Борис Родос

22 июня 1905 года, в городе Мелитополе, в обычной еврейской семье родился мальчик Боря Родос. Ему суждено было стать одним из символов самых страшных страниц истории России.

Его отцом был кустарь-портной. Борис второй из пятерых детей. Старший стал главным фармацевтом большого города, младший - крупным строителем в Москве.

Средний брат Яков довольно известный актер, играл в нескольких фильмах вторые роли.

В 1921 г. окончил высшее начальное училище, после чего тут же поступил работать в частный фруктовый магазин упаковщиком, потом торговал папиросами с рук в родном Мелитополе.

Далее получил квалификацию тракториста-механика. Однако еврея-тракториста из Родоса не вышло - каким-то образом малообразованный парень стал конторщиком в райпотребсоюзе, потом счетоводом, потом сотрудником Рабоче-крестьянской инспекции Мелитопольского округа.

Кем он только не был.. Секретарем рабочего комитета, вожатым пионерского отряда, членом месткома окрисполкома, одним из организаторов "Лёгкой кавалерии" на Мелитопольщине и участником окружного слёта рабкоров, помощником уполномоченного Новотроицкого райкома и райисполкома, участвовал в коллективизации и раскулачивании.

Правда, начинавшуюся карьеру едва не поломало обвинение в изнасиловании, однако, шесть месяцев принудительных работ и исключение из комсомола лишь слегка замедлили взлет Бориса. Уже через год после позорного суда он - секретарь в Бериславском районном отделении ГПУ. Секрет его непотопляемости прост - Родос одновременно являлся осведомителем ГПУ. Так началась его выдающаяся карьера в "органах".

В 1937 году перспективного специалиста перевели в Москву - сперва на стажировку, а потом и окончательно.

4-му отделу ГУГБ НКВД требовались рабочие руки – репрессии набирали обороты, следователи не успевали работать со всеми подозреваемыми и обвиняемыми.

Выбивать признания Родос учился у своего начальства. Позже, в 1956 году, в прошении о помиловании он писал, что Ежов был первым, кто в его присутствии избил заключенного. Через некоторое время сам Родос будет избивать бывшего начальника. Ежов на суде : "На предварительном следствии я говорил, что я не шпион, я не террорист, но мне не верили и применили ко мне сильнейшие избиения...Если бы я хотел произвести террористический акт над кем-либо из членов правительства, я для этой цели никого бы не вербовал, а, используя технику, совершил бы в любой момент это гнусное дело…"

По окончании следствия по делу Ежова Родос был награжден орденом Красной Звезды "за выполнение ответственных заданий правительства".

Последнее слово и просьба о помиловании  Ежову не помогли - его расстреляли в начале 1940 года.

Таким образом, тест на абсолютную лояльность Лаврентию Берии - своему следующему начальнику, Родос прошел блестяще.

Карьера вновь пошла вверх. В 1938 год он назначается на должность помощника начальника следственной части НКВД, а через два года – заместителя начальника. Фактически Родос стал вторым по статусу следователем в СССР. Берия требовал изменить подход к работе, прекратить хватать всех подряд. Он отменил "палочную систему"(когда от различных подразделений требовали предоставить определенное количество врагов народа) и перешел на точечное выявление вредителей. Бездумно послушный Борис Родос оказался прекрасным винтиком новой, куда более изощренной машины.

Он не был изощренным садистом, выдумывавшим какие-то уникальные пытки, – он просто избивал беззащитных людей резиновой палкой, ломал им кости, отбивал внутренние органы, выбивал глаза. В числе жертв, у которых Родос лично выбивал показания, был и писатель Исаак Бабель.  Его арестовали по делу Ежова, который  под пытками обвинил писателя в шпионаже в пользу Англии. На допросах Бабель признался в связях с французской и австрийской разведками, участии в террористической деятельности.

Он сидел в страшной тюрьме. Говорят, что, чем более известный был "клиент"в Сухановке, тем изощреннее его пытали. Это выяснилось уже в 50-х годах, когда шли хрущевские процессы над энкавэдэшниками. В стенограмме есть такая фраза: "Вот вы его пытали, а вы знали, что это писатель?"- "Ну, мне так сказали" -"А вы хоть строчку его прочли?"- "А зачем?". Палачи очень хотели, чтобы он сказал, будто участвовал в троцкистском заговоре с целью убийства Сталина. Что он - шпион.. Допросы длились бесконечно, по несколько дней без сна. 

"Работал" Родос в одном из самых страшных мест сталинской эпохи - пыточной Сухановской тюрьме. Ею пугали даже заключенных Бутырки. В ней были разного рода карцеры и даже специальные приспособления для пыток.

Здесь насчитали 52 вида пыток, которые применялись. Камеры Сухановки - тесные монашеские кельи. Карцер - выдолбленная в стене узкая расщелина в человеческий рост. Там можно было только стоять. Если заключен­ный прислонялся к стене, подходил конвоир, бил тяжелым ключом по решетке, и все это начинало вибрировать и звенеть, как колокол.

К слову сказать, законов СССР того времени Родос, в общем, не нарушал. Физическое воздействие на не признававших своей вины арестованных было официально разрешено. Правда, методы работы Родоса вызывали брезгливость даже у его ко всему привычных коллег.

Через пять дней после ареста Бабеля в Сухановскую тюрьму был привезен Мейерхольд. Его письмо об издевательствах хорошо известно..

"Меня клали на пол лицом вниз, резиновым жгутом били по пяткам, по спине; когда сидел на стуле, той же резиной били по ногам. В следующие дни, когда эти места ног были залиты обильным внутренним кровоизлиянием, то по этим красно-синим кровоподтекам снова били этим жгутом… Следователь все время твердил, угрожая: "Не будешь писать, будем бить опять, оставим нетронутыми голову и правую руку, остальное превратим в кусок бесформенного окровавленного тела".

В числе жертв, у которых Родос лично выбивал показания, были и бывший генсек ЦК ВЛКСМ Александр Косарев (одно время рассматривавшийся как возможный преемник Сталина), бывшие члены Политбюро Станислав Косиор и Влас Чубарь…В общем, палач специализировался на известных людях.

Иногда он проявлял некоторую инициативу и избирательность, как в деле комсомольского вожака Белоголовцева, который написал Сталину о методах Родоса:

"Он облил меня холодной водой, а потом заставил меня сесть на край стула копчиком заднего прохода. Я опять не выдержал этой ужасной тупой боли и свалился без сознания. Через некоторое время, придя в сознание, я попросил Родоса сводить меня в уборную помочиться, а он говорит: "Бери стакан и мочись". Я это сделал и спросил, куда девать стакан. Он схватил его и поднес мне ко рту и давай вливать в рот, а сам кричит: "Пей, говно в человечьей шкуре, или давай показания". Я, будучи вне себя, да что говорить, для меня было все безразлично, а он кричит: "Подпиши, подпиши!" - и я сказал: "Давай, я все подпишу, мне теперь все равно".

Из сотен "клиентов" Родоса лишь один не подписал никаких показаний – бывший кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, свирепый коллективизатор Роберт Эйхе.

Все остальные ломались, причем в прямом смысле..

Эйхе был уже приговорен к расстрелу, но Родос и Берия  продолжали выбивать у него признание в шпионаже. Били его резиновыми палками, выбили глаз, но Эйхе все равно не признавался. Только после очередного избиения Берия приказал увести заключенного на расстрел.

Вторая мировая война приостановила репрессии, но не для Родоса - в составе оперативно-чекистской группы НКВД он работал на присоединенных землях Западной Украины. Всего за два месяца пребывания там с оперативной бригадой были убиты многие польские граждане. Следователь был награжден именными часами. Всего к концу карьеры на его груди сияли 3 ордена и 4 медали.

Родос был женат на Ревекке Ратнер (сменила имя на Риту Яковлевну Родос после замужества), имел троих детей - дочь Нелю, сына Валерия и младшую дочь Светлану. Он был заботливым родителем - водил старшую дочь в театр, ходил с сыном на футбол. Как вспоминал сын Родоса, его отец был фанатично предан работе: "Я просыпался - его нет, на работе, ложился спать - он все еще на работе".

В обычной жизни Родос ничем не отличался от обычных советских граждан.

Из письма сыну :

"Я очень рад, что ты уже дома и здоров. Худенький мой, Валерочка. У тебя мама, она очень переживала и нервничала во время твоей болезни. Смотри, не обижай маму. Ты уже ученик и во всем должен быть примерным. Старайся помогать маме, не заставляй ее нервничать. Я уверен, что ты будешь хорошим мальчиком.

Если ты маму и меня любишь, то не станешь делать ничего плохого.Дорогой Валерочка, с момента заболевания до возобновления учебы в школе пройдет не меньше двух месяцев. За это время ты крепко отстанешь от своих учеников, если не будешь каждый день заниматься дома. Попроси маму и Нелю, чтобы они взяли тебя "на буксир". Ты обязательно должен нагнать упущенное. Ты легко сможешь этого добиться, если будешь внимательным и послушным и если будешь хорошо "без капризов" кушать. Я надеюсь, что все будет хорошо. Обещай мне это.

Будь здоров Валерочка, желаю тебе успехов в учебе. Пиши мне часто о себе: как учишься, с кем дружишь, где бываешь.

Я пошлю тебе Валерочка новых денег (письмо написано в 1947 году после денежной реформы.) будешь собирать.

Целую крепко. Твой папка".

Когда в 1945 году Лаврентий Берия оставил работу в Министерстве госбезопасности и сосредоточился на военной промышленности, его ставленник впал в немилость. Вскоре его отправили в Крым - начальником следственного отдела МГБ. В 1952 году, в период предсмертного обострения подозрительности Иосифа Сталина, 48 летнего Родоса уволили  из органов и он  был вынужден пойти работать начальником противовоздушной обороны на Симферопольский телеграф.

5 марта 1953 года скончался Иосиф Сталин, и тут Родос совершил роковую ошибку. В неясной ситуации, когда умнее всего было бы затаиться, новоявленный телеграфист не придумал ничего умнее, чем отправить в ЦК просьбу восстановить его в органах госбезопасности – соскучился по любимой работе.

О нем вспомнили, арестовали, два с половиной года продержали в предварительном заключении, а потом приговорили к смертной казни по статьям "Измена Родине" и "Террор".

Прошение о помиловании рассматривал генпрокурор СССР Р. Руденко. В заключении по делу Родоса Бориса Вениаминовича он написал: "Считая виновность Родоса в тяжких государственных преступлениях полностью установленной и не находя обстоятельств, смягчающих его вину, полагал бы необходимым ходатайство Родоса о помиловании отклонить".

Расстреляли Родоса 20 апреля 1956 года, уже после окончания основных репрессий Хрущева против ставленников Берии. Похоронили на Донском кладбище в Москве - в специальном секторе для расстрелянных чекистов, там же, где и Николая Ежова.

Сын своего отца, Валерий Борисович Родос, как и большинство потомков сталинских деятелей (начиная с дочери самого Сталина), эмигрировавший в США, напишет книгу "Я – сын палача". Там он, в числе прочего, будет отрицать идею личной ответственности представителей режима:

"Вот газеты писали о нем: "Палач по призванию". Ну да! По призванию комсомола. Он был комсомольцем-активистом, идейным борцом за светлое будущее всего человечества, когда партия потребовала новых героев в свой самый передовой отряд, в чекисты. И он откликнулся, пошел"…

В историю Родос вошел с характеристикой, которую дал ему Никита Хрущев, готовивший почву для антисталинских разоблачений. Генсек лично допрашивал чекиста А потом резюмировал:

 "Маленький человек, даже с низшим образованием, с куриным кругозором, и этот человек определял судьбу людей…"

Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным!

Подписывайся Культ Личности