История преднамеренной любви
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 8. Глава 3
- С новосельем, студент! Пусть на новом месте приснятся только добрые сны. Если что понадобится - звони.
- Да, огромное вам спасибо. До свидания.
Как только риелтор вышел и дверь за ним закрылась, Ин Соп глубоко, прерывисто выдохнул. Только сейчас, стоя посреди чужого, пустого пространства, он по-настоящему осознал случившееся.
После того как Ли У Ён вышел из комнаты ожидания, он долго плакал. Проплакав до головной боли, он пришёл к выводу, что должен сам поставить точку.
Если подумать, знаков было предостаточно. Просто он изо всех сил старался их не замечать.
То, как Ли У Ён отрицал встречи с Чхве Ёнсо; его ложь о внезапно появившихся съемках; тот ледяной тон, которым он отчитал Ин Сопа за оплошность перед актрисой; поспешный переезд в район, где живет она... И, прежде всего, его холодный взгляд и ставшие в последнее время колючими слова - всё это вело к одному финалу.
Ин Соп думал, что Ли У Ён просто злится, но дело было в другом. Его чувства просто остыли. Похожий на прекрасный сон роман закончился, и наступила суровая реальность.
В чёрных глазах Ин Сопа застыла тоска.
- Всё правильно. Так лучше, - прошептал он себе под нос.
«Поговорим, когда я вернусь. Мне и самому нужно кое-что тебе сказать».
В памяти всплыли последние слова, брошенные Ли У Ёном перед уходом. Ин Соп не хотел заставлять его играть роль «злодея», который объявляет о разрыве.
Ему следовало бы дождаться, лично вручить конверт, извиниться и закончить всё красиво, но он не смог. Точнее - не посмел. Прямо сейчас у него не хватило бы сил посмотреть Ли У Ёну в глаза и вести себя по-взрослому спокойно и отстраненно.
В конце концов, он отдал конверт Ким Кану, взял чемодан и вышел. Просидев ещё долго на автобусной остановке, он понял: ему некуда идти.
Звонок риелтору был импульсивным поступком. О встрече договорились на удивление быстро. Как и говорил агент, хозяин дома оказался человеком со странностями, но совсем не придирчивым. Стоило ему увидеть лицо Ин Сопа, как он кивнул и велел составлять договор. Тот факт, что из документов у жильца была только копия паспорта, его ничуть не смутил.
Ин Соп позвонил в службу переезда, и на вопрос, когда можно забрать вещи, ему ответили: «Хоть сегодня». Как и тогда, когда его выставили из дома, всё - от договора до самого переезда, прошло молниеносно.
Ин Соп оглядел квартиру, заставленную коробками. Это было хорошее, чистое жилье. Хозяин сказал, что пока аренда оплачивается вовремя, Ин Соп может оставаться здесь сколько угодно и съехать, когда пожелает. Он нашел именно то, что так долго искал, но радости не было и в помине. Ведь это место должно было стать лишь отправной точкой для завершения его жизни в Корее.
«Что я скажу родителям? Как быть с учебой? Нужно подготовиться к перевозке Джона в Америку, а я еще даже не отплатил за доброту Юн А Рым, её семье и менеджеру Ча...»
Слезы снова подступили к глазам. Ин Соп поспешно смахнул их и снял пиджак.
Когда на душе тяжело, лучшее средство - занять руки делом. Он распахнул окна и принялся за уборку. Спустя два часа он взялся за первую попавшуюся коробку.
Ин Соп лишился дара речи. Из всех коробок он умудрился вскрыть именно ту, где хранились материалы, связанные с Ли У Ёном. Журналы с его интервью, брошюры к фильмам, постеры, DVD-диски... Всё было заполнено Ли У Ёном.
Распаковав следующую коробку, Ин Соп с облегчением обнаружил кухонную утварь. Он переставил её к раковине и принялся расставлять вещи по местам. Складывая кастрюли в шкаф по размеру, он вдруг замер, наткнувшись на тяжелую чугунную сковороду.
Эту сковороду Ли У Ён притащил совершенно внезапно. Когда Ин Соп в недоумении спросил, зачем она нужна, тот ответил со своей фирменной ослепительной улыбкой, достойной рекламы зубной пасты:
«Если заберется вор, огрей его этой штукой. Проломит любой череп. Хочешь потренироваться?»
Ин Соп тогда в ужасе замахал руками. В итоге сковородой так ни разу и не воспользовались. Он задумчиво посмотрел на нее и просто оставил на столешнице. Когда со дна коробки показалась посуда, которой обычно пользовался Ли У Ён, Ин Соп резко выпрямился.
«Сначала разберусь с одеждой».
Найти коробку с одеждой было легко. Он открыл самую большую коробку. Там была зимняя одежда. Ин Соп на мгновение засомневался: стоит ли вытаскивать всё, если он не знает, как скоро покинет это место? Но, немного помедлив, он всё же начал развешивать вещи на плечики. Даже если придется делать двойную работу, лучше, чтобы сейчас всё было в порядке.
Пока он развешивал пальто, что-то мягкое соскользнуло на пол. Это был черный кашемировый шарф. Ин Соп поднял его.
В ту зиму снега выпало непривычно много. Как-то раз, когда они возвращались после ночного сеанса в кино, у машины пробило колесо, и пришлось вызывать эвакуатор. Из-за внезапного бурана такси было не поймать, так что им пришлось идти до дома пешком. Ли У Ён, зная, как сильно Ин Соп мерзнет, снял свой шарф и бережно обмотал его вокруг его шеи. Ин Соп несколько раз пытался отказаться, но Ли У Ён и слушать не желал.
«Ничего страшного. Я просто хочу сделать тебе подарок»
…И с этими словами он завязал шарф пышным бантом. В ту ночь валил такой густой снег, что разглядеть что-либо в шаге от себя было невозможно, и прохожие не обращали внимания на двух мужчин, чьи лица были наполовину скрыты шапками и шарфами. Они шли, крепко держась за руки, а снег доходил им до самых лодыжек. Это была незабываемая ночь. Ин Соп тогда думал, что готов идти так с Ли У Ёном целую вечность.
Ин Соп отрешенно смотрел на шарф. Он знал, что рано или поздно вещь придется вернуть, но так и не смог этого сделать. Ему слишком нравилось чувствовать себя любимым, он хотел сохранить хотя бы эту частицу тепла. Ин Соп аккуратно сложил шарф и убрал его в самый дальний угол шкафа.
Лишь обнаружив в коробках еще пять вещей, которые Ли У Ён когда-то в спешке оставил у него, Ин Соп окончательно прекратил разбор одежды.
Он бессильно повалился на кровать. Простыни еще не было, и холодная поверхность матраса обожгла щеку. По телу пробежал озноб, сменившийся странным жаром. Он хотел было поискать постельное белье, но передумал. Тот комплект тоже заказывал и привозил Ли У Ён - из-за привычки спать абсолютно нагим он был крайне разборчив в качестве и текстуре ткани.
Куда ни глянь, за что ни возьмись - всё, абсолютно всё было связано с Ли У Ёном. Вся его жизнь в Корее была пропитана этим человеком.
Закрытые глаза защипало. Слёзы потекли по щекам.
Он знал, что такой день когда-нибудь настанет. В последних главах книг об отношениях, которые читал Ин Соп, всегда были описаны способы пережить расставание. Откладывая до последнего, он наконец выбрал день и прочитал все последние главы залпом. Но ни одна строчка из всех этих книг не могла утешить его сейчас.
Слезы катились по щекам, и он не успевал их вытирать. Он чувствовал себя невыносимо жалким и глупым. То, что Ли У Ён когда-то выбрал именно его, само по себе было сродни чуду. Ин Соп просто опьянел от этого везения и совершил самонадеянную ошибку, поверив в вечность.
Человеческое сердце не может быть неизменным...
Даже родители порой оставляют собственных детей, если того требуют обстоятельства, так как же можно требовать от совершенно чужого человека, чтобы он нес ответственность за свои чувства до конца жизни?
Ли У Ён не плохой. Он не хотел его винить. Нельзя было запятнать таким образом то счастье, которым он наслаждался до сих пор.
Когда меняются обстоятельства, чувства неизбежно трансформируются и угасают - это естественный ход вещей. Это нормально. Так и должно быть.
…Но всё же было бы хорошо, если бы он отнёсся к этому чуть менее естественно.
Ин Соп уткнулся лицом в матрас, заглушая всхлипы.
В хорошем смысле или в плохом, но последние несколько лет всё его время, каждая минута принадлежали Ли У Ёну.
Сейчас, как и в самом начале их отношений, его не покидало ощущение нереальности происходящего. Но он до ужаса боялся того момента, когда отсутствие Ли У Ёна в его жизни станет окончательной, осязаемой реальностью.
Сердце ныло. Это была не просто душевная мука, а вполне физическая, резкая боль. Он в очередной раз осознал, насколько его тело уязвимо перед лицом стресса.
Ин Соп с трудом поднялся, нашел лекарство и проглотил таблетку. Однако пульсирующая боль не утихла, а лишь сильнее сдавила грудь в области сердца. К горлу подкатила тошнота, и ему пришлось броситься в ванную, чтобы извергнуть из себя всё содержимое желудка.
Прополоскав рот и вернувшись, Ин Соп хотел поискать инструкцию, можно ли принять лекарство ещё раз, но передумал. Вспомнил слова врача о том, что лучше всего избегать стрессовых факторов.
Ин Соп лег в постель, отчаянно пытаясь занять мысли чем угодно другим. Но чем больше он старался, тем глубже увязал в раздумьях о Ли У Ёне.
«Изменилось бы что-нибудь, поступи я тогда иначе? Стало бы лучше, если бы я промолчал?» Бесполезные сожаления цеплялись одно за другое, выстраиваясь в бесконечную цепочку. Неизвестно, сколько это продолжалось, пока звук снаружи не заставил его разомкнуть слипшиеся от слез ресницы.
Никто не знал, что он переехал сюда. Ин Соп встал.
На этот раз он спросил громче, чем в прошлый. Ответа не последовало, но дверь затряслась с новой силой.
По спине пробежал холодок. Главным преимуществом мансарды была ее уединенность, но она же была и ее главным недостатком. Сюда легко мог пробраться вор, и даже если это случится, соседи вряд ли что-то заметят. Он хотел было вызвать полицию, но вспомнил, что телефон до сих пор выключен.
Ин Соп вытащил телефон из кармана и нажал на кнопку включения. Секунды, пока аппарат загружался, казались вечностью. А за дверью всё это время продолжался настойчивый грохот.
Его взгляд заметался по комнате и остановился на той самой чугунной сковороде, которую он недавно положил на столешницу. В каком-то порыве Ин Соп вцепился в тяжелую ручку и замер, не сводя глаз с входной двери.
Дверь снова с силой содрогнулась.
- К-кто там? Ответьте! - выкрикнул он.
Он понимал, что вор вряд ли вступит в диалог, но молчать было выше его сил - сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди от ужаса. В этот момент в кармане ощутилась вибрация. Телефон наконец включился.
Ин Соп уже собирался достать его, чтобы набрать номер полиции, как вдруг заметил, что окно в комнате тоже мелко дрожит. Он снова перевел взгляд на дверь. Створка окна и входная дверь содрогались в едином ритме.
Ин Соп вздохнул с облегчением.
Мансарда по своей конструкции очень подвержена влиянию погодных условий. Когда дует ветер или идёт дождь, дверь и окна трясутся особенно сильно. Он ведь прожил в таком месте несколько лет, но от стресса напрочь об этом забыл.
Ин Соп медленно опустил сковороду на место.
«Точно, на сегодня же обещали дождь… Значит, церемония уже должна была закончиться. Получил ли он награду? Может, проверить в поиске?»
Ин Соп поспешно покачал головой. В тот самый момент, когда он решился снова выключить телефон, прежде чем сердце окончательно дрогнет, раздался звонок. Он взглянул на экран. Вызывающим абонентом значился Ким Кану.
Звонок оборвался спустя пару гудков, и тут же всплыло окно сообщения:
«Хённим, вы где? С вами всё в порядке? Ответьте, пожалуйста».
«Должно быть, церемония закончилась, и Ли У Ён вернул ему телефон», - пронеслось в голове. Пока Ин Соп колебался, пришло следующее:
«С вами точно ничего не случилось? Скажите, где вы, и я приеду. Я очень волнуюсь».
При мысли о Ким Кану, которому наверняка пришлось несладко из-за его внезапного исчезновения, Ин Сопа захлестнула вина. Как ни крути, отключать телефон и пропадать вот так, без предупреждения, было верхом неучтивости.
«Я не скажу ни директору, ни менеджеру Ча, только подайте голос. Вы не заболели? Где вы сейчас?»
Не успел он ответить, как пришло ещё одно сообщение за другим.
«Ну ответьте же. Где вы находитесь? Сегодня был полный дурдом».
«Что бы ни случилось, не выключайте телефон. Скажите, где вы, и я помогу. Меня сегодня чуть не пришибли, актер так на меня орал».
Ин Соп закусил губу. Оставив лишь записку с деньгами и уйдя по-английски, он действительно подставил Кану. Перед ним, по крайней мере, стоило извиниться.
Поколебавшись, Ин Соп нажал кнопку вызова. Пошли гудки. Один, второй, третий…
Вдруг в голову пришло странное ощущение несоответствия. Ким Кану был ужасен в правописании. Он не только путал «ㅐ» и «ㅔ», но и пробелы ставил как попало. К тому же в конце каждого предложения он обычно ставил по два смайлика. Но в прочитанных сообщениях правописание было идеальным, а смайликов не было и в помине. И это ещё не всё. Содержание сообщений, хоть и немного по-разному сформулированное, было похожим. «Где вы?», «Где вы?», «Где вы находитесь?», «Скажите, где вы».
…Он постоянно спрашивал его текущее местоположение.
Не может быть. Этого просто не может быть. С чего бы Ли У Ёну до такого часа держать при себе телефон Ким Кану...
Внезапно донесся звук мелодии. Ин Соп замер, не веря своим ушам. Он медленно отвел мобильный от лица. Это была не галлюцинация: снаружи, прямо за дверью, отчетливо слышался приглушенный рингтон. Более того, звук стремительно приближался.
Мурашки побежали по коже. Ин Соп завершил вызов.
Тут же вспыхнуло новое сообщение:
Телефон выпал из ослабевших пальцев. Послышались негромкие, размеренные шаги. Ин Соп хотел бежать, но бежать было некуда. Шаги смолкли прямо у порога, и раздался короткий, отчетливый стук в дверь. На этот раз это точно был не ветер.
- …Кто там? - голос сорвался на хрип.
- Ин Соп. Открой дверь. Если не откроешь, я её всё равно выломаю.
Это не было пустой угрозой. Низкий, ровный голос вибрировал от ледяной решимости. Ин Соп, подчиняясь какому-то неосознанному импульсу, подбежал к двери и щелкнул замком. Ли У Ён переступил порог, небрежно стряхивая с плеч капли дождя.
- Надо же, прогноз погоды на этот раз не соврал. К ночи обещают настоящий ливень.
Он вел себя так непринужденно, словно зашел к старому другу на чай. Ин Соп на мгновение понадеялся, что тот просто не получил записку, но стоило ему увидеть в руках актера обломки того самого букета, как надежда рассыпалась в прах.
Ли У Ён, заметив на себе взгляд, с легкой улыбкой пристроил на полку то, что осталось от букета. Раз он сам просил Ким Кану забрать доставку, значит, конверт с деньгами и запиской точно попал к нему в руки.
- Вы сегодня переехали? - поинтересовался Ли У Ён, неспешно осматривая комнату.
- Похоже на вашу прежнюю квартиру.
От этих слов Ин Сопу невольно вспомнился тот вечер, когда Ли У Ён впервые пришел к нему в его старую каморку на крыше. Ситуация была в корне иной, но это странное чувство дежавю определенно не было игрой воображения.
- Как... как вы узнали? - запинаясь, выдавил Ин Соп.
Ли У Ён издал короткое «хм», и уголки его губ поползли вверх.
- Когда мне сказали, что у вас на руках копия паспорта, я рванул в аэропорт. Ха-ха... Знаете, бегать по терминалам в поисках вас - это то, что я бы не хотел повторять больше никогда в жизни.
Ли У Ён горько усмехнулся, аороша неприятные воспоминания.
- Но там мне любезно объяснили, что иностранцу по одной лишь копии границу не пересечь. И вот тогда я всерьез задумался: «И как же мне его теперь искать?»
Он скрестил руки на груди, небрежно постукивая пальцами по локтю. С виду он казался почти расслабленным, но его взгляд цепко, сантиметр за сантиметром, прощупывал Ин Сопа.
- Сначала я поехал к вам домой. Решил, подожду, и вы сами придете.
Длинные веки Ли У Ёна сузились, превращая глаза в два тонких, холодных полумесяца.
- Но оказалось, что вы съехали.
- Это... - Ин Соп не мог вымолвить ни слова. Его переезд не был напрямую связан с Ли У Ёном, но обстоятельства сложились так, что оправдываться сейчас было бесполезно.
- Выключили телефон, я не мог отследить местоположение и думал, что сойду с ума.
Режиссеры всегда придавали огромное значение актерскому взгляду. Говорили, что в глазах должна быть некая «чертовщинка», чтобы наделить эмоции истинной глубиной. Они обожали глаза Ли У Ёна, не скупясь на похвалы и утверждая, что через камеры его взгляд становится еще притягательнее. Директор Ким, впрочем, называл это не «чертовщинкой», а чистым безумием.
Ли У Ён уставился на Ин Сопа, и его глаза лихорадочно блестели. Это был взгляд, полный того самого безумия.
- Я проверил историю звонков. Корея - отличная страна. Деньги могут всё. И быстро.
Ли У Ён издал тихий, вкрадчивый смешок.
- Последний звонок был в агентство недвижимости. Сказать, что повезло? Или, с вашей точки зрения, не повезло?
- …Извините, что доставил вам хлопоты.
Хотя он и сказал, что деньги решают всё, чтобы добраться сюда, он, должно быть, проделал очень сложный путь.
- Хлопот и правда было предостаточно. Вы всерьез полагали, что если переедете в новый дом и выключите телефон, я вас не найду? - с лучезарной улыбкой поинтересовался он.
- Я собирался сказать вам позже.
Ли У Ён наклонился, встретился с ним взглядом и настойчиво спросил:
- Когда закончите улаживать дела и будете полностью готовы к отъезду в Америку?
Ин Соп не нашелся с ответом - Ли У Ён попал в самую точку. У него действительно не было сил встречаться с ним сейчас, он планировал выйти на связь лишь тогда, когда всё будет окончательно решено.
Ли У Ён, опустив голову, издал короткий смешок. Растрепанные волосы и промокший под дождем костюм от Tom Ford придавали его облику в этот вечер какую-то особенную, почти болезненную притягательность.
Ин Сопу казалось, будто он смотрит на Ли У Ёна через экран. Это чувство не покидало его часто - гнетущее ощущение нереальности, шептавшее, что он никогда не сможет стать частью жизни этого человека по-настоящему.
В этот момент рука Ли У Ёна медленно скользнула вперед. Ин Соп затаил дыхание. Ледяные пальцы властно обхватили его щеку.
- Знаете, слышать подтверждение своим догадкам - чертовски паршивое чувство, - прошептал он.
Прикосновение мокрых пальцев мгновенно вернуло Ин Сопа в реальность. Он поднял на Ли У Ёна затуманенный взгляд, словно только что очнулся от тяжелого сна.
Кончики пальцев Ли У Ёна гладили его щёку. На лице не было ни злости, ни раздражения. Просто любопытство.
Слова застревали в горле. Ин Соп не мог заставить себя произнести: «Потому что вы встречаетесь с другой». Он до смерти боялся снова услышать в ответ равнодушное: «И что в этом такого?»
- Ин Соп, - позвал его Ли У Ён.
Ин Соп, так и не решившись поднять глаза, едва слышно отозвался:
- Всё в порядке, просто скажи мне. Я выслушаю.
Ин Соп понимал: он больше не может просто прятать голову в песок, подобно ребенку. Нужно было что-то сказать, как-то объясниться. Он судорожно перевел дыхание.
Ин Соп, собиравшийся было ответить, застыл на месте, едва их взгляды встретились. Слушая лишь голос Ли У Ёна, он обманулся, решив, что тот не злится, ведь интонации были такими вежливыми и мягкими.
- Что-то случилось? Я правда волнуюсь, - снова спросил Ли У Ён.
На его лице застыла безупречно симметричная улыбка. Она казалась чужеродной, словно нарисованной.
В этот миг Ин Соп отчетливо осознал: и этот ласковый голос, и эта улыбка, и даже этот взгляд - всё было фальшивкой. Сейчас перед ним был актер, мастерски исполняющий роль «заботливого партнера».
- Я... я... то есть... - мысли в голове Ин Сопа окончательно спутались.
В голове Ин Сопа всё перемешалось.
Что у Ли У Ёна на уме? Что в нём настоящее?
- Я не знаю. Не знаю, как мне быть. Я... я не понимаю, это всё для меня впервые... - Ин Соп выдавливал из себя слова по одному, медленно и мучительно. - Л-люди все разные, но... я совсем не понимаю вас, Ли У Ён.
- Не понимаешь? Меня? - переспросил тот.
Ин Соп едва заметно кивнул. Ли У Ён издал короткий, сухой смешок, а затем слегка склонил голову набок, не разрывая зрительного контакта.
- И что, это такое уж большое препятствие - то, что ты меня не понимаешь?
Ли У Ён спросил об этом так, будто искренне недоумевал. С ним и раньше бывало подобное: вроде бы ведешь диалог, но внезапно налетаешь на глухую невидимую стену.
- Простите, - Ин Соп извинился, низко склонив голову.
- Знаешь, я ведь тоже далеко не всегда тебя понимаю, - отозвался Ли У Ён. Его смех был мягким, точно весенний ветерок, но кончики пальцев Ин Сопа начали стремительно холодеть. В этот момент взгляд актера за что-то зацепился, и он медленно повернул голову. - И это вы тоже с собой притащили?
Он указал на цветочный горшок, присланный когда-то Кан Ёнмо. Не успел Ин Соп и слова вымолвить, как Ли У Ён вцепился в растение, словно хватая врага за волосы, и с силой швырнул его об пол.
Раздался резкий звон, и осколки керамики вместе с землей разлетелись во все стороны. От этой внезапной вспышки лицо Ин Сопа стало мертвенно-бледным.
- Виноват, - бросил Ли У Ён с пугающей легкостью. - Просто я тут, понимаете ли, жопу рвал, чтобы до вас добраться, а этот веник преспокойно торчит здесь как ни в чем не бывало... Сука, бесит просто нереально.
Ли У Ён шагнул к нему. Его глаза превратились в две черные ледяные бездны. Ин Соп уже видел этот взгляд - тогда, на Гавайях, когда Ли У Ён загнал его в угол своими допросами.
Ин Соп невольно попятился. Спина упёрлась в раковину. Ли У Ён протянул руку и запер его в ловушку.
Ин Соп судорожно сглотнул. Он изо всех сил старался сохранять самообладание, но тело предательски колотило мелкой дрожью.
Повинуясь ледяному приказу, Ин Соп медленно поднял взгляд.
- Почему ты все-таки так поступил?
- Зачем выставил меня полным идиотом и просто сбежал? М-м? Это действительно и есть та самая причина?
- Скажите же мне, - вкрадчиво прошептал Ли У Ён, точно любовник, делящийся сокровенной тайной. Но вопреки этому нежному тону, на его руках, упертых в столешницу, вздулись жгуты вен от сдерживаемого напряжения.
- Я... я не понимаю ваших поступков, Ли У Ён. Я просто не могу...
- Если я для вас такой непостижимый, зачем вы вообще ввязались в эти отношения? - резко оборвал его Ли У Ён.
Ин Соп лишился дара речи. Он ведь искренне верил, что сможет понять. Ему было достаточно тех усилий, которые Ли У Ён прилагал ради него, этого казалось более чем достаточно для счастья.
Ин Соп едва заметно кивнул. Ли У Ён внезапно расхохотался, а затем в лоб спросил:
- 4783. Сегодня вы дважды говорили с риелтором. И между этими звонками был еще один человек.
Ин Соп лихорадочно перебирал в памяти цифры, пока не осознал: «4783» — это последние цифры номера Юн А Рым.
Лицо Ин Сопа мгновенно приобрело землистый оттенок.
- Кто это? - повторил Ли У Ён, чеканя каждое слово.
- …Это человек, не имеющий к делу никакого отношения.
- Это я решу, так что говори, кто это.
Ин Соп отчаянно затряс головой. Он ни за что не хотел впутывать Юн А Рым в их дела.
- Это действительно человек со стороны. Пожалуйста, не надо…!
В ужасе Ин Соп вцепился в руку Ли У Ёна. Тот, уже собиравшийся нажать на вызов, смерил его ледяным, пронизывающим взглядом.
Ли У Ён нажал кнопку вызова. Ин Сопа охватила паника, в нынешнем состоянии Ли У Ён был непредсказуем и способен на что угодно.
В порыве отчаяния Ин Соп рванулся вперед и выхватил телефон из его рук. Ли У Ён, не ожидавший такого выпада, замер и уставился на него с абсолютно бесстрастным лицом.
Ин Соп спрятал телефон за спину.
- Не делайте этого. Пожалуйста…
Ли У Ён медленно, словно пробуя на вкус, повторил это слово. Затем он прижался лицом к плечу Ин Сопа и пробормотал:
- Что ж, тогда и я вас попрошу. Пожалуйста… отдайте мне его.
Каждый звук его низкого голоса, вибрирующий у самого плеча, заставлял Ин Сопа содрогаться.
- М-м? - переспросил Ли У Ён, ожидая ответа.
Ин Соп, вцепившись в телефон мертвой хваткой, отчаянно затряс головой. Ли У Ён издал тяжелый вздох и медленно поднял лицо. На его губах играла едва заметная, кривая усмешка.
- И что, Юн А Рым здесь нравится?
- 4783. Это же последние цифры номера Юн А Рым.
- Видел тогда в ветеринарной клинике. Я же не идиот, чтобы не запомнить.
Юн А Рым записала свой номер в качестве экстренного контакта, и Ли У Ён лишь мельком взглянул на него. Но Ин Сопа поразила не столько его пугающая память, сколько тот факт, что он с самого начала всё знал, но притворился неосведомленным, лишь для того, чтобы понаблюдать за его реакцией.
- Хотел посмотреть, как сильно ты будешь выкручиваться.
Ли У Ён резко подался вперед. Прежде чем Ин Соп успел хоть как-то среагировать, он просто отобрал телефон. Это было подавляющее превосходство в силе. Даже то, что он позволил Ин Сопу на мгновение выхватить мобильный, было лишь частью его холодного расчета.
- И чем она вам так приглянулась? - спросил Ли У Ён.
- Лицо? Моё лицо, кажется, получше будет, нет? Тогда характер? Нравится, потому что она добрая?
- Она, кажется, говорила, что держит собак и кошек? Поэтому? Знаете, если вы захотите, я готов хоть слона притащить и поселить здесь.
Он улыбался - расслабленно и лениво. Ин Сопа начало подташнивать от этого издевательского тона. То ли из-за нервов, то ли из-за духоты, дышать становилось всё труднее.
- Повторяю вам, между нами абсолютно ничего…
- Или эта девка в постели лучше меня?
Улыбка исчезла с лица Ли У Ёна. На нем вообще не осталось никакой мимики - взгляд, из которого будто испарились все чувства, ледяным клинком вонзился в Ин Сопа.
- И как оно? Понравилось? С женщиной больше по душе? Ха-ха, а Юн А Рым в курсе? Знает, куда именно нужно нажать, чтобы Ин Соп кончил?
От внезапного признания в любви Ин Соп застыл.
- Я люблю вас больше всех на свете. Так сильно, что никто другой и близко не сравнится.
Низкий, вкрадчивый голос так проникновенно нашептывал слова о преданности, но на лице Ли У Ёна по-прежнему не отражалось ни тени живой эмоции.
- Так сойдет? Так мне нужно говорить?
Ин Соп судорожно вдохнул и уронил голову. Перед глазами всё плыло, к горлу подкатывала невыносимая тошнота.
- Это тоже не нравится? Тогда что мне сделать?
На вопрос Ли У Ёна Ин Соп ничего не ответил.
- Я спрашиваю, что сделать. А? Подними голову, Ин Соп.
Ин Соп упрямо молчал, не реагируя.
- Почему? Что бы я ни делал, я тебе уже не нравлюсь? Поэтому? Ха-ха, но что поделать. Я не собираюсь тебя отпускать.
От слов Ли У Ёна, которые тот выплевывал сквозь стиснутые зубы, к горлу Ин Сопа подступило что-то горячее и горькое.
Он никогда не винил Ли У Ёна. Он лишь всем сердцем желал, чтобы тот относился к угасанию чувств чуть менее обыденно.
- Я тебя не отпущу. Никому не отдам. Ни за что, никогда, - отчеканил Ли У Ён, словно вынося приговор.
- …Почему? - прошептал Ин Соп.
Зрение затуманилось. Слезы скатились по щекам прежде, чем он успел их смахнуть. Грудь сдавило от невыносимой, острой боли, такой сильной, что стало трудно дышать.
- Почему мне… с кем-то другим… нельзя?
В его сердце никогда не было места ни для кого, кроме Ли У Ёна. Он просто любил его. Прекрасно понимая, что Ли У Ёна нельзя назвать хорошим человеком в привычном смысле слова, Ин Соп ничего не мог поделать со своими чувствами. Сколько бы лет они ни держались за руки, ни целовались, ни делили постель - каждый раз его сердце трепетало, а любовь становилась лишь глубже. Ли У Ён был для него самым дорогим и единственным существом на свете.
И всё же сейчас Ин Сопа захлестнул неистовый порыв. Его до глубины души ранило двуличие Ли У Ёна: тот с легкостью рассуждал о том, что близость с другими - дело обычное, но при этом категорично заявлял, что Ин Сопу подобное запрещено. Впервые в жизни в нем проснулась горечь, граничащая с яростью. Ему захотелось ударить по чувствам Ли У Ёна, пусть даже ценой намеренной, безжалостной лжи.
- Такое же обычное дело. Вы же сами сказали, что в этой сфере это обычное дело. Так что…!
В этот момент взгляд Ин Сопа упал на руку Ли У Ёна. Точнее, на кровь, которая быстро стекала по его пальцам. Ли У Ён с такой силой сжимал кулак, что экран телефона в его ладони превратился в осколки. Острые осколки глубоко вонзились в его кожу.
Ин Соп поднял голову и осекся.
Ли У Ён смотрел прямо на него. Ин Соп слишком хорошо знал, что означают эти искаженные черты лица и плотно сжатые в тонкую линию губы.
Ли У Ён молча смотрел на Ин Сопа. Ин Соп интуитивно понял, что добился успеха. Он глубоко ранил чувства Ли У Ёна.
- Тебе… нравится кто-то другой? - спросил Ли У Ён голосом раненого зверя.
Вены на его руке выступали всё грубее. Чем сильнее он сжимал кулак, тем толще становились струйки крови, стекающие по руке.
- Правда другой человек тебе понравился?
Ли У Ён выговаривал каждое слово медленно, словно с трудом проглатывал острые камни. На полу у его ног уже начала собираться небольшая багровая лужица.
- Не делайте этого. Кровь, она всё течет…
Ин Соп вцепился в его руку. Теплая, липкая кровь мгновенно перепачкала ладони Ин Сопа. Он отчаянно пытался разжать кулак Ли У Ёна, но тот даже не шелохнулся.
Ли У Ён снова позвал его по имени.
Ин Соп столкнулся с последствиями своей злобы.
Он никогда не желал зла родителям, которые его оставили. Он до последнего старался войти в положение домовладельца, который в одночасье выставил его на улицу по нелепой причине. Он даже не смог сорвать ни единого листочка с того самого цветка, что подарил Кан Ёнмо.
- В итоге тебе понравился кто-то другой, а не я.
Ин Сопу стало нечем дышать. Он причинил боль человеку, который был для него дороже всех на свете. И, видя эту рану, видя подтверждение того, что он всё еще не безразличен Ли У Ёну, он почувствовал... облегчение. Собственная низость вызывала у него тошноту. Сердце заныло так, словно в него вонзили раскаленный металл.
- Ты решил бросить меня, потому что не можешь меня понять? - спросил Ли У Ён, еще сильнее сжимая кулак.
Ин Соп накрыл его ладонь своими руками, хотя и понимал, что это бесполезно.
- Пожалуйста, не надо... Рана, она всё...
Слезы снова хлынули из глаз. Это было невыносимо. Ин Соп беззвучно рыдал, не выпуская израненную руку Ли У Ёна из своих ладоней.
В конце концов Ли У Ён разжал кулак, чтобы вытереть слезы с лица Ин Сопа. Тот поспешно схватил полотенце и обмотал им его руку, но кровь и не думала останавливаться, казалось, осколки повредили крупный сосуд.
- Вам нужно в больницу. Слишком сильное кровотечение. Скорее, в больницу…
Не успел Ин Соп договорить, как Ли У Ён с силой притянул его к себе и впился в его губы поцелуем. Он действовал отчаянно и порывисто, словно утопающий, который цепляется за последнюю соломинку.
Ин Соп попытался оттолкнуть его.
Ли У Ён, отпрянув под этим слабым натиском, тут же снова обхватил его руками и возобновил поцелуй. Ин Соп оттолкнул его во второй раз. Ли У Ён, раз за разом натыкаясь на сопротивление, с каким-то исступлением продолжал прижимать его к себе, пытаясь поцеловать. Это было безумие. Оба они уже были с ног до головы перепачканы кровью.
- …Простите меня, - выдавил Ин Соп. Его голос дрожал и прерывался от рыданий. - Простите… умоляю…
Ин Соп снова и снова извинялся. Ли У Ён взял его лицо в ладони. Его маленькое лицо мгновенно перепачкалось кровью.
- Почему плачешь? Потому что сделал мне очень больно?
Ли У Ён осторожно гладил щёки Ин Сопа рукой с разодранной кожей и продолжил:
- Можно же больше так не делать. Со мной всё будет в порядке…
Ничего не было «в порядке». Он воочию увидел, во что может превратиться его любовь к Ли У Ёну и как изощренно она способна ранить. Даже если они сейчас закроют на это глаза, эта жестокая, уродливая эмоция никуда не денется - она будет оживать снова и снова.
Дышать становилось всё труднее, словно лёгкие наполнялись гнилой водой.
Слезы катились бесконечным потоком. Он больше не хотел причинять Ли У Ёну боль. И больше всего на свете он не хотел ненавидеть того, кого так сильно любил.
- Простите меня. Я… У Ён, мне так жаль…
Ин Соп осознал, насколько тяжелы его чувства к Ли У Ёну. Думая, что чувства людей стираются и меняются - это естественно, в глубине души он надеялся, что с Ли У Ёном этого не случится. Он хотел, чтобы тот любил его безраздельно. Чтобы любил только его одного, всегда.
- Я не собирался вас бросать. Просто... я не хотел вас ненавидеть... Вы сказали, что встречи с другими - это в порядке вещей... и я...
- О чем ты? С другими? Кто... Постой.
Тяжесть, сковавшая сердце, стала невыносимой, будто на грудь навалилась вся мощь земного тяготения. Дышать становилось всё труднее. Ноги Ин Сопа подкосились, и он начал оседать на пол.
Ли У Ён мертвой хваткой вцепился в его плечи. Ин Соп прошептал: «Простите», - или, по крайней мере, попытался это сделать.
- Ин Соп, Ин Соп, эй! Чхве Ин Соп!
Голос Ли У Ёна сорвался на крик.
Перед глазами Ин Сопа всё поплыло. Он пытался моргать, чтобы прийти в себя, но это не помогало.
- Ин Соп! Очнись. Что с тобой? Вдруг.. ты чего!
Он думал, что, если в последний момент увидит лицо любимого человека, ему не будет страшно, но оказалось иначе. Было в несколько раз страшнее. Вот так, возможно, в последний раз.
- Ин Соп! Очнись. Я во всём виноват, чёрт, Ин Соп! Пожалуйста!
Отчаянный, похожий на вопль раненого зверя голос Ли У Ёна постепенно растворялся в нахлынувшей темноте.