История преднамеренной любви
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 6. Глава 7
Ин Соп снял промокшую потом одежду, положил её в стиральную машину и принял душ.
Он планировал пообедать и сразу вернуться, но как раз вовремя прибыла заказанная её отцом когтеточка-башня, и ему пришлось помочь с её сборкой. К тому времени, как они закончили сборку, наступило время ужина, и в итоге он смог уйти только после ужина.
Ин Соп вытер волосы полотенцем и взял телефон. Как и ожидалось, от Ли У Ёна не было никаких сообщений. Он проверял телефон, даже играя с кошками в доме Юн А Рым, но тот так и не ответил.
[Когда будете ехать домой, позвоните, пожалуйста. Я подожду.]
Отправив сообщение, он посмотрел на время. До конца съёмок оставалось ещё около двух часов.
Он зашёл на портал и набрал в поиске имя Ли У Ёна. Новых статей не появилось.
Похоже, слова Кан Ёнмо тогда были всего лишь догадками. И всё же какое-то время лучше быть осторожнее. Может, даже хорошо, что несколько дней он побудет вдали от Ли У Ёна. Хотя он так думал головой, сердце его было неспокойно.
Юн А Рым сказала, что будет держать Лойс и котят около месяца, пока они не освоятся, а затем найдёт им хозяев. С Джоном решили определиться после выписки, посмотрев на его состояние. Для кошек это были идеальные условия. Но Ин Соп никак не мог отделаться от сожаления: а не стоило ли ему в тот день первым делом связаться с Ли У Ёном.
Внезапно ему вспомнились слова Ли У Ёна. Он сказал, что такого хэппи-эндаему не светит.
- А что вообще считается хэппи-эндом… - бессильно пробормотал Ин Соп., положил телефон рядом и лёг на кровать. Странное чувство. Раньше, перед сном, он всегда вспоминал лица родителей и семьи, но сейчас думал только о Ли У Ёне. Он горько усмехнулся. Человека, которого он может увидеть, если захочет, ему невыносимо хочется увидеть больше, чем тех, кто за морем.
Ин Соп, послав мысленные извинения родителям, закрыл глаза. Сколько времени прошло? Звонок телефона заставил его резко открыть глаза. Повсюду было темно. Он на ощупь нашёл телефон. На экране горело имя Ли У Ёна. Сон как рукой сняло. Он быстро ответил на звонок.
- Надо было спать побольше. Зря я разбудил.
- Нет-нет, всё в порядке. ...Я заснул, ожидая вашего звонка.
Ин Соп перехватил телефон поудобнее и покачал головой. Голос Ли У Ёна, услышанный впервые за два дня, был настолько долгожданным, что на глаза наворачивались слёзы.
- Сегодня ничего не случилось?
Раз он не был всё время рядом, его беспокоило, не произошло ли с ним чего-нибудь.
- Что может случиться? А ты чем сегодня занимался?
Ли У Ён переспросил с привычной, чуть насмешливой интонацией. От знакомого тона стало спокойнее, но вместе с тем силы будто разом ушли.
- Утром я ходил в ветеринарную клинику, а днём навещал котят.
- Наверное, было здорово. И собак видел, и кошек. Ты встретился со всеми, кого любишь.
Он хотел сказать, что не встретил того, кого любит больше всего, но вместо этого прикусил нижнюю губу. Нужно было сначала сказать кое-что другое.
На его обращение Ли У Ён тихо усмехнулся.
- Почему ты так зовёшь? Сердце аж замирает.
Ладонь, державшая телефон, вспотела. Ин Соп собрался с духом и медленно произнёс то, что хотел сказать.
- Я очень неумелый. И это мои первые отношения... Я плохо понимаю, что и как нужно делать. Наверняка я совершаю ошибки, и иногда, наверное, обижаю вас, У Ён ...Простите.
Он извинился перед Ли У Ёном. Это не давало ему покоя. Мысль о том, что выбранное им «лучшее решение» в итоге означало – оттеснить У Ёна, никак не отпускала.
- Мне очень жаль. Я знаю, что вы сердитесь. Знаю... но не знаю, как это исправить. Если вы сможете простить меня, я сделаю всё, как вы хотите. Что угодно.
Ин Соп выпалил слова извинения, которые он обдумывал все эти два дня. Он не знал, смогут ли эти слова смягчить сердце Ли У Ёна, но это были искренние чувства.
Он хотел сделать для него всё, что угодно.
Ин Соп в нетерпении ждал ответа Ли У Ёна. Наконец тот заговорил.
- Я не сержусь. Извини, что вчера не позвонил. Нужно было немного всё обдумать.
Ин Соп почувствовал облегчение, и слёзы хлынули из его глаз.
Ин Соп продолжил как можно спокойнее:
- Значит, завтра я снова могу выходить на работу?
- На какую работу? Я же сказал тебе отдыхать.
- Пару дней отдохни. Не упрямься.
Ин Соп кивнул и сказал: «Хорошо». Слёзы капали по его щекам. Он подумал, что хорошо, что это разговор по телефону. Так он не выдаст себя, плача, как дурак.
Ин Соп быстро вытер слёзы и ответил:
- Вы же звонили в клинику. Спасибо вам.
Ли У Ён сказал, что его ни капли не волнует благополучие кошек, но он специально нашёл время, чтобы позвонить. Это значило, что хотя это его и не заботит, он позаботился об этом ради него.
- Из-за такой ерунды ещё и благодарить.
- Нет. Этого вполне достаточно, чтобы быть благодарным. Я правда так думаю.
Послышался лёгкий вздох Ли У Ёна. Ин Соп напрягся, думая, не сказал ли он опять что-то не то.
От неожиданного вопроса Ин Соп переспросил: «Что?»
- Я спрашиваю, не хочешь ли ты меня увидеть?
- Тогда, может, я сейчас поднимусь?
Ин Соп посмотрел на часы. Было уже далеко за час ночи.
Съёмки завтра начинались с утра. Чтобы успеть заехать в магазин до этого, ему нужно было встать в шесть утра. Он не хотел перегружать Ли У Ёна.
- Уже поздно, идите скорее спать. Вы, наверное, устали.
- Ладно. Ты тоже ложись скорее. Завтра позвоню.
Услышав, что завтра они смогут поговорить, Ин Соп почувствовал большое облегчение.
Закончив разговор, Ин Соп снова лёг. Затем внезапная мысль, мелькнувшая в голове, заставила его подбежать к окну и распахнуть его. Он осмотрелся, но в переулке не было видно ни машин, ни даже прохожих.
Он же сказал, что может подняться...
Ин Соп покачал головой. Глупая мысль. Невозможно, чтобы он в такое время пришёл к его дому, а потом ушёл.
Поворачивая руль, Ли У Ён тихо выругался. Он едва не вышел из машины и не поднялся в квартиру Ин Сопа.
Когда в ветеринарной клинике он увидел Ин Сопа, перепачканного кровью, перед глазами всплыл тот случай, когда тот приехал к нему на машине с ножевым ранением. Сцена, которую он с трудом загнал куда-то вглубь памяти. Его сломанный мозг бесконечно прокручивал одни и те же кадры. Забытая тревога ворошила его голову.
Он чуть не потерял Ин Сопа навсегда. Он хорошо знал, как тревога, рождённая от ощущения потери, поглощает его. Он не мог ни спать, ни дышать.
То же самое произошло и в тот день, когда он подумал, что Ин Соп сбежал от него. Он удержал его силой, и изнасиловал его. Он не мог себя контролировать.
Тогда он впервые почувствовал страх перед собой, утратившим психический контроль.
Он не хотел так обращаться с Чхве Ин Сопом. Нет, он больше не хотел показывать Ин Сопу своё настоящее, сломанное «я».
С целью немного остыть он сказал Ин Сопу не выходить на работу. Но это было бесполезно. Вместо того чтобы остыть, его мысли всё больше запутывались и приходили в беспорядок. Желание защитить Ин Сопа и насильственные импульсы смешались в хаосе. В конце концов он дошёл до того, что уже не понимал, чего хочет.
В итоге в тот день, закончив съёмки, он выпил ровно столько, чтобы не умереть. Если бы директор Ким, радовавшийся его «доброму поступку» и приговаривавший, что так он и жить будет долго, не остановил его, он, возможно, пил бы до самой смерти. Пьяный, он пошёл к дому Ин Сопа. Он даже не помнил, какую чушь он там говорил.
Очнувшись под утро, он в ужасе подумал: а вдруг он не справился с собой и причинил Ин Сопу вред? К счастью, Ин Соп крепко спал на полу.
Он смотрел на спящего Ин Сопа, у которого было такое лицо, будто его побили, и он спал, скрючившись, как тряпка. Даже во сне Ин Соп, вероятно, видел дурные сны, он хмурил брови и стонал. Ему было ужасно видеть себя, похотливого, как зверь, из-за этого жалкого лица. Он принял холодный душ, чтобы обуздать своё насильственное возбуждение. Даже выйдя, он долго смотрел на Ин Сопа.
Он рассматривал его лицо досконально, шаря взглядом, почти облизывая его. Длинные ресницы, округлый кончик носа, чуть приоткрытые губы и зубы, виднеющиеся между ними, волосы у висков, мочка уха, маленькая родинка на щеке. Всё было мило. Даже пушок на коже притягивал взгляд. Не было ни единой детали, которая не казалась бы прекрасной.
Он любил, когда тот спит прямо перед ним. Любил невыразимо сильно. Он осторожно протянул руку и провёл пальцами по щеке Ин Сопа. Тепло, передававшееся через кончики пальцев, вызывало мурашки по всему телу. Удовлетворение и тревога одновременно вспыхнули, как огонь.
Он был в смятении. Неизвестные чувства вязко переплетались где-то на дне, поднимаясь плотным комом к горлу. Казалось, будто он ступает по тонкому, хрупкому льду.
Сколько бы раз он ни убеждался, что Ин Соп цел и жив, тревога не исчезала. Даже когда он пытался, как обычно, искусно упаковать эти тёмные чувства, он не мог себя контролировать.
Он надолго закрыл глаза, а затем открыл их.
Может, отправить его в Америку.
Или сломать ему ноги и увезти в место, куда не ступит ничья нога, и запереть его там навсегда.
Он застыл между этими крайностями, такими, которые обычный человек никогда бы не понял. Стоило сделать один неверный шаг - и он утонул бы в холодной, глубокой воде.
«Вы же всё время удерживаете равновесие, где-то между косвенным умыслом», - всплыло в памяти.
Он вспомнил глаза, которые без тени сомнения смотрели на него - того, кто не раз причинял ему боль.
Пока Ин Соп, проснувшись, принимал душ, он приготовил завтрак. Ему хотелось его накормить. Увидев в холодильнике Ин Сопа сморщенное яблоко, он внезапно разозлился. Ему вспомнились слова менеджера Ча: у Ин Сопа такой характер, что если оставить его в покое, он просто засохнет.
Собака, которую он когда-то держал, получила нормальную, правильную любовь садовника, округлилась, зажила счастливой жизнью. Это был хэппи-энд. Но для Ин Сопа такого счастливого конца не будет. Потому что он будет изливать на него не правильную, обычную любовь, а искажённую, ненормальную, неправильную любовь. Он не знал, как вести нормальные отношения. И всё же ради Чхве Ин Сопа ему придётся хотя бы как-то имитировать нечто похожее.
Тем днём он позвонил директору Киму и попросил найти нового менеджера. Это был самый человечный способ, который он смог придумать.
Он знал, откуда берётся тревога Чхве Ин Сопа. Тот беспокоился, не навредит ли он карьере актёра Ли У Ёна. Будь он нормальным человеком, он бы нашёл способ искоренить саму причину этой тревоги.
Но он не мог заставить себя даже подумать о том, чтобы бросить актёрскую профессию. Ин Соп несколько раз говорил, что любит его именно как актёра.
Если он сбросит образ актёра и предстанет голым, он не был уверен, что тот всё ещё будет любить его.
Только тогда Ли У Ён с трудом осознал, что же это за жалкие крылья, за которые он ухватился. Всё сводилось к этому.
«Если вы сможете простить меня, я сделаю всё, как вы хотите. Что угодно».
В тот момент, когда он услышал эти нежные слова извинения, в нём вскипели низменные желания. Ему хотелось засунуть свой член в эти искренние губы Ин Сопа, которые просили прощения за его собственные недостатки, и заставить его глотать сперму, пока его живот не раздуется. Таков был его изъян. Грязный изъян, который хотел трахать даже доброту и благосклонность другого человека.
Резкий звук клаксона остался далеко позади.
Ин Соп аккуратно расставил контейнеры с гарнирами в холодильнике. Все они были от матери Юн А Рым.
Сегодня вся семья уехала из дома, и Юн А Рым попросила его прийти присмотреть за кошками. Ин Соп даже переспросил, можно ли ему входить в пустой дом, всё-таки они были знакомы не так давно. Тогда Юн А Рым, улыбнувшись, ответила:
- Это папа просил. Он говорит, что умеет читать по лицу, и вы не из таких людей. И вообще, он, кажется, беспокоится об Артуре.
Артур вчера страдал от диареи, и его отвезли к ветеринару, который диагностировал стресс. Похоже, даже такому маленькому существу было нелегко из-за смены обстановки. Юн А Рым сказала, что он хорошо ест и играет, но на всякий случай лучше присмотреть за ним. Ин Соп согласился.
Так он и провёл полдня с кошками. Время от времени он искал имя Ли У Ёна и проверял. Ему хотелось отправить сообщение, но он отказался от этой мысли, чтобы не отвлекать того от работы. Ли У Ён тоже не связывался днём. Время для разговоров наступало после того, как тот заканчивал съёмки.
Лишь под вечер вернулся отец Юн А Рым. Запыхавшись, он вбежал в комнату и, проверив состояние Артура, с бесстрастным выражением лица предложил Ин Сопу поесть перед тем, как идти. Ин Соп почувствовал, что отказываться от приглашения взрослого было бы невежливо, и согласился.
За столом Ин Соп случайно упомянул, что оба его родителя в Америке и он живёт один в Корее. В итоге, когда он уходил, ему дали целую кучу гарниров. Он пытался отказываться, говоря, что всё в порядке, но мать Юн А Рым, вспомнив своего старшего сына, который работал в другом городе, протянула Ин Сопу пакет с едой. Почему-то он вспомнил свою маму. Она тоже любила печь печенье или хлеб и дарить людям вокруг. Больше не в силах отказываться, Ин Соп взял пакет.
- Как же я смогу отплатить за такую доброту?
Глядя на аккуратно выстроившиеся контейнеры с закусками, Ин Соп пробормотал себе под нос. В следующий раз нужно купить что-нибудь получше в подарок, твёрдо решил он и закрыл дверцу холодильника.
Он принял душ, лёг на кровать и начал читать книгу. Через открытое окно струился душный вечерний воздух. Он посмотрел на время. До конца съёмок оставалось ещё около двух часов.
Ин Соп отправил сообщение директору Киму.
«Здравствуйте. В такую жару вам, должно быть, непросто. Подскажите, пожалуйста, кто сейчас является менеджером Ли У Ёна?»
Если это кто-то из офиса, он хотя бы примерно знал имя и лицо. Всё-таки этот человек сейчас делал работу за него, значит, после отпуска стоило бы зайти и поздороваться лично.
От этого короткого слова по спине побежал холодный пот. Помедлив, Ин Соп снова отправил сообщение.
Отправив, он тут же пожалел - не глупый ли вопрос задал. Как-никак, речь шла о человеке, с которым он встречается…
Раздался звонок. Это был директор Ким.
Услышав уставший голос директора Кима, он почувствовал приступ вины.
- С чего бы тебе извиняться. Это всё… ха-а… нет, это я виноват. Сам решил с ним перезаключить контракт - кого тут винить.
Директор Ким говорил тоном человека, смирившегося со всем.
- Говорили, ты плохо себя чувствуешь? Я так занят, что забыл позвонить. Тебе сейчас немного лучше?
Похоже, именно так он и объяснил причину его отдыха. Если сказать, что это не так, положение У Ёна станет неловким, поэтому Ин Соп предпочёл солгать.
- ...Мне стало намного лучше. Спасибо, что беспокоитесь.
Как и ожидалось, ложь была ему не по нутру. Каждый раз, когда он врал, сердце болезненно сжималось.
- Я, кстати, ещё в прошлый раз заметил, что ты выглядишь неважно, потому и переживал. И тут как раз У Ён сказал, что ты на какое-то время уходишь на отдых.
Ин Соп всё ещё не знал истинной причины, по которой У Ён велел ему временно не выходить на работу. Если бы дело было только в здоровье, тот скорее настоял бы, чтобы он ушёл совсем.
- Я изо всех сил ищу нового менеджера, но с характером Ли У Ёна это непросто.
- Нового менеджера? - удивился Ин Соп.
- Да. Ли У Ён тебе не говорил? Он сказал найти подходящего человека, и я усердно ищу.
- Получается, я больше не буду работать?
- О чём ты? Он даже добавил, что нужно найти того, с кем ты сможешь хорошо поладить, и это сводит меня с ума.
Ин Соп моргнул. Он не мог сразу понять, почему при поиске менеджера было добавлено такое условие.
- Кстати, какой человек тебе подошёл бы?
- Наверное. Ты же с Ли У Ёном... ха-ха-ха, тут комар.
С того конца провода послышался звук шлёпка по коже.
- Будьте осторожны. Сейчас укусы комаров долго не проходят.
- Ага, ха-ха. Так всё-таки — есть какие-то пожелания? Какой человек?
- Пусть это будет тот, кто сможет хорошо подстраиваться под Ли У Ёна.
- А что ты вообще понимаешь под «хорошо подстраиваться»?
Ин Соп ненадолго задумался, а затем продолжил:
- Водить он должен хорошо, но не хвастаться своим мастерством. Музыку - предпочтительно спокойную. В машине нельзя есть, расписание нужно вести аккуратно, и было бы хорошо, если бы он мог давать Ли У Ёну умеренные, вменяемые отзывы о работе. Ещё, чтобы нигде не хвастался знакомством с Ли У Ёном и не проявлял интереса к разговорам о других знаменитостях. И ещё…
- Чтобы он был немногословным.
Ли У Ён особенно не переносил шумных людей.
- А, нет. Я не... - запнулся Ин Соп, его лицо пылало.
- Ладно. Я учту то, что ты сказал. Не знаю, смогу ли найти, но учту.
- Извините, что заставил вас больше беспокоиться. Но, директор Ким...
- Есть ли особая причина, по которой вы ищете временного менеджера?
Ин Соп не понимал намерений Ли У Ёна. Если он ему чем-то мешал и потому хотел, чтобы тот ушёл, проще было бы просто уволить. Было бы больно, но если таково его желание, Ин Соп был готов уйти.
- Вот и я о том же. Я бы с радостью воспользовался случаем, уволил тебя и нашёл нормального парня, чтобы сразу поставить на постоянку, но Ли У Ён сказал, что ему это не нравится. Мол, у него самого слишком мало чего есть. Чёрт его знает, что за бред он несёт. И ты не неправильно пойми - я не тебя увольнять хочу, а о тебе думаю.
- Я не обижаюсь. Скорее, мне самому очень стыдно. Я обещал помочь, а в итоге только создаю проблемы.
Ему было неловко. В конце концов, это он сам настоял на том, чтобы начать работать.
- Эх, добряк. Если бы Ли У Ён был хоть на четверть таким, как ты, у меня бы не было таких головных болей. Где это видано, заставлять президента агентства работать менеджером?
- По сравнению с тем, что вы и менеджер Ча пережили, это сущий пустяк. Надо бы ему помочь. Бульон из бычьих костей сварить и принести - пусть скорее поправляется.
Слова «пусть скорее поправляется» прозвучали подозрительно.
- Хотя, если честно, Ли У Ён в последнее время работает с бешеной отдачей, так что я терплю. Ох, говорят же: помяни тигра - и он появится. Ладно, отключаюсь.
Звонок оборвался. Ин Соп снова взял недочитанную книгу, но не мог понять ни слова, поэтому в конце концов закрыл её.
«Говорит, что у него слишком мало всего, чтобы меня уволить… Что это значит?»
Пока он ломал голову, внезапно вспомнились слова, сказанные чуть раньше. Ин Соп резко поднялся и бросился в ванную, к зеркалу.
- Неужели я так плохо выгляжу…
Он потрогал себя за щёку. Казалось, лицо и правда стало чуть более измождённым, чем обычно.
Может, из-за волос? Если подумать, в последнее время он был так занят, что даже не задумывался о стрижке.
Ин Соп намочил волосы и зачёсал их назад. Бледное лицо ничуть не улучшилось. В детстве он наивно верил, что к двадцати годам у него будет взрослая внешность, но теперь он лишь с каждым днём понимал, насколько тщетной была эта вера.
Он пристально смотрел на своё бледное лицо в зеркале.
Было бы хорошо стать мужественным, взрослым человеком, на которого можно положиться. Стать опорой для Ли У Ёна, консультировать его, если у него есть проблемы...
В этот момент зазвонил телефон. Решив, что нужно срочно ответить, Ин Соп выскочил из ванной и на самом пороге поскользнулся.
С грохотом упав, Ин Соп схватился за поясницу. Он невольно простонал. Боясь, что звонок прервётся, он поднялся и, хромая, схватил телефон.
- Что ты делал, что дышишь так тяжело, отвечая на звонок?
- Я... я немного задержался, потому что занимался кое-чем. Извините.
Ин Соп приподнял одежду, чтобы посмотреть. Красная припухлость наверняка превратится в синяк.
- Какими ещё плохими делами?..
Ин Соп поспешно одёрнул одежду и переспросил. Ли У Ён тихо усмехнулся.
- Отвечая так, ты ставишь спрашивающего в неловкое положение.
- Простите. Я не хотел смущать вас. Я не делал ничего плохого. Просто упал и проверял, не появился ли синяк на животе.
- Вот ты и сделал плохое дело.
- Ты повредил то, что принадлежит другому, так что это плохо.
Он должен был отшутиться, но Ин Соп, поглаживая горящий живот, извинился: «Простите».
В последнее время, во время разговоров по телефону Ли У Ён всегда спрашивал о его tlt. Если он уклонялся от ответа, тот настойчиво переспрашивал, пока не получал точного ответа.
- Утром я ел хлопья и фрукты, а на обед...
Обед он пропустил, потому что присматривал за кошками в доме Юн А Рым. Ему было неловко брать с собой еду в чужой дом, и так же неловко было открывать холодильник и доставать что-то оттуда.
- Я же говорил тебе хорошо питаться.
В голосе Ли У Ёна послышалось недовольство.
- На ужин я много ел! Правда, много. Настолько, что до сих пор не всё переварилось.
- Да? С кем, где и что ты так много съел?
- Я ходил в дом Юн А Рым. Она сказала, что Артуру немного плохо и некому за ним присмотреть. Я был там один. Только ужинал с ними.
- Ты был в том доме один? - недоверчиво переспросил Ли У Ён.
- Похоже, вы стали очень близки.
- Не то чтобы сильно… Просто они хорошие люди. Даже такому, как я, готовы доверить дом.
- И я сказал им, что у меня есть парень. Не волнуйтесь.
За ужином как раз зашла речь о чём-то подобном, и Ин Соп тут же сказал, что у него есть партнёр.
- Хорошо. А сказал, что это серьёзные отношения?
При этих словах, вырвавшихся, как клятва, Ли У Ён расхохотался.
Ин Соп прислушался к звуку, доносившемуся из трубки. Это был радостный смех, которого он давно не слышал. Его настроение улучшилось.
- Что же нам делать? У тебя, Ин Соп, большие проблемы.
- Проблема в том, что вы мне всё больше нравитесь.
От этого неожиданного признания лицо Ин Сопа мгновенно вспыхнуло. Дыхание Ли У Ёна, доносящееся прямо к уху, заставило что-то внутри тревожно и сладко сжаться.
- ...Разве это не хорошо? - с трудом выдавил Ин Соп.
- Да, хорошо. Но попавшись такому, как я, ты, кажется, здорово облажался в жизни.
Ли У Ён снова рассмеялся. Ин Соп не знал, над чем тот смеётся, но был рад, что у него есть талант заставлять Ли У Ёна смеяться. Затем он внезапно захотел увидеть его.
- Когда же я смогу снова выйти на работу?
Во время разговора Ли У Ён был так же ласков, как обычно. Но на вопрос о том, когда он сможет снова выйти, он всегда отвечал, как будто это не его дело.
- Я… Может, вам не нравится, как я вожу?
- Да ну что вы. После поездок с вами садиться в чужую машину - одно раздражение.
- Тогда я и дальше буду водить.
- Похоже, ты говорил с директором Кимом.
Ли У Ён сразу понял, к чему он клонит.
- Да. Я только что говорил с ним. Менеджер не нужен. И расходы лишние, и директору только хлопоты. Я буду ещё внимательнее за рулём, правда.
Он не понимал намерений Ли У Ёна, и это его раздражало. Он как раз собирался спросить, в чём дело, когда раздался сигнал второго звонка.
- Кто это? В такой поздний час.
Голос Ли У Ёна мгновенно стал резким.
- Из Америки. Должно быть, звонит мама.
Ин Соп быстро проверил номер. И только тогда вспомнил: сегодня ведь был день, когда он обычно созванивался с родителями. Он совершенно об этом забыл. Осознание накрыло внезапно - какой же он неблагодарный сын.
- После разговора я вам перезвоню?
- Не надо. Откуда я знаю, когда он закончится. Просто поговорим завтра вечером.
Ему было жаль. Он ещё не всё сказал, да и просто хотелось подольше слышать его голос. Но У Ён был прав. Человек только что вернулся с работы поздно ночью, просить его ждать неизвестно сколько было бы слишком эгоистично. Ин Соп вдруг ясно понял: в нём самом есть куда больше эгоизма, чем он привык думать.
- Спокойной ночи. Приятных снов.
Он хотел сказать, что скучает, но боялся создать ненужное бремя, поэтому слова не сошли с его языка.
Звонок оборвался. Одновременно прекратился и второй звонок. Ин Соп вздохнул.
Про себя повторив это резкое ругательство, которым он наградил самого себя, Ин Соп нашёл в списке вызовов номер матери и нажал «позвонить».