Правила компании: служебные романы запрещены
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 1. Глава 2.3
Когда именно «друг» Ча Мингю стал для него таким, сказать было трудно. Это произошло не сразу после знакомства в школьные годы, но точно ещё до того, как они устроились в компанию.
Времени, чтобы проверить, можно ли назвать это чувство любовью, у него было с избытком. Пятнадцати лет хватило и на осознание, и на отрицание, и на принятие. Не было никакого кинематографичного момента, когда он вдруг с головой влюбился. Вместо этого однажды Ихо просто понял: чувства и поступки, которые он всегда направлял на Ча Мингю, были теми самыми, что обращают к человеку, который нравится.
В день, когда Ихо осознал свою безответную любовь, он отказался от того, чтобы она стала взаимной. Связь, выстроенная ими за долгие годы, была больше, чем дружба. Она стала прочным мостом, который они держали вдвоём, каждый со своей стороны. Стоило одному изменить направление — и рухнет слишком многое.
К счастью, пятнадцать лет дружбы стали надёжной дымовой завесой. Если он сам не даст слабину, его односторонние чувства так и останутся незамеченными.
— Вы хотите сказать, что не сможете?
В тоне вопроса не было откровенного высокомерия. Скорее он напоминал интонацию ученика, который не понимает предмет и искренне недоумевает: «Как такое вообще возможно?» Именно поэтому вопрос задел сильнее всего. Ча Мингю, конечно, прекрасно знал, к какому эффекту это приведёт.
К рабочему месту Мингю подошёл руководитель команды Ким и, вцепившись в перегородку, выдавил из себя натянутую улыбку.
— Не то чтобы мы не можем. Просто всё произошло слишком внезапно. Это немного выходит за рамки того, чем мы обычно занимаемся. Нужно время, чтобы собрать материалы, обсудить всё с дизайнером, посмотреть план и вместе скорректировать перегруженные моменты. Для этого нужен запас по срокам.
Длинный протяжный голос оборвался, словно вздох. Мингю, подперев подбородок рукой, с серьёзным видом уставился в монитор, затем снова повернулся к Киму.
— Боюсь, так не пойдёт. Обсуждения между вами и мной — это вторично. Проектом очень заинтересовался начальник отдела, так что лучше закончить его как можно быстрее.
Как только зашла речь о начальнике отдела Ке, чьим хобби было бродить по офису, руководитель команды Ким понизил голос.
— Такое… разве не задача команды маркетинга — согласовывать?
— Тогда наш отдел назывался бы «секретариат при разработке». Вы разве не знаете границы ответственности смежных команд? Мне перечислить вам должностные обязанности маркетинга?
— Вы, наверное, не знали, но моя задача — красиво упаковывать то, что делает компания, продавать и приносить деньги, а сейчас продавать нечего.
Иначе говоря, идите и делайте то решение, которое вам сказали сделать. Мингю всё так же улыбался, свежо и беззаботно, будто выбрался на весенний пикник. Руководитель Ким тем временем запускал пальцы в чёлку и бормотал что-то вроде «да ладно», «ну серьёзно», «чёрт возьми». Мингю, впрочем, и бровью не повёл.
— Просто раньше разработка всегда подстраивалась. А теперь вы вдруг приходите с таким разговором, и я, признаться, теряюсь. Это потому, что команда-партнёр сменилась?
О том, что до недавнего времени маркетинг тесно работал с командой Ихо, знали все. Ким бросил косой взгляд в сторону разработки. Их руководитель отсутствовал. Точнее, он стоял в стороне, сделав вид, что остановился где-то по дороге из туалета, заметив, как тут разгорается конфликт.
— Руководитель команды Сон из исследовательской лаборатории, поэтому он силён в проектах…
— Между командами разработки тоже есть такая разница? Не знал.
— А, в общем, несколько пунктов уберём. Сделаем хотя бы так, чтобы на фронтенде к сроку работало…
— Тогда что делать? Убейте — не успеем!
Руководитель команды Ким с силой ударил по перегородке. Квон, старший специалист, сидевший рядом с Мингю, вздрогнул и отшатнулся. Мингю нарочито выдохнул и поднялся со стула. Почти под метр девяносто ростом, он выпрямился во весь рост, и взгляд Кима невольно пополз вверх. Теперь Мингю смотрел на него сверху вниз. Тень легла на его лицо, и улыбка, ещё недавно державшаяся на губах, исчезла.
— Работать в расслабленном режиме, с большим запасом по срокам и на удобной сложности.
— Да сейчас даже студенты с выпускными проектами за такое хорошей оценки не получат. Это не продастся, как ни старайся. Если вы сразу берёте задачу, от которой ждут результата, нужно быть готовыми к серьёзной нагрузке.
Теперь Мингю опёрся ладонью о перегородку и наклонился вперёд. Ким дёрнулся и осёкся. На мгновение повисла неприятная тишина. Затем Мингю вдруг снова улыбнулся — ещё шире, чем прежде.
— Но кто станет сравнивать опытного руководителя с неопытными студентами. Вы ведь в итоге всё равно доведёте дело до результата. Какая разница, из какой среды человек пришёл. Гораздо важнее реальный стаж. Разве не так?
Мингю обхватил рукой спину руководителя команды Кима и похлопал по плечу. Плотно прильнув, он принял нарочито жизнерадостную позу, словно для общего фото после выезда на природу.
— Я потому и обратился к вам, что всё это учёл и доверился. Вы же понимаете, о чём я. Давайте работать с боевым настроем. И разработка, и маркетинг — вместе.
В мгновенно изменившейся атмосфере руководитель команды Ким, не выигравший ни в одном слове, промямлил «э-э…» и вышел из команды маркетинга.
Только после того, как он скрылся, Ихо робко вернулся и сел на своё место. Мельком глянув в сторону, он увидел, что Мингю, коротко спросив у специалиста Квона, всё ли в порядке, уже занимался другим делом.
«Неужели правда отомстил за меня?»
…Возможно, это была всего лишь его раздутая саморефлексия, и Ча Мингю просто действовал так, как всегда действует по работе, с новой командой. Но стоило вспомнить разговор, в котором Мингю совсем недавно ворчал при нём, как в груди начинало зудеть.
У заядлого пациента с безответной любовью пылали щёки, и сосредоточиться на коде никак не получалось. Если честно, хотелось смотреть не в монитор, а в сторону соседнего стола.
Тем временем голос Мингю, переговаривавшегося с членами команды, постоянно вторгался в команду разработки. Несколько членов команды маркетинга, включая Мингю, собрались прямо за монитором одного сотрудника, и казалось, что обсуждение не скоро закончится. Ихо открыл ящик, зачерпнул горсть кофейных капсул и поднялся с места.
После того как Ихо быстрыми шагами прошёл мимо, заместитель начальника отдела Кан тихо прошептал:
— Ой, кажется, мы слишком шумели. Нам намёкнули.
— Руководитель команды Сон делает намёки?
У Мингю вырвался короткий смешок. В действительности он имел в виду что-то вроде «да этот тихоня?», но со стороны это могло выглядеть как куда более грубое «этот тип?».
— Извините, тогда давайте разойдёмся по местам и продолжим работу.
Собравшиеся один за другим вернулись к своим столам. После утренней сцены, когда их начальник на глазах у всех жёстко осадил руководителя другого отдела, боевой дух в команде был заметно выше обычного.
Это случилось в тот момент, когда Ихо открыл дверь в комнату отдыха.
Два коротких возгласа встретили его. Затем окаменевшие мужчина и женщина столкнулись взглядом с Ихо.
Ихо сразу вспомнил знакомую насмешку, которую за годы работы слышал не раз.
«Говорили же, что не встречаются. Ага, конечно».
Женщина первой улыбнулась Ихо и кивнула, после чего вышла. Мужчина ещё секунду смотрел ей вслед с глуповатым, влюблённым видом, потом опомнился, заметил Ихо, неловко поклонился и тоже ушёл.
Ихо на том месте, где исчезли двое, потирая собственную щёку, подумал: «У меня же только что не было такого же выражения, как у того парня?». Ведь то, что эта пара была раскрыта всем офисом в своих отношениях, произошло из-за совершенно очарованного лица мужчины.
Если и было что-то лишнее, что появилось за время работы в компании вместе с объектом безответной любви, так это чутьё на любовные вибрации других. В мире оказалось больше людей, не способных скрывать свои чувства, чем можно подумать. Иногда это успокаивало Ихо, иногда вызывало зависть. В плане того, что это чувства, которые можно вынести наружу.
Даже в месте, куда он пришёл, чтобы избежать Ча Мингю, он снова думает о нём. Подходя к кофемашине, он скользнул взглядом по комнате отдыха. На полке стояли незнакомые упаковки печенья. Видимо, новинка привлекла внимание, потому что осталась всего одна штука.
В детстве Ихо ел риса меньше, чем ттока, и после средней школы его основательно отвернуло от сладкого. Зато был человек совсем рядом, который и после тридцати обожал печенье. Это последнее печенье исчезнет, стоит зайти ещё кому-нибудь. К тому же за полупрозрачной дверью уже мелькали тени. Ихо быстро схватил печенье — и ровно в этот момент дверь открылась.
«Да что такое. У меня правда в последнее время такая хорошая интуиция?»
Вошедшим в комнату отдыха был Ча Мингю, о котором он только что думал. За ним были ещё двое членов команды маркетинга.
Мингю, стоявший впереди, прошёл мимо Ихо внутрь.
— Говорили, что завезли что-то вкусное, а уже всё разобрали, значит.
«Нет, не всё. Последнее — твоё. Просто чуть позже съешь, умник». Проглотив несказанное, Ихо поглубже запихнул печенье в карман. Мингю тем временем прошёл дальше и набрал ещё несколько пачек другого печенья, раздавая их коллегам.
— Появился ещё один вопрос для обсуждения, боюсь, что будет шумно для соседней команды, поэтому планирую забронировать конференц-зал.
— Не то чтобы было очень шумно...
То, что голос Мингю мешал ему сосредоточиться, было исключительно его личной проблемой. Мингю посмотрел на него с непонятным выражением.
— Вот как, у тебя самого нет никакого чутья, откуда взяться чуткости к другим.
— Ничего. Джиён, сходи, пожалуйста, собери заказы на напитки для команды. Узнай, кто и что будет пить, и скинь мне списком.
Двое сотрудников вышли, унося с собой «топливо для совещаний». В комнате отдыха остались только Мингю и Ихо.
Мингю кивнул на руку Ихо, сжимающую сразу пять кофейных капсул.
— Нет. Я, по-моему, даже видел, как тебя потом на скорой увозили.
Ихо, наполнявший термос льдом перед главным благом компании — ледяным кулером, — обернулся на Мингю. Внутрь металлической колбы с хрустом засыпался угловатый лёд.
— Сколько ты ещё будешь вспоминать тот диплом. Это было не из-за кофе. Я тогда в себя энергетики заливал.
Тогда, на выпускном проекте, Ихо был «водителем автобуса» (тот, кто тащит команду на себе). Сами по себе участники группы не были ни ленивыми, ни безответственными, но Ихо казалось, что общий результат уступает тому, что он смог бы сделать в одиночку. В итоге он взял на себя правки и доработку целиком.
То же самое и сейчас, став руководителем и распределяя задачи между подчинёнными, он во многом оставался таким же. Разница была лишь в том, что раньше он мог не спать несколько ночей подряд, доводя проект до идеала, а теперь научился идти на компромисс ради командной работы.
Иначе в компании просто не выжить. Как бы ты ни старался, одно слово сверху — и проект приходится упрощать. Или вдруг ошибка возникает в зоне ответственности другого отдела, а отвечать приходится твоей команде. Чтобы к такому привыкнуть, нужно уметь отпускать.
Да и без лишнего рвения руководителю разработки хватает забот — каждый проект приносит новый поток переработок.
С термосом, наполненным льдом, Ихо направился обратно, но путь к кофемашине ему преградили. Он нахмурился и попытался обойти, однако помеха ловко смещалась то вправо, то влево, не давая пройти.
Мингю протянул перед Ихо крупную ладонь.
— Это что за бандитский шлагбаум такой?
— В Каннаме вообще-то всё дорого.
Мингю и не думал отступать, так что в итоге Ихо сдался и вложил ему в ладонь две капсулы. Ихо выпивал по несколько чашек кофе в день и поэтому покупал капсулы за свой счёт, держал про запас. То есть те две, что перекочевали в руку Мингю, были его личной собственностью. Если называть вещи своими именами, с него просто содрали дань. Мингю удовлетворённо отступил в сторону, и Ихо наконец смог встать к кофемашине. Капсула щёлкнула на месте, и кофе закапал поверх льда.
Мингю отошёл чуть в сторону и стоял, лениво покачиваясь. На щеке чётко обозначилась ямочка. Ихо, заметив её, зачем-то прижал язык к внутренней стороне передних зубов.
«Эй, Ча Мингю. Я же видел, что ты сегодня устроил Киму». Мысль зудела на кончике языка, но Ихо не хватало ни слов, ни смелости, чтобы задать вопрос так, чтобы в нём не читалось: ты это сделал ради меня? А если разговор свернёт в сторону поддёвок, выдержать их с невозмутимым видом он точно не сможет.
Отработанная капсула выпала. Ихо вставил следующую. Вторая порция кофе потекла в термос.
— Ихо, если у тебя кровь взять, там, наверное, уже чёрная жижа пойдёт. До весны сходи на обследование.
— Врач сказал, что это всё равно лучше, чем пить и курить.
— И наверняка добавил: «но кофе всё-таки сократите».
Было немного обидно слушать нотации, пока завариваешь разбавленный кофе после того, как отобрали аж две капсулы.
Машина ещё булькала, когда дверь комнаты отдыха снова открылась.
Парень с девушкой, собиравшиеся войти, увидели их двоих, замерли, неловко поклонились и поспешно вышли.
Пожалуй, если бы они не сбежали так поспешно, Ихо мог бы и не обратить внимания. Глядя на закрытую дверь, он не заметил, как чужое лицо оказалось совсем близко.
— Дорогой, беда. Кажется, все в компании узнали о наших отношениях.
Шёпот прозвучал прямо у уха. Рука Ихо, державшая термос, дёрнулась. Кофе плеснул через край и обжёг ладонь.
— Ты… ты с ума сошёл. Ты о чём вообще.
— Ну мы же тоже ведём себя так, будто у нас тайные отношения, о которых никто не знает.
Ихо почти вырвал из рук Мингю салфетку и стал вытирать разлившийся кофе.
«Формально он прав, но если так формулировать, это звучит так, будто я это признаю.И вообще, ты хоть немного подумал о человеке, у которого от таких слов сердце в пятки уходит?»
Пятна исчезли, но ухо словно всё ещё горело. В этот момент Мингю снова протянул к нему ладонь. Ихо уже хотел возмутиться — мало того что забрал «плату», так ещё и до сердечного приступа довёл, но Мингю лишь улыбнулся, забрал использованную салфетку и сам выбросил её. Их пальцы на мгновение задели друг друга, и от этого прикосновения Ихо кольнуло, будто током.
— Весна, что ли. Все вокруг влюбляются.
Заодно и его собственные, никому не известные чувства в последнее время ведут себя особенно беспокойно.
Но, увидев две пары, которые прошли мимо раньше, Ихо кое-что понял. Он и правда научился неплохо скрывать выражение лица. Как сейчас — спокойно вставлять третью капсулу рядом с объектом своей безответной любви и делать вид, что всё в порядке.
— …Ну, ничего. Поработают в компании ещё пару лет — сами поймут, насколько сейчас выдают себя.
Вдруг Ча Мингю прыснул от смеха.
— Да так. Просто когда человек, которого все считают самым невнимательным, говорит такие вещи, кажется, что он и правда вырос.
— Что. … Мне вообще-то уже тридцать три.
— Возраст ты, может, и набрал по выцветшему удостоверению, а вот лицо передо мной — всё то же самое. Так что не соглашусь.
— …Я вообще-то стал куда внимательнее. И не как раньше — всё на лице. Я умею скрывать мысли.
Мингю упёрся ладонью рядом с кофемашиной. Его тёмные глаза, в которых отражались белые круги потолочного света, смотрели прямо на Ихо. Не выдержав учащённого сердцебиения, Ихо первым отвёл взгляд.
— Ихо, а ты, случайно, не завёл себе девушку за моей спиной?
«Да откуда ей взяться, идиот».
— Ты же сам сказал, что хорошо скрываешь. Если даже я не заметил, что ты с кем-то из офиса встречаешься, значит, ты и правда сильно изменился.
— Или нет. Если это не коллега… и если я, человек, который почти круглосуточно торчит рядом с тобой, ничего не заметил — может, это кто-то, кто тебе просто нравится?
То, что Ча Мингю до сих пор не заметил чувств Ихо, было связано не столько с его слабой актёрской игрой, сколько с укоренившимися в обществе представлениями. Считается, что двое мужчин, как бы близко они ни общались, — просто друзья, а вот мужчине и женщине достаточно лишь случайно соприкоснуться рукавами, чтобы вокруг уже повеяло романом.
В нужный момент, третья порция кофе закончила литься. Ихо плотно закрутил крышку термоса.
— Ты же говорил, что идёшь на совещание. Не пора?
— Почему опять стал колючим Ихо-Ихо?
Мингю, сказав «понял», направился за Ихо к двери комнаты отдыха.
Ихо подпрыгнул от неожиданности, когда кто-то резко ткнул его в бок. Мингю расплылся в ухмылке и ловко сунул ему в карман брюк те самые две капсулы, которые отобрал раньше. Глаз, ближе к Ихо, при этом чуть сильнее прищурился, из-за чего веко выглядело мягче.
— Если уж со мной такой колючий, будь хотя бы наполовину таким же с остальными.
Ихо машинально сунул руку в карман, по которому только что скользнула ладонь Мингю. Внутри, будто всё ещё хранив тепло прикосновения, вперемешку лежали печенье, которое он припрятал для Мингю, и две «отжатые» капсулы.
Ихо поставил будильник за тридцать минут до выхода. Завтрак он всё равно пропускал, а в разработке можно было спокойно надеть джинсы и любую попавшуюся под руку футболку, так что это время было нужно лишь на одно — чтобы, принимая душ, не заснуть под струями воды.
Для человека, живущего по чёткому распорядку, нет ничего более раздражающего, чем когда кто-то выдёргивает из последнего, самого сладкого сна прямо перед звонком будильника. Например, телефонный звонок, внезапно и оглушительно раздавшийся у изголовья.
Даже если звонил объект безответной любви, это всё равно вызывало ярость. Телефон не переставал вибрировать, и в конце концов Ихо, уткнувшись лицом в подушку, на ощупь нашёл его рядом.
Голос вырвался с трудом, всё ещё утопая в сонной пелене.
— Не разговаривай… просто возьми и уходи…
— Хозяин дома спит. Как я их возьму? Это, вообще-то, называется воровством.
― Ты же знаешь код, сумасшедший идиот…
― Ихо-Ихо, ты опять засыпаешь?
Ихо сбросил вызов. Оставшиеся до будильника двадцать минут он собирался использовать с максимальной пользой, зарывшись в такой сон, из которого и унеси кто, не заметишь. Услышав сквозь дрёму приглушённый писк ввода кода на дверном замке, он снова закрыл глаза.
До тех пор, пока с шумом не распахнулась дверь спальни.
Голос, который только что звучал из динамика телефона, теперь оказался совсем рядом. Ихо, застряв где-то между сном и реальностью, сжался, вцепившись в подушку и одеяло.
― Руководитель команды Сон Ихо, вам нужно вставать и ехать на работу.
― Руководитель команды, это что, не входит на сайт? А? Что такое DDoS? Щёлкну-ка.
Даже понимая, что это подкол, эта чушь мгновенно протрезвила. Перед глазами уже стоял Ча Мингю, одетый в рубашку и брюки от костюма. Ихо прикрыл лицо рукой.
― Ча Мингю, ты чего с утра пораньше в чужом доме творишь…
― Говорил же, не бросай одежду на кровати. Ты в этом ездил на общественном транспорте или нет?
— Как это не знаешь. Убери сейчас же.
Мингю потянул за рукав, который торчал из-под тела Ихо, но та не сдвинулась. Ихо свернулся калачиком, будто прячась, и, судя по всему, уступать не собирался.
Белая поясница под закатанной футболкой и ягодицы, обтянутые шортами, были повёрнуты к Мингю. Он пристально посмотрел сверху на спящего Ихо, крепко обнимавшего скомканное одеяло, как спасательный круг. Вскоре рука Мингю ударила по заднице Ихо.
Ихо, подскочивший, будто вылетела пробка от шампанского, с криком «Уаргаак!» покатился в угол кровати, спасаясь бегством.
— Ты… ты что, с ума сошёл?! Чт-что это вообще было?!
— Эй, что ты сейчас сделал? Ихо, это новый твой коронный трюк?
Пока Ихо пытался прийти в себя, Мингю уже согнулся от смеха и рухнул на кровать. Он катался по ней, держась за живот, вместо того чтобы отступить перед хозяином, который забился в угол и дрожал. Ихо, тяжело дыша и всё ещё морщась от ноющей боли, потирал пострадавшее место и сверлил его взглядом.
— Ихо-я, а можно ещё раз? Я аккуратно. Всего один шлепок.
— Я тебя сейчас правда прибью.
Даже в ответ на это угрожающее, сквозь зубы выдавленное предупреждение Мингю только захлёбывался смехом и просил прекратить, потому что сил уже нет.
У Мингю был низкий смех. Причёска сбилась, а рубашка помялась, пока он перекатывался по тому самому месту, где ещё минуту назад лежал Ихо.
Внутри поднялось горячее, почти злое чувство. Только если злость обычно бьёт в голову, то это почему-то ушло вниз, в живот.
— Ихо-я, ты уже проснулся? Тогда пойдём завтракать.
— Сварил суп и зажарил рыбу, так что нужно просто добавить ещё один комплект палочек. Голодая и перебиваясь одним кофе, гриб Ихо превращается в ядовитый гриб и становится таким вялым.
Мингю, изменив голос на тон, каким уговаривают ребёнка, подполз к углу, где был Ихо, и, схватив за руку, потянул.
Ихо, уже невольно начавший подниматься, следуя его притяжению, вдруг широко раскрыл глаза и снова шлёпнулся ягодицами на кровать. Ощупывающая рука поспешно подтянула сползшее одеяло на бёдра.
Дрожащий взгляд направился на Мингю. Не… не заметил же?
— Аа, грибочек у Ихо тоже проснулся.
Лицо Ихо в одно мгновение вспыхнуло ярко-красным. На этот раз даже Мингю, уловив неладное, замялся и отступил.
— Н-ну, послушай, Сон Ихо. В нашем возрасте стыдиться такого нельзя. Это же отличное доказательство, что ты не только лицом не стареешь, но и тело у тебя бодрое и здоровое…
Подушка мощно ударила в тело Мингю и отлетела. Увидев пылающее от злости лицо, Мингю, подняв обе руки, слез с кровати и вышел за дверь. Только он подумал, что тот наконец ушёл, как из щели двери высунулась голова.
— Ихо-Ихо, остынь и приходи завтракать, ладно? Я тебе две порции риса положу?
Не дав Ихо времени ответить или взорваться ещё сильнее, он тут же исчез. Оставшийся один Ихо провёл рукой по лицу, горячему настолько, что если бы он сейчас свалился в горячке, это не было бы странно.
— Чёрт… сердце сейчас выскочит. Ха…
Сердце, мирно спавшее и внезапно столкнувшееся с интенсивным шоком, колотилось, грозясь разорвать грудную клетку. С утра пораньше это было слишком вредно для организма.