Ломбард "Хоранг Ёндон"
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 19
Увидев вдалеке помятую иномарку, Джинук дёрнул уголком глаза и направился к Чонгуку. Сзади его сопровождали два сотрудника службы безопасности.
Чонгук, прислонившись к стене курилки с сигаретой во рту, любовался машиной Джинука. Рядом стояли подчинённые Джинука.
- Машинка, небось, недёшево обошлась? Эй, инспектор-сутенёр. На этот раз кто тебе её купил? Или ты опять дал кому-то отсосать за подарок?
Нарочно рубя фразы, Чонгук смаковал издёвку.
Из-за этого лицо Джинука окаменело. Он жестом велел службе безопасности отойти и подошёл к Чонгуку.
- Вы вообще понимаете, что сейчас натворили?
Чонгук стряхнул пепел с сигареты. Дым подобрался к самому носу Джинука.
- Ага. Лобовое, кстати, трескается на удивление охуенно.
- Немедленно принесите официальные извинения и полностью оплатите ремонт. И…
- И что, поклониться тебе в ноги? «Простите, господин начальник Ха. Я был не в себе», - так, что ли?
В конце концов Чонгук, сложив руки на шероховатом асфальте, медленно свернулся калачиком. И, склонив голову, действительно распростёрся перед Джинуком.
- Ах ты ж… Давно так не смешило. Эй, инспектор, может, для начала лицо умоешь?
- Это воспрепятствование служебной деятельности и порча имущества. Если не хочешь попасть на дисциплинарную комиссию - вставай на колени как следует.
Чонгук усмехнулся и убрал сигарету ото рта. Затем наклонился и притушил окурок об асфальт.
- Давай. Получу по роже от надзорного сутенёра. Ударь.
- …Именно из-за таких, как вы, Чонгук, и разваливается вся система. Возьмите себя в руки.
- Зато я хотя бы не шлюха. В отличие от тебя.
Челюсть Джинука напряглась. Служба безопасности и подчинённые, наблюдавшие боковым зрением, почувствовав атмосферу, начали медленно отступать, а Чонгук медленно приближался к Джинуку.
- Твоя машина хорошо царапается, и ты чертовски хорошо царапаешься, да? Оба хороши в царапании.
- Блядь. Прежде чем нести хуйню про этику, сходи умойся.
- От тебя за версту ночными цветами несёт. (밤꽃 - грубый сленг, обозначающий резкий запах спермы.)
Кончик носа Джинука покраснел. Он шагнул вперёд к Чонгуку и схватил его за воротник. Стиснув зубы, он не мог выговорить слова.
Один из сотрудников службы безопасности тихо попытался приблизиться, но остановился по жесту Джинука.
- Если ты и дальше будешь вести себя так, без всякого уважения, я пойду до конца.
Чонгук фыркнул и грубо оторвал руку Джинука, державшую его за воротник.
- Эй. Дело в том, кто останется калекой, а кто нет. Я могу пожертвовать одной рукой.
Он понял, что это не просто блеф. В глазах Чонгука не было колебаний. Нет, скорее Чонгук был тем, кто ждал.
- Словами не вышло - решил руками полезть? Ну да, вполне в духе надзорного сутенёра.
Чонгук до последнего ухмылялся, проходя мимо, и небрежно хлопнул Ха Джинука по плечу.
- Эй. Погода ведь охуенная. Хватит разъезжать на своём говновозе - пройдись пешком. начальник Ха.
Оставшийся позади Джинук с трудом выровнял дыхание. Глядя на удаляющуюся спину Чонгука - спину человека, уверенного, что он победил, он дал себе слово: ни за что больше не ввязываться в такие мелочные разборки.
В последние дни Санхон сильно вымотался из-за одного человека и, надеясь хоть немного восстановиться, впервые за долгое время принял снотворное. В задней комнате ломбарда он уснул так глубоко, что не проснулся бы, даже если бы его унесли на руках.
Вскоре завибрировал телефон. Санхон не отреагировал. Вибрация оборвалась, через несколько секунд повторилась, затем последовал ещё один пропущенный вызов. Когда наконец стало тихо, со стороны входа в ломбард донёсся посторонний звук.
Конечно, Санхон по-прежнему ничего не замечал.
Он был уверен, что всё заперто как следует, и знал: в такую глухую ночь прийти попросту некому - именно поэтому он и позволил себе снотворное. Но все меры предосторожности оказались бесполезны. Камеры наблюдения, которые Санхон устанавливал с особой тщательностью, погасли одна за другой, и следом плотно закрытая дверь ломбарда распахнулась почти без сопротивления.
- Блядь. Это что за дверь… будто без арматуры.
Дверь поддалась слишком легко, и Чонгук вошёл внутрь с недовольной гримасой, словно столкнулся с чем-то неприятным. Его задело это сильнее, чем он ожидал. Он не думал, что всё окажется настолько халтурным. Впрочем, почти сразу он нашёл себе оправдание - решил, что дело не в двери, а в нём самом. Эта мысль слегка его успокоила, и Чонгук, окинув помещение взглядом, двинулся дальше.
Время, когда любой спит. И всё же Чонгук, не заботясь об осторожности, прошёлся по ломбарду, его шаги гулко отдавались в пустом помещении. Затем он открыл холодильник и стал искать, чем бы перекусить.
Не найдя ничего съедобного, он вытащил из дальнего угла холодильника одну конфету и сунул её в рот, даже не снимая обёртку. Потом языком вытолкнул фантик и сплюнул его на пол.
- И трубку не берёт, и всё тут наглухо запер… умеешь ты заставить волноваться.
Тихие предрассветные часы. Знакомый запах коснулся кончика носа Чонгука. Он переступил с ноги на ногу и медленно двинулся вперёд.
Он со всего размаха врезался голенью в угол металлического стеллажа. Звук был такой, будто кожу разорвало.
Место удара гудело, боль накатывала волнами - резкая, пульсирующая, до холодного пота. Но даже так Чонгук грубо толкнул дверь в дальнюю комнату.
- Вау. Спит так крепко, что если кто-то похитит и отсосёт между его белоснежных бёдер, он даже не заметит?
Как и ожидалось, внутри Санхон крепко спал. Закутанный в одеяло, он выглядел как пушистый омлет. Маленькое, аккуратно свёрнутое тело - Чонгук был занят, стараясь впитать всё глазами.
Затем он без колебаний вошёл в комнату. Грязь под подошвами его ботинок отпечаталась на чистом полу комнаты. Поскольку он уже бывал здесь несколько дней назад, он действовал уверенно, без неловкости.
Над головой Санхона стояла бутылочка со снотворным. Чонгук взял её, осмотрел и цокнул языком. На его лице было выражение крайнего сожаления.
- Если не можешь заснуть, я мог бы тебя убаюкать.
- Спишь как убитый. Даже когда мне ногу чуть не разнесло - и то не дёрнулся.
Чонгук хотел видеть лицо Санхона хоть немного дольше. Поэтому он осторожно откинул одеяло и долго, не спеша смотрел на его лицо - спящее, красивое, почти святыню в этой тишине.
Такое взламывание двери и проникновение было явным преступлением. Но Чонгук уже был готов к любым наказаниям ради Санхона.
Да, по характеру он был нетерпелив, и даже если чувства, охватившие его сейчас, казались слишком стремительными, ни на одно из них он не смотрел легкомысленно. Для него это всегда было всерьёз.
Долгое время Чонгук просто молча смотрел на Санхона. Потом наклонился и поднёс губы вплотную к его маленькому уху.
- Санхон, можно мне прийти завтра?
Чонгук осторожно откинул прядь волос, прекрасно понимая, что ответа и быть не может. Тёплый, уютный запах, исходивший от Санхона, сильно расшатывал рассудок.
Ему хотелось легко коснуться губами макушки, но Чонгук вовремя остановился: ещё чуть - и этот поцелуй перестал бы быть невинным. Он трезво решил, что лучше этого не делать.
Так, больше часа, Чонгук просто смотрел на спящего Санхона. Потом оставил рядом небольшой клочок бумаги, тихо вышел из комнаты и так же спокойно покинул ломбард.
Санхон, так и не избавившись от усталости, с трудом сел и, чтобы промочить горло, сделал несколько глотков воды. Затем он заметил, что пол в комнате выглядит так, словно по нему прошлись в грязной обуви. Санхон поспешно огляделся и увидел ещё кое-что.
Чутьё сработало мгновенно. Санхон настороженно осмотрелся и тут же выскочил из комнаты, бросившись к входу. Дверь, которую он вчера точно запирал, была слегка перекошена.
Когда именно тот успел прийти и уйти, оставалось непонятно. Чонгук даже не пытался скрыть следы, и это только сильнее выводило Санхона из равновесия. Вернувшись в комнату, он взглянул на телефон и по-настоящему опешил.
На экране были пропущенные вызовы, сделанные глубокой ночью.
Санхон усилием воли отодвинул мысли о Чонгуке и решил пока вычеркнуть его из головы. Он открыл календарь в телефоне.
«У кого попросить помощи на этот раз».
Более того, в дни приближающегося цикла ему обязательно нужно было остерегаться Со Ганджо. Поскольку тот всегда поджидал его, Санхону приходилось быть в полной боевой готовности. Он решил, что в ближайшее время заглянет в магазин за нужными вещами. Впрочем, под «нужными» у него обычно понимались огнестрельное оружие и складной нож.
Едва встав, Санхон распахнул все двери в ломбарде, чтобы проветрить помещение. Затем он подмел и вытер пол, убрав землю с пола и вернув сдвинутую мебель на место.
Затем Санхон достал список должников, с которыми работал, и долго в него вчитывался. Вскоре он заметил, что владелец лавки, господин Пак, который в последнее время на игорных притонах увеличивал ставки и регулярно снимал куш, уже с позапрошлого месяца не платил ни основной долг, ни проценты. Проверив даты, Санхон понял, что завтра как раз истекают ровно шесть месяцев.
- Набираемый вами номер не существует. Пожалуйста, проверьте и наберите снова.
- …Ха. Вот же, реально достал.
Пак не просто заблокировал его номер - он ещё и сменил телефон. Осознав это, Санхон с досадой выдохнул. Для начала он достал из холодильника связку бананов, очистил один и, жуя, принялся спокойно выстраивать план на день.
Сначала он отправится в логово игроков и найдёт господина Пака. Потом попробует ещё раз поговорить по-хорошему и забрать и основной долг, и проценты. Приняв решение, Санхон собрался, повесил на входе табличку «Временно закрыто» и вышел из ломбарда.
В последнее время это было самое прибыльное казино в Хоранг Ёндоне. Было раннее утро, но здесь не было разделения на день и ночь. Санхон ещё не успел войти, а снаружи уже чувствовалась суета и шум.
Он осторожно потянул входную дверь и шагнул внутрь, окинув взглядом въевшийся табачный смрад и разбросанный по полу мусор вперемешку с какой-то грязью.
Внутри шумно гудели игровые автоматы, а с одной стороны доносились звуки игр, где люди сидели и играли один на один в покер с машинами.
Хозяин этого места – «Пак Каншик», промышлявший тем, что бессрочно одалживал деньги жалким игроманам и наживался на них, заметив Санхона, радостно махнул рукой.
Его ладонь уже успела лечь Санхону на талию.
- Ну надо же. Санхон, ты чего в такой час не на работе?
- А-а. Пришёл за долгом, который тебе не вернули?
К удивлению, с самого утра хозяин заведения был на редкость сговорчив и без лишних споров отступил в сторону. Прежде чем пропустить Санхона дальше, он ещё раз настойчиво предупредил:
- Ты только сильно тут не буянь. Мне работать надо.
- Ха-а, блядь. Даже не сказал, что вообще не собираешься.
Помахав рукой Санхону, чтобы тот шёл работать, парень сел и продолжил смотреть телевизор. Заодно он жестами дал понять своим людям, рассредоточенным по залу, чтобы Санхона не трогали. Сам Санхон сосредоточился только на поисках, стараясь по максимуму не мешать работе заведения.
Пройдя мимо зоны без членства и углубившись дальше, он наконец оказался в секторе для постоянных клиентов.
Внутреннее пространство, наполненное туманным сигаретным дымом, напоминавшим лисью нору, открылось перед Санхоном. В табачном смоге тонули фигуры людей, насквозь пропитанных алкоголем и уже не способных толком управлять собственным телом. Но даже в таком состоянии они не отрывались от игры.
Именно среди них Санхон и заметил затылок господина Пака.
Господин Пак сидел за длинным столом, беседуя с людьми. Затем один из них указал на него и закричал:
- Да, «кхвабэги», что ли? Сегодня его вообще разнесло в ноль. (прим. «Кхвабэги» - это слово, используемое в азартных играх для насмешек над человеком, который только теряет деньги.)
Услышав это, господина Пака охватила ярость. Он хотел перевернуть стол прямо сейчас, но окружающие лишь насмешливо переглядывались, явно не принимая его всерьёз.
Тот, кто за день ни разу не выигрывал, мгновенно превращался в добычу для остальных. В этот момент Санхон медленно подошёл к Паку и без лишних церемоний слегка хлопнул его по плечу, давая о себе знать. Но Пак лишь ещё сильнее ссутулился, не оборачиваясь и опустив голову.
Санхон снова сильно похлопал его по плечу. Казалось, в приступе гнева чужая рука окончательно вывела Пака из себя, и он с раздражённым выражением повернул голову.
- Господин Пак. Давно не виделись.
Пак вскочил так резко, будто перед ним явился призрак, и прижался спиной к стене. Он заметался взглядом, явно прикидывая пути отхода, но Санхон шагнул вперёд, перекрывая дорогу.
- Мы же с вами договаривались.
- О том, что вы вовремя вернёте и основной долг, и проценты. Я дал вам деньги, потому что доверял. И что теперь?
Санхон, не услышав ответа, внимательно посмотрел на него, слегка наклонил голову и поднял брови. Он говорил тихо, почти мягко, и от этого Паку было ещё тяжелее отвести взгляд.
Окружающие с интересом смотрели на них по очереди.
- Заткнись! Я ничего такого не обещал, так что убирайся отсюда!
- Вы даже номер сменили… Не заставляйте меня расстраиваться.
Господин Пак схватил соседний стул и швырнул его в Санхона. Но Санхон легко уклонился и со вздохом безжалостно пнул господина Пака в бок.
Колени господина Пака сами подкосились.
- Ой, простите. Не рассчитал силу.
Схватившись за бок, Пак рухнул на пол и задышал рваными, сиплыми вдохами. Лицо его стремительно наливалось красным, будто он вот-вот потеряет сознание. Не упуская момент, Санхон присел, согнув колени, и поймал его взгляд.
- Вы говорите, что никакого обещания не было. Но вот договор. Он у меня.
- …Гкх… Са, Санхон… П-пожалуйста… один раз…!
- Я ведь всё заранее объяснил. Очень подробно.
Санхон провёл ладонью по его лицу. Рука, испещрённая шрамами, двигалась спокойно и почти благоговейно. Наблюдавший издалека Пак Каншик не смог сдержать восхищённого смешка.
- Чёрт, серьёзно. Каждый раз, как его вижу, хочется под себя забрать.
- Босс, если по технике судить, это тебе бы под него лечь.
- Блядь, ты что, сейчас говоришь, чтобы меня прижали!
Пак Канник на мгновение разозлился на бессмысленные слова своего сотрудника, но вскоре снова перевёл взгляд на Санхона.
Похоже, одного удара хватило, чтобы мозги встали на место. Перепугавшись, Пак так и остался на коленях, судорожно потирая ладони и заискивающе кланяясь.
- П-просто дайте мне ещё немного времени! Пожалуйста…!
Несмотря на жалобное выражение лица, в его голосе не было искренности.
- Я правда собирался вернуть! Но мне же нужно на что-то держать бизнес! Если сейчас отдам проценты, лавку придётся закрывать!
- …Санхон, давай без этого. Давай по-человечески, с холодной головой! Я правда отдам. Я же говорю, отдам!
Слова били по ушам, но доверие было утрачено уже давно.
Сколько бы тот ни умолял, Санхону было попросту скучно. И всё же, чувствуя неловкость за то, что устроил шум в чужом заведении, он решил проявить последнюю милость.
- До конца недели. Если не переступите порог моего ломбарда, я начну с вашей вывески.
- И не вздумайте бежать. Я всё равно заберу своё. Любым способом.
- Естественно! У меня есть намерение расплатиться!
Санхон с жалостью смотрел на господина Пака, который так и не сумел понять разницу.
На самом деле, несмотря на сегодняшние низкие результаты, господин Пак в последнее время хвастался, что у него хорошая полоса. Более того, ещё совсем недавно на его запястьях и пальцах поблёскивали золотые украшения, которые при прежнем достатке он не смог бы себе позволить. Значит, либо он мухлевал со ставками, либо нашёл богатого покровителя. Одно из двух.
- Кольцо, которое вы оставили у меня в ломбарде, я заберу.
- Вы первым нарушили договор. Я просто действую по правилам.
- Н-нет! Нельзя! Это же обручальное… нет, детское! Кольцо на первый день рождения моего ребёнка!
«Если он так беспокоится, зачем он вообще его отдавал?» - мысленно ворчал Санхон, поворачиваясь к господину Паку спиной.
То, что раньше он часто спускал Паку с рук, тот принял за слабость и начал вести себя беспечно. Это раздражало настолько, что вызывало почти злость. Благодаря этому Санхон окончательно решил: при любом раскладе деньги с Пака он заберёт.
Он шёл сквозь вязкий, тяжёлый воздух игорного зала, равнодушно раздвигая толпу. Дешёвый освежитель, призванный перебить запах дыма и перегара, бил в нос, и без того не слишком чувствительный. Санхон прошёл под перегоревшей люминесцентной лампой, миновал почерневшие от копоти стены и уже собирался выйти, когда краем глаза заметил один из столов, затянутый дымом. И - чью-то спину.
Широкие плечи, мощная спина и неожиданно узкая талия. Рядом - пустая бутылка из-под алкоголя. Взгляд Санхона невольно задержался.
При виде этого шаг Санхона слегка замедлился.
Он произнёс это почти неслышно, скорее для себя. Глаза сузились, взгляд скользнул по шее мужчины, словно на ощупь.
Прошло всего несколько секунд, и эта спина спокойно скрылась за дверью вглубь зала.
Задняя комната. Место для крупных ставок.
Санхон усмехнулся, ощущая странную пустоту.
У Чонгука не было ни времени, ни причин находиться здесь.
Пробормотав это, будто отгоняя наваждение, Санхон вышел из игорного зала.
Как только Санхон ушёл, раскрылась личность мужчины, которого считали вошедшим в заднюю комнату.
- Эй, мужик. Что ты там делаешь?
Чонгук медленно поднял взгляд на мужчину. Потом так же неторопливо приподнял один уголок губ. Улыбки в глазах не было - смеялись только губы. Выражение выходило странным, почти пугающим, но лицо Чонгука легко сглаживало это впечатление.
- А, Санхон. Красивый, да? Лицо такое, что людей с толку сбивает.
- Хихи. Но не слишком увлекайся его красотой. Этот Ён Санхон красивый, да ещё и омега, как ты думаешь, он до сих пор может спокойно ходить по этому ёбаному району?
- Наверное, потому, что он чертовски красивый.
- Он говорит мягко, но у него ёбаный характер. Ёбаный!
Один из мужиков в компании, видимо решив, что между ними возникло некое доверие, принялся охотно пояснять дальше. Чонгук молча слушал, скрестив руки на груди.
Так он узнал, когда Санхон появился в этом районе, чем зарабатывает, и даже то, как он переживает циклы - о чём раньше не имел ни малейшего представления.
- Говорю же. Характер стальной. И платит, между прочим, щедро. За одну ночь — десятки, а то и сотни.
- Вот поэтому местные и сидят, глаза выпучив, только этого дня и ждут.
Чонгук кивнул на слова мужчины и язвительно усмехнулся.
- Ну и что, дядя… Ты с Санхоном-то трахался?
И шаг за шагом, приближаясь к мужчине, лицо Чонгука странно оживилось.
Мужчина, вынужденный задирать голову, когда Чонгук оказался совсем рядом, заметно занервничал и попытался отшутиться. Но под настойчивым напором в конце концов сдался и, словно махнув на всё рукой, ответил:
- Нет. Я - нет… Там, за покерными столами, найдутся такие, кто пробовал!
Казалось бы, ответа вполне достаточно, но Чонгук сделал ещё один шаг вперёд. Дистанция стала откровенно давящей.
- …Говорю же, Санхон не из простых. Я тебе сказал: с виду тихий, а на деле - ростовщик. Настоящий, блядь, ростовщик.
- Вот именно! Так что ты, брат, тоже к нему за деньгами не суйся. Говорят… кто не возвращает - пропадает. Без шума, без следа.
Мужик, поглядывая на Чонгука, всё равно вываливал всё, что знал. Чонгук молча переварил услышанное и только потом заговорил:
Даже стоявшие рядом притихли и уставились на Чонгука с откровенным шоком. А он, словно находя это забавным, небрежно скрестил руки и слегка приподнял бровь.
- Значит, те, кто не вернул, все умерли?
- …Точно не скажу. Но нескольких, кто тянул до последнего… просто не стало. В один день.
- А тех, кто после предупреждения платил, вроде как отпускали. Если соглашались уехать из района.
- …Тогда, получается, выгоднее не возвращать.
- Да так. В любом случае, было интересно. В следующий раз ещё расскажешь.
- Ага. Просто постоянно проигрываю, неинтересно.
Когда Чонгук, которого приняли за лоха, встал, взгляды парней изменились, словно им было жаль.
Чонгук, услышав новые истории о Санхоне, был в странно приподнятом настроении. Выйдя из «Золотой иллюзии», он проверил огромную кучу пропущенных вызовов и сразу же набрал номер.
- Эй, ублюдок. Ты вообще собираешься взяться за ум? У тебя сегодня важное де…
Связь оборвалась резко. Чхонджун пробормотал что-то про наглого сопляка, а Чонгук, будто ему было лень даже слушать, дважды легко ткнул указательным пальцем по корпусу наушника и неспешно двинулся дальше.
Мысли его были заняты только одним - Санхоном.