История преднамеренной любви
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 7. Глава 16
- Да-да, конечно. Давайте как-нибудь выберем время и встретимся. Договорились.
Директор Ким тут же закончил разговор, как только Ли У Ён, выходивший покурить, тяжело опустился в кресло напротив него.
Ли У Ён, отпив воды, заметил в руке директора свой телефон и нахмурился.
Ли У Ён бесцеремонно выхватил телефон и сбросил вызов.
- Зачем вы звоните с чужого телефона?
- У меня села батарея. Мне нужно было кое-что утвердить до сегодняшнего дня.
- И что, можно вот так просто, - Ли У Ён замолчал, просматривая список вызовов, и его голос угрожающе понизился: - Вы звонили Чхве Ин Сопу?
- Случайно нажал не туда. А что такого?
Ли У Ён смерил директора Кима взглядом, полным нескрываемого раздражения.
- Я сразу сбросил. Он даже трубку не взял, так что не из-за чего так злиться.
Ли У Ён ничего не ответил, лишь молча наполнил стакан виски до краев. Директор Ким, почувствовав, как в воздухе повеяло холодом, осторожно спросил:
- Вы бы еще обряд на наше расставание заказали, - отозвался Ли У Ён.
- А если закажу, расстанетесь? Да шучу я, шучу! Слова не скажешь, - проворчал директор Ким и продолжил: - Тот, кто собирается отписать виллу за пять миллиардов вон, так просто не разойдется.
Услышав это бормотание, Ли У Ён без труда догадался, зачем его сегодня сюда вытащили.
Когда директор Ким увидел контракт, который Ли У Ён обсуждал с адвокатом Шином, он буквально позеленел. Тогда Ли У Ён просто вышел из офиса, проигнорировав призывы «поговорить». С того дня директор Ким обрывал ему телефон, но Ли У Ён предсказуемо не брал трубку.
В итоге директор Ким заявился прямо в фитнес-центр и силой вытащил его «проветриться», заявив, что нельзя только тренироваться. Ни один нормальный глава агентства не потащил бы своего главного актера пить накануне церемонии награждения без веской причины.
- Я трачу свои собственные деньги, чем вы так недовольны?
- Кто сказал, что я недоволен? - Директор Ким так и подскочил, словно его укололи в самое больное место. Он пару раз сухо кашлянул и продолжил: - Это не недовольство, это забота. У Ён-а, послушай, человеческие отношения... их невозможно бесконечно латать деньгами, понимаешь? У этого есть предел.
- Но наши с вами отношения прекрасно держатся на деньгах, - парировал Ли У Ён.
«Ах ты ж гадёныш. Ни за что не уступит».
Директор Ким собрался с мыслями.
- Наш случай - это бизнес, скрепленный контрактом. Но ты и Ин Соп…
Директор Ким задумчиво жевал сыр из закусок, не решаясь закончить фразу. Ли У Ён какое-то время молча постукивал пальцем по экрану телефона, а затем поднял взгляд.
- Вы ведь знаете, что Ин Сопа в детстве усыновили?
Тема сменилась внезапно, но директор Ким кивнул. Он слышал об этом от самого Ин Сопа. Тогда они с менеджером Ча даже тайком утирали слезы, поражаясь тому, каким светлым и достойным человеком вырос Ин Соп, несмотря на такое мрачное прошлое.
- Кажется, биологические родители бросили его из-за порока сердца. Завернули младенца в одеяло, положили в картонную коробку и оставили у ворот приюта.
- Боже, кроху совсем… А если бы с ним что-то случилось? О чем они только думали?
Директор Ким так искренне сокрушался, будто брошенный младенец лежал прямо перед ним, и на его лице отразилась вся гамма скорби.
- Хорошо, что бросили до того, как случилось что-то плохое.
Ли У Ён, улыбнувшись, положил в рот виноградину. Директор Ким осторожно потёр покрытую мурашками руку.
- Если бы они из «родительской любви» оставили его у себя, не имея возможности нести ответственность, он бы просто умер. Думаете, они смогли бы обеспечить ему нормальную операцию?
- Ну, в этом ты прав, но всё же…
- Вы ведь видели родителей, которые вырастили Ин Сопа. Прекрасные люди. Только под крылом таких родителей он смог стать тем, кем стал.
Заметив, как взгляд директора Кима на мгновение стал сочувствующим, Ли У Ён усмехнулся и слегка вскинул подбородок.
- Мой характер - это не из-за окружения, а из-за моей собственной натуры, так что не нужно меня жалеть.
- …Ага. Конечно. Я твоих родителей жалею.
- Ха-ха. Зачем жалеть тех, кто в десятки раз богаче вас, директор? Самые бесполезные вещи в мире - это переживать за знаменитостей и беспокоиться о богачах.
Директор Ким мысленно прикинул масштабы состояния родителей Ли У Ёна и еще раз пообещал себе никогда больше не волноваться за этого парня.
- В любом случае, то, что биологические родители бросили Ин Соп-сси, было для него божьим даром. Расти с родными родителями - не всегда к лучшему.
Ли У Ён слегка качнул стакан. Слушая мелодичный перезвон кубиков льда, он полуприкрыл глаза.
- Я - первая любовь Чхве Ин Сопа. Чертовски ему не повезло, правда? Сначала родители такие, теперь вот первая любовь... Не везет парню с «первыми» в его жизни.
- Честно говоря, если он со мной расстанется, то встретит кого-нибудь получше. Кто угодно будет лучше меня.
Директор Ким был не на шутку поражен. Он и в самом страшном сне не мог представить, что из уст Ли У Ёна когда-нибудь вылетят такие человечные и здравые слова.
- Ну, ты тоже не то чтобы совсем уж худший...
Совесть директора Кима не позволила ему закончить фразу. Ли У Ён был худшим.
- Бросьте эти неискренние слова. Они не утешают.
Директор Ким выдохнул с таким облегчением, будто гора свалилась с плеч. Однако, вновь покосившись на Ли У Ёна, он осторожно спросил:
- Если ты это понимаешь, зачем тогда собираешься переписывать виллу? Думаешь, потратив пять миллиардов, станешь чуточку лучше?
- Разве я стану лучше, потратив пять миллиардов?
- Верно. Хорошо, что ты это понимаешь.
Директор Ким активно закивал. Даже такой человек, как Ли У Ён, мог совершить ошибку под влиянием мимолетной страсти или безрассудства. И задача главы агентства - вовремя его наставить.
- Если уж тратить, то нужно тратить всё.
- Верно, только если всё... Что?
Директор Ким не верил своим ушам.
- Я собираюсь сделать Чхве Ин Сопа своим наследником. Вообще-то я как раз планировал встретиться с вами по этому поводу, так что удачно получилось.
- Чт... о чем ты... Нет, погоди, наследство? Всё состояние?
- Да, - небрежно бросил Ли У Ён.
- Ты в своем уме? Чисто теоритически... эй, постой.
Директор Ким залпом осушил стакан ледяной воды. Видимо, одного было мало, и он принялся пить воду стакан за стаканом.
- Ха-а. Ладно. Хорошо. Так, давай, выкладывай.
- Что рассказывать? Всё, как я и сказал. Я хочу сделать Чхве Ин Сопа своим наследником.
- Ты хоть понимаешь, что подарить дом и оставить всё наследство - это не одно и то же?! А если позже возникнут проблемы? Что, если твоя семья завтра же подаст иск о взыскании обязательной доли!
- Мою семью не интересуют такие гроши. Более того, им противна сама мысль о какой-либо связи со мной.
Довод был неприятным, но убедительным. Директор Ким схватился за лоб.
Буквально минуту назад этот человек выдавал вполне здравые мысли о том, что Ин Соп встретит кого-то получше после их расставания. И тут же заявляет, что пяти миллиардов мало - он готов отдать всё до последнего вона. Обычному человеку логику Ли У Ёна было не понять при всем желании.
- Я хочу связать нас юридически.
В глазах директора Кима отразился неподдельный ужас.
- Вы разве не знаете характер Чхве Ин Сопа? Сможет ли он бросить меня, зная, что назначен моим наследником?
- Да с его характером он вообще этот контракт не подпишет!
- Значит, нужно сделать так, чтобы подписал.
Лицо директора Кима побледнело.
- …Ли У Ён. Я уже говорил тебе: похищение, угрозы и насилие - это незаконно.
- Кто бы сомневался, - с отсутствующим видом бросил Ли У Ён, откидываясь на спинку стула.
- Тогда как, черт возьми, ты заставишь его поставить подпись?
Ин Соп, хоть и был на удивление мягким, имел твёрдый стержень и не уступал в том, что считал неправильным. Достаточно было посмотреть на то, что он снимал старую квартиру, хотя его возлюбленный был настолько богат, что три поколения могли бы жить в роскоши и у них всё равно оставались бы деньги.
Для шутки лицо Ли У Ёна было слишком безупречным, а для правды - его душа была чересчур порочной.
- Одной красоты недостаточно, - серьезно попрекнул его директор Ким, стараясь не вспоминать о том, как сам когда-то, поддавшись на это же очарование, подписал с ним новый контракт.
- А вы думаете, в этой ситуации мне бы больше помогла уродливая физиономия?
- Я изо всех сил стараюсь быть паинькой. Настолько, что даже готов закрыть глаза на те поступки, что натворил Чхве Ин Соп.
- Ты про то, что Ин Соп разбил твою машину?
На этом моменте у него даже закралось подозрение: а не подстроил ли Ли У Ён ту аварию сам?
- Его чувство вины тоже сыграет свою роль, когда придет время ставить подпись.
Ключи от Lamborghini он дал Ин Сопу из вредности. В тот момент, когда он услышал просьбу дать машину, которую «не жалко», у него, выражаясь простым языком, сорвало крышу.
Даже если бы Ин Соп разбил самую дорогую машину вдребезги, ему было бы всё равно. Но то, что Ин Соп мог пострадать, было совсем другим делом.
Когда в тот день он услышал новость об аварии, у него, буквально, всё помутилось в голове. Пока он ехал в полицейский участок, сам чуть не попал в аварию несколько раз. Увидев Ин Сопа, сидящего в участке, он понял: из-за этого парня он не доживёт до старости.
Даже когда в больнице подтвердили, что с Ин Сопом всё в порядке, беспокойство не улеглось. В дни, когда Ин Соп болел или чувствовал себя неважно, ему неизменно снились кошмары. В такие дни он просыпался и шёл к нему домой, под предлогом навестить больного, обнимал его и засыпал.
Каждый раз, прижимая его к себе, Ли У Ён терялся в противоречивых чувствах. Облегчение и ужас шли рука об руку. Чем дороже ему становился Ин Соп, тем сильнее разрастался страх.
Глядя на Ин Сопа, который во сне доверчиво прижимался к нему, он всегда думал об одном: если наступит день, когда он снова это потеряет, он этого просто не вынесет.
Будь его воля, он бы каждый день проверял состояние каждого внутреннего органа Ин Сопа, лишь бы получить подтверждение, что тот здоров.
Подвозя Ин Сопа до дома, он спросил о причине аварии.
В памяти всплыли слова страхового агента, который, описывая состояние машины, только цокал языком: «Надо же, как эффектно приложились - и спереди, и сзади, и по бокам». Чтобы такой щепетильный человек, как Ин Соп, настолько потерял контроль над ситуацией за рулем, должна была быть веская причина.
«Там внезапно выскочил щенок…»
Стоило услышать ответ, как к горлу подступила тошнота. Ли У Ён впервые на собственном опыте узнал, что от запредельного абсурда ситуации может физически стать нехорошо.
«И это всё? Только из-за этого?»
Чхве Ин Соп был по-идиотски, чертовски добр. И хотя Ли У Ён знал, что именно благодаря этой мягкосердечности ему удалось пробраться в душу этого человека, в тот момент он не мог не чувствовать глухой обиды.
«Простите меня…» - пробормотал Ин Соп, едва не плача. Ли У Ён обожал его заплаканное лицо, но в тот день он даже не мог на него смотреть.
Что ему делать? Как уберечь это тело, которое стало дороже собственной жизни, чтобы на нем не появилось ни единой царапины? Как привязать его к себе навечно, прежде чем он опомнится и решит вытащить ноги из этой трясины?
Поглаживая царапину на брови Ин Сопа, Ли У Ён пережёвывал свои вязкие и сильные чувства. Глядя на Ин Сопа, который замер в ожидании приговора, он озвучил свое эгоистичное решение:
«Я получу от вас то, что хочу».
В ближайшую субботу должна была состояться церемония награждения кинофестиваля. В памяти всплыли слова, которые он когда-то в шутку бросил Ин Сопу: мол, если возьмет главный приз, то сделает ему предложение.
Он собирался предложить жить вместе. Если Ин Сопу не захочется переезжать к нему, он отдаст эту виллу ему, а сам въедет следом. Он планировал настоять на своем: пусть Ин Соп заводит хоть собак, хоть кошек, кого угодно, лишь бы заодно выделил одну комнату и для него.
Работа Ин Сопа в качестве его помощника подходила к концу, и ему нужен был повод, чтобы удержать его рядом. Но Ли У Ён чувствовал: простого повода недостаточно. Он снова встретился с адвокатом и составил договор о наследовании имущества.
Одной лишь эмоциональной привязанности было мало. Он хотел принадлежать ему во что бы то ни стало. Ли У Ён собирался использовать любые средства и методы, чтобы вязко и прочно вплести себя в жизнь Чхве Ин Сопа.
- Ты ведь понимаешь, что если Ин Соп подпишет эти бумаги, тебе придется прожить с ним всю жизнь?
- Именно для этого я и добиваюсь его подписи.
- Это звучит подозрительно похоже на предложе… А, нет, забудь.
Директор Ким поспешил отогнать пришедшее на ум слово.
- Это и есть предложение, - буднично отозвался Ли У Ён.
- Да разве так делают предложения…
Вместо кольца - трофей, вместо клятвы в любви - контракт. Он подготовил по-настоящему жестокое предложение. И даже продумал свою речь для награждения:
«Всё это я посвящаю тому, кто помог мне сделать правильный выбор, а не ошибочный, пусть и непреднамеренно».
Это была речь, смысл которой мог понять только Чхве Ин Соп. И Ли У Ён планировал приправить её слезами. Он никогда не опускался до того, чтобы жалко плакать на церемониях, но в этот раз собирался разрыдаться перед Ин Сопом как следует.
Он намеренно не выходил на связь. Трусливый Ин Соп наверняка не смел позвонить сам и сейчас изводил себя, не находя места от беспокойства. Ли У Ён хотел, чтобы тот был на пределе. Именно поэтому он оставил пьяного Ин Сопа в доме менеджера Ча.
Когда тревога достигает апогея, эффект от последующего облегчения удваивается. «Эффект подвесного моста» придумали не просто так.
Нужно было лишь дождаться субботы, пока паника Ин Сопа нарастает. Проблема заключалась в том, что каждый день тянулся как несколько лет. Что бы он ни делал, время шло невыносимо медленно.
Ли У Ён кончиками пальцев постукивал по экрану телефона.
- А что, если Ин Соп тебе в итоге надоест? - спросил директор Ким.
- Думаете, надоест? - переспросил Ли У Ён с видом искренне любопытствующего человека.
Вечной любви не бывает. Это был один из немногих советов, который директор Ким, имевший за плечами внушительный опыт разводов, мог дать с полной уверенностью. Но, глядя на Ли У Ёна, чье лицо светилось почти детским любопытством, он не решился сказать прямо: «Твоя первая любовь, скорее всего, закончится крахом».
- …В жизни всякое бывает, никогда не знаешь наверняка.
- Это правда. Я и сам не знал, что буду так сохнуть по какому-то парню.
- Вот поэтому и подумай хорошенько насчет наследства.
Ли У Ён усмехнулся, не поднимая глаз и продолжая вертеть в руках телефон.
- Директор, как вы думаете… если я расстанусь с Чхве Ин Сопом, смогу ли я когда-нибудь снова завести отношения?
Директор Ким до сих пор до конца не верил, что Ли У Ён способен на искреннюю привязанность. И всё же в последнее время он ловил себя на мысли, что чувства того к Ин Сопу более чем серьезны. Порой даже казалось, что Ли У Ён привязан гораздо сильнее, чем сам Ин Соп.
- Для меня это в первый и последний раз, - негромко пробормотал Ли У Ён.
В душе директора Кима шевельнулась жалость к Ли У Ёну - размером, пожалуй, с половинку муравьиного чиха. В этот миг актер выглядел как обычный парень своего возраста, страдающий от любви.
«Старею я. Уже Ли У Ёна жалеть начал».
Ким усмехнулся собственной внезапной мягкосердечности. Переживать за знаменитостей и богачей - самое бесполезное занятие в мире, а он сейчас умудрялся делать и то, и другое одновременно.
Пока директор наполнял стакан, Ли У Ён внезапно спросил:
- Я спрашиваю, сколько гудков прошло, прежде чем вы сбросили вызов Чхве Ин Сопу?
Вопрос застал Кима врасплох, но он постарался вспомнить:
- Значит, пропущенный точно отобразился.
- Наверняка, - небрежно бросил директор.
Ли У Ён еще мгновение смотрел на телефон, который по-прежнему хранил молчание, а затем с силой грохнул его об угол стола.
Испуганный директор Ким попытался его остановить, но Ли У Ён, не обращая внимания, продолжал крушить телефон. От его грубой силы аппарат быстро превратился в груду обломков.
- Нельзя же позволить себе размякнуть и выйти с ним на связь, - бросил он.
Только сейчас директор Ким осознал, что Ли У Ён с самого начала то и дело косился на экран. Словно человек, который вопреки всему отчаянно ждет чьего-то звонка.
Ли У Ён бросил изуродованный телефон в ведёрко со льдом и продолжил:
- Ин Соп вполне может встретить кого-то получше меня. Но даже если вы соберете всех лучших людей мира, я всё равно буду любить его сильнее всех. Что бы он со мной ни сотворил. Ха-ха... Да я, наверное, даже если подохну от его руки, сдохну со стояком.
Ли У Ён залпом осушил остатки виски и лучезарно улыбнулся.
- Так с какой стати я должен его отпускать?
Нужно уметь так пошло и жутко произносить романтичные слова.
Директор Ким молча осушил свой бокал. Сегодняшнее виски показалось ему особенно горьким.
- Давно вас не было. Сегодня у Ли У Ёна церемония награждения?
- Тяжело вам придется, столько времени в ожидании. Если что-нибудь понадобится, только скажите ребятам.
Знакомый парикмахер, улыбнувшись, обратился к Ин Сопу. Тот улыбнулся в ответ и кивнул.
Работа менеджера всегда подразумевала долгое ожидание, но в дни церемоний оно становилось бесконечным. Обычно Ин Соп брал с собой книгу, но сегодня буквы просто расплывались перед глазами.
Вчера он умудрился заняться этим, и прямо в разгар процесса на экране высветилось имя Ли У Ёна. Точнее, телефон провибрировал всего несколько раз. Ин Соп не успел даже решить, стоит ли отвечать, как вызов оборвался. Побледнев, он лихорадочно принялся вытирать руки салфетками.
Что случилось? Почему он так быстро сбросил? Нужно ли перезвонить? А если перезвоню, то что скажу? А если он спросит, чем я был занят, как мне... В голове будто роились разгневанные осы.
Ин Соп, стоя на коленях перед телефоном, долго размышлял. К счастью или к несчастью, Ли У Ён больше не звонил. Собравшись с духом примерно через час, он перезвонил сам, но телефон был выключен.
Даже сегодня утром, когда они сели в машину, Ли У Ён не проронил ни слова. Ин Соп так и не решился спросить о причине вчерашнего звонка. Честно говоря, он вообще боялся открывать рот. Ему казалось, что стоит только встретиться с его взглядом, и тот мгновенно узнает о его вчерашнем «постыдном» поступке. Возможно, это была обычная паранойя, но сегодня поведение Ли У Ёна казалось еще более холодным и отстраненным, чем обычно.
«Хоть бы это было просто воображение».
Но как бы то ни было, нужно продержаться хотя бы до конца сегодняшнего дня...
Ин Соп нащупал в кармане конверт. Это были деньги на ремонт. Чек на сто миллионов вон, который он получил в банке вчера перед походом в мотель.
Он собирался, отдавая деньги на ремонт, искренне извиниться. Что ему очень жаль, что он испортил его вещь, что такого больше не повторится, что если он сделал что-то не так, то извинится за всё, лишь бы он перестал злиться…
Вдруг Ин Соп поймал себя на мысли, что улыбка Ли У Ёна кажется ему чем-то из очень далекого, почти забытого прошлого.
- Вот бы сегодня увидеть его улыбающимся... - пробормотал он себе под нос, понурив голову.
В этот момент кто-то внезапно протянул ему стакан с напитком.
- Что вы здесь делаете? В таком месте.
Это был Ким Кану. Ин Соп попытался улыбнуться и ответил, что просто присел отдохнуть.
- Спасибо. Это я должен был о тебе позаботиться, а получилось наоборот.
- Это моя работа. Вы завтракали?
Ин Соп замялся, и тогда Ким Кану достал из пластикового пакета сэндвич и протянул ему.
- Нет-нет, всё в порядке. Ешь сам.
- Я набрал целую гору, - Ким Кану продемонстрировал пластиковый пакет, набитый сэндвичами и булками. - Сказали, что сегодня ждать придется долго.
- Тогда я с благодарностью приму, - ответил Ин Соп. Аппетита совсем не было, но он послушно взял сэндвич.
- Ах, чуть не забыл! Вот, держите.
Кану выудил из кармана небольшой бумажный конверт и протянул его Ин Сопу.
- Хотел отдать раньше, да из головы вылетело.
- Понятия не имею. Шурин просил передать. Тот, что второй, - менеджер Ча.
- Ага. Сказал посмотреть, когда будете один.
Ин Соп уже собирался заглянуть внутрь, но, услышав предостережение, тут же закрыл конверт. Он достал из кармана свой конверт с деньгами, вложил его в пакет от менеджера Ча и, сложив всё это вдвое, аккуратно спрятал во внутренний карман пиджака.
- Может, мне подняться и отнести ему сэндвич?
- Нет, не стоит. В такие дни он обычно ничего не ест.
Ким Кану с явным облегчением выдохнул и присел рядом с Ин Сопом.
- И слава богу. А то мне как-то не по себе туда подниматься.
- Да там же знаменитостей полно!
Этот салон, занимавший целое здание в самом сердце Чхондам-дона, по праву считался «святыней» шоу-бизнеса. Не будет преувеличением сказать, что здесь обслуживалось большинство топовых звезд страны.
- Будь их один или два, я бы еще поглазел, но когда их такая толпа, кажется, будто это они меня разглядывают. От одной мысли в комочек сжаться хочется.
Ким Кану в шутку съежился, и этот жест, так не вязавшийся с его внушительным телосложением, заставил Ин Сопа невольно рассмеяться.
- Я тоже так думал, пока не начал работать здесь. Теперь, когда я каждый день вижу столько знаменитостей, мне в зеркало на себя смотреть не хочется.
- Ну что ты. Кану, ты правда очень симпатичный. Ты в самом деле «хуннам» (прим. корейское сленговое выражение, описывающее обаятельного, приятного мужчину с «теплым» лицом, который не обязательно обладает классической красотой модели, но располагает к себе.), - Ин Соп серьезно подбирал слова, вспомнив даже модный интернет-термин, чтобы подбодрить парня.
- Ой, ну ладно вам, чего уж там...
- И рост у тебя отличный. Среди нынешних айдолов много парней твоего типажа.
- Ну да, мой типаж сейчас и правда в тренде, да?
Ким Кану, поддавшись игривому настроению, подпёр подбородок рукой и склонил голову набок. Ин Соп усердно закивал, поддакивая.
- Ага, в тренде. Твой типаж очень в тренде.
- И кто же тут у нас такой невероятно трендовый?
Услышав внезапно раздавшийся голос, Ин Соп повернул голову.
Ким Кану вскрикнул. Ин Соп, от удивления не в силах вымолвить ни слова, застыл на месте.
В тёмно-синем костюме Tom Ford он стоял, опершись на перила лестницы.
Ким Кану запнулся, не в силах подобрать подходящее слово для описания стоящего перед ним мужчины.
Классический костюм Tom Ford - это одежда, которой сложно найти хозяина. На теле, накачанном беспорядочными тренировками, он смотрелся бы тесновато, а на худом, без мускулов, - жалко.
Широкие плечи, длинные, прямые ноги, мускулистое тело мужчины, проступающее сквозь элегантно ниспадающую ткань, - всё это ясно показывало, кто является хозяином этого костюма.
Хотя он был без галстука и пара пуговиц белой рубашки расстёгнуты, Ли У Ён выглядел безупречно с ног до головы.
Из-за своей работы Ин Соп не раз видел Ли У Ёна в костюме, но сейчас он был так поражён, что не мог даже моргнуть.
Поскольку Ли У Ён не любил присутствие посторонних, он не пользовался услугами личного стилиста и выбирал одежду сам. Этот костюм не был исключением.
«Может, это просто воображение?»
Но казалось, сегодня он приложил в несколько раз больше усилий к своему облику, чем обычно.
- Я вас долго искал, а вы тут.
Ли У Ён перевел взгляд на Ин Сопа. Тот, до этого смотревший на него в оцепенении, вздрогнул, встретившись с ним глазами. От неожиданности он слишком сильно сжал стакан с кофе - пластик хрустнул, и темная жидкость выплеснулась наружу.
Ин Соп попытался выровнять стакан, но на белой рубашке уже расплылось кофейное пятно. Ким Кану тут же выхватил пачку салфеток и принялся лихорадочно вытирать рубашку Ин Сопа.
- Вы в порядке? Одежду испортили… Ай!
Чья-то рука, внезапно вытянувшаяся сзади, мертвой хваткой вцепилась в запястье Ким Кану. От неожиданной боли тот невольно вскрикнул.
- Если будете так тереть, пятно только глубже въестся, - пояснил Ли У Ён, отбрасывая руку Кану.
Ким Кану принялся растирать занемевшее запястье. Ли У Ён сжал его лишь на мгновение, но на коже уже проступил багровый след.
На вопрос Ли У Ёна Ин Соп покачал головой. Обычно он всегда носил с собой запасную одежду, но из-за того, что все вещи были упакованы и отправлены при переезде, сегодня он пришёл с пустыми руками.
Ли У Ён кивком указал следовать за ним.
Ин Соп потянулся за салфеткой, чтобы вытереть пролитый кофе на полу, и между бровей Ли У Ёна пролегла едва заметная складка.
- Конечно! Всё что угодно, - радостно отозвался Ким Кану. Просьба от самого актера была редкостью, и он был счастлив услужить.
Ли У Ён отобрал у Ин Сопа пластиковый стакан и салфетки, после чего всучил их Ким Кану. Тот замер в нерешительности, не сразу осознав подтекст, и тогда Ли У Ён указал подбородком на пол.
Тон его был мягок, но взгляд - как у хозяина, отдающего приказ слуге. Пока Ким Кану с отрешённым видом вытирал пол, Ли У Ён взял Ин Сопа за руку и потащил за собой. Даже спускавшиеся по лестнице люди, встретив Ли У Ёна, останавливались и оборачивались ему вслед.
Последовал короткий ответ. Примерочная находилась на пятом этаже. В отличие от шумного и суетливого салона, здесь было абсолютно пусто.
- К счастью, у меня есть запасная рубашка.
Ли У Ён достал рубашку из висевшего на вешалке кофра и протянул Ин Сопу.
Ин Соп двумя руками принял рубашку. Он ожидал, что Ли У Ён уйдёт, но тот запер дверь. Щёлк. От звука задвижки Ин Соп вздрогнул и обернулся.
- Будет нехорошо, если кто-нибудь войдет, пока вы переодеваетесь.