Посвящается русской эмиграции
Здоро́во живёте, котята. После того, как из страны ушли зарубежные киноплощадки, российское кино получило прекрасную возможность для развития, которой, нужно признать, сумели воспользоваться не только ширпотребщики, но и некоторые действительно талантливые режиссёры. Многим пришлось уехать, ведь тоталитарным режимам настоящее творчество всегда поперёк горла.
Но даже в условиях диктатуры иногда появляются удивительные работы. Чаще всего они повествуют на таком уровне восприятия, докуда не достаёт вкус коллективного товарища майора. А если там ещё как-то упоминается скрепность, в современном её понимании, то хоть сколько-то более тонкие сюжетные линии уже не могут быть им восприняты, спасибо культурному кризису.
Интересно, что в рамках российского кино и раньше существовало именно русское кино. В каждом фильме этого поджанра сквозит нечто неуловимое, но ощущаемое нами всякий раз, когда какой-то русский фильм снят с душой. И если не рассуждать в терминах режима, то не побоюсь этого слова, с русской душой. Оно вызывает у меня мурашки, слёзы и непреодолимое желание снимать.
Недавно я заметил и смог для себя сформулировать представление о целом пласте, который уже давно существует в рамках русского кино - русское кино, снятое за рубежом. Да, не любая работа моих соотечественников, спасибо культурному кризису, сюда подходит, но примером такого кино для меня является, допустим, фильм «Родина» с Любовью Аксёновой, о котором я бы даже запилил отдельный пост, если бы только смог сперва его пересмотреть.
Да что уж там, даже в фильме «Брат-2» есть что-то согласующееся с концепцией этого пласта, хоть это и не тот фильм, о котором я стал бы пилить отдельный пост или хотя бы даже пересматривать.
Меня не удивляет, что русскую классическую литературу или музыку знают, любят и изучают во всём мире, как не удивляет и мода на русскую культуру дореволюционной эпохи, о которой недавно нам рассказывали пропагандисты в тюремных новостях.
Люди, эту культуру хранившие, смогли сберечь до наших дней и её, и свой вкус, благодаря тому, что сбегая от очередного витка безумия и террора, они расселялись по всему миру, создавая островки, а иногда даже очаги русской культуры.
Если у вас нет телевизора, то вы наверняка знаете, что чтобы быть русским вовсе не обязательно кого-то убивать в соседних странах или возвращаться оттуда сразу на кладбище.
Достаточно осознать общность с русской эмиграцией и хотя бы отдалённо ощущать её, тогда у вас есть все шансы узнать о себе что-то новое при просмотре, к примеру, «Хандры», «Географ глобус пропил» или какого-нибудь даже «Жить».
В прошлое воскресение я столкнулся с островком русской культуры, который самим фактом этого столкновения проявил себя, как самый настоящий очаг.
Семь получасовых серий проекта «Эль Русо» режиссёра Сергея Мокрицкого полностью завладели моим вниманием на три с половиной часа и я до сих пор не могу оторвать мысленный взор от деталей, которыми до краёв заполнен этот сериал.
Саундтреки от танго до эмбиента ненавязчиво звучат на фоне, а песни на сторорусском диалекте, как и диалоги в сериале, задевают в моей душе что-то давно забытое и отчасти уничтоженное Совком, но сохранившееся в крохотных общинах русских староверов в джунглях Амазонки.
До сих пор слышу строгое: «Оденься!», - тятя ругает Марью, и та, почти не мешкая, взявшись двумя руками, отрывает рукав его рубахи, затыкает им кровоточащую рану в животе полицейского, а пропитанную кровью косынку надевает себе на голову.
Кровь сочится, стекает по её лицу, как свидетельство той боли, которую приносит слепое следование законам, а она с непроницаемым лицом в это время перед всей общиной подвергает их законы суровой критике.
У меня текут слёзы и я снова ощущаю себя маленьким мальчиком, которому перед сном читают Махабхарату, где Кришна говорит Арджуне, чтобы тот стрелял в Карну невзирая на законы дхармы: «Дхарма не может защищать того, кто стоял и молча смотрел, как раздевают Драупади.»
Марью там играет Светлана Иванова, которая влюбила меня в свой актёрский талант еще в Триггере, о чём я писал 13 ноября. На пропагандистском тюремном ТВ недавно сказали, что она иноагент, но мы не нашли подтверждения тому, что она вообще когда-то была в этом списке.
Уж не знаю почему её могли бы признать иноагентом, в любом случае, я уже давно убедился, что это не клеймо, а скорее наоборот, показатель качества.
И в очередной раз я убеждаюсь, что русская душа не имеет ничего общего с любовью к берёзкам, как нам рисует её пропаганда. В Аргентине, где живут герои сериала, берёзок нет. Только апельсины и непроходимая жунгля.
Когда наступит оттепель, а она наступит обязательно, когда настоящее творчество перестанут подавлять, то так же как он появился сейчас у российского кино, у русской культуры тоже появится шанс развиться достаточно, чтобы стать эталоном стройности, изящества и самодостаточности, так же как вот уже триста лет это удаётся русским диаспорам во всём мире, постоянно пополняющимся по настоящему талантливыми выходцами из Российской Империи, Совка и Прекрасной России Настоящего.