Лес заблуждений
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 27
Они были друзьями больше двадцати лет. Проведя так много времени в дружбе, они запутались, что и как должно измениться, чтобы они стали похожи на влюблённых. В отличие от Урима, который провёл бессонную ночь, разрываясь от сомнений, на лице Хэсу читалось лишь спокойствие.
Ему было немного неловко, что он один так глупо и сильно влюблён, но и мыслей о том, чтобы откатить их отношения назад, у него не было.
- Не спал? Вчера ты ворочался.
Небрежно завязывая галстук, Хэсу неожиданно обратился к нему. Урим, собиравший сумку на работу, резко поднял голову. Он почувствовал на себе взгляд Хэсу через зеркало.
Хотя голос был равнодушен, взгляд в зеркале был настойчивым, даже дотошным. Под этим пристальным взглядом его шея покраснела, а к кончикам пальцев прилило удовольствие, вызывающее лёгкое онемение.
- ...У нас ещё есть время. Посмотрю, есть ли что-нибудь перекусить.
Урим поспешно застегнул молнию сумки и вышел из комнаты. Липкий взгляд скользнул по его затылку, будто он убегал. Его руки, роющиеся в холодильнике и кладовке, были неестественно суетливыми. И всё это время на него были устремлены заинтересованные глаза, следящие за его действиями.
Взгляд, направленный на него, явно изменился. Раньше он тоже был очень настойчивым, но тогда он скорее напоминал наблюдение. Однако сейчас во взгляде Квон Хэсу читался интерес. Это было самым большим изменением, произошедшим за одну ночь. И это было что-то едва уловимое, что мог почувствовать только Урим.
Оба они обычно не заморачивались с завтраком, но сегодня они сели за стол лицом к лицу. Это был простой завтрак из фруктов и кусочка хлеба, но чувство сытости было сильнее, чем когда-либо. Возможно, потому что теперь у него было право наполнять Квон Хэсу своё сердце, которое раньше было пустым.
Собиравшийся выйти из дома в обычное время, Урим вдруг остановился как вкопанный. Потому что он заметил пустующее правое запястье Хэсу.
У Хэсу был переменчивый характер, и он легко ко всему терял интерес, так что одних только часов у него было достаточно, чтобы заполнить целый комод. Он покупал дорогие часы, которые обычный служащий и представить не мог, носил их несколько раз, а то и вовсе не распаковывал, забрасывая в ящик. Иногда он дарил и Уриму часы, которые могли бы ему подойти, но тот не носил их. Ценность была в том, что это были вещи, к которым прикасалась рука Квон Хэсу.
И сейчас это оказалось полезным. Урим взял одни часы, которые выглядели так, будто их только что принесли из магазина - настолько новыми они казались. Затем он взял правую руку Хэсу и застегнул ремешок.
- Скоро станет жарче, и ты сможешь закатать рукава.
Сейчас они скрыты рукавом, но стоит лишь немного закатать его - и они будут видны. Выступающие неровные красные шрамы.
Он ответил, не дожидаясь конца вопроса, прозвучавшего с усмешкой. До сих пор он сдерживал эти слова, но теперь, наверное, между ними уже такие отношения, что можно.
- Нет, просто если увидят шрам, люди начнут интересоваться
- А мне это не нравится. Я хочу… чтобы только я знал.
Часы идеально сели на запястье. Как и ожидалось, они смотрелись на Хэсу гораздо лучше, чем на нём. Урим, удовлетворившись тем, что запястье скрыто, поднял голову. Его взгляд встретился с Хэсу, который смотрел на него с нечитаемым выражением. На его лице не было ни единой эмоции, так что невозможно было даже предположить, о чём он думает.
Может, это прозвучало слишком одержимо? Не выдал ли он своё желание обладать? С момента их решения встречаться прошёл всего день, и Квон Хэсу ещё не относился к этому всерьёз. Не слишком ли он забежал вперёд? Урим неловко пошевелил губами.
В тот миг, когда он, неловко отвернувшись, направился к прихожей, Хэсу внезапно встал у него на пути. Включившийся датчик света в обувной нише был полностью скрыт его силуэтом. Не успел он спросить «что такое», как горячие губы коснулись его щеки и оторвались. Это было быстрое и лёгкое прикосновение.
- В кино показывают, что перед работой вот так целуются.
- А, хотя нет, то были супруги, кажется.
Урим лишь широко раскрыл глаза и смотрел на Хэсу. Губы Хэсу, слегка склонившего голову, растянулись в ухмылке.
- У тебя смешное выражение лица, Чин Урим.
Хэсу, хихикая, потянул его за руку. Онемевшие ноги наконец сдвинулись с места. Перехваченное дыхание вырвалось наружу, и сердце вновь забилось часто-часто.
Он всегда знал, как привлекательно выглядеть в глазах других, но был неискусен в таких проявлениях. Даже неловкие, незначительные прикосновения, которые другие сочли бы обыденными, ощущались иначе, когда исходили от Квон Хэсу.
На самом деле он не ожидал, что после изменения отношений многое сильно поменяется. Ведь и раньше они постоянно познавали друг друга и были близки куда больше, чем просто друзья.
В нём зародилась надежда, что, возможно, лишь Чин Урим - единственный, кто сможет изменить Квон Хэсу.
[Квон Хэсу: Хочу поужинать вместе, а я только сейчас узнал, что ты в командировке.]
[Квон Хэсу: Хочу сказать, чтобы ты передал командировку кому-то другому. Так можно?]
[Квон Хэсу: Не отвечаешь на сообщения.]
[Квон Хэсу: Я просто хочу, чтобы ты остался и работал здесь.]
[Квон Хэсу: Можно мне продолжать такие мысли?]
Это были накопившиеся сообщения за время, пока он был сосредоточен на работе. Обычно Хэсу писал так, когда хотел чётко определить свои чувства или не знал, как реагировать на других. Естественно, большинство вопросов касались социального взаимодействия.
Впервые сегодня он спросил о чувствах, которые испытывал к Уриму. То, что он чувствовал обиду из-за работы, не имея на то явной причины, было довольно мило.
[Квон Хэсу: Не напрягайся, мы можем нанять больше сотрудников.]
Следующее сообщение заставило его рассмеяться. Урим провёл большим пальцем по экрану туда-сюда. Сколько раз он ни проверял - желание Квон Хэсу быть с Чин Уримом оставалось неизменным.
Это было поразительно. Стоило лишь немного изменить взгляд на жизнь, и Хэсу вёл себя спокойно, словно никогда не был неустойчивым. Может, им стоило схватиться друг за друга, позволить друг другу завладеть собой гораздо раньше.
Вопреки ожиданиям, что у него совсем нет способностей к отношениям, Хэсу довольно старательно исполнял роль влюблённого. Когда у Урима оставался час до конца рабочего дня, а ему нужно было ехать по делам, Хэсу даже сам вызывался быть водителем.
- Пора потихоньку собирать вещи.
Урим, переписывавшийся с матерью, резко поднял голову. Уставившись на него с вопросительным выражением, он заставил Хэсу слегка отвести взгляд. Поскольку тот смотрел довольно долго, Урим поспешно указал вперёд.
Машина дёрнулась. Хэсу водил небрежно и грубовато. Хотя, когда на пассажирском сиденье был Урим, он всё же старался быть внимательнее, но иногда моменты невнимательности случались.
Видя его напряжённое выражение, Хэсу лишь перехватил руль и невозмутимо продолжил:
- Мы будем жить вместе. В конце концов, мы будем видеться каждый день, и ездить на работу и с работы вместе, так что лучше жить ближе к офису.
Хэсу ответил так, как будто это было само собой разумеющимся, но на самом деле Урим немного удивился. Разве Хэсу когда-нибудь приводил кого-то к себе домой за всё время их отношений? Он не припоминал даже коротких визитов, не говоря уж о совместном проживании. Конечно, возможно, он делал это без его ведома... Но Урим никогда не замечал в доме Хэсу следов других людей, да и тот был крайне щепетилен насчёт личного пространства.
- ...Ты предлагаешь жить вместе?
- Я просто предлагаю продолжать делать то, что мы делали. Теперь у нас есть веская причина собрать вещи и переехать.
Говоря это, Хэсу протянул руку. Рука в часах коснулась его шеи и тут же отстранилась. Чувство тревоги от того, что он отпустил руль, перекрылось тёплым чувством, вызванным этим намёком на прикосновение.
Теперь, когда они стали парой, если они будут жить вместе, физическая близость станет ещё теснее. Они будут держаться за руки, обниматься, целоваться, касаться самых сокровенных и глубоких частей друг друга. Он сам всегда жил, думая о Квон Хэсу, и был готов перейти к интимной близости даже сейчас, но Хэсу, вероятно, ещё не готов. Даже если его прошлые отношения были не серьезными, он встречался только с женщинами, так что, возможно, он никогда не переступит через эту грань. Но даже если так, Урим не расстроится. Потому что он жаждал не секса, а самого Квон Хэсу.
Когда Урим долго молчал, Хэсу снова стал подгонять. Казалось, он даже не допускал мысли, что Чин Урим может отказаться. Желая предотвратить возможное недопонимание, Урим поспешно добавил объяснение:
- Просто срок аренды ещё не вышел... И переехать сразу будет немного...
- Немного слишком поспешно и сложно.
Вжик. Машина остановилась перед загоревшимся красным сигналом светофора. Торможение было настолько резким, что тело чуть не рвануло вперёд. Плечо, прижатое ремнём, онемело, и боль тупо распространилась, вызывая скованность.
- Что может быть сложного в том, чтобы разобраться с этим?
Пока Урим весь замер, звук равномерного постукивания по рулю оставался спокойным.
- Теперь мы встречаемся. Значит, логично жить вместе.
«Я что-то не так понял?» От его голоса, тянувшего последние слова, Урима странным образом охватило чувство вины. Ему даже показалось, не вносит ли он путаницу, хотя договорился во всём ориентироваться на критерии Квон Хэсу.
- …Просто это неожиданно. Дай мне подумать, как разобраться с квартирой.
- Можешь подумать и после переезда.
Ответ уже был предрешён. Чин Уриму оставалось лишь следовать ему. Хотя предложение было намеренно настойчивым, мысль о том, что это процесс взаимного овладения друг другом, вызывала блаженную дрожь.
- Ты и так сейчас живёшь у меня каждый день. Можешь решать, пока живёшь так…
- Может, переедем на выходных?
До выходных оставалось всего несколько дней. Хэсу всем видом показывал, что хочет поселить его у себя немедленно, словно это было крайне срочно. В такие моменты Уриму казалось, что Хэсу и вправду понимает, что такое чувство любви.
- Разве ты не знал этого и раньше?
Возможно, он любил Чин Урима всю свою жизнь? Может, он только сейчас начинает осознавать истинные чувства, скрытые под именем дружбы. Руки заныли, а невероятный подъём, от которого сердце готово было выпрыгнуть из груди, охватил всё его тело.
- Я хочу забрать тебя прямо сейчас, но дам тебе время подумать до выходных.
Услышав покорный ответ, на лице Хэсу наконец расплылась улыбка. И оттого, что она казалась иной, чем обычно, Уриму пришлось провести пальцами по покрасневшей шее.
Дело, на которое они потратили долгую дорогу, закончилось довольно быстро. Урим отправился на каток команды по конькобежному спорту, чтобы проверить оборудование. Он отметил несколько сломанных тренажёров, необходимых для разминки, и сфотографировал их. Пока он сразу же систематизировал и отправлял письмо, Хэсу всё это время был рядом. Возможно, из-за множества глаз вокруг, он не торопил его побыстрее уйти, но его выражение лица уже было полно скуки. Тот факт, что, несмотря на такое раздражение, он всё равно оставался рядом, заставлял сердце Урима трепетать.
По пути они зашли в незнакомый ресторан и поужинали. Они провели довольно приятное время в атмосферном месте с видом на реку. После этого они поехали в сторону дома Урима, включив музыку, словно отправляясь на прогулку. Это было время, полное волнения и трепета, как у обычных влюблённых. После короткого свидания они подъехали к апартаментам Урима, но машина не направилась на парковку.
Было уже далеко за вечер. В такое позднее время вряд ли бы его вызвали, да и он вряд ли бы солгал, чтобы улизнуть куда-то ещё. Ведь, произнося слово «родительский дом», он, как обычно, нахмурил брови.
- Не свидание. Брат сказал, что хочет встретиться, есть о чём поговорить.
- …Тогда просто поезжай. Я мог бы сходить и один.
- Как-то нехорошо оставлять тебя одного с самого первого дня. А, или это я уже слишком?
Подмигивающее улыбающееся лицо заставило его неприятное чувство ослабнуть. Его лицо постепенно краснело от смущения, и Урим почесал шрам под глазом.
- Нет. Просто если придёшь поздно, боюсь, тебе достанется.
Он просто беспокоился о нём, зная, какой стресс он испытывал каждый раз после встречи с семьёй. Хотя ему и хотелось сказать «не ходи», он не мог.
Он не стал добавлять, что, чтобы успеть к назначенному времени, они едва ли успеют поговорить.
- Да, можно и позже. Осторожнее за рулём. Поезжай не спеша.
Когда Урим вышел из машины, Хэсу жестом показал, чтобы тот шёл вперёд. Он с трудом оторвал ноги и сделал несколько шагов. Вместо того чтобы сразу ехать на лифте, он постоял на лестничной клетке, затем снова высунулся наружу. Он увидел задние фары машины Хэсу, удаляющейся в переулке.
«…Так оно и есть - похоже, мы и вправду встречаемся».
Отношения с Квон Хэсу, возможно, окажутся более обычными, чем он думал. Урим, сглаживая не к месту бешено бьющееся сердце, перевёл дух.
Когда он вышел из душа, экран телефона мигнул. Подумав, что это Хэсу, он быстро проверил, но звонила мама.
- Да, я только что из душа. Вы поели?
Обычно они разговаривали по телефону три-четыре раза в неделю, но в последнее время он был слишком занят. Чувствуя, что пренебрёг ею, Урим почувствовал вину.
- Пожалуйста, не пропускайте приёмы пищи. Я приеду на следующей неделе.
- На следующей неделе я уезжаю на встречу выпускников. Не надо, раз ты дома, я заеду ненадолго, оставлю тебе еды.
- Ага. А что, у тебя кто-то есть?
Осторожный вопрос. Мама всегда спрашивала так перед визитом, чтобы не попасть в неудобную ситуацию. Наверное, она проверяла, не с любимым ли он... Первым, о ком подумал Урим, был Хэсу.
- ...Хэсу тут ночует иногда, но сейчас он уехал к родителям, так что всё в порядке.
- Тогда ещё лучше. Я возьму побольше.
Его лицо покраснело, хотя Хэсу даже не было рядом. В конце концов, никто не узнает, в какие отношения превратилась близкая, почти братская дружба между Квон Хэсу и Чин Уримом.
Во время разговора телефон периодически вибрировал. На экране появлялись сообщения от Хэсу.
[Квон Хэсу: Невестка тоже здесь]
Чем дольше он говорил с мамой, тем больше чувство вины таяло, и оставалось лишь всё усиливающееся осознание того, что теперь он в отношениях с Квон Хэсу.
От дома матери его отделяло всего минут двадцать на машине, поэтому Урим поспешно привёл квартиру в порядок. Хотя, поскольку у него и так было мало вещей, она и так была чистой, но всё же могла не соответствовать материнским стандартам. Проветрив квартиру в такой поздний час, он как раз вовремя встретил маму.
- Зачем ты столько всего приготовила?
- Контейнеры большие, но внутри не так уж много. Не ешь одну доставку, готовь себе с гарнирами.
Два больших пакета были полны гарниров и супа. Пока она объясняла, что можно сразу заморозить, так как порции уже рассчитаны на одного, он убирал их в холодильник.
- Это от подруги, которая занимается фермерством, нужно съесть сразу. Испортится, если оставишь.
- Хорошо. Это та подруга, с которой вы едете?
- Ага, её муж совсем не помогает, так что она срочно собрала урожай, и я приготовила. Посмотри на меня, разве не здорово без мужа?
В её словах слышалась усмешка. Рука Урима, убирающая контейнер, дёрнулась. Мама прекрасно знала. Сколько вины пережил Урим, пока всё не стало как сейчас. Зная это, с какого-то момента она стала говорить об отце так, словно это было неважно.
- Ты и так занята. Тебе не обязательно это делать.
- Разве это одно и то же? Забота о сыне идёт от самого сердца.
Мама говорила, что всё в порядке, но чувство вины всё равно лежало на сердце Урима. Пакеты опустели лишь тогда, когда холодильник, где раньше были только вода и яйца, оказался полон.
- На работе занят? Кажется, ты похудел.
Неловко поглаживая щёку, Урим придвинул стул напротив. Вслед за ним устремился беспокойный взгляд.
- Наверное, это из-за недавней командировки. После неё я совсем не отдыхал.
Хотя Урим страдал из-за Хэсу, было счастьем, что можно сослаться на работу.
Неизвестно, сколько они разговаривали. Пип, пип-пип, бип. Тревожно прозвучал дверной замок. Как только их взгляды встретились с мамой, на лице которой висел вопросительный знак, входная дверь распахнулась. «Хэсу?» - беззвучно шевельнула губами мама, и Урим ответил неловкой улыбкой, проверяя время. Обещанное Хэсу время ещё не наступило.
В тот момент, когда он притворно смущённо и неуклюже поднялся с места, его взгляд встретился с Хэсу, который уверенно приближался.
- Чин Урим, почему ты не отвечаешь?
Резкий голос, не обращающий внимания на приличия, ворвался в комнату.
Видимо, он не слышал вибрации, потому что оставил телефон на диване, разбирая холодильник. Хэсу, с выражением раздражения на лице, принялся его допрашивать, но затем провёл рукой по волосам и отвел взгляд. Заметив мать, он тут же скрыл раздражённое выражение.
- Мама, вы здесь? Здравствуйте.
- …О, Хэсу. Давно не виделись.
Хотя она отвечала с улыбкой, в её взгляде читалось недоумение. Ведь трудно сходу понять, как друг может врываться с таким сердитым лицом из-за того, что ему не дозвонились.
- Она привезла еду, вот мы как раз её раскладывали.
Урим поспешно встал между ними. Тогда Хэсу, как обычно, с вежливым выражением лица кивнул.
- Верно. Раз вы двое мужчины, не питайтесь как попало, ешьте домашнюю еду, Хэсу. Понял?
- Ты же был у родителей? Чон Ын в порядке? Кстати, мы совсем не общались в последнее время.
Мама знала лишь, что у Хэсу не самые развитые социальные навыки. Возможно, поэтому, обращаясь к нему, она всегда была мягкой и осторожной, как с ребёнком.
- Да, у неё всё хорошо. Говорит, сейчас увлеклась икебаной и целыми днями занимается цветами.
- Икебаной? Я думала, она немного успокоилась. Она же говорила, что хочет открыть цветочный магазин?
В её словах слышалась усмешка. Напряжённая атмосфера наконец смягчилась, и Урим, который был настороже, наконец расслабился. Хэсу, вернувшийся к столу после того, как помыл руки, обращался с матерью с улыбкой, словно и не злился никогда.
Время от времени он протягивал руку под стол, чтобы сжать бедро Урима, или притворяясь, что поправляет спинку стула, обнимал его за плечи. Каждый раз Урим вздрагивал и неловко поджимал губы. Может, со стороны мамы это выглядело как обычные дружеские прикосновения, и только он один придавал им значение?
- Хэсу, а ты, кажется, с каждым разом становишься всё красивее? Прямо завидный жених.
Урим слегка нахмурился и накрыл её руку своей. Хотя как взрослый человек она вполне могла такое сказать, но Квон Хэсу теперь был его возлюбленным... Всё изменилось.
- Ой, прости. В наше время такие слова звучат старомодно, да?
Мама смущённо прикрыла рот рукой и засмеялась. Хэсу, не моргнув глазом, пристально смотрел на неё. Взгляд был не таким, как когда он находил что-то интересное, а настойчивым, словно пытаясь что-то прочесть.
В тот момент, когда по телу пробежали мурашки и возникло напряжение, тёмные глаза, изучавшие лицо матери, медленно опустились. Переведя взгляд на руку Урима, лежавшую поверх руки матери, Хэсу тут же разжал губы.
- ...Ну, это просто так говорится.
Хэсу незаметно стянул руку Урима с её руки. Словно выстраивая барьер. Тепло материнского тела мгновенно отдалилось. Взгляд матери последовал за насильно убранной рукой.
- О? Так ты хочешь стать моим зятем?
- Да, я буду хорошо о нём заботиться.
Этот разговор балансировал на грани шутки и правды. Мама улыбалась, но на губах Хэсу не было даже намёка на улыбку. Уриму вспомнились агрессивные черты Хэсу и его странные высказывания, проявлявшиеся в последнее время в самые неожиданные моменты. Его чувства уже вскипели однажды из-за того, что ему не ответили, так что второй раз мог быть ещё хуже. Ладонь в его руке, казалось, покрылась потом. Урим неловко разжал губы.
- П-почему вы решаете, кто будет зятем, даже не спросив моё мнение? И разве не невестка, а не зять?
Как бы он ни пытался вывернуть захваченную руку, Хэсу не отпускал его. Тепло его тела ощущалось особенно сильно.
- Разве? Но Хэсу больше подходит слово «зять», чем «невестка».
До этого он всё же вёл себя как с матерью друга, но теперь его улыбка и тон стали такими, какими он бывал на работе. Это была тонкая разница, но Урим отчётливо её чувствовал. Это также означало, что теперь он воспринимал маму как абсолютно чужого человека.
Казалось, на этом лучше всего было бы закончить. Так подсказывала интуиция Чин Урима, знавшего Квон Хэсу так долго.