Лес заблуждений
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 32
Его тело перевернули за мгновение. Прохладный воздух коснулся его испачканной спермой промежности. Наполовину возбуждённый член пульсировал, покрытый мутной жидкостью, низ живота был измазан липкими потёками, а на влажных лобковых волосах висело несколько белых капель.
Хэсу всё ещё громко смеялся, глядя на перепачканного Урима. Настойчивый чёрный взгляд, улыбка, растянувшаяся по лицу, слегка приоткрытые губы. Он вспомнил момент, когда впервые встретил Квон Хэсу. Тот, не моргая, наблюдал за ним, и Урим почувствовал себя стрекозой, пойманной в сачок. Как ни странно, сейчас он чувствовал то же самое.
Хэсу пробормотал это и легонько ткнул в кончик его наполовину возбуждённого члена. Прямой палец коснулся головки и оторвался, оставив тянущуюся мутную нить.
Одного прикосновения тёплой кожи к чувствительной, набухшей головке было достаточно, чтобы Урим задрожал всем телом.
- Значит, можешь продолжать? А?
Хэсу повторял одно и то же, словно постоянно проверяя его состояние. Урим, закусив нижнюю губу, изо всех сил старался не закрывать глаза. «Как его лицо может быть таким ясным, даже когда всё вокруг поглотила тьма?» Он мог лишь удивляться.
- Если Чин Урим смотрит на меня так пристально...
Хэсу прошептал это и наклонился. Едва Урим почувствовал, как аромат Хэсу окутывает его, тёплое дыхание коснулось его шеи.
Поскольку его губы были прижаты, с каждым произнесённым словом лёгкая вибрация щекотала всё его тело. Хэсу игнорировал его попытки вывернуться. Он схватил Урима за запястья и уткнулся лицом в его шею.
Его губы слегка разомкнулись, горячий язык лизнул кожу, и последовало ощущение всасывания с силой. Когда он проводил широким языком, казалось, будто каждое место, которого он касался, горит.
Урим попытался вырваться, дёргая плечами, но этого было недостаточно. Хэсу крепче сжал его запястья. Губы, ласкавшие его кожу, медленно сместились ниже ключицы. Горячий язык коснулся его сосков, которые от холода или возбуждения стояли торчком.
Урим наконец вскрикнул и дёрнул плечом. Когда он выгнулся, подставляя грудь, Хэсу, наоборот, широко раскрыл рот и укусил его плоскую грудную клетку. Он покусывал её зубами, а затем быстро тёр сосок кончиком языка.
В погружённом во тьму пространстве начало вспыхивать то тут, то там, словно фейерверк. Его едва переведённое дыхание снова стало тяжёлым, шея и лицо горели от прилива жара. Урим пытался вырваться из тени Хэсу, отталкиваясь ногами от простыни, но лишь бессильно скользил.
Чмок, чмок. Хэсу снова и снова лизал и сосал его грудь. Он то сосал с силой, вызывая жгучую боль, то щекочуще терся языком. Желание, в несколько раз более сильное, чем возбуждение, которое он испытывал, мастурбируя в одиночестве, поднималось в нём. Он чувствовал, как его пульсирующий член постепенно наполняется силой и твердеет. Только сейчас он осознал, что может чувствовать это даже грудью.
«Сколько времени прошло?» Хэсу оторвал влажные губы и мягко поцеловал его набухший сосок. Когда Урим украдкой опустил взгляд, он увидел, что одна сторона его груди заметно распухла.
«Если так пойдёт и дальше, когда завтра я надену рубашку, всё будет натирать». В отличие от него, беспокоившегося о таких вещах, Хэсу смеялся, беззвучно тряся плечами. Непонятно, что его так радовало.
- Не двигай руками. Если только ты не хочешь, чтобы тебя снова схватили.
Снова пригрозив ему, он ослабил хватку на его запястьях. Некоторое время понаблюдав за тем, как Урим лишь мелко дрожит, Хэсу снова медленно протянул руку. Он провёл ею по испачканному спермой низу живота Урима и начал тереть его влажными кончиками пальцев. С каждым движением Хэсу раздавался влажный звук.
- С Чин Уримом смазка не понадобится.
Услышав звук, вырвавшийся из-за его растянутых в ухмылке губ, Урим не мог не зажмуриться. Хэсу, растерев пальцами сперму на его бёдрах и лобке, приподнял одно из его бёдер.
Все движения Хэсу прекратились. Воспользовавшись паузой, Урим, тяжело дыша, беззвучно пошевелил губами. Кончики пальцев Хэсу, не выдержав мгновенной тишины, слегка согнулись и проникли под его мошонку.
В глазах помутнело. Ощущение было совершенно иным, чем то, что он чувствовал, будучи одетым. Урим напрягся и схватил Хэсу за локоть.
- Ты же... никогда этого не делал.
Зрачки Хэсу, безучастно смотревшие на его промежность, медленно поднялись на Урима. В чёрных глазах читалось недоумение.
От пристального, немигающего взгляда Хэсу у него по спине побежали мурашки.
- Я что, единственный, у кого это впервые?
Хэсу придвинулся ближе и схватил Урима за подбородок. Он приблизился так близко, что их носы почти соприкоснулись, и уставился на него, словно пытаясь проникнуть в его зрачки. На его лице, лишённом каких-либо эмоций, была ледяная холодность, и Урим не мог не смутиться.
- А? Я спрашиваю, я что, единственный, кто первым занимается сексом с мужчиной?
Урим покачал головой в ответ на его резкий тон. Поскольку Хэсу всё ещё держал его за подбородок, он, должно быть, почувствовал даже это малейшее движение, но Хэсу снова резко потребовал:
- Отвечай так, чтобы было слышно.
Он даже слегка потряс подбородком, подбадривая.
Когда Урим ответил сдавленным голосом, Хэсу тяжело вздохнул.
Хотя он знал всех его прошлых возлюбленных и знакомых, наблюдая почти за каждым аспектом его жизни. Хотя он лучше кого-либо знал, что у того не было времени встречаться с другими мужчинами на стороне, Хэсу не скрывал и не отпускал своих подозрений. Ему нужна была уверенность.
- Э-это же... само собой разумеется.
У него было гораздо больше знакомых своего пола, чем противоположного, и мимо него прошло бесчисленное множество привлекательных людей. И всё же он никогда не чувствовал возбуждения к кому-либо, кроме Хэсу, и никогда не желал прикоснуться к другому. В мыслях Урима был только Квон Хэсу.
- Кроме тебя... у меня никогда не было таких мыслей. Ни разу.
Урим пошевелил дрожащими губами, словно делая признание. Хэсу, какое-то время молча переваривая его слова, тихо рассмеялся.
- Если мы оба впервые, то в чём проблема?
Хэсу снова внезапно поднял верхнюю часть тела и протянул руку к его промежности. Поскольку это место уже было исследовано, при повторном прикосновении не было никакой неловкости. Пальцы, тут же надавившие на его промежность, начали тереть плотно сжавшийся вход.
От сильного напряжения его низ сжался. Но Хэсу не торопил, а нежно гладил сморщенную кожу. Ситуация была сюрреалистичной, но ему было всё равно, каким бы способом он ни соединился с Квон Хэсу.
Едва ухоженные кончики пальцев начали проникать в его сжатый низ, Урим извился всем телом. Его колени рефлекторно сжались, задев предплечье Хэсу.
- Расслабься. Мне нужно раздвинуть, чтобы войти.
От откровенных слов его лицо запылало. Возможно, воспользовавшись моментом, как только он повысил голос, кончики пальцев проникли внутрь. Затем он медленно поводил запястьем вверх-вниз. Плотно сжавшийся вход начал понемногу раскрываться. Напряжение всё ещё не спадало, но он постепенно привыкал к незнакомому ощущению инородного тела внутри.
- Думал об этом, когда делал это один?
- Или ты хотел, чтобы это был я?
Договорив, он ввёл ещё один палец внутрь. Ощущение насильственного растяжения было отчасти болезненным, но странное возбуждение щекотало низ живота. Мышцы то растягивались, то сжимались вслед за расходящимися ножницами пальцами. Возбуждение, несравнимое с тем, когда он просто долбил кого-то, заполняя чью-то глубину, распространилось по нему. Его бёдра непроизвольно дёргались.
- Хотел, чтобы тебя трахали до потери пульса, кончали внутрь и слушали, как ты тяжело дышишь?
Урим, сжимавший простыню так сильно, что тыльная сторона его руки дрожала, наконец потянулся к своей груди. Он схватил и покрутил свои соски, распухшие и покрасневшие после того, как их сосали и кусали. Удовольствие наложилось на возбуждение, уже достигшее пика.
Пальцы, покрытые спермой, грубо входили в него. Урим, следуя этим движениям, покачивал бёдрами и запрокидывал голову. Он яростно тёр затылок, выгибая грудь и царапая соски. Казалось, его тело двигалось само по себе, подчиняясь неконтролируемому возбуждению.
- Урим-а, ты и один делал так?
- Трогал грудь, покачивал бёдрами?
Голос Хэсу звенел в ушах. Он думал, что пил умеренно, но раз он не может прийти в себя, должно быть, он сильно пьян. Даже если бы ему было стыдно, действия и звуки, которые он не мог показать перед Хэсу, продолжали вырываться наружу.
- Ага, это потому что ты пьян.
- Раз ты пьян, может, мне самому всё сделать?
Он не мог даже понять, что тот говорит. Урим просто беспорядочно мотал головой и извивался. Его влажные волосы растрепались. Хэсу, растягивавший его изнутри пальцами, внезапно убрал руку. Когда проникающие движения прекратились, широко раскрытый вход сжался.
Послышался звук выдавливания ещё больше геля. Хэсу густо нанёс его на свой внушительно стоящий член. Хотя было темно, он ясно видел, как его тёмно-красный, наполненный кровью член был полностью эрегирован, а вены неровно выступали. Он был настолько большим, что даже его крупные ладони не могли полностью охватить его.
От задней части колен до поясницы распространилось щекочущее ощущение. Когда Урим инстинктивно поджал колени, Хэсу грубо раздвинул его бёдра. Член, покрытый спермой и блестящей жидкостью, коснулся его мошонки.
- В следующий раз не пей без разрешения. Ты же боишься пьяных.
Округлая головка тёрлась о его сжатый вход, стимулируя его. Такое незнакомое ощущение, а он ещё даже не вошёл. Дрожь, похожая на мурашки, пробежала по его спине. Головка, трущаяся о влажный, сморщенный вход, постепенно протиснулась в узкую щель. Горячее тепло слегка касалось и отступало, заставляя его вход рефлекторно сжиматься. Плюх. Твёрдый объект, медленно входящий, отступал назад, затем снова медленно проникал внутрь. От незнакомого и напряжённого ощущения Урим в конце концов плотно закрыл глаза и откинул голову.
- Сегодня... я не говорил тебе пить, нельзя было так напиваться.
Он не мог полностью сосредоточиться на его упрёках, пока тот прижимался к нему. Он, проникая внутрь, раздвигая влажный вход, остановился. Это был момент, чтобы снова отступить, но Хэсу с силой вогнал свой член ещё глубже.
- И даже пристыдить не могу, раз ты в беспамятстве.
Пальцы, вцепившиеся в предплечье Хэсу, сжались сильнее. Он цеплялся за тепло его тела, пока ногти не побелели. Казалось, странное ощущение разрывающегося низа постепенно смешивалось со страхом.
- Ай! Хэсу-я, по-помедленнее...
- Разве ты не любишь... быстрый темп?
Пробормотав это словно про себя, он резко дёрнул бёдрами. Его член, раздвигая сжавшиеся внутренние стенки, ушёл глубоко внутрь. След Хэсу коснулся места, где никогда раньше не бывало чужое тепло. Ощущение распирания внизу живота было пугающим, но сопровождалось смутным удовольствием.
Урим, всхлипывая, опустил взгляд. На его животе виднелся смутный выступ, а между раздвинутых ног была видна точка их соединения. Вздувшиеся вены частично вошедшего члена простирались до плоского низа живота Хэсу.
Урим ясно видел, как толстый член входит в него. Его бессильно раздвинутые бёдра, дрожащая кожа живота и его собственный член, дёргающийся и снова начинающий твердеть.
Даже когда шея начала неметь, Урим не мог оторвать взгляд от точки их соединения. Пока глаза не начали слезиться и заволакиваться пеленой.
Когда оставалось около сустава пальца, Хэсу резко подал бёдра вперёд. Толстый член втиснулся в узкий вход. Урим задрожал всем телом от ощущения мышц, с трудом растягивающихся.
- Ты должен говорить мне точно, чтобы я понимал.
Не в силах вынести ощущение болезненно растянутого низа, Урим наконец потянулся к своему члену. В тот момент, когда он собирался схватить свой влажный член, рука Хэсу быстро остановила его.
Схватив его, чтобы тот не мог вырваться, он начал медленно двигать бёдрами. Член Хэсу был настолько огромным, что выступающие вены, казалось, скребли его изнутри. Внутренняя сторона его бёдер дрожала. Едва дрожь утихла, Хэсу поспешно вошёл глубже. Когда головка быстро ударяла в глубину, из уст Урима самопроизвольно вырвался пронзительный крик.
Хэсу снова и снова толкался в одно и то же место. Удовольствие нахлынуло так сильно, что в глазах потемнело. Урим зажмурился, сдерживая сильное возбуждение, охватившее всё тело. Из приоткрытых губ безостановочно лились непристойные стоны.
Он снова и снова задавал один и тот же вопрос. Это была привычка Хэсу. Чтобы вписаться среди людей, он должен был давать названия эмоциям. Если Урим говорил «нравится», он повторял похожие действия; если же тот проявлял недовольство или дискомфорт, он останавливался. Для обычных людей это не требовало особого внимания, но для Хэсу такой процесс был необходим.
- Да, хо-хорошо... М-мх, хорошо.
И Урим всегда отвечал на эти вопросы. И на этот раз было так же. Урим выплёвывал все слова, что проносились в его голове. В ответ движения Хэсу, давившего на него всем телом, словно связывая, стали немного грубее. Тук-тук. От яростных толчков его голова гудела.
- Ты плачешь... потому что тебе хорошо?
Урим с трудом разлепил плотно сомкнутые веки. Он не знал, как долго плакал, но его ресницы были промокшими. Когда их взгляды встретились, движения Хэсу наконец замедлились. Когда его ягодицы отступили, внутренние стенки, липко обхватив член Хэсу, потянулись вслед за ним. Это было ощущение, которое он испытывал впервые в жизни.
Хотя у него и были тайные ночи с другими, он никогда не был так возбуждён, что голова вот-вот взорвётся. Он перекрестил лодыжки за спиной Хэсу, словно пытаясь скрыть дрожь на внутренней стороне бёдер. Когда их промежности идеально соприкоснулись, Хэсу снова подал бёдра вперёд, вгоняя свой член глубже.
Короткие возгласы следовали один за другим. На лбу Хэсу, стиснувшего нижнюю губу, выступили вены. На лице Хэсу, который, казалось, не умел чувствовать эмоции, теперь отчётливо витало возбуждение.
Квон Хэсу вёл себя так, словно не знал ничего, кроме как вгонять свой член в узкое, тугое отверстие. Он больше не отвечал на отчаянные зовы Урима. Казалось, он был поглощён лишь тем, чтобы втиснуть его глубже, в самое горячее место.
Урим продолжал звать имя Хэсу. Хотя дальше уже некуда было входить, Хэсу раздвигал его и проникал внутрь. Теперь он уже задыхался. Из члена Урима, прижатого к плотно прилегающему низу живота Хэсу, снова брызнула мутная жидкость. Плюх. Густая жидкость стекала по их телам.
И всё же Хэсу без остановки быстро пронзал его изнутри. Головкой он терся о все уголки его внутренностей, уже промокших насквозь. Тело Урима, грубо дёргавшееся под давлением, содрогалось в экстазе.
Член, распухший и раздвигавший внутренние стенки, слегка дёрнулся. Хэсу, прищурив один глаз, быстро вытащил его. Влага брызнула с промокшего члена, и внутренняя сторона паха тут же стала влажной.
Хэсу быстро потряс своим тёмно-красным, изогнутым членом. Когда ребро ладони касалось его тела, покрасневший, наполненный кровью член вздрагивал, и влага стекала струйками. Тук-тук. Сколько раз его рука прошлась по нему? Наконец кончик алой головки раздулся, и хлынула мутная сперма.
Он почувствовал, как внутренняя сторона его бёдер промокла. Звук, с которым та ласкала влажную кожу, щекотал его уши. Вокруг кровати витало возбуждение. В конце концов Урим, тяжело дыша, закрыл глаза. Слёзы скатились по его вискам.
Вскоре до его ушей донёсся задыхающийся от блаженства голос Хэсу.
- Если бы я знал, что тебе так понравится, я бы сделал это раньше.
Хэсу вытер его мокрое лицо рукой, испачканной спермой. Резкий запах коснулся его ноздрей. Он думал, что этот аромат никогда не подойдёт Квон Хэсу, но, как ни странно, он подходил идеально.
Большая рука с резким запахом обхватила его шею. Затем она мягко сжала его кадык, который вздымался и опадал от пьянящего дыхания. С каждым вздохом ладонь Хэсу липко давила на тонкую кожу. Несмотря на лёгкое давление на шею, Урим продолжал тяжело дышать.
Время текло, а он по-прежнему неподвижно сжимал его шею. Пока жуткая тишина витала в воздухе, Урим, охваченный экстазом, закрыл глаза и сосредоточился только на своём дыхании.
- Надо было сделать это с самого дня нашей встречи. Я зря тратил время на ерунду.
Пробормотав что-то непонятное, Хэсу наклонился над тяжело дышащим Уримом. Затем он медленно сократил дистанцию, коснувшись его носа своим. От ощущения медленного трения носов Урим медленно поднял веки.
Лицо Хэсу, улыбающееся и шепчущее это, было тем самым, что он видел в детстве. Эта улыбка, пропитанная необъяснимой радостью. Этот смех, этот луч радости, исходивший из его глаз.
Может, он рад, что своими глазами увидел незнакомую сторону Чин Урима? Квон Хэсу беззвучно смеялся довольно долго. Урим, наблюдавший за его приподнятыми уголками губ с полуприкрытыми глазами, снова закрыл их.
- Я буду делать для тебя только то, что тебе нравится. Так что оставайся рядом со мной.
Даже на смутно долетевшие слова Урим в конце концов ответил, издав горловой звук. Его сознание затуманилось - то ли от нахлынувшего опьянения, то ли от того, что напряжение наконец отпустило. В этот момент раздался тихий смех Хэсу.
Он наконец-то получил искренность Квон Хэсу. Была ли это награда за долгий, одинокий бег? Чувства, которые он испытал прямо перед тем, как его поглотила неописуемая тьма, были ошеломляющими.