Проекция
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 4. Глава 13
Чхон Седжу, снова погрузившись в мысли о настоящей личности Хан Джонхёна, внезапно расхохотался над словами Хёвона.
Хан Джонхён, любовник Шин Гёна?
В то время как большинство людей, знавших Шин Гёна, не подозревали, что он был психопатом, Чхон Седжу знал. Хан Джонхён проработал под началом Шин Гёна целых пять лет. Чхон Седжу не думал, что этот сумасшедший будет так долго дорожить кем-то. Однако, когда Чхон Седжу усмехнулся, Хёвон серьёзно возразил ему.
- Нет, послушайте, менеджер! Тот факт, что директор Хан ничего не делает, а только повсюду вынюхивает, доказывает, что он в фаворе у нашего президента, верно? Он действительно ничего не говорит, что бы ни делал директор Хан.
- Да! Я слышал, что он недавно упал в обморок из-за наркотиков в Эвагаке, и не прошло и месяца с тех пор, как об этом стало известно, а теперь посмотрите, он снова бродит вокруг. Что-то здесь не так!
- Да, это действительно подозрительно.
Когда Чхон Седжу ответил неуверенно, Хёвон нахмурился, словно спрашивая, почему тот ему не верит, и проворчал. Как раз в тот момент, когда Чхон Седжу уже собирался рассмеяться над его реакцией, снаружи раздался автомобильный гудок. Яркие фары спортивного автомобиля, проезжавшего по переулку, осветили салон их фургона.
Чхон Седжу прищурился и повернул голову. В этот момент Хан Джонхён, который приближался к ним, тоже бросил взгляд внутрь машины. Хан Джонхён остановился всего в двух-трех шагах от их фургона, и за те несколько секунд, пока свет не погас, они успели узнать друг друга. Чхон Седжу был уверен, что их взгляды встретились.
Хан Джонхён никогда не проходил мимо Чхон Седжу, когда они встречались. Поэтому, ожидая того же и на этот раз, Чхон Седжу повернул голову к двери, но…
- Он уже под кайфом и идёт домой? Почему он так идёт?
Хан Джонхён продолжал идти по улице. Чхон Седжу увидел его аккуратную фигуру в пальто, проходившую мимо, за стеклом. Чхон Седжу слегка нахмурился, прищурился и внимательно посмотрел на Хан Джонхёна.
Казалось, его пошатывало. Чхон Седжу с подозрением наблюдал, как Хан Джонхён то сжимал, то разжимал кулаки, и вдруг кое-что вспомнил.
Если задуматься, то все места, где он до сих пор пересекался с Хан Джонхёном, — это клуб, японский ресторан, Эвагак, а теперь и этот переулок. Он пришёл в клуб в поисках наркотиков, столкнулся с Седжином в японском ресторане, куда его привёл Хан Джонхён, и повстречал директора Сок Юн Хёна в Эвагаке. Более того, хотя поблизости, вероятно, было много частных клубов для употребления наркотиков, салон Кан Джунмёна, за которым они следили, также находился всего в квартале отсюда.
Он прищурил глаза. Как бы ни был настойчив Хан Джонхён, их пути не могли пересекаться так часто. Чхон Седжу достал телефон, чувствуя себя неуверенно.
На экране было 16:58. Взглянув на время, он оставил сообщение для Седжина.
«16:58 Я могу немного опоздать. Если я опоздаю, возьми такси и поезжай домой.»
- Я пойду первым. Разбуди Юн Чхольджу.
Услышав скучный ответ, Чхон Седжу погладил Хёвона по голове и покинул фургон. Натянув кепку пониже и застегнув куртку, он осторожно последовал за мужчиной, который шёл впереди.
Если задуматься, в Хан Джонхёне было много странного. Однако Чхон Седжу не предпринимал никаких действий против него до сих пор только потому, что Хан Джонхён, как и он сам, был подчинён Шин Гёну. Из-за этого он не считал себя вправе открыто подозревать его.
Чхон Седжу и его команда работали на Шин Гёна и выполняли только те задачи, которые он им поручал.
Поэтому, строго говоря, это было вне его компетенции. Однако Чхон Седжу не мог просто проигнорировать Хан Джонхёна. Мысль о том, что он должен следовать за ним, не давала ему покоя.
Хан Джонхён брёл по улице бесцельно. Он пересёк дорогу, остановился у круглосуточного магазина на въезде в жилой район, купил сигареты и, выйдя из магазина, закурил под уличным фонарём. Его движения были нервными: он сжимал и разжимал кулаки, постоянно тряс ногами и даже бормотал что-то себе под нос. Джонхён нервно оглядывался по сторонам, и его поведение казалось странным. На первый взгляд можно было подумать, что он испытывает ломку.
Чхон Седжу, укрывшись в тени, внимательно наблюдала за каждым его тревожным шагом, не упуская ни малейшей детали. Спустя целый час Хан Джонхен наконец отошел от круглосуточного магазина. И его неровная походка вновь привела его в переулок, где находился салон Кан Джунмёна.
Следуя за ним, Чхон Седжу вспомнил Хан Джонхёна таким, каким он видел его в Эвагаке. Он был абсолютно уверен, что Шин Гён ожидает от него чего-то выдающегося. Однако Шин Гён никогда не упускал из виду ничего ценного, что находилось прямо перед ним. Если бы от Хан Джонхёна действительно была какая-то польза, его бы уже давно использовали.
Всё, что он говорил, было лишь глупым заблуждением, попыткой придать себе значимости. Однако Чхон Седжу не мог открыто отрицать его слова. Он с сочувствием наблюдал за Хан Джонхёном, который с горечью вспоминал своё прошлое. Чхон Седжу испытывал к нему искреннюю человеческую симпатию.
Он вспомнил лицо Хан Джонхёна, его яркую и невинную улыбку, когда он щекотал своего племянника. Он также вспомнил горький голос человека, который, несмотря на то, что чувствовал себя хуже своего брата, хотел, чтобы его семья признала его.
Чхон Седжу в итоге тихо выругался и бросился к Хан Джонхёну, который шёл впереди. Он схватил его за воротник, затащил в тёмный переулок и прижал к стене.
Растерявшись, Хан Джонхён споткнулся, не в силах собраться с мыслями. Рука Чхон Седжу сильно надавила ему на горло. От Хан Джонхёна исходил сильный запах сигарет и алкоголя. Ему даже показалось, что он уловил слабый запах наркотиков из «кроличьей норы».
Его опасения, что симптомы, которые проявлял Хан Джонхён, были признаками абстинентного синдрома, стали реальностью. Чхон Седжу, опустив голову и низко надвинув кепку, тихо спросил:
- Я спросил, куда ты направляешься.
Узнав Чхон Седжу, Хан Джонхён прикусил губу и закатил глаза, услышав его тихий голос. Его лицо, которое казалось опрятным, было бледным, а лоб, который виднелся из-под зачёсанных назад волос, покрылся холодным потом. Он действительно не выглядел как человек в нормальном состоянии. Это был явный симптом наркотической зависимости.
В Сеуле существовало несколько мест, где можно было приобрести наркотики. Хотя Чхон Седжу не был знаком со всеми этими заведениями, он был осведомлён о том, что в клубе Шин Джихана продавался метамфетамин, а в салоне Кан Джунмёна — героин более низкого качества.
Если он действительно стал зависимым от наркотиков, которые распространялись в салоне Кан Джунмёна, это были очень плохие новости. Теперь, когда Кан Джунмён почти наверняка оказался предателем, его присутствие в этом месте вызывало подозрения.
Однако существовала небольшая вероятность, хотя и незначительная, что он был на стороне Кан Джунмёна. Потому что он был бессилен. И если он был зависим от наркотиков, то находился в ещё более отчаянном положении, чем кто-либо другой. Это давало достаточные основания подозревать его в предательстве.
Чхон Седжу посмотрел ему в глаза и спросил:
- Что ты делал в клубе в прошлом году?
- Что? Что, что ты вдруг такое говоришь?
Хан Джонхён, похоже, был очень взволнован. Тем не менее, ему повезло, что он всё ещё мог говорить. Чхон Седжу заметил его состояние и снова спросил:
- В конце сентября прошлого года. Ты столкнулся со мной в клубе Шин Джихана в Чхондам-доне. Я спрашиваю, почему ты был там в тот день.
Услышав этот тревожный вопрос, Хан Джонхён не сразу смог ответить. Он колебался, словно не совсем понимал, что происходит. Однако это была не та ситуация, когда можно было бы успокоить человека разговором. Поэтому Чхон Седжу без сомнений вытащил из кармана складной нож.
Когда появилось острое сверкающее лезвие, Хан Джонхён запнулся и побледнел.
- Я, я не очень хорошо помню. В конце сентября, в мой день рождения… там. Может быть, поэтому…
- А что насчёт января этого года? Почему ты повел меня в тот ресторан? Помнишь, японский ресторан? В тот день ты спросил меня о курорте.
В тот же день Шин Гён, по совпадению, упомянул Квон Седжина как слабое звено. Чхон Седжу вспомнил день, когда он впервые заподозрил Хан Джонхёна, но затем отмахнулся от своих подозрений и не придал им значения. Да, теперь, когда он подумал об этом, было не один и не два случая, когда Хан Джонхён вёл себя подозрительно.
Под пристальным взглядом Чхон Седжу Хан Джонхён поднял дрожащую руку и положил её себе на грудь. Как будто пытаясь успокоить себя, он выдавил улыбку на своём испуганном лице и объяснил:
- Это место, куда я часто… хожу. Я несколько раз был там с Ким Донгилем, так что ты можешь спросить его… Но к чему ты клонишь? Ты же не подозреваешь меня, да?
- А как насчет Эвагака в июле?
Люди, как вид, склонны к интригам, если им предоставляется такая возможность. Чхон Седжу приставил кончик ножа к горлу Хан Джонхёна, прежде чем тот успел произнести что-то неуместное. Хан Джонхён закричал, его лицо исказилось от ужаса.
- Мой отец!! Это был 80-й день рождения моего отца, так что мы устроили вечеринку! Ты тоже это видел. Моя невестка и племянник… Менеджер Чхон, давайте уберём это… А? Пожалуйста…
Чхон Седжу холодно посмотрел ему в глаза. Он не мог сразу поверить всему, что тот говорил. Ему было трудно понять, были ли это заранее продуманные ложь и обман или невероятное совпадение.
Сначала он убрал нож и тщательно осмотрел одежду Хан Джонхёна. Когда тот с видимым облегчением вздохнул, Чхон Седжу вытащил из его кармана телефон и кошелёк, чтобы проверить содержимое.
Удостоверение личности Хан Джонхёна указывало, что он родился 25 сентября. Убедившись в подлинности документа, Чхон Седжу протянул ему телефон.
- Разблокируй его. Есть ли запись об оплате за этот ресторан?
- Подожди минутку.…. Зачем ты это делаешь?
- Не заставляй меня повторять это дважды.
Это выходило за рамки инструкций Шин Гёна. Не в силах объяснить всё Хан Джонхёну, он проигнорировал его вопрос и протянул телефон. Под давлением Чхон Седжу Хан Джонхён нервно разблокировал телефон. Чхон Седжу сразу же просмотрел сообщения.
Он проверил папку с платёжными сообщениями и нашёл название ресторана, в котором они были. Несколько записей сразу же появились на экране. Увидев запись о вчерашнем посещении, Чхон Седжу вздохнул с облегчением. Это было убедительным доказательством того, что его слова о частом посещении этого заведения были правдой.
Наконец, когда Чхон Седжу потребовал доказательств того, что он действительно отмечал 80-летие своего отца в Эвагаке, Хан Джонхён немного замялся, прежде чем открыть свою фотогалерею.
После нескольких снимков большой белой собаки и пары селфи в обнажённом виде появилась фотография с вечеринки, которая проходила в самом большом банкетном зале Эвагака. Это была семейная фотография, на которой был запечатлён пожилой мужчина в традиционной корейской одежде — ханбоке.
На фотографии был Хан Джонхён, ребёнок, которого он видел, и его мать. Чхон Седжу подтвердил, что фотография была сделана в тот день, когда он встретил Сок Юн Хёна, и вернул ему телефон.
Совпадение, каждая встреча была невероятным совпадением. Хан Джонхён был невиновен. Чхон Седжу почувствовал, как его напряжённые нервы расслабляются, и отступил от него на шаг. Затем он снова окинул Хан Джонхёна холодным взглядом.
Его одежда, которую он считал опрятной, вблизи оказалась в беспорядке. Верхние пуговицы его рубашки были расстёгнуты, галстук был небрежно завязан, а от одежды исходил неприятный запах. Хан Джонхён не мог ответить на вопрос, который подтвердил, что он наркоман. Он просто избегал его взгляда, проведя дрожащей рукой по волосам.
Хан Джонхён, вздохнув, взглянул на Чхон Седжу. Чхон Седжу прервал его, не дав договорить, как обычно. Времени не было. Секретные встречи лучше проводить быстро.
- Мы с тобой здесь никогда не встречались.
Услышав его резкие слова, Хан Джонхён поднял бровь и спросил:
Вместо того, чтобы вдаваться в подробности, Чхон Седжу натянул кепку на глаза, собираясь покинуть переулок, и пристально посмотрел на Хан Джонхёна. Ему всё ещё нужно было кое-что проверить, но теперь он склонялся к мысли, что Хан Джонхён не был предателем. Хотя они не были близки, сочувствие к Хан Джонхёну заставляло его надеяться, что тот не будет напрасно страдать из-за недопонимания. Чхон Седжу предупредил его.
- Иди домой. И не задерживайся здесь надолго.
- Я тебя предупредил. Хорошенько подумай о том, что находится в этом переулке. В тебе ведь есть хоть капля здравого смысла?
Услышав его холодный тон, Хан Джонхён нахмурился и замолчал. Оставив его в таком состоянии, Чхон Седжу поспешил выйти из переулка. Он услышал, как кто-то окликнул его, пытаясь остановить, но сделал вид, что не слышит, и быстро ушел.
«Не приближайся к Хан Джонхёну.»
Слова Чэ Бомджуна снова пришли ему на ум, но было уже слишком поздно. Он не мог игнорировать свою слепую симпатию.