь найти какие-то подсказки на этой коробке. Но кроме имени и скотча там больше ничего не было, что не давало никакого доверия. — Учитывая, сколько у нас врагов.
— Целых три штуки, — насмешливо фыркает Нил. — Давай, я уверен, что в этом ничего опасного нет.
Ну, конечно, «Нил-я-открываю-любую-дрянь-Джостен».
Однако уж очень уверенным этот идиот выглядит. Доверять Нилу Джостену надо еще меньше, чем этой странной коробке, однако по какой-то неведомой причине он все равно это делает. Начинает думать, что действительно, не такая уж и опасная и подозрительная коробка. Да и вряд ли кто-то стал бы разбрасываться бомбой с их именами. Здесь Нил прав — у них правда врагов всего три штуки, и то те никудышные.
— Ладно, — в конце концов, соглашается Эндрю. Он даже глаза закатывает, чтобы было понять, насколько ему не нравится эта идея. — Открывай.
И сам предусмотрительно отходит назад на пару шагов. На всякий случай.
Нил с каким-то нездоровым энтузиазмом тянет руки к коробке. Эти секунды для Эндрю превращаются в минуты или даже часы, в очень кинематографическую картинку, где все такое напряженное и в замедленной съемке. Где еще чуть-чуть и случится большой бум, оправиться от которого будет уже невозможно.
Но в реальности, конечно же, все не так драматично.
— Что вы делаете, малолетки? — останавливает их голос.
Нил замирает с протянутой рукой на корточках, и они оба поворачивают голову.
— Свинья Хиггинс, — говорит Эндрю.
Говорит раздраженно, потому что они не открыли коробку. Говорит и с облегчением, потому что не открыли коробку.
— Миньярд, хватит меня так называть, — закатывает глаза он. — Что это коробка?
— Это наша коробка, — тут же сказал Нил, поднимая ее с земли. У Эндрю чуть сердце в пятки не упало. Да что там сердце, за ним были готовы полететь и мозг, и душа, и все остальное, что готово было рухнуть. Вот же идиот.
Но, к счастью, никакого «бума» и «баха» не происходит. И теперь Миньярд лишь раздраженно думает, что Нилу еще следовало обиженно сказать «мы первые ее увидели!»
А вообще, раз уж она оказалась действительно не такой уж опасной (по крайней мере, в ней нет бомбы), то Нил прав — это их коробка. На ней буквально написаны их имена.
— Я видел, как вы гуляли по парку, а потом подошли к коробке, — не соглашается Хиггинс. — Это бесхозный предмет, и я не могу это так оставить.
— На ней наши имена, — протестует Нил.
— Нил, — с упреком говорит коп. — Тогда пойдем со мной в отделение, где мы безопасно вскроем коробку.
Джостен морщится. Эндрю морщится. Последнее, чего бы им хотелось, это оказаться в отделении полиции. Тем более просто так, когда они даже ничего не сделали.
Эндрю поворачивается к Нилу, который прижимает к себе коробку с таким видом, словно у него собираются отнять самую большую ценность.
— Это просто охренительное свидание, — говорит он.
— А самое главное — оно идеальное! — с энтузиазмом отвечает Нил.
12⠀⠀— То, что ваши имена на коробке, не делает вас её владельцами. Или это что, наркотики? — требует Хиггинс, что заставляет Нила закатить глаза, а Эндрю пялиться на этого тупого копа, словно он… ну да, так-то он и правда сморозил хуйню. — Всё, теперь я точно вас никуда не отпущу, пока мы не проверим прямо сейчас.
— Единственный раз в своей ёбаной жизни мы решили выйти на нормальное человеческое свидание, и получили это, — пожаловался Нил Эндрю, будто Хиггинса никакого и не было рядом. Хотя быстро выстрелившая в голову идея, заставила его всё же обратить внимание на копа. — У меня есть право на телефонный звонок, даже если вы нас арестуете.
Тот скривился, но согласился подождать, внимательно смотря, пока Нил вытаскивал телефон, держа коробку одной рукой. Ага, будто бы у него там завалялся пистолет или типа того?
В быстром наборе нужного номера не было, но в контактах Нил вынужден был забить этого человека. Тыкнув на эмоджи печенья, Нил сделал свой звонок.
— Добрый вечер, агент Браунинг, не смею долго отвлекать вас от работы по поимке опасных серийных убийц, но найдётся минутка?
Эндрю разглядывал его, будто не мог поверить, что Нил из-за такой глупости как неопознанная коробка и возможность быть запихнутым за решётку на пару часов из-за выяснений, будет звонить аж фбровцам. Но у Нила всегда были своеобразные пути решения проблем.
— Не совсем, — продолжил Нил говорить в трубку. — К нам просто пристал коп, и, честно говоря, я не уверен, что он обычный коп. Он хочет забрать нас в отделение из-за того, что я со своим парнем, — Эндрю закоротнуло на слове «парень», — просто обменялся подарками, и мне кажется, это какой-то подкупной коп. Ага.
Эндрю смотрел на него как на умалишённого, пока Хиггинс? А что Хиггинс, он явно понимал, о чём речь. Точнее с кем Нил говорил, учитывая, что после таких громких заголовков о сыне серийного убийцы в команде его бывшего подопечного, было ясно, что без ФБР дело закрыться не могло.
Нил назвал парк, и Хиггинс… нет, Эндрю не верил, что Хиггинс может быть как-то привязан к настоящему расследованию, но они оба с Нилом засекли момент, когда коп потянулся к поясу. Ёбаный ты блять, это должно быть шуткой. Сегодня что, первое апреля? Где камеры? Они в тупом шоу?
Тем временем Хиггинс уже схватился за пистолет.
— Беги, — Нил пихнул Эндрю в руки коробку, но он не собирался бежать. Ни за что, блять. С него хватит терять Нила, будь то в Балтиморе или просто потерявшийся среди вешалок в магазине Джостен.
Не найдя лучшего решения, Эндрю сделал единственное, что посчитал нужным в данным момент. Хиггинс только стал наставлять на них пистолет, как Эндрю со всей силы швырнул в него коробкой, отчего та раскрылась, но и пистолет тоже упал. Удача, блять.
13⠀⠀Внутри коробки оказались метательные ножи и яркий буклет.
— Ты испортил весь сюрприз, Хиггинс! — воскликнул Нил.
Джостен быстро сориентировался в ситуации и ногой отшвырнул пистолет копа как можно дальше, сгреб с земли подарок для Эндрю и помчался прочь, на ходу крича:
Поспеть за быстроногим Джостеном всегда было задачей не из легких, куда там Хиггинсу, который по лестнице-то поднимался пыхтя словно паровоз. Коп попытался рвануть за быстро удаляющимися парнями, но через десяток шагов остановился, тяжело дыша.
— Мелкие засранцы, — громко выругался он и побрел искать свое оружие, удачно заброшенное Джостеном куда-то в кусты.
Впрочем, парни уже не слышали недовольства Хиггинса. Они бежали до тех пор, пока не достигли другой части парка, и только тогда остановились.
— Куда теперь? — хрипло выдохнул Миньярд, никогда не любивший такие марш-броски на скорость.
Нил, чье дыхание практически не сбилось, махнул рукой в сторону улицы, ведущей к одному из крупных торговых центров, и бодро побежал туда. Эндрю нахмурился, но последовал за Джостеном к огромному зданию, сияющему яркой подсветкой. Буквально через пятнадцать минут парни уже сидели в небольшом кафе на последнем этаже торгового центра в ожидании своего заказа.
“Интересно, этот день сможет стать еще хуже, чем после абсурдной встречи с Кабаном Хиггинсом? Или у нас все-таки есть шанс завершить свидание на хорошей ноте?” — лениво подумал Эндрю, рассматривая едва заметные веснушки на лице Нила, сидящего напротив. Улыбка парня вызвала привычное тепло где-то за ребрами, которое Миньярд проигнорировал.
— Я спас содержимое коробки, — Нил положил на столик перед парнем его подарок и подтолкнул к нему поближе.
Эндрю перевел взгляд вниз и замер, не моргая и рассматривая это. Да… Он в очередной раз недооценил Джостена и ход его мыслей. Ножи были хороши — небольшие, из тонкой, но прочной стали и с довольно удобной рукояткой, они идеально подходили для того, чтобы незаметно носить под повязками, но не ножи заставили Миньярда застыть.
“Студия латиноамериканских танцев “Fiesta”. Уроки бачаты и сальсы для влюбленных пар!” — гласила надпись на ярком буклете. Эндрю раскрыл пеструю рекламку и уставился на месячный абонемент занятий бачатой.
Он еще раз прочитал кричащие строки, вздрагивая на “для влюбленных пар” и “бачата”, а потом перевел взгляд на Джостена, который жмурился словно довольный кот.
— Я боюсь услышать ответ, но все же спрошу — как ты до этого додумался? — голос Эндрю звучал глухо, будто в нем застрял комок. Поэтому появление официанта, принесшего их заказ, оказалось как нельзя кстати. Миньярд сделал большой глоток приторно-сладкого кофе и выжидающе уставился на Нила.
— Несколько месяцев назад я, — начал говорить Джостен.
14⠀⠀— Забежал в один случайный бар, чтобы переждать ливень, смотрю по сторонам и вижу на сцене Аарона. Вместе с Кейтлин. И да, как ты уже понял, они танцевали бачату. — Нил активно жестикулировал, пока говорил, а Эндрю, медленно моргая, пытался понять, какого вообще чёрта. — Ну так вот, я не знаю, почему Аарон потом так взбесился с моей шутки, но он сказал, что такой недотёпа как я не то что не станцует так же, но и провалится ещё на этапе поиска партнёра, — Нил закатил глаза, коротко фыркнув. — Эндрю, мне нужно утереть нос этому засранцу. Ты со мной?
Нил, глядя на него своими большими умоляющими глазами, ожидал ответа. Пока у Эндрю в голове безликие образы безудержно танцевали бачату — и вот это Нил хочет станцевать с ним?
— Похоже, придётся научиться двигать задницей, — наконец хмыкнул Эндрю после продолжительной паузы.
Уголки губ Нила воодушевлённо дёрнулись вверх.
Следующие полчаса они провели за напитками и просмотром всех подряд видео “бачата для начинающих”, наконец впервые за этот сумасшедший день позволив себе расслабиться.
Спокойствие было недолгим. Эндрю уловил стремительное движение за Нилом ещё до того, как нечто смогло к нему приблизиться.
Огромный розовый медведь нелепо нёсся через всё кафе, размахивая пушистыми лапищами. Эндрю, быстро сориентировавшись, схватил один из метательных ножей и был готов запустить его в любой момент. Однако медведь вдруг споткнулся и распластался по полу, привлекая внимание всех посетителей кафе.
— Эндрю! Что ты тут делаешь? О, Нил, — послышался запыхавшийся голос из недр медвежьей морды. Голос, подозрительно похожий на… Ники?
Медведь неуклюже сел на полу и стащил морду, в самом деле являя перед ними Ники. Эндрю с Нилом возвышались над ним, хмуро оглядывая.
— Я проходил мимо и заметил вас, думал-
— Нет, Ники, заткнись, — предостерегающе выставил Эндрю палец. — Ты, нахрен, не испортишь моё свидание. С меня хватит.
В следующий момент под абсолютно шокированный вид Ники он схватил Нила за рукав и потащил прочь.
Уже на улице Нил начал задыхаться от смеха, упирая руки в колени.
Они бездумно прошагали пару кварталов, обсуждая странный день, как вдруг Нил пихнул Эндрю в какую-то тёмную подворотню.
— Место не супер подходящее, но… мы можем хотя бы поцеловаться, пока не произошло что-то ещё? — неловко заговорил Нил. — Я не уверен, что нас не пришибёт кирпичом до конца дня.
— Ты не хочешь умирать нецелованным, — догадался Эндрю. Он звучал так спокойно, как будто внутри не разверзся хаос. Нил сам просит о поцелуях, охуеть.
— Да, это было бы разочаровывающе.
Тогда Эндрю шагнул к нему ближе, и Нил, прижимаясь спиной к стене, с выжидающим интересом на лице уложил руки ему на плечи.
Коротко выдохнув, Эндрю прижался к губам Нила своими. Приятное, тёплое, мягкое. Мягкость обволакивала его с ног до головы. И особенно… ноги. Подозрительно много мягкости.
Раздался громкий, пронзительный мявк.
Нил вздрогнул, а поцелуй был тут же разорван. Они разом посмотрели под ноги, чуть сталкиваясь лбами. Это была кошка, которая уселась между ногами Эндрю и теперь глядела на них большущими зелёными глазами. Трёхцветная, грязная и худая — она мяукнула вновь. Эндрю тут же сел на корточки, чтобы погладить животинку.
— Точно бездомная, — констатировал он, поднимая её на руки. Кошка мгновенно замурлыкала взахлёб и стала тереться об руку Эндрю. Ох… — Нил, ты думаешь о том же, о чём и я?
15⠀ Между ними, в компании кошки, виснет короткая пауза. Нил её неуклюже прерывает:
— Не могу позволить тебе стать отцом-одиночкой в 20 лет. Как назовём?
Эндрю хочет что-то ответить, что-то подозрительно похожее на «придурок», но вместо этого с губ срывается лишь полуистеричный смешок. Всё, что случилось за день наконец догоняет его, смешиваясь в голове безумием красок. Хватило бы на роспись небольшой церквушки, чёрт возьми. Вот только его тело, вопреки словам коучей из инстаграмма, далеко не храм и к таким художествам готово не было. Смех противно пузырится на языке, а голова опускается на плечо напротив.
— Я не сбегу. — Нил, чтоб ему бачата приснилась, опять каким-то магическим образом залез ему в голову. У него что, нюх на чужие сомнения в реальности происходящего? — Я даже помогу тебе избавиться от всех этих прелестных блох, что перескакивают на твою куртку.
Эндрю выпрямляется так резко, что рябит в глазах:
В заботах о Мурсьё Фыркинс проходит остаток их дня.
— Ты хочешь назвать её как? Вау. Я обязан рассказать это Мэтту, он до сих тебя побаивается.
— Он тебе не поверит. Тебе никто не поверит. Решат, что это ты придумал, потому что ты весь такой нежнозефирно-беззащитный.
Ветеринар обнадеживает новостями, что кошка невредима, если не считать вынужденной голодовки и грязи. Жизнь в бегах ей далась куда легче, чем Джостену, ни одного пулевого. Пока Фыркинс смиряется со своей судьбой на столе врача, им выдают капли от блох, расписание прививок, советы по адаптации. Эндрю записывает это всё в памяти: чёткий план возвращает стабильность, в которой он так нуждался. За это время Нил умудряется вывести из себя ждущую в очереди чихуахуа одним своим существованием.
В следующей локации их квеста «Котоотцы года», тесном зоомагазине, Эндрю оставляет Нила с Фыркинсом, отправившись изучать материал лежанок и составы кормов. Впервые в жизни его действительно заботят эти полотна текста на обороте упаковок. Видел бы его сейчас Кевин, он бы гордился. Может хоть он знает, что за двудомная крапива такая и экстракт юкки ши-ди-ге-ра? Звучит как то, что он пьёт по утрам. В ответ на этот вопрос в мессенджере, Кевин шлёт ему встревоженное: «??? кого ты хочешь отравить???». Ясно, нихуя Кевин не знает.
После тщательного выбора Эндрю берёт корм-победитель и, разминая спину, бросает взгляд на Нила у стойки с игрушками. Тот уже набрал самых безумных плюшевых монстров, складируя их прямо на Мурсьё в своих руках, о чём-то тихо с ней переговариваясь. И почему-то даже четырёхкилограммовая пачка корма в руках Эндрю не в силах притупить ощущение лёгкости внутри.
После долгих споров о том, нужен ли им гигантский кошачий домик-дворец, ещё более долгих ванных процедур и невероятно долгих попыток искупить вину перед Мурсьё Фыркинс за пытки водой — Эндрю наконец валится на диван своей гостиной. Фыркинс хрустит небольшой порцией корма,неотрывно наблюдая за ним: в её глазах читается зреющий план мести. Эндрю бесстрашно смотрит в ответ, пока соседние диванные подушки не проседают от веса. Слышатся звуки музыки под бачату и Эндрю чуть было не выбрасывает телефон Нила в окно, вместе с этими проклятыми видео на ютубе. В ответ на убийственное выражение его лица Нил тихо смеется. Он выглядит слишком счастливым для того, кто с трудом пережил этот день.
— Понял. Неуклюжие панды или тру-крайм про мормонскую секту?
Помимо всего прочего сегодняшнего безумия, они провели часы на коленях в ванной, отмывая Фыркинс. Нила обдало водой из душа раза четыре, на носу теперь красовались боевые шрамы от когтей, а он всё равно сидит и улыбается Эндрю так, словно это был лучший день в его жизни. Хочется выбрать третий вариант и продолжить их прерванный поцелуй.