Лес заблуждений
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 43
Урим не закончил фразу. Беспокойство, которое он старался игнорировать, делать вид, что не знает, и верить, что этого не может быть, поднялось от кончиков пальцев ног. Оно прошло через лодыжки и колени со шрамами от операции, скользнуло по пояснице и, наконец, просочилось в голову.
«Наверное, опять про свадьбу договариваются».
В памяти всплыл голос Хэджуна. Тогда он сразу же пересказал это Хэсу - и вроде бы даже услышал в ответ какие-то слова.
«Стоп. Что же тогда ответил Хэсу? Сказал ли он, что такого не будет? Назвал ли это слухами? Или… он вообще не дал никакой определённости?»
В районе солнечного сплетения вдруг будто что-то обрушилось вниз - горячее, тяжёлое. Холодный страх прошёл по всему телу, и кончики пальцев сразу же похолодели. Рука, державшая мышь, дрожала.
На Урима, который просто бессмысленно смотрел в пустоту, больше не обращали внимания. Коллеги что-то обсуждали между собой, а затем быстро сменили тему разговора.
Для коллег по работе это была ровно та реакция, какой и следовало ожидать. Уриму тоже достаточно было отшутиться, что он не знает. Но он не мог. Потому что для Чин Урима Квон Хэсу был больше, чем коллега и друг, он был единственным возлюбленным и семьёй.
Казалось, голоса коллег доносились издалека. Урим с трудом пошевелил замёрзшими руками и взял телефон. С трудом собравшись, он спокойно нажал кнопку вызова.
Он собирался сказать Хэсу о только что услышанных слухах, когда тот ответит. Что ходят странные новости, что за свадьба, о которой даже главный герой не знает, что лучше выпустить опровержение. Он собирался предупредить его. Потому что именно так и следовало поступать, если ты доверяешь своему партнёру. Он должен был всегда указывать Хэсу правильный путь.
- Абонент временно недоступен…
Но даже такой возможности Уриму не выпало. Хотя разумом он верил, что этого не может быть, уголок его сердца был заполнен страхом. Возможно, если бы Хэсу был обычным человеком, он бы даже не беспокоился об этом. Урим набирал и набирал недоступный номер, оставлял сообщения, пытаясь дозвониться до Хэсу. Но от Хэсу по-прежнему не было ответа.
Может, он занят урегулированием ситуации и поэтому не может связаться. Если Хэсу узнает, что он даже на мгновение забеспокоился, тому будет обидно. Изо всех сил думая так, он закусил ноготь. Стиснув зубы до боли в кончиках пальцев, он едва собрался и с трудом положил телефон. Затем открыл браузер.
[«Хэым» Электроникс, второй сын ♡ «Дурим» Констракшн, старшая дочь, помолвка в августе…]
Уже было бесчисленное количество статей. Урим, сильно закусив кончик пальца, кликнул на статью. В ней говорилось, что пара готовится к свадьбе после девяти месяцев отношений.
Всё это была бессмысленная выдумка. Урим фыркнул, но при этом яростно кусал палец, пока на кончике не выступила кровь.
Наверное, он сейчас в кабинете председателя? Может, подняться? Или подождать ещё немного? Может, если подождать, скоро выйдет опровержение? Каждый раз, когда тревога вспыхивала вновь, Урим сжимал кулак. Лишь ощущение незнакомого кольца на пальце едва позволяло ему собраться.
Так он и досидел до конца рабочего дня. Он даже не помнил, как проводил команду - очнулся уже тогда, когда офис опустел. Компьютеры, гудевшие весь день, были выключены, а за окном, ещё недавно спокойным, лил проливной дождь. За какие-то полдня изменилось слишком многое и при этом не появилось ни одного опровержения, ни одного сообщения от Хэсу. Хотя хватило бы всего двух слов: «это неправда». Почему Квон Хэсу так не понимает, что творится у него в душе?
Пробормотав это, Урим резко вскочил и бросился к лифту. Теперь терпение иссякло. Не потому, что он не доверял Хэсу, а потому, что его раздражало, почему тот не опровергал эти слухи. Покрасневшими кончиками пальцев он быстро нажал кнопку лифта. Когда двери закрылись, он, не моргая, уставился на цифры на панели, которые росли одна за другой.
До этажа с кабинетом председателя лифт добрался за считаные секунды. Когда двери открылись, охранник и секретарь, ожидавшие прямо напротив лифта, посмотрели на него.
Послышался удивлённый вопрос, как будто они совсем не ожидали чьего-либо визита. Урим посмотрел на себя. Он пришёл сгоряча, поэтому в руке был только телефон. С трудом выдерживая удивлённые взгляды, он поспешно обыскал карманы. Охранники начали подходить, словно насторожившись из-за растерянного и суетливого Урима.
К счастью, пропуск оказался в нагрудном кармане рубашки. Урим протянул его, будто спасательную верёвку.
- Я Чин Урим, начальник отдела спортивного маркетинга. А, кажется, директор Квон Хэсу внутри, не могли бы вы передать ему, что я здесь?
Охранник, взявший пропуск, украдкой оглянулся и посмотрел на секретаря. Секретарь, с неловким выражением лица, втянул воздух между зубами, не зная, можно ли его впускать.
- Он не выходит на связь. Произошло важное… правда важное дело, а он не отвечает на звонки.
- Прошу прощения. Если визит не был заранее согласован, мы не можем вас пропустить.
Механический ответ сработал как искра. Эмоции вспыхнули, вышли из-под контроля. Они ведь даже не знают, с какими чувствами он сюда пришёл. Стоило бы лишь сказать Хэсу, что пришёл Чин Урим - и он вышел бы сразу. Что в этом такого сложного? Почему между ними снова воздвигают стену?
- Нет! Просто передайте ему! Скажите, что пришёл начальник отдела Чин Урим!
Когда Урим внезапно повысил голос и закричал, в коридоре мгновенно воцарилось напряжение. Охранники окружили его, словно насторожившись, а секретарь сел на место, явно не желая продолжать разговор.
Все вокруг оставались спокойными. Будто никому не было дела до его чувств. Ему даже почудилось, что лица всех людей, заполнивших коридор, на миг наложились одно на другое и превратились в лицо Квон Хэсу.
- Мне нужно встретиться с ним сейчас! Сейчас, ненадолго!
Одних криков уже было мало - глаза налились кровью, он метался взглядом из стороны в сторону. За стеклянной дверью стояли несколько охранников, а за ними была плотно закрытая дверь. Значит, Квон Хэсу там. Урим, сверкнув глазами, направился к стеклянной двери.
Охранники бросились останавливать Урима. Из-за огромной разницы в телосложении и численном превосходстве его порыв был сразу же остановлен. Но отступать он не собирался.
За стеклянной дверью охранники что-то обсуждали. Похоже, ситуация выглядела серьёзной, так как несколько охранников, стоявших у двери кабинета председателя, направились к ним. Воспользовавшись моментом, когда дверь открывалась, Урим снова повысил голос:
Дошёл ли его голос через щель открытой двери? Даже когда охранники схватили его и потащили к лифту, Урим продолжал звать Хэсу - снова и снова.
- Пожалуйста, подождите! Просто передайте ему, что пришёл Чин Урим!
- Если вы продолжите, нам придётся вызвать полицию.
С этими твёрдыми словами перед Уримом выросли крупные тени, окончательно перекрыв обзор. Теперь он не видел даже краешка массивной двери в кабинет председателя.
- Правда, ненадолго. Есть важный, разговор…
Он задыхался, и слова не шли. Хотя его руки были схвачены, он ослаб и медленно осел на пол. Туфли, на которых не было ни пылинки, окружили его.
- Сфотографируйте его пропуск.
Издалека доносились голоса секретаря и охранников. Ситуация была настолько хаотичной, что вот-вот могли вызвать полицию. Тем не менее, Урим не мог прийти в себя. Даже после импульсивных действий и дебоша он не чувствовал ни неловкости, ни стыда. Он просто не понимал, почему его так упорно не пускают, и от этого невозможность немедленно разрешить ситуацию становилась удушающе страшной.
«Хэсу всегда жил с такими чувствами?»
Стеклянная дверь, мелькавшая между ног охранников, не шелохнулась. Видимо, его голос не дошёл внутрь. Пока Квон Хэсу не выйдет сам, Урим не сможет до него добраться. И вместе с этим снова поднялась та самая тревога, которую он испытывал каждый раз, когда Хэсу внезапно исчезал, надолго пропадая из поля зрения.
Урим был вынужден признать. Он верил - но это доверие было односторонним. Он делал вид, что верит, потому что боялся: стоит усомниться в Хэсу, и всё время, прожитое ими как парой, покажется ложью. Он упрямо отрицал мысль о том, что каждое искренним казавшееся действие Хэсу могло быть обманом. И то, что он в итоге примчался сюда, было прямым доказательством: тревога, которую он так старательно прятал, всё-таки перелилась через край.
- Успокойтесь. Давайте спустимся вниз.
Кто-то из охранников присел на корточки перед ним. Когда мужчина заговорил, хватка, державшая его руки, ослабла. Его руки бессильно упали на пол. Урим даже не посмотрел на него, устремив взгляд только на стеклянную дверь, которая и не думала открываться. Покрасневшие от жара уголки глаз ныли.
- Если вы собираетесь продолжать работу, разве не лучше решить всё так, чем вызывать полицию?
Убаюкивающий, почти уговаривающий голос показался смутно знакомым. Урим слегка повернул голову - и встретился взглядом с мужчиной с грубоватыми чертами лица.
Он точно видел его раньше. Это был тот самый охранник, который в прошлый раз сопровождал Хэсу после работы.
«Вы сопровождаете директора Квона домой, верно?»
Голос, доносившийся из открытого окна, звенел в ушах. В наполовину потухших глазах Урима вспыхнул свет. Словно это была единственная надежда, он поспешно схватил мужчину за рукав.
- Вы… вы ведь меня помните, да? Вы знаете, что я с Хэсу живу. Я не странный человек, я не устраиваю дебош… Просто… просто передайте ему, хорошо? Если это сложно, тогда хотя бы попросите проверить телефон. Только это и скажите. Вышла странная статья. Полный бред… Просто, кажется, Хэсу об этом не знает.
Из-за вымученной улыбки уголки губ дрожали, но это не имело значения. Если этот мужчина просто передаст Хэсу о его состоянии, тогда всё будет в порядке. Чем больше дрожали кончики пальцев, ставшие ледяными, тем сильнее он сжимал рукав мужчины.
Но на отчаянную мольбу мужчина не отреагировал ни тенью смущения. Хотя он знал, кто такой Чин Урим, это, видимо, не имело никакого значения в данной ситуации.
Рука, державшая рукав, бессильно упала. Он чувствовал, будто у него вырвали последнюю надежду. Эмоции, которые невозможно было сдержать, в одно мгновение утихли. На месте остывшего страха быстро поднялись беспомощность и печаль. Урим слишком хорошо знал, какие чувства последуют дальше.
Проснуться в больничной палате и столкнуться с реальностью, что больше нельзя заниматься спортом, привыкнуть к дням, плача от страха и беспомощности, и в конце концов… принять свою ситуацию и сдаться. Казалось, что этот знакомый процесс снова разворачивался перед ним.
- …К этому нельзя привыкать. Так нельзя.
Наконец, тревога Урима выплеснулась наружу. Мужчина, не слыша его бормотания сквозь слёзы, без сожалений поднялся.
По бесцветной, лишённой всяких эмоций команде кто-то схватил Урима за руку. Его почти волоком затащили в лифт - и весь путь до тех пор, пока он не оказался один в подземной парковке, ощущался нереальным, словно происходил не с ним. Он отчётливо чувствовал землю под ногами, но при этом казалось, будто он парит в пустоте.
Люди, которые его сопровождали, ушли лишь тогда, когда Урим сделал первый шаг. Он с трудом добрёл до машины Хэсу, но не нашёл в себе сил ни достать ключи, ни открыть водительскую дверь. Он просто опустился на пол. Сенсорное освещение погасло, и вокруг заколыхалась тусклая темнота. Ощущение нереальности никуда не делось. Медленными, непослушными пальцами Урим зажёг экран телефона.
Сообщений от Хэсу по-прежнему не было. Он знал, что даже если позвонит сейчас, ответа не последует, - и всё равно нажал на его номер.
Тууу-туу. Слушая равномерные гудки, он яростно кусал губы. Он чувствовал, как едкий вкус крови разливается во рту, но не мог сдержать беспокойство.
«Разве он не знал, что я буду шокирован? Как он может ничего не сказать? Он мог бы хотя бы сказать, что новости ошибочны, что было недоразумение. Или… возможно, новости правдивы, поэтому нет объяснений?»
Опухшие губы Урима беззвучно зашевелились. Он крепко сжимал телефон, на который так и не ответили, и беспокойно метался взглядом. Внезапно в голове всплыл один эпизод. Не так давно какая-то женщина приходила в офис Хэсу. Кажется, он говорил, что это была кандидатка на смотрины. Но вроде бы дело тогда не сложилось. Неужели это она? Нет. Тогда кто?
До сих пор он ни разу не говорил, что снова ходит на смотрины, и вообще не заикался о таком. Или… может быть, каждый раз, делая вид, что идёт к отцу, он встречался с кем-то другим?
Возникшие подозрения и беспокойство не утихали. Когда Урим шатался и едва держался на ногах, рядом всегда был Квон Хэсу, но теперь Хэсу не появлялся, и Уриму оставалось лишь снова и снова тонуть в тягучем, гнетущем беспокойстве.
Он съёжился, терпя холодный воздух, остывший от внезапного дождя. «Когда Хэсу придёт, надо будет разозлиться». Спросить, почему он не отвечал на звонки, почему так поздно отреагировал, если это ошибка журналистов, почему в таких ситуациях он должен был связаться с ним первым. Так ведь и должно быть между влюблёнными - нужно будет объяснить ему это.
Каждый раз, когда он бормотал это, что-то влажное просачивалось между губ. Он вытер щёки ладонью. Только тогда Урим понял, что плакал. Ничего ещё не было ясно, не было ни одного окончательного ответа, а он уже захлёбывался тревогой.
Сколько времени прошло? Издалека начал доноситься смутный шум.
- Холодно, что ты здесь делаешь.
Голос был настолько спокойным, что он подумал, что это слуховая галлюцинация. Хотя шаги и знакомый аромат касались кончика носа, это казалось нереальным. Так было с тех пор, как он увидел странные новости собственными глазами. Когда звук шагов приблизился вплотную, Урим медленно поднял голову. На заплаканное лицо легла большая тень. Силуэт, стоящий против мерцающего света лампы, не оставлял сомнений - это был Квон Хэсу.
- Я думал, ты будешь ждать на первом этаже.
Урим едва сфокусировал зрение, расплывшееся от слёз. Хэсу был одет так же, как и раньше, с тем же выражением лица. Его отношение ничем не отличалось от того, когда он вёл себя как нежный возлюбленный. Его выражение было настолько естественным, что стало неловко вспоминать, как он буйствовал в кабинете председателя и тревожился из-за пустых мыслей.
Может быть, благодаря этой ошибке как раз удастся наконец всё прояснить. Может, это шанс поговорить об этом честно и напрямую. Глядя на Хэсу, который не выказывал ни малейшего движения, Урим с усилием приподнял уголки губ.
- Пишут, что ты обручён. А потом - и свадьба. Всё довольно подробно расписано.
- Разве не нужно опровергнуть ошибочные новости?
Улыбка вышла жалкой - губы дрожали, застывшие щёки подёргивались. И всё же Урим продолжал улыбаться. Если Хэсу сейчас скажет, что это очередная нелепая выдумка, можно будет неловко отшутиться и закрыть тему.
Но судьба редко шла навстречу желаниям Урима.
Хэсу, наклонив голову набок, ничего не ответил. Он лишь прищурился, наблюдая за Уримом, а затем схватил его за предплечье.
Это было не то лицо, которое он видел, когда сталкивался с нелепыми слухами. Теперь Урим понял, что значит «кровь стынет в жилах».
- …Нет. Ты должен сказать, что это неправда, Квон Хэсу.
- Почему ты не отвечаешь? Всё равно это не так, почему ты не говоришь, чтобы я не волновался?
Дыхание становилось всё более прерывистым, и между словами слышались всхлипы. Он задавал вопрос, уже заранее зная правильный ответ - что это неправда. Но Хэсу по-прежнему молчал. Словно у него и в мыслях не было успокаивать тревогу Чин Урима.
- Почему ты молчишь! Ты должен сказать, что это неправда. Что это слухи, что будет опровержение. Ты прежде всего должен был объясниться со мной. Ты так и будешь просто стоять?!
Видимо, его переполняющая тревога так и не достигла Квон Хэсу. Урим, оттолкнув руку Хэсу, тянувшую его за предплечье, резко встал. В глазах на миг поплыло, но он, стиснув зубы до выступивших вен, продолжал кричать.
Хэсу слегка прищурил один глаз. Затем, как будто раздражённый, почесал бровь. Урим, не моргая своими покрасневшими глазами, пристально смотрел на губы Хэсу. «Пожалуйста, скажи, что это не так, скажи, что это ошибка. Я твой возлюбленный, мы обещали, поэтому ты не женишься».
- Просто сроки сдвинули раньше. Вот и всё.
Но надежды Чин Урима всегда разбиваются вдребезги. Как и его единственная мечта, которую разбили, вера в Хэсу тоже рухнула. Слёзы, скопившиеся в уголках глаз, капнули и смочили щёки. После того как он пролил последнюю каплю, ему казалось, что вся влага в теле испарилась.
- Они сами всё подготовят. Мне нужно просто появиться в тот день.
Голос был таким спокойным, словно он пересказывал чужие слова. Будто делился обыденной новостью. Урим в отчаянии перебил его.
- Просто дела немного запутались.
От этого равнодушного ответа из него будто разом вышли все силы. Пол накренился, зрение поплыло. Сумка, которую он держал, глухо упала к ногам. Разбросанные вещи выглядели так же беспорядочно, как и его собственные чувства.
- Т-тогда… а я? Ты же говорил, что не будешь встречаться с другими. Ты обещал!
Дрожащей рукой Урим вцепился в руку Хэсу. Если не держать его так, казалось, он вот-вот развернётся и уйдёт - так же легко, как это уже происходило в его воображении. Он сжимал до побелевших костяшек, словно только этим мог удержать.
- Я и не встречался с другими. И на смотрины не ходил.
- Они сами всё решили и продвигают. Я обещание не нарушал.
Квон Хэсу, похоже, искренне не понимал, в чём проблема. Поэтому он не мог понять ни страха Урима, ни его тревоги, ни чувства предательства.
- Ты же знаешь, это просто дело. Я сделаю так, чтобы это тебя не беспокоило.
«Разве такое вообще можно уладить уговорами? Если даже сам он не хочет этого брака, разве мне остаётся только спокойно принять? Если, как он говорит, обещание не нарушено и он сделает так, чтобы это не касалось меня - значит ли это, что я не имею права чувствовать себя преданным и опустошённым? Так люди обычно и реагируют?» Урим уже не понимал, что в этой ситуации считается нормой.
Пальцы, сжимавшие Хэсу, ослабли. Когда опора исчезла, Урим естественным образом рухнул. Он сидел на холодном полу, но не чувствовал холода.