Ломбард "Хоранг Ёндон"
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 34
- Ты уверен, что он именно сбежал? Не мог сам где-то облажаться?
- Я лично все проверил. По тому, как он обрубил концы, - это точно побег.
Однако на лице Чонджуна по-прежнему читалось крайнее недоверие.
- Да что у вас за рожа такая? Прямо глазёнки выколоть хочется.
- Эй. Может, он просто уехал в отпуск на пару дней?
- А как же почта, накопившаяся перед дверью?
- Может, он взял долгий отпуск.
- Что за чёрт? Почему мне так хреново?
Вскочив с места, Чонгук в одно мгновение схватил Чхонджуна за грудки.
- А ты случайно не сутенёр нашего мальчика?
- Ты что, с ума сошёл! Какого хрена ты ведёшь себя как ревнивый муж!?
Чхонджун резко дёрнулся и ударил по руке Чхонгука, сжимавшей его воротник. Похоже, Чонгук осознал что-то важное из его слов и начал заворожённо бормотать, что вызвало у Чхонджуна мурашки по коже.
- Хаа… Дорогой… Куда же ты всё-таки делся…
Человеком, на которого следовало немедленно надеть наручники, был вовсе не Санхон, а сам Чонгук. Его бред зашел так далеко, что Чонджуну стало жаль тратить силы даже на гнев. Опасаясь, что тот и правда совершит нечто, о чем потом пожалеет, Чонджун поспешно перехватил запястье Чонгука.
- Ты пытаешься меня остановить?
- Если ты сейчас объявишь его в розыск, это будет злоупотребление властью, и тебя привлекут к ответственности.
- Это не розыск, а заявление о пропаже. Я же говорю, наш мальчик исчез.
- Это одно и то же, придурок. Или у тебя уже пелена с глаз упала? Я так и знал. Недавно ещё нёс чушь про любовь, готов был всё на свете для него сделать, а теперь? Тебе вообще нельзя влюбляться. Ты что, собираешься крутить романы, как будто это одноразовый мусор?
Чхонджун, не переводя дыхания, обрушился на Чонгука с упрёками, на что тот лишь усмехнулся.
- Что? Ты... ты что, серьезно его любишь? Любишь Ён Санхона?
- А ты думал, чем я тут до сих пор занимался?
- Я думал, у тебя, как обычно, очередной приступ безумия.
Чхонджун надеялся, что это шутка, но, увидев, как полыхнул взгляд Чонгука, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Значит, всё серьезно… Но верилось в это до сих пор с трудом.
- И всё же твой метод не годится. Ты ведь сам сказал, что хочешь защитить его.
- Действуй неофициально. Тихо, не привлекая внимания. Понял?
Чонгук промолчал, так и не дав прямого ответа. В каждом его движении, в самой позе сквозила яростная жажда обладания. Он вихрем вылетел из кабинета, оставив Чонджуна одного. Глядя на закрывшуюся дверь, тот лишь тяжело вздохнул.
В обычной ситуации он ни за что не должен был останавливать Чонгука. Но сейчас он не мог поступить иначе.
Это был момент, когда он вновь остро осознал, насколько сильна бывает старая дружба.
Слова Чонгука, словно ушат ледяной воды, мгновенно выстудили воздух в помещении. Сухо, как раз собиравшийся откусить кусок булки, нахмурился и воззрился на командира.
- А? Неужели на этот раз вы его прикончили?
- Я же только что сказал: упустил.
- Ну так и я об этом. Что вы натворили на этот раз, раз он аж сбежал?
Сухо цокнул языком. Весь его тон так и сквозил намеком: «Виноват, как всегда, босс». Чонгук же сидел за столом, скрестив руки на груди, и с мрачным видом сверлил взглядом пол.
Как он ни старался, он не мог найти причину для побега.
Разве он не был с ним ласков? Неужели Санхону этого мало? Неужели его искренность совсем не дошла до адресата? Значит, все те слова о том, что он не сбежит, были чистой ложью.
Хотя, с другой стороны, кто станет доверять и открывать душу тому, кто пытался тебя убить?
Погрязнув в сомнениях, Чонгук в конце концов выдавил сквозь зубы:
- Надо было сразу подать заявление о регистрации брака.
- …Вы будете официально объявлять розыск? Или сначала запросим содействие?
Удивительно, но реакция Сухо мало чем отличалась от мыслей его командира. Чонгук резко вскинул голову и отрезал:
- Сдурел? Если пустить по официальным каналам, нашему Санхону конец, сам не понимаешь?
- Действуем неофициально. Ищите его местоположение. Живо.
Сухо не стал спорить и молча сел на свое место. Остальные члены команды тоже подтянулись к компьютерам, погружаясь в изучение данных.
- И всё же, босс. Санхон даже не зарегистрирован в базе как объект захвата. От руководства не поступало никаких предписаний.
- Я твое руководство. Заткнись и делай, что велено.
- Есть. Но если позже у верхов возникнут вопросы - вы нас кормить будете?
В ответ на реплику Сухо Чонгук лишь презрительно усмехнулся. Он продемонстрировал средний палец и швырнул на стол несколько фотографий, запечатлевших последние передвижения Санхона.
- Это последнее, где он засветился. Потом он ходил только по слепым зонам, так что дальше не знаю.
- Наверное, и машину сменил. Похоже, он целенаправленно сбегал.
- Сузьте район поиска. Даю тридцать минут.
- Проявите милосердие, босс, времени в обрез.
- Вы вовремя получаете зарплату, которую я обеспечиваю своими показателями. Так что за работу, никчемные альфы.
В обычное время это прозвучало бы как шутка, но сейчас тон был слишком твёрдым. Глаза Чонгука не смеялись.
Сухо молча опустил взгляд и принялся изучать фотографии, восстанавливая маршрут. Увидев, что след действительно обрывается в никуда, он коротко выдохнул.
- Если он ударился в бега, то телефон и прочее наверняка бесполезно отслеживать. И что вы планируете делать?
- Думаешь, я ничего не нарою, если хорошенько прижму?
- Честно говоря, такого человека не поймать, просто сидя за монитором.
Услышав этот трезвый совет, Чонгук на мгновение задумался, а затем резко вскочил и пулей вылетел из кабинета.
Небо заволокло тучами, совсем нехарактерными для начала лета, и Чонгук неподвижно замер в самом центре пересечения дорог.
Его куртка пропиталась пылью и потом, а черные перчатки, зажатые в кулаках, казались изрядно потрепанными. Не обращая внимания на липкий, душный воздух, он пристально вглядывался в дорогу, а затем резко вскинул голову.
На четырёх направлениях перекрёстка, указывающих стороны света, названия были аккуратно выведены белыми буквами на зелёном фоне.
[Каун-дон / Ёнхва-дон / Хао-гиль / Хао-джунно]
- И куда же ты пошёл? - пробормотал он охрипшим, низким голосом.
Не отрывая взгляда от знаков, Чонгук пару раз нетерпеливо постучал по наушнику.
На том конце был Сухо. Будь Чонгук в обычном расположении духа, он бы наверняка сорвался на подчиненного за его сухой тон, но сейчас ему было не до этого.
- Еще раз: где его видели в последний раз?
- Перед рестораном «Хоранг», около полудня. Дальше - слепая зона.
Чонгук медленно повернулся вокруг своей оси, прищурившись. Он внимательно изучал каждое направление, пока его взгляд не замер на указателе «Хао-гиль». Что-то заставило его задержаться на нем дольше остальных.
Эта улица вела к кварталам с частными домами для среднего класса, а за ними раскинулись тихие холмы. Внутри Чонгука шевельнулось какое-то смутное, едва уловимое предчувствие. Оно казалось знакомым, но он никак не мог вспомнить, почему.
- Эй, с чем граничит Хао-гиль в самом конце?
- Если ехать по этой дороге до самого конца, упретесь в промзону. Там есть и оживленные кварталы, но… ах да, еще через полтора часа езды будет кое-что еще.
Следующая фраза Сухо в мгновение ока разбила все сомнения Чонгука.
- Кстати, босс, вы ведь сами недавно там были, разве нет?
Призрачный образ, который Чонгук до этого считал лишь наваждением, вспыхнул в памяти с пугающей отчетливостью. Лица было не разглядеть, но он ясно вспомнил эти испуганно приоткрытые губы и дрогнувший взгляд, направленный на него.
Он списал всё на галлюцинации - побочный эффект от пластырей, спутавший его чувства.
- …Значит, это и правда был ты.
В груди тупо заныло. Стоило лишь воскресить в памяти это лицо, как дыхание перехватило.
На той парковке, когда он в одиночку прижал «Хыкчон», тот пристальный взгляд был слишком реальным. И человек, растворившийся в тени в мгновение ока, - это был Санхон.
Осознание того, что он упустил его, имея перед самым носом, больно ударило по самолюбию. Чонгук был в ярости на самого себя.
Как он мог проигнорировать собственное чутье? От мысли, что такая оплошность могла дать Санхону повод для разочарования, он окончательно пришел в себя, а его разум стал предельно ясным.
А Санхон, даже не догадываясь о его усилиях, так хладнокровно пустился в бега. Сбежал от того, кто знал его истинную сущность и понимал его как никто другой.
Чонгук глубоко вздохнул и, до боли закусив губу, поднял взгляд.
- Блядь… Значит, это и правда был он.
От одной мысли, что всё это не было плодом воображения, его захлестнула такая дикая радость, будто ему в последний момент насильно продлили жизнь.
Бормоча это под нос, Чонгук размашистым шагом направился к машине и запрыгнул в салон. В висках пульсировало, мышцы лица застыли в напряжении. Он даже почувствовал некое подобие благодарности к ублюдкам из «Хыкчон» - если бы не они, он мог бы никогда этого не узнать.
- Вы едете в Онге-дон? Есть какие-то зацепки? - раздался голос Сухо.
- Да от одного названия «Онге-дон» за версту несет феромонами Санхона. Разве сам не чувствуешь?
- Чутье мне подсказывает - он сто процентов там.
«Да твоё чутье, похоже, совсем отказало…» - подумал Сухо, но, решив не озвучивать это, подал знак остальным членам команды выдвигаться на перехват. Пока они ехали к месту, связь не прерывалась.
- Но у Санхона отличная интуиция. Внезапно накрыть его будет непросто.
- Будем затягивать петлю медленно. Если загнать его в угол, он сам начнет дергаться.
- Звучит проще, чем будет на деле.
- Представь, как он там дрожит от страха. Наверняка думает, что идеально замел следы, а? Блядь, меня заводит от одной мысли об этом.
- Слышь, ты че, тоже себе это представил? Глаза выколю, нахер.
Сухо предпочел промолчать. Оставив попытки вразумить командира, он сосредоточился на дороге, попутно приглядывая, нет ли за ними хвоста из штабных ищеек.
Две крохотные ладошки крепко сжимали руки Санхона. Раннее утро в Онге-доне было тихим и ясным. Они переехали совсем недавно, поэтому и улицы, и дома казались чужими, но топот детских ножек и звонкий смех остались прежними.
- Чем будете сегодня в садике заниматься?
- Будем делать арбузный пунш! - радостно воскликнул один.
- А я не люблю арбуз! - тут же отозвался второй.
- Ну уж нет! Я сам весь арбуз съем!
От этой пустяковой перепалки на душе стало светлее, и Санхон невольно улыбнулся. Пожалуй, это были самые мирные мгновения за последнее время. Солнце приятно пригревало, а дети, которые за ночь будто подросли на целую ладонь, так и манили погладить их по макушкам.
- Значит, папа теперь тоже будет всё время дома?
Встретившись с этими сияющими глазами, Санхон вдруг осознал, что дети, которых он считал вполне довольными, на самом деле всё это время отчаянно нуждались в его присутствии. От охватившего его чувства вины он крепко сжал губы.
- Ведите себя хорошо и не ссорьтесь с ребятами. Договорились?
- Скорее бы уже начать играть!
Малыши поправляли лямки рюкзаков и наперебой тараторили, стараясь перекричать друг друга. В этом было столько привычного тепла, что в этой безмятежности Санхон на мгновение позволил себе окончательно расслабиться.
Но это спокойствие длилось недолго. Вдруг в груди кольнуло, и по кончику носа скользнул аромат. Этот шлейф, сильно ударивший по затылку, был пугающе знаком.
Санхон неосознанно замер. Это нельзя было списать на обычный запах - ощущение было слишком отчетливым и ясным.
Санхон сильнее сжал ладошки детей и глубоко вдохнул. Он прищурился, пытаясь сосредоточиться, и вскоре осознал: это были феромоны.
У него было притупленное обоняние, но существовал лишь один человек, чьи феромоны он помнил так отчетливо.
В голове у Санхона всё пошло кругом. Он твердил себе, что это невозможно, но каждая клетка тела чутко отозвалась, подавая сигнал тревоги.
В голову полезли всякие мрачные мысли, но больше всего он беспокоился о двух детях, которые крепко держали его за руки.
Санхон быстро отпустил руки детей, достал из кармана телефон и позвонил Хигану.
- …Что случилось? - Хиган по одному только голосу понял, что произошло нечто серьезное.
Хиган, по одному только голосу понявший, что произошло что-то серьёзное, отнёсся к этому с тревогой.
- Приезжай немедленно. Забери детей и отведи их в садик вместо меня.
Хиган не стал тратить время на расспросы и тут же сбросил вызов. Санхон, прежде чем дети успели что-то заподозрить, присел перед ними на корточки, чтобы быть на одном уровне с их глазами.
- У папы появились кое-какие дела… Скоро придёт дядя Хиган. Когда подъедет автобус, поздоровайтесь с воспитательницей и садитесь в автобус. Поняли?
- Когда вернёшься, принеси мармеладок!
Могли бы и покапризничать, но дети всегда отвечали бодрее него самого, говоря «всё в порядке», и ему стало стыдно. Но меньше всего он хотел, чтобы пострадали дети. Вскоре он увидел бегущего издалека Хигана.
- Давай проваливай быстрее, - бросил Хиган.
Ему не нужны были объяснения - он и так обо всем догадался. Подхватив близнецов под мышки, Хиган нарочито бодрым шагом направился в сторону остановки.
Санхон, наблюдавший за этим, погладил тыльную сторону ладони и тут же развернулся, быстро исчезнув в переулке. Сам того не замечая, он начал задыхаться. Он чувствовал даже на расстоянии, что за ним следит не только Чонгук, но и кто-то ещё.
Этот уникальный, давящий, с горьковатым оттенком феромон сейчас медленно, но верно окутывал его со всех сторон. К счастью, эти типы не видели детей.
В итоге Санхон выбрал направление, где запах был сильнее, - переулок. Это было место, где жилой массив и парковка пересекались, и обзор был относительно открытым. Но как только он ступил в переулок, его охватило странное чувство, словно спёртый воздух облепил тело, и он интуитивно понял, что его окружили.
В следующее мгновение он почувствовал, как кто-то сзади резко и крепко обхватил его, и Санхон не мог пошевелиться. Чонгук, чмокнув его в затылок, тут же схватил Санхона за подбородок, запрокидывая ему голову.
- Нашёл нашего сбежавшего мальчика.
Холод, зародившийся где-то в кончиках пальцев, сковал всё тело. Медленно моргая, Санхон встретился взглядом с Чонгуком и буквально оцепенел.
Как он мог оказаться здесь именно в этот момент?..
Прежде чем это минутное замешательство успело пройти, раздался резкий металлический щелчок, и запястья обдало холодом. Наручники.
Санхон, словно марионетка, опустил голову и уставился на свои руки. Его зрачки медленно расширились, будто он только сейчас осознал реальность происходящего.
- Санхон-а. Тебе ли об этом не знать.
Санхон не понимал, как Чонгук нашел это место и почему первым же делом надел на него наручники. Это выбивало почву из-под ног. Значит, обещание не убивать было наглой ложью.
Впрочем, он ничего и не ждал, так что и разочаровываться было не в чем. Чего еще ждать от Отдела?
- Никогда бы не подумал, что ты меня предашь.
Сдерживая ярость из последних сил, Чонкук больше не проронил ни слова. Он мертвой хваткой вцепился в плечо Санхона и заставил его развернуться. В то же мгновение прозвучало:
Короткий и четкий приказ Чонкука привел Сухо и остальных членов команды в движение. Они действовали как единый механизм. Тело Санхона подалось вперед, и его грубо заставили опуститься на колени. Даже в этот момент он продолжал отрешенно смотреть в пустоту.
Он мог понять, почему его схватили. Но слова Чонгука были непонятны. Не успел он и глазом моргнуть, черная плотная ткань лишила его и зрения, и возможности говорить - ему одновременно завязали глаза и заткнули рот.
Дыхание перехватило, чувство ориентации в пространстве окончательно рассыпалось в прах.
Ни причины, ни объяснений. Всё это было слишком внезапно и нереально.
Санхон всё еще пребывал в оцепенении, его разум просто не поспевал за событиями. Его, уже полностью связанного, подняли как вещь и куда-то понесли.
Чьи-то руки давили на плечи, кто-то другой тащил его, схватив за локоть.
Вдобавок ко всему, тяжелые феромоны Чонкука, просачивающиеся сквозь воздух, вызывали тошнотворное головокружение. Сам же Чонкук молча следовал за удаляющейся спиной Санхона. В какой-то момент, заметив нечто, что ему не понравилось, он рявкнул своим людям:
- Если на нем хоть один синяк появится - придушу на месте.
Никто не воспринял эти слова как шутку. Лицо Чонкука оставалось непроницаемым, но было ясно: внутри него бушует неистовое пламя.
Было ли это яростью, жаждой обладания или чувством вины, в тот момент никто не мог разобрать. Сухо, наблюдая за этой сценой, лишь пробормотал себе под нос, что чутье командира, похоже, всё еще при нем.
Тяжелая дверь с едва заметной эмблемой Отдела медленно отворилась.
Санхона, с глазами и ртом, закрытыми чёрной тканью, осторожно втащили на заднее сиденье. На запястьях всё ещё были наручники.
Чонгук молчал. Жестом он приказал подчиненным отступить. Те, повинуясь одному лишь взгляду, беспрекословно отошли. Как только дверь захлопнулась, в салоне воцарилась гнетущая тишина.
Он достал сигарету, но тут же с силой переломил ее и швырнул на приборную панель.
Он не смотрел на Санхона. Точнее, не мог заставить себя это сделать. Но, не в силах сдержать жгучее любопытство, всё же спросил:
- Я был настолько не заслуживающим доверия?
Его голос звучал низко и спокойно, но клокочущие внутри эмоции скрыть не удалось.
Санхон не шевелился. Чонгук сглотнул ругательство. Связанный и лежащий, он даже в таком положении вызывал в нём похоть до помутнения рассудка.
Предательское тело отозвалось мгновенно - кровь прилила к паху. В такие моменты он казался себе не более чем похотливым зверем. Сквозь приоткрытые из-за кляпа губы Санхона стекала тонкая струйка прозрачной слюны.
Словно заворожённый, Чонгук протянул руку и большим пальцем провёл по губам Санхона. Палец тут же намок. Санхон, чьи глаза все еще были скрыты повязкой, не понимал, что происходит. Не отрывая взгляда от беззащитного пленника, Чонгук слизнул сладкую влагу со своего пальца.
От мысли, что это зрелище мог увидеть кто-то другой, затылок обдало жаром. С какой стати он должен позволять кому-то любоваться этим? Тем, как Санхон беспомощно лежит и тяжело дышит? Неужели он думает, что другие ублюдки просто прошли бы мимо?
Чонгук мысленно похвалил себя, решив, что только он один обладает достаточным самообладанием, чтобы сдерживаться в такой ситуации.
На мгновение он замер, глядя на покорно связанное тело Санхона. Затем медленно, почти осторожно, начал развязывать черную ткань на его глазах.
Когда кончики пальцев, распутывающие узел, коснулись виска Санхона, в груди у Чонгука на миг сладостно екнуло. Как только повязка упала, плотно сомкнутые веки Санхона медленно дрогнули и приоткрылись.
Взгляд, отражающий скудный свет, вонзился точно в лицо Чонгука. Под длинными ресницами, в медленно моргающих глазах, застыло смятение. В этот момент, когда непонимание ситуации смешивалось с бушующими чувствами, Санхон совершенно не знал, что делать с этим хаосом внутри.
Рука Чонгука зависла в воздухе. Санхон смотрел на него так пристально и прямо, что он на мгновение потерял дар речи.
- Чего ты так мило на меня смотришь, будто что-то хорошее сделал?
Санхон не мог ответить. Кляп все еще был во рту, поэтому он спрашивал только глазами:
«Что, черт возьми, ты творишь?»
Их дыхание смешалось. Тесное пространство, критическая близость. Дистанция была настолько натянутой, что стоило лишь чуть податься вперед - и их губы соприкоснулись бы.