Кузьмич.                                    Как пенсионер в одиночку село от затопления спасал.

by Культ Личности
Кузьмич.                                    Как пенсионер в одиночку село от затопления спасал.

В ту весну по срочным телеграммам ко многим старикам приехали дети. Подходили к обрыву, мерили глазами расстояние, оставшееся до отцовских домов. Уже назавтра, скооперировавшись, начали раскатывать стариковские дома и куда-то увозить.  

Надев тяжелый от орденов и медалей пиджак, фронтовик Сергей Кузьмич поехал в Москву ‘за правдой’. Он рассказывал высокому начальству в столице, как посередине затерянной в сердце России деревушки Назаркино течет река Большой Ик.

Весной "она ровно бешеная" - моет берега, унося дома и могилы. Поворачивал по-всякому разговор одноглазый старик (выбило миной правый глаз на фронте), говорил, что уже пятнадцать лет местные жители дают наказ депутатам Верховного Совета Башкирии с просьбой помочь выкопать обводной канал. Бесполезно. В столице его тоже  не услышали.

Тогда перед самым ледоходом Горянин предложил односельчанам самим выкопать обводной канал, чтобы река обогнула деревню.

Те подняли Сергея Кузьмича на смех. После войны и позже, в 60-х годах, местные колхозники дважды пытались выкопать обводной канал - на каждый двор приходилось всего по три метра - и то не смогли. А тут чтоб полторы оставшихся в деревне калеки справились?

Взяв штык и лопату, Кузьмич принялся за работу в одиночку.

Работал от темна до темна, до середины ноября, пока штык не перестал брать грунт. В октябре его засыпало дважды, и дважды его откапывала жена Матрёна Григорьевна, носившая старику обед в сырую глиняную щель. Сотни кубов вынутой глины разрывали спину, стала ныть пустая глазница.

Следующей весной вода не пошла по обводному каналу, только обрушила стенки и залила русло. Всю весну, лето и осень старик расчищал канал, поднимал его стенки. Он углубил его до четырех метров, дойдя до гранита.

…ПОВОРОТ в сознании горянинских земляков так и не произошёл. Дня не проходило, чтобы кто-нибудь, отправляясь по грибы или на рыбалку, не завернул к Горянину на канал. Для беседы..

Когда его в канале по грудь засыпало, я ему по-дружески говорил: «Увезут тебя, Серега, отсюда вперед ногами».

А он мне кричит: «Уйди, тунеядец», - вспоминал один из земляков Горянина.

-Бывало, идёшь вечером с рыбалки, а он всё роет...

Мы его всей семьей уговаривали - бросай копать, не выдержит сердце, - рассказывала  дочь Горянина, Мария Сергеевна. - У него правая сторона начала отниматься, надо было срочно переезжать оттуда.

Прознав о "каком-то старике с поворотом", задумавшем повернуть реку, на канал заворачивало с неодобрительным выражением на лицах и районное начальство.

Но, упрямый старик рыл и рыл канал, уходя всё дальше и дальше от деревни и отеческих гробов, по весне ежегодно уносимых Большим Иком. Так прошло три года.

Своё 65-летие старик встретил на канале. Матрёна Григорьевна подарила ему новую штыковую лопату.

На четвёртый год, задолго до ледохода, Горянин вышел на заснеженный обрыв - за три года он прорыл по изгибу земного шара 80 метров канала и надеялся, что Большой Ик устремится в канал, расширяя и пробивая течением русло.

Этого опять не произошло. Старик понял, что времени, отпущенного Богом до конца жизни, может не хватить. Всю весну он провозился с какой-то фантастической машиной из ржавых металлических труб.

К лету необычная конструкция была установлена на краю канала, вызывая новые издевательства земляков.

Это был ручной "кран" с нависающей над каналом двухметровой стрелой.

Старик лез на четырёхметровую глубину, наполнял ящик землёй, вылезал по лесенке наверх, запускал самодельный бензиновый моторчик и поднимал ящик наверх. И так сотни раз, как старая белка: вверх - вниз, вверх - вниз…

"Механизация" только за один год помогла продвинуться старику на 150 метров с глубиной по всему руслу 4 метра.

В шестую весну горянинской работы река унесла целую улицу и "съела" больше половины огородов Назаркина. Село впало в полнейшую прострацию и оцепенение. Но в тракторе и поддержке Кузьмичу опять отказали.

Снова пришлось работать как одержимому, продолжая по метру вгрызаться в землю. Дважды у него в тот год шла кровь горлом. Старик тогда понял, что вода не пойдёт по обводному каналу, пока не будет перегорожено основное русло реки.

Несколько месяцев он рубил на берегу деревья, обрубал сучья, шкурил, скатывая по брёвнышку к реке. Из брёвен связал плот, вбил в его середину вертикально торчащее бревно с прибитым наверху роликом. Через ролик пропустил верёвку с привязанной чуркой.

За верёвку поднимал чурку вверх, опускал веревку - чурка ухала вниз. Так Горянин начал вбивать колья поперёк Большого Ика.

К осени он перегородил половину русла реки. Теперь этот частокол надо было переплести лозой, сделав "плетень" на реке.

Нарубив лозы, Сергей Кузьмич несколько месяцев, до начала ноября, нырял ко дну, ощупью переплетал лозу. Тогда он получил "правостороннее воспаление легких", как записала фельдшерица. Тогда же ему, по выражению Матрёны Григорьевны, "захлыстнуло" лозой глаз. Поскольку другого глаза у Горянина не было, наступила тьма.

В тот день Матрёна Григорьевна уже принесла мужу обед, а стало быть, помощи ждать было неоткуда (зеваки с наступлением холодов перестали ходить на канал). Старик просидел пару часов молча и пошел наугад к деревне. Он потерялся, проблудив до рассвета по лесу. Утром его нашли в сорока километрах от Назаркина, Кузьмич бесчувственно сидел, привалившись к громадному осокорю.

Всю зиму Горянин пролежал в больнице, зрение левому глазу частично вернули.

…На седьмой год расчёты оправдались - тихая вода за его плотиной промёрзла почти до дна и вместе с самой плотиной застопорила весной основное русло. Паводок устремился по свободному каналу в обход деревни.

…ПОВОРОТ в тот седьмой год горянинской работы река наконец-то сделала, обогнув по Большой дуге канала деревню. Назаркино было пощажено. Но в нескольких километрах за деревней Большой Ик вдруг споткнулся о стену большого леса. Этого старик предусмотреть не мог. Уровень воды резко поднялся, снес плотину, и вода снова хлынула по старому руслу в центре деревни, унося последние дома. В тот же день Горянин поехал в райцентр за топорами.

И три года Кузьмич в одиночку рубил лес, разговаривал с деревьями, как с людьми. Он почти полностью ослеп, сломал семь топоров, но просека становилась всё длиннее и длиннее, уходя всё дальше от родного Назаркина. Старик работал и зимой.

…Спустя десять лет каторжный труд был окончен. Старику исполнилось ровно 72 года. Десять раз он встречал свои дни рождения на канале. Канал длиной 550 метров, глубиной 4 метра и шириной метр был готов.

Следующей весной, спустя десять лет с того дня, как Кузьмич впервые вышел со штыковой лопатой за околицу, Большой Ик устремился в направлении, указанном ему горянинской рукой, - окончательно и бесповоротно.

Красным пунктиром показан канал им. С.К.Горянина 


Знание - дело наживное 😊

Подписывайся Культ Личности

April 25, 2018