Ломбард "Хоранг Ёндон"
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 18
Сегодня Чонгук не нарушал правила дорожного движения.
Он даже не превышал скорость - вел машину как все, спокойно и обычно.
Распахнул окно настежь, наслаждаясь неожиданно прекрасной погодой, и тихо напевал себе под нос. Сжимая руль, он думал о том, как бы хотелось, чтобы это чувство длилось подольше.
Его взгляд то и дело ускользал на контракт, лежащий на пассажирском сиденье. Тот клочок бумаги, по которому он заключил сделку с Санхоном, сейчас был для Чонгука почти святыней. В конце концов он взял его и положил прямо над рулём - так, чтобы всегда был перед глазами.
Всего лишь обычный клочок бумаги, но для Чонгука это была сама жизнь.
Он тихо протянул руку и погладил слегка припухшую часть своего тела. В тот же миг в голове всплыло бледное лицо Санхона, каким он видел его совсем недавно.
Если даже бета мог возбудиться до такой степени, то что же тогда творится с альфами? Чонгука захлёстывала ревность. Он сам был готов сорваться, как капризный ребёнок, требующий купить желанную игрушку, и мчаться в клинику по типам, лишь бы добиться своего.
Даже омегой стать - и то было бы не жалко, лишь бы почувствовать с Санхоном хоть какую-то общность.
Ах, от одних только фантазий становилось так хорошо, что ноги подкашивались. В обычной ситуации он бы уже давно перестал соображать и прижал, вдавил, вошёл. Но с Санхоном всё было иначе: больше, чем чтобы его брали в рот, ему хотелось гладить те бледные щёки и, не зная ещё, как он выглядит, держать во рту мягкий член, сосать его дни и ночи напролёт.
Ради Санхона Чонгук был готов добровольно стать последней шлюхой. Раздвинуть эти белые бёдра, войти между ними и, дрожа от напряжения, доводить себя до разрядки, тряся вставшим членом.
Но это было всего лишь воображение. Как ни странно, с Санхоном он не мог так поступить. Сколько бы легко он ни влюблялся обычно - Санхон был другим.
Чонгук раздражённо стукнул кулаком по рулю.
«У меня уже есть карманные деньги от объекта интереса», - подумал он, Чонгук едва сдерживал улыбку, осознавая, что их отношения уже давно перестали быть обычными.
Так, смеясь, когда сигнал светофора сменился на зелёный, он рванул с места. Добравшись до здания Отдела надзора за наёмными убийцами, он уверенно направился к своему парковочному месту, но внезапно настроение упало.
Кто-то занял его личное парковочное место.
Конечно, для всех должно быть равное право парковаться - никаких «своих мест» не было. Но Чонгук был другим. Независимо от слов окружающих и жалоб коллег, своё место он всегда защищал. А сейчас одна чертова машина испортила ему настроение.
Припарковав машину вкривь, Чонгук вышел и открыл багажник. То, что он достал из багажника, было не чем иным, как гаечным ключом.
Так, крепко сжимая гаечный ключ в руке, Чонгук подошёл к машине, занявшей его место. В тот же момент издалека кто-то закричал и побежал к нему.
Его тщательно уложенные волосы растрепались на ветру, но ему было не до этого, пока он бежал к Чонгуку. Но, несмотря на отчаянные призывы Сухо, гаечный ключ в руке Чонгука безжалостно обрушился на чёрный седан.
Сначала разбилось зеркало на пассажирской стороне. Затем помялся капот.
От непрерывных ударов на лобовом стекле появилась трещина, которая с трес-ском разошлась.
- Ааах! Босс! Вы знаете, чья это машина?!
Сухо, держась за голову, указывал на окно переднего пассажира машины, терявшей свою целостность.
- Ха Джинук из отдела этического надзора. (отдел этики и внутреннего контроля)
Узнав имя, Чонгук ощутил прилив восторга. Казалось, что произошло нечто необратимое. Сухо, охваченный отчаянием, схватился за одежду Чонгука и начал трясти его.
- Что вы делаете!? Скажите! Машина ведь почти новая!
Чонгук зловеще улыбнулся и нанёс последний удар. Гаечный ключ, воткнувшийся в лобовое стекло, остался торчать, словно поднятый флаг.
Только тогда лицо Чонгука просияло. Позади него, наслаждающегося облегчением, прибывшие с опозданием сотрудники службы охраны, увидев разгромленную машину, потеряли дар речи.
Чонгук, хлопнув их по плечу, прошёл мимо своего криво припаркованного авто и направился к курилке.
Возле здания Отдела надзора за наёмными убийцами, за тёмным стеклом, полузакрытой от посторонних, он нашёл своё маленькое убежище. Затем он небрежно заслонил рукой ветер и зажёг сигарету. Сделав первый глубокий вдох, тонкий дым медленно вытек из уголков его рта.
Сквозь резкий дым Чонгук прищурил глаза. Затем он беззаботно рассмеялся.
В его смехе уже не было ни злобы, ни ярости. Просто было приятно разрушить то, что ему не нравилось.
Держа в руках тлеющий окурок и стряхивая пепел, Чонгук прислонился к стене курилки. Затем, поправив растрёпанный воротник, он выпустил дым в небо. Затушив докурок, он вышел из курилки с полностью прояснившимся сознанием.
Но перед ним неожиданно встала охрана. Однако Чонгук словно ожидал этого, прошёл мимо них, возглавив процессию.
Чонгук остановился у рамки металлоискателя. Он сунул руку во внутренний карман, чтобы приложить пропуск, но…
Естественно, ничего не нашлось.
И не могло быть. Он только что обменял свой пропуск с бриллиантом на договор на триста миллионов вон.
- Начальник отдела Чхон. Вы не войдёте?
Чонгук застыл перед рамкой, и один из охранников с недоумением обратился к нему.
- Кажется, вам нужно вызвать нашего заместителя начальника.
Сотрудники в холле мгновенно побледнели и тут же связались с заместителем начальника.
Тем временем, в зале для конференций к Чхонджуну дошла невероятная новость. Он только что распалялся по поводу повестки дня и вдруг замер.
Резко выкрикнув это, Чхонджун подскочил с председательского места и выбежал из конференц-зала. Ошеломлённые его действиями, приближённые немедленно последовали за ним.
- Говорят, он потерял своё удостоверение.
- Что? Но оно же столько стоит!
Чхонджун с таким выражением лица смотрел на секретаря, словно всё услышанное было просто немыслимо. Осознав ещё раз, что тем самым человеком, потерявшим удостоверение, оказался именно Чонгук, он схватился за голову.
- Я знал, что однажды он его потеряет. Этот ублюдок…
- Он разбил одну машину, и… она принадлежит Ха Джинуку, начальнику отдела этического надзора.
- …Я действительно не доживу до старости.
Чхонджуна, у которого закружилась голова, едва держался в сознании, когда спускался в холл первого этажа. Там был Чонгук, который не мог войти и беззаботно пил напиток, налитый в холле.
Чхонджун, не колеблясь, сразу направился к нему.
Чхонджун, не обращая внимания на взгляды других, сильно ударил Чонгука по спине. Он стиснул зубы и бил всерьёз - и потому особенно раздражало, что Чонгук стоял, словно деревянный, даже не шелохнувшись.
Чёрт, да он вообще не двинулся…
- Проблемы? Какие ещё проблемы? И где, чёрт возьми, твоё удостоверение?
Чхонджун уже слышал всё это от секретаря, но поверить так и не смог - потому и переспросил.
- …Ты, блядь. Ты хоть знаешь, сколько оно стоит…!
- Тогда мне придётся уволиться. Так ведь?
В моём возрасте не суметь уследить даже за одной вещью… - Чонгук тяжело вздохнул. - Я возьму ответственность на себя и подам заявление. Оформите как дисциплинарное взыскание.
- …Ты ещё сопляк, у кого молоко на губах не обсохло, а уже про возраст заговорил?!
При словах «я уволюсь» лицо Чхонджуна резко побелело. Поскольку вокруг было много глаз, ему пришлось вытащить Чонгука из холла.
- Давай просто поговорим здесь. Опять какую-то секретную фигню выдумаешь.
Чонгук, с лицом, выражавшим, что всё ему надоело, вышел следом, играя с пустой банкой в руке. Чхонджун, мельком оглядевшись, схватил Чонгука за руку и выбежал наружу.
- Пропуск можно и потерять, что такого драматичного?
- Если бы ты потерял талон на обед для сотрудников, я бы так не поступил. Но это удостоверение содержит внутреннюю информацию, ублюдок. Ты вообще понимаешь, какой это риск подделки? Чип внутри… Ты что, серьёзно его потерял?
Чонгук, забывший о чипе, только чесал голову и беспомощно смеялся. Одурманенный любовью, он пренебрёг самым важным.
- Из-за твоего чертовски красивого лица административный отдел несколько дней… Ах, да и сейчас тоже адская работа. Эй.
Пока у Чхонджуна волосы вставали дыбом от гнева, Чонгук допил свой напиток до конца. Затем смял банку и выбросил в мусорку. В то же время Чхонджун зашагал к криво припаркованному автомобилю Чонгука.
- Эй. Открой дверь своей машины. Быстро!
- Да что ты нервничаешь… Она открыта.
Увидев, как Чхонджун быстро садится на пассажирское сиденье, Чонгук с раздражённым выражением покачал головой. Затем он тоже сел на водительское сиденье.
Внутри машины быстро воцарилась гнетущая тишина. Грубое дыхание Чхонджуна заполнило пространство, и Чонгук бросил на него взгляд, полный раздражения и отвращения.
- Перевыпуск удостоверения - только на этот раз. Если потеряешь снова… тогда я лично навечно заблокирую тебя.
Чонгук, который продолжал разжигать гнев шутками, только раздражал Чхонджуна. В этот момент в поле зрения Чхонджуна попал лист бумаги, лежащий над рулём. В обычные дни он бы прошёл мимо, но сегодня почему-то его рука потянулась к нему.
Взяв бумагу, Чхонджун медленно прочитал её строку за строкой. И цвет его лица в одно мгновение стал бледным, как у мертвеца.
- Если помнёте это, для вас это конец.
В договоре было чётко указано, что Чонгук занял у Ён Санхона триста миллионов вон. Чхонджун ошарашенный, не мог поверить своим глазам, морщил брови, а Чонгук безразлично кивнул на заднее сиденье.
Последовав его взгляду, Чхонджун, увидел чемодан.
- Он вообще не боится давать деньги. Он слишком доверяет людям, я не знаю, как он собирается выжить в этом суровом и ебанутом мире.
Это было подтверждением всех подозрений.
Глядя на Чонгука, который с довольной улыбкой вспоминал Санхона, Чхонджун испытывал искренний страх.
- Видишь почерк Санхона? Знал, что он такой чёртовски милый?
- Видите, как его подпись немного пересекается с моей? Блядь. Говорю же, чертовски мило.
Тот факт, что он был вне себя от радости только потому, что их подписи пересеклись, был ненормальным. Чхонджун уже решил, что он сошёл с ума, и думал, что у него серьёзное психическое заболевание.
- Ты… что вообще у тебя в голове? Мало того, что ты провалил ту операцию, теперь ты ещё и занял у него деньги?
- Я один напал на него, а он просто стоял и… даже не шелохнулся.
Чхонджуну было непонятно, как можно так влюбиться спустя всего несколько дней после знакомства. Неужели это и есть «синдром кастрюли»? (Это ироничный сленг, который описывает человека, у которого очень быстро закипают эмоции, чувства или интерес к чему-то - то есть кто-то быстро увлекается и так же быстро остывает.) Полагая, что он скоро снова охладеет, Чхонджун тяжело вздохнул.
- Заместитель начальника, вам тоже интересно, да? То, что я и он связаны.
С этими словами Чонгук взял договор из рук Чхонджуна, словно бережно поднимая что-то драгоценное, и глубоко вдохнул. Чхонджун, увидев это, содрогнулся и потер руку.
- Ха, чёртов запах Санхона… от бумаги прямо исходит.
- Эй. Извращенец. Но ты же бета. Разве ты можешь чувствовать запах?
- От него приятно пахнет. Как детским молоком, сладковатым.
- Гораздо лучше, чем от заместителя начальника, который пахнет вдовцом.
- …Чёрт, ты настоящий ублюдок. Но запах у него правда приятный.
На слова Чхонджуна Чонгук резко нахмурился и уставился на него. В его глазах сверкнула опасность, и он мгновенно схватил Чхонджуна за воротник.
- Блядь. Откуда ты знаешь. Ты что, возбуждался на него?
- Ах ты, сукин сын! Я когда такое говорил?! И вообще-то я альфа!
То ли Чонгук забыл, что перед ним альфа, то ли просто плевал на это - он сжимал горло Чхонджуна с таким видом, будто действительно собирался убить. Чхонджуну оставалось лишь яростно и обиженно оправдываться.
Он совершенно не понимал, что за бред несёт Чонгук. В конце концов у него даже разболелась голова, и он устало выдохнул.
- Да чтоб ты провалился, блядь.
- Эй. Но такую огромную сумму! …Это ростовщичество! Эй!
- Поэтому я и говорю, что ухожу отсюда. В чём проблема, блядь?
- Ты вообще в курсе, сколько заказов сейчас на тебе завязано? И на какие суммы уже отменены контракты?!
Чонгук заёрзал на месте, мелко дёргая ногой, и снова вспомнил лицо Санхона. Теперь он думал о нём уже машинально, не осознавая этого.
Взяв сигарету, представив то лицо как закуску, он естественным образом зажёг её и снова начал тихонько смеяться и трястись, как сумасшедший.
Аккуратные черты лица, большие глаза… В какой-то момент его накрыло таким желанием, будто хотелось схватить Санхона и запихнуть целиком себе в живот.
- Чёрт… я вообще-то не по каннибализму.
- ……Перестань всерьёз говорить такое.
- А что? Ну ты же понимаешь. Когда кто-то охуенно милый и красивый - хочется, блядь, его всего искусать. До костей.
- Я официально сдаюсь. Я больше даже пытаться тебя понять не буду.
- Нет. Я лучше буду таскать его при себе. А то вдруг кто-нибудь уведёт.
- Ах, блядь. И тело такое крошечное...
Пока Чонгук с упоением расписывал Санхона, не переставая улыбаться, Чхонджун уже смотрел на него с выражением почти благоговейного ужаса.
- А ещё у него ноздри такие крошечные, что хочется жабры ему приделать.
- Блядь. Что, если он задохнётся во сне из-за маленьких ноздрей? Ха, чёрт. Беспокоюсь. Хорошо ли он спит один.
- Ему вообще-то уже далеко за тридцать, придурок…
Прикрывая рот ладонью и тихо хихикая, он улыбался так, что это выглядело по-настоящему жутко. Чхонджун не мог отделаться от мысли: что же, чёрт возьми, Санхон с ним сделал - как вообще можно было так изуродовать психику взрослого человека, превратив его в вот это?..
Чхонджун всерьёз начал задумываться о подаче счёта на возмещение ущерба Санхону.
- Хах… Ладно. Я в общих чертах понял, что ты заинтересовался Санхоном. Но работу всё равно нужно делать. Мы тебя не отпустим.
- Это не интерес. Я его люблю.
- …Что? Как долго ты его знаешь, чтобы уже говорить о любви?
- Если это не любовь, тогда что такое любовь?
Чонгук, который только что смеялся, снова мгновенно стал серьёзным, излучая убийственную ауру. Чхонджун, глядя на это, просто решил не углубляться и продолжил разговор, как ни в чём не бывало.
- Знаешь, за скольких людей ты работаешь?
- Хах… Интересно, что сейчас делает Санхон.
- В любом случае, возвращайся через два дня. И твоё удостоверение… Ха, процесс перевыпуска чертовски сложный.
- Наш Санхон - омега, так что жить в этой ёбаной стране слишком опасно… Может, мне просто убить всех альфа-ублюдков?
- Я временный пропуск тебе оформлю. С ним и поднимайся.
- Интересно, Санхон плачет, скучая по мне?
- …Ты вообще меня слушаешь, ублюдок?!
Слова, брошенные с презрением, не возымели никакого эффекта. Чонгук изначально не собирался его слушать, и Чхонджун решил сдаться раньше, чем окончательно сгорит от злости.
- …Просто вернись на работу. Остальное потом. У нас сейчас реально нехватка людей, без тебя мы не вытянем.
- Лучше расскажите ещё про Санхона. Каким он был, когда здесь работал?
В голове у Чхонджуна вдруг что‑то щёлкнуло. Поймав момент, он решил: сейчас или никогда - и тут же выдвинул предложение.
- Блядь, да ты совсем охуел, давишь служебным положением.
Чхонджун испытал облегчение от того, что ему удалось уговорить его. Он покачал головой, глядя на сияющее лицо Чонгука: неужели это действительно повод так радоваться. А Чонгук, бережно прижав к груди контракт, который они подписали с Санхоном, продолжил курить. В салоне быстро стало нечем дышать.
От такой бесцеремонности у Чхонджуна язык сам собой чесался выругаться. Он потянулся открыть окно - и вдруг заметил движение снаружи.
Кто‑то постучал в водительское стекло. Их было двое. И Чхонджун сразу понял, кто это.
- Пожалуйста, пройдёте с нами. Начальник отдела Чхон.
Это были подчинённые Ха Джинука.
Чонгук опустил стекло и нарочно выдохнул сигаретный дым прямо им в лицо. Несмотря на откровенно хамское поведение, те даже не поморщились - лишь молча смотрели на него.
Чхонджун протянул руку, боясь, что начнётся драка, но его рука была легко отброшена, и Чонгук спокойно вышел из машины.
Чонгук последовал за подчинёнными Ха Джинука. Он мог только надеяться, что дело не дойдёт до рукопашной.