Проекция
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 6. Экстра 1.4
Лифт остановился на их этаже. Сделав паузу, Седжу вышел вместе с Седжином. Чтобы не выглядеть нетерпеливым, он лениво вздохнул и повёл его в номер. Под предлогом, что ему нужно сделать звонок, он отправил Седжина в душ. Только услышав звук воды, он наконец расслабился и достал сигарету.
Затянувшись после того, как Zippo высек огонь, он почувствовал, как к нему возвращается самообладание. Стоя у окна, Седжу выкурил сигарету, ощущая, как кровь приливает к низу живота. Раздавив окурок в пепельнице, он собрался снять пиджак, но взгляд упал на зажигалку в руке.
Её подарил Доюн пару лет назад. Раньше он не придавал этому значения, но теперь, подумав, что Седжин может обратить на неё внимание, Седжу без раздумий швырнул её в мусорное ведро. Металлический лязг наполнил комнату.
Пока Седжин мылся, Седжу заказал корзину с фруктами и лёгкое сладковатое вино. Сам он пить не собирался - вино было на случай, если Седжин будет нервничать и ему нужно будет расслабиться.
Квон Седжин вышел из ванной только когда вино уже слегка охладилось. Он мылся так долго, что при открытии двери хлынул пар. Седжу пристально смотрел на него - Седжин, в банном халате, избегал взгляда, выглядел настолько смущённым, будто хотел провалиться сквозь землю.
Его мягкие чёрные волосы были мокрыми. Зачёсанные назад, они открывали лоб, а капли воды с кончиков падали на уши и стекали вниз. Даже его тонкие брови были влажными. Кожа Седжина, белая, с лёгким розоватым оттенком, как у спелого персика, выглядела настолько сочной, что, казалось, при прикосновении из неё брызнет сок.
Седжу откровенно скользнул взглядом по его шее и ключицам. Ему хотелось сорвать халат и проверить, что скрывается под ним, но сначала нужно было помыться самому, так что он сдержался.
В тот день, когда они занимались сексом, Седжу был слишком пьян, чтобы что-то чётко помнить. В памяти остались лишь ощущения - как он входил в него, жар его члена внутри, сладкие поцелуи Седжина.
«Сегодня я наконец увижу всего Квон Седжина.» От этой мысли его сердце забилось, как у подростка перед первым разом. Седжу усмехнулся над собой и встал.
Даже этот тихий, застенчивый ответ возбудил его. С ума сойти. Облизнув губы, Седжу зашёл в ванную. Поспешно расстегнув рубашку и сложив одежду, он включил горячую воду.
Пока вода смывала пену с его волос, его вдруг осенило: «Может, нужно подготовиться заранее?»
Он никогда в жизни не был пассивом, так что ситуация была для него совершенно новой. Но и укладывать Седжина под себя он не собирался. В традиционном сексе между мужчинами пассивный партнёр несёт основную нагрузку, и он не мог требовать этого от юного Седжина.
Если верить его же словам о «развратном прошлом», тело Седжу было уже «использованным». Хотя на самом деле партнёров было не больше десяти, для Седжина, для которого всё было впервые, он хотел отдать хотя бы это. Пусть они уже переспали, но тогда… Именно поэтому в пьяном угаре он без сопротивления позволил Седжину войти в него.
Седжу колебался, затем дотронулся до себя сзади. Ощущение было странным - он никогда не использовал это место для проникновения. Быть пассивным в трезвом виде оказалось куда более стыдным, чем он помнил. «Может, потому что это не длинные изящные пальцы Седжина…»
Так или иначе, Седжу старательно подготовил его. С трудом раздвинув его пальцами и расширив до четырёх, он решил, что этого достаточно, и закончил купание.
Седжина, которого он ожидал увидеть сидящим на диване, там не было. Затягивая пояс халата, Седжу обернулся на голос и увидел Седжина, лежащего на кровати в открытой спальне. Он уже собирался улыбнуться и подойти, но вдруг замер на месте, почувствовав неладное.
Глаза Седжина были мутными. Полузакрытые, словно он вот-вот заснёт, он лежал вразвалку, уткнувшись головой в подушку. Седжу прищурился и осмотрел комнату. Бутылка вина, которую он оставил, чтобы Седжин расслабился, была распечатана. Подняв её, он почувствовал сладкий аромат - около трети бутылки было пустой.
Ошеломлённый, он спросил, и Седжин, моргая, кивнул. «Нервничал…» - пробормотал он. Мысль о том, как это мило, пришла первой, но смеяться не хотелось.
Лёгкое вино с низким содержанием алкоголя, заказанное, чтобы немного снять напряжение, дало такой неожиданный эффект. Седжин выпил не так уж много, но был уже в таком состоянии. Конечно, вино предназначалось для него, но кто бы мог подумать, что он настолько слаб к алкоголю. Непредвиденная проблема. Вздохнув про себя, Седжу допил остатки вина из бокала Седжина и сделал шаг вперёд.
Может, дать ему поспать и сделать это, когда протрезвеет? С этой мыслью он подошёл к кровати, но лежавший без движения Седжин вдруг посмотрел на него и расплылся в улыбке. Такой безобидной, что Седжу невольно рассмеялся.
Ласково пожурив его, он медленно протянул руку. Ноги Седжина лежали на постели ровно. Разъехавшийся халат кое-как прикрывал его, но, несмотря на то, что они ещё ничего не начали, его возбуждение уже отчётливо выпирало под тканью, открывая вид между ног.
Седжу смотрел на подвыпившего Седжина, ухмыляющегося в полузабытьи, и взял его за лодыжку. Нога была куда больше его собственной, но изящные пальцы и подъём выглядели настолько аккуратно, что её размер не бросался в глаза. Он провёл пальцами по выступающей косточке, которая привлекала его внимание с самого утра, затем поднял ногу Седжина и нежно поцеловал.
Седжин заморгал и заёрзал. Казалось, ему было щекотно, но он и представить не мог, что издаёт такие звуки. Седжу запечатлел это выражение лица в памяти, прежде чем переместить губы. Его кожа была невероятно мягкой. Целуя лодыжку, на которой даже от лёгкого укуса оставались красные следы, он тихо сказал:
- У тебя здесь лишняя косточка, знал?
Он обнаружил её в тот день, когда впервые помогал Седжину с растяжкой. Внутренняя сторона его лодыжки выступала чуть больше, чем у других - дополнительная сесамовидная кость, встречающаяся редко. У некоторых она вызывала боль при ходьбе или частых растяжениях связок, и её удаляли, но мысль избавиться от этой косточки у Седжина казалась Седжу непростительным расточительством.
Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Седжин, встретившись с ним взглядом, покусал губу и покраснел, затем, увидев, как Седжу целует его лодыжку, приподнялся.
Его уже высохшие волосы колыхались от дуновения воздуха. Когда Седжу опустил его ногу, Седжин сел на колени и наклонился к нему. Протянув руку, он схватил его за лодыжку - так же, как до этого сделал сам Седжу.
Пальцы Седжина скользнули по подъёму его стопы.
Ещё до того, как он влюбился, эта часть тела притягивала его взгляд. Ноги Седжу были удивительно изящными, особенно подъём - выступающие кости и голубоватые вены создавали странную гармонию.
Седжу рассмеялся, морщась от его застенчивого комплимента. «Прекрасно…» Такого он ещё не слышал. Может, монахини говорили что-то подобное, когда он был младенцем, но насколько он помнил, все только и твердили, какой он красивый. Никто никогда не называл его прекрасным.
Седжу рассмеялся, решив, что это просто лесть, но Седжин, даже в полупьяном состоянии, видимо, подумал, что ему не верят, и надул губы:
- Правда… У тебя очень красивый подъём.
Он наклонился и поцеловал голубоватые вены. Его губы, коснувшиеся тёплой кожи, были обжигающе горячими. Дыхание увлажняло подъём, затем, словно роса, растекалось по всему телу. Седжу сглотнул и пристально посмотрел на Седжина. Думал, тот уже отключится, но, видимо, ещё держался.
- Теперь скажи наконец… Сколько их было…
…И даже на это хватает сознания.
Седжу молча смотрел на него, затем бессильно опустил плечи. Лёжа на кровати, он чувствовал дыхание Седжина, игравшего с его ногой, и закрыл глаза. Упрямый, чёрт возьми. Он знал о его упорстве, но не ожидал, что оно проявится здесь…
Но если тянуть дальше, они могут просидеть до утра, обсуждая только это, поэтому Седжу вздохнул и наконец заговорил:
- Пять отношений, четыре партнёра.
Услышав наконец правду, Седжин поднял глаза. Его взгляд словно спрашивал: «Это точно?» Седжу молча усмехнулся и пожал плечами.
Но Седжин, похоже, был настроен докопаться до всего его прошлого. Если в обычной жизни он мог спокойно относиться к тому, что Седжу кого-то убил, то в вопросах отношений проявлял навязчивое любопытство. Это было мило, но и тревожно. Впрочем, врать он не мог, поэтому честно ответил:
- Нет, все они первыми признавались.
Седжу усмехнулся, подняв бровь, словно вопрос был абсурдным.
- Разве я похож на того, кого можно бросить?
Седжин в ответ тоже приподнял бровь. Немного раздражало, но это была правда.
Он отпустил ногу Седжу и оседлал его нижнюю часть тела. Затуманенный алкоголем взгляд скользнул по его торсу - расслабленным глазам, усмехающемуся рту, двум маленьким родинкам на шее, чётким ключицам. Накачанная грудь с аккуратными сосками, пресс, а ниже - его возбуждение, плотно прижатое к Седжину. Тот почувствовал, как его яйца касаются яиц Седжу, и тяжело дышал.
Осторожная рука опустилась на грудь Седжу. Седжин кончиками пальцев коснулся его твёрдых сосков и снова спросил:
- Когда у тебя был первый раз?
Слишком рано. Когда Седжин впервые встретил Седжу, тому было восемнадцать - тот самый возраст, когда у него случился первый секс. Нахмурившись, Седжин посмотрел на него. Детские фото Седжу в выпускном альбоме были потрясающими. Объективно говоря, он и тогда, и сейчас был красавцем, но в юности в нём чувствовалась какая-то свежесть, невинность.
Кто же был тем, кто забрал первый раз Седжу? Ревность заставила его сердце биться чаще. Сжав губы, чтобы не надуться, Седжин продолжил допрос:
- Кто был тем человеком? Ты с ним встречался? Где это было? Ты тоже был сверху? Тебе понравилось?
Седжу фыркнул, затем медленно протянул руку. Развязав пояс халата Седжина, он обнажил его красивый член. Не выдержав собственной тяжести, тот упал на живот. Усмехнувшись, Седжу положил руку на его поясницу:
- Я сейчас задохнусь, Седжин-а.
Грубые пальцы мягко провели по его талии. Лаская наращённые за последнее время мышцы, Седжу облизнул губы и ответил:
- Младше на год, встречались месяца три. Место… хранилище библиотеки. Да, я был сверху…
Дойдя до этого момента, Седжу вдруг осознал, насколько странно рассказывать такие детали, и рассмеялся. Если он скажет, что понравилось, Седжин надует губы - так зачем спрашивать? Отложив ответ, он усмехнулся и провёл рукой по его бедру.
В отличие от гладких, лишённых волос ног, в паху Седжина аккуратно росли светлые волосы - настолько аккуратно, что казалось, будто они украшают его большой, изящный член. Седжу провёл пальцами по ним, и от прикосновения Седжин ещё сильнее возбудился, требуя:
Седжу парировал вопросом. Глядя на него с усмешкой, он обхватил пальцами его член. От горячего прикосновения Седжин закусил губу. Из маленького отверстия выступила прозрачная капля смазки. Растирая её пальцем, Седжу тихо спросил:
- А каким был твой первый раз? С кем? Встречались? Где это было? Ты был сверху? Какие ощущения? Понравилось? Или нет?
Седжин покачал головой, выдыхая горячий воздух. Его лицо выглядело неприлично соблазнительным. Седжу приподнял бёдра, чтобы их члены соприкоснулись, и подтолкнул его:
Седжин замялся, затем протянул руку. Схватив запястье Седжу, держащее его член, он прижал его к кровати, не давая двигаться, и тихо ответил:
- …Был не с парнем, с которым встречался, а с тем, кого очень любил. В его комнате. Я был сверху… Ощущения…
Договорив до этого момента, Седжин резко отвернулся к окну. Снизу было видно, как его шея покраснела до самых ушей. В глазах потемнело. Видя его смущение, Седжу почувствовал, как теряет рассудок, и услышал:
Чёрт. Внутри у него вырвалось проклятие. Обычно Квон Седжин не мог оторвать от него взгляд, но сейчас, стыдливо отворачиваясь, он, наоборот, заставил Седжу почувствовать себя постыдным. Как будто он развратный маньяк, соблазняющий невинного.
«Можно ли вообще что-то делать с ним?» - эта мысль чуть не превратила Седжу в бессовестного подлеца, но обнажённое тело Седжина перед ним уже сделало своё дело.
Опираясь на кровать, он приподнялся и потянул Седжина за шею. Как только влажные губы оказались перед его лицом, он жадно прижался к ним. Сладковатый аромат вина смешался в поцелуе. С лёгким вздохом Седжин приоткрыл рот, и Седжу проник внутрь.
Поцелуй, всё ещё будоражил, как удар молнии. Ощущая странное возбуждение, бегущее по спине, Седжу широко раздвинул ноги. Похлопав по внутренней стороне бедра Седжина, он заставил того в замешательстве приподнять колени. Продев ноги между ними, Седжу опустил свои бёдра поверх его и притянул его талию к себе.
Услышав милый стон Седжина, Седжу приподнял веки. Тот, крепко зажмурившись, был слишком занят - то принимая поцелуй, то неумело трётся о его член. Это было настолько очаровательно, что Седжу почувствовал, как сердце сжимается, и захотелось съесть его, чтобы заполнить эту пустоту. Когда он медленно начал двигать бёдрами, Седжин нахмурился и приоткрыл рот.
- Седжу… Ах… Ты же не ответил…
Упрямые слова заставили Седжу рассмеяться, и он слегка отстранился. Между их губами протянулась серебристая нить. Облизнув его губы, Седжу прошептал:
- Квон Седжин, разве это сейчас важно?
Но даже с пылающим лицом он не мог заставить Седжу ответить. Тот просто хотел смотреть на его возбуждённое выражение - не хотел видеть разочарования или обиды из-за прошлого.
Седжу, тяжело дыша, молча протянул руку. Взял руку Седжина и прижал к своей промежности под яичками. Когда пальцы коснулись расслабленного отверстия, Седжин прикусил губу и посмотрел на него. Седжу прижался губами к его уху и прошептал:
- Ты же сам это сделал… Теперь это мой первый раз, и тогда мне было очень хорошо. Разве этого недостаточно?
Двусмысленные, но нежные слова заставили Седжина сузить глаза. Однако он не мог сдержать румянец, ещё больше разгоравшийся на его щеках от слов «мне было хорошо».
Наконец сдавшийся Седжин осторожно провёл пальцем по его дырочке. Лёгкие прикосновения к размягчённым складкам заставили Седжу застоять и отвести взгляд. Сжав губы, он слегка сморщился.
Похоже, незнакомая обстановка действительно смущала его. Ощущение пальцев, скользящих по складкам, было странным - то ли слишком щекотливым, то ли возбуждающим до дрожи.
- Здесь… не так, как тогда, Седжу.
В отличие от него, чьи воспоминания о том дне были смутными, Седжин помнил всё. Тогда отверстие было тугим, и, когда он протолкнул внутрь пальцы, оно казалось невероятно напряжённым. Но сейчас всё было иначе. Седжин вздохнул, глядя на расслабленное отверстие, обхватывающее его палец.
Щёки Седжу, отвернувшегося к окну с раздвинутыми ногами, были неестественно напряжены. Седжин замер на мгновение, затем осторожно спросил:
- Тебе… не нравится? Если не хочешь… ты можешь делать так как раньше.
Седжу медленно повернул голову. Эти слова - «ты можешь делать так как раньше» - словно предлагали ему вернуть контроль, заставили его на секунду зажмуриться. Затем он провёл рукой по бедру Седжина и ответил:
- Нет. Просто… непривычно. Продолжай.
Седжин моргнул. Осознание, что он не единственный, кому неловко, растопило остатки его обиды. Мысль о том, что Седжу позволил ему то, что не позволял другим, заставила живот ёкнуть. Ощущая странную ответственность, Седжин осторожно двигал пальцем, наблюдая за его реакцией.
Каждый раз, когда он доходил до конца и слегка царапал внутреннюю стенку, Седжу кусал губу, подавляя стоны. Его уши покраснели, а шея покрылась пятнами, как у пьяного. Седжин чувствовал, как его собственный член напрягается, и выдохнул горячий вздох.
Седжу в ответ лишь поднял бровь, словно говоря: «О чём ты?» То «красивый», то «развратный» - Седжин словно крал его слова. Молча Седжу протянул руку к его груди.
Кончики сосков Седжина были ярко-алыми. Седжу усмехнулся, проводя по ним пальцем.
Седжин извился, пытаясь избежать его прикосновений. Седжу смотрел на него с умилением, затем внезапно поднялся и толкнул его в грудь. Седжин мгновенно оказался на спине, уткнувшись лицом в подушку, и попытался подняться - но это стало невозможно, когда Седжу, оседлав его пах, прижал свою промежность к его яйцам.
Из слегка приоткрытых губ вырвался тихий стон. Видя, как Седжин хватается за его талию, растерянный, Седжу почувствовал, что уже близок к тому, чтобы кончить - просто от этого зрелища. Он сходил с ума от того, насколько тот был прекрасен и очарователен.
Он встал на колени, приподнял бёдра и наклонился к Седжину. Поднеся подбородок к его груди, Седжу высунул язык и лизнул маленький сосок. Когда Седжин заёрзал, недовольный, улыбка Седжу стала ещё шире.
Водя языком по твёрдому соску, как будто это конфета, он протянул руку назад и ввёл палец в своё слегка сжатое отверстие. Оно уже напряглось, но всё ещё оставалось податливым. По мере того как хлюпающие звуки влаги смешивались с чавканьем, дыхание Седжина становилось всё тяжелее.
Седжу рассмеялся, глядя, как Седжин мотает головой, затем впился зубами в его грудь. До секса он никогда не видел Седжина полностью обнажённым. И был благодарен за это. «Если бы я увидел его таким до совершеннолетия, то, возможно, совершил бы нечто непростительное.»
В отличие от мягких сосков, его грудь была довольно твёрдой. Не получалось укусить как следует, поэтому Седжу провёл по ним зубами. Со стоном Седжина его бёдра дёрнулись, и его тёмно-розовый член тёрся о низ живота Седжу.
Преякулят сделал кожу влажной. Седжу продолжал готовить себя, трёясь членом о текучий член Седжина.
Его полуприкрытые глаза казались затуманенными. Седжин лежал с мутным взглядом, не в силах сомкнуть губы, издавая слабые стоны. На его лице было то самое развратное выражение, которое обычно бывает у пассивов, когда он в них входил. Одного этого взгляда было достаточно, чтобы член Седжу, ещё даже не вошедший, готов был растаять.
Седжу отпустил покрасневший сосок Седжина и приподнялся. Встав на колени на кровати, он одной рукой взял его член и медленно опустился на него. Когда стало ясно, что проникновение неизбежно, Седжин широко раскрыл глаза и замотал головой.
- Седжу, презерватив… Нужно надеть презерватив.
В прошлый раз всё произошло так внезапно, что Седжин даже не подумал о презервативе. Но с детства Ким Хёнён строго учила его, что во время секса обязательно нужно использовать защиту. Услышав его испуганные слова, Седжу усмехнулся и с насмешливым прищуром прошептал:
- Что, боишься, что я забеременею?
От такой нелепости лицо Седжина побагровело. Седжу, глядя на его смущение, успокоил: «Не переживай», - и снова начал опускаться.
Расширенное отверстие растянулось до предела, и твёрдый член Седжина скрылся между ягодиц Седжу. Несмотря на оставшуюся влагу, без важнейшей подготовки проникновение далось тяжело. Боль пронзила тело, как нож. Ощущение наполненности было настолько сильным, что его чуть не стошнило. Седжу открыл рот и выдохнул горячий стон.
Но это ему следовало жаловаться. Даже после подготовки было тесно - Седжин, видимо, тоже это чувствовал, потому что с гримасой боли схватил его за руку.
Седжу стиснул зубы. В отличие от того раза, когда он лежал и принимал его член. Он не хотел думать об этом, но в тот момент он вдруг понял, почему все его прошлые партнёры избегали позиции сверху.
Попытка опуститься, опираясь на ноги, напрягала мышцы, делая проникновение невероятно трудным. Несмотря на подготовку, было больно, но Седжу не хотел менять позу. Он мог отказаться от контроля, но не от этого вида. Он хотел видеть лицо Седжина, лежащего под ним.
Прошептав это, он погладил его по щеке, затем глубоко вдохнул, расслабил тело и опустился до конца. Член, разрывающий его отверстие, казалось, пронзал всё его тело. Боль, раскалывающая его от поясницы до макушки, заставила Седжу впиться зубами в губу до крови и обмякнуть. Прижавшись щекой к плечу Седжина, он тяжело дышал.
Было очень больно. Невыносимо больно. Но боль была хорошим знаком. Она означала, что Седжу больше не думал о смерти. Однако это не делало её приятной.
Слёзы навернулись на глаза прежде, чем он успел что-то предпринять. Седжу, тяжело дыша, ждал, пока утихнет жгучая боль в пояснице и бёдрах. Ха-а… Медленно восстанавливая дыхание, он почувствовал, как Седжин, до этого молчавший, выдохнул и обнял его.
Нежный голос коснулся его уха. Восхищённый тон Седжина заставил даже его самого смутиться. Седжу, почему-то чувствуя, будто это действительно его первый раз, уткнулся лицом в шею Седжина.
Тогда член внутри него дёрнулся. Седжин не мог просто лежать, пока этот мужчина доверял ему своё тело, поэтому гладил его спину и целовал короткие волосы.
- Так приятно… Правда, хорошо.
Седжин, уткнувшись лицом в его волосы, медленно начал двигать бёдрами. Когда член глубоко внутри начал растягивать его, дыхание Седжу перехватило. Он стиснул зубы от боли, граничащей с удовольствием, и выдохнул. Его дыхание оросило шею Седжина, но тот был слишком увлечён жаром внутри Седжу, чтобы заметить его состояние.
Казалось, его член вот-вот растает. Плоть, сжимающая его, будто впивалась в него, не желая отпускать. Мягкие внутренние стенки, словно язык, скользили по всей длине, заставляя его терять рассудок.
С каждым неуверенным движением Седжу вздрагивал, и внутренности сжимались. Сначала было больно, но теперь, приспособившись к его размеру, он чувствовал, как волны наслаждения накрывают его с каждым движением.
Сердце Седжина бешено колотилось, и он протянул руку. Осторожно приподняв лицо Седжу, он увидел, как тот облизывает пересохшие губы.
Даже слегка нахмуренный лоб выглядел прекрасно. А капли на ресницах - будь то пот или слёзы - заставляли его сердце трепетать.
Сухие щёки и напряжённые губы выдавали, как он сдерживает боль. Седжину было и благодарно, и жаль, что Седжу не просит сменить позицию, поэтому он нежно поцеловал его. Влажные губы встретились, горячее дыхание смешалось.
Седжин застонал, прикусив губу Седжу. Обсасывая его нижнюю губу, как будто это сосок, он начал медленно двигать бёдрами. Даже от небольших толчков он был близок к оргазму. Седжин, стараясь отвлечься от нарастающего возбуждения, встретился с ним взглядом.
Затуманенные глаза Седжу сводили его с ума. «Хочу доставить ему удовольствие.» Мысль не отпускала. Его большая ладонь скользила по спине Седжу. Движения бёдер становились увереннее, и в какой-то момент каждый толчок заставлял Седжу расслабляться и стонать.
Подавляя стоны, Седжу схватил его за плечи. Лёгкие волны внутри постепенно нарастали. С каждым толчком пальцы Седжина сжимались, а тело слабело. Хочется прикусить язык - иначе постыдные звуки вырвутся наружу.
Но удовольствие, распространяющееся от упорно стимулируемой точки, не шло ни в какое сравнение с проникновением. Седжу, теряя рассудок от нарастающего наслаждения, крепко обнял Седжина и приподнял бёдра.
Когда Седжин подался вперёд, Седжу поднялся навстречу, и его член грубо прошёлся по чувствительной точке. Возбуждение пересохло во рту, и он снова двинул бёдрами. Звук яиц, ударяющихся о промежность, и резкое удовольствие пронзило всё тело.
Неожиданная ругань заставила Седжина моргнуть и посмотреть на него. Седжу наклонился, прижался губами к его краснеющим глазам, затем снова опустился на него.
Он чувствовал, как член внутри него пульсирует. Опершись руками о грудь Седжина, он слегка приподнял бёдра и начал двигаться сам.
Сдержать стоны было невозможно. В такт движениям его бёдер мокрый член Седжина входил и выходил из него. Седжин лежал и смотрел, как Седжу двигается на нём.
Растрёпанные волосы качались в такт, и каждый раз, когда головка члена ударяла в глубину, его красивое лицо искажалось. Седжину стало невыносимо тепло в груди. Это был лишь второй раз, когда Седжу показывал перед ним такое беззащитное выражение. Но тогда он был пьян и, возможно, думал, что Седжин - это Кан Доюн, поэтому не считал, что эти эмоции принадлежат ему.
Но сейчас всё иначе. Он был трезв и полностью в сознании. Каждая эмоция, каждое выражение, каждое действие Седжу принадлежало только Седжину.
С трудом ответив, он открыл затуманенные глаза и посмотрел на Седжина. Сердце Седжина бешено колотилось. Он сходил с ума от того, как сильно любил Седжу. На грани оргазма он сжал его бёдра и прошептал:
Услышав это, Седжу усмехнулся. Вид его отчаянного лица, умоляющего об оргазме, вызвал озорное желание. Седжу ускорился, тяжело дыша.
Его ягодицы бились о промежность Седжина. Член вот-вот должен был расплавиться, а яйца - взорваться от напряжения. Седжин, задыхаясь, беспомощно скорчил гримасу. Нельзя кончать внутрь, но Седжу не отпускал его.
- Кончай, Седжин-а… Ах… Внутрь… Чёрт, кончай…
Прошептав это, Седжу сжал его бёдра и сильнее опустился на него. Головка, достигшая самой глубины, сдавила чувствительную точку, и Седжин не выдержал. С каждым движением горячая жидкость заполняла Седжу. Чхон Седжу лениво вздохнул от незнакомого ощущения и потянулся, чтобы схватить свой член.
Он зажал покрасневшую головку между пальцами и провёл вверх-вниз - сперма брызнула, будто только и ждала этого. Белая, как снег, жидкость растеклась по животу Седжина.
Но этого было недостаточно. Во время секса Седжу не только доводил партнёра до предела, но и сам выходил за грани. Сейчас он чувствовал, как что-то щёлкает внутри, и снова начал двигать бёдрами.
Член Седжина, слегка смягчённый после оргазма, скользил внутри, касаясь чувствительных точек. Охваченный ослепительным удовольствием, Седжу дрожал, широко раскрыв рот. Тело горело, а во рту пересохло.
- Нет… сейчас… м-м… не надо, Седжу…
Седжин испуганно замотал головой. Его член, всё ещё чувствительный после недавнего оргазма, болезненно покалывал. Когда Седжу снова начал двигаться, странное ощущение стало невыносимым. Седжин заёрзал, пытаясь выбраться из-под него. Седжу с лёгкой улыбкой схватил его руки, прижал к кровати и резко опустился.
Жалобный стон Седжина наполнил комнату. «Если бы это была просто схватка сил, я бы победил», - думал он, но, лёжа под Седжу и теряя контроль от ощущений, он не мог сопротивляться.
Стиснув зубы, Седжин напряг ноги, пытаясь удержаться. Кончики пальцев дрожали, а удовольствие, будто стояние на краю пропасти, вызывало странное ощущение. Это неправильно. Инстинктивное отвращение заставило его скорчить гримасу и попытаться сбросить Седжу. Но чем больше он сопротивлялся, тем быстрее тот двигался.
Его губы, раскрасневшись, разомкнулись в тяжёлом дыхании. Член внутри, будто тлеющая лучина, разжигал пламя по всему телу. «Хочу взять его в рот. Кончить ещё раз. Пососать.» Седжу, мысленно пообещав себе это, сильнее прижал бёдра, и в этот момент…
Седжин широко раскрыл глаза, тело затряслось в конвульсиях, и что-то горячее снова заполнило Седжу. Он остановился, морщась от потока жидкости, разливающейся внутри. Ха… С коротким вздохом он опустил руку и погладил живот Седжина.
В животе, слегка выпирающем из-за члена внутри, было полно неизвестной жидкости. От резкого ощущения наполненности его чуть не стошнило. По лбу струился холодный пот. Что это? Седжу, сдерживаясь, слегка приподнял бёдра.
Тогда между плотно сжатыми членом и отверстием хлынул горячий поток. Запаха не было. Опустив взгляд, он увидел, что на белых простынях не осталось следов - значит, это не моча. Но, глядя на шокированного Седжина, он усмехнулся:
Глаза Седжина наполнились слезами. Седжу, глядя на него, поддразнил:
- Тебе не двадцать лет, а двадцать месяцев? Ты что, обоссался у меня внутри?
Седжин вскрикнул и замотал головой. Слёзы капали с покрасневших уголков глаз. Вид плачущего Седжина всегда вызывал у него неприятные чувства, но в постели всё было иначе. Его красивое лицо, окрашенное стыдом, было бело-красным и похотливым.
Седжу, чувствуя, как возбуждение щекочет живот, медленно приподнял бёдра. Когда он вытащил член до головки, струйка жидкости вытекла, заливая промежность Седжина и простыни.
Член Седжина, видимо напуганный, начал опадать. Седжу так любил Седжина, он поцеловал его мокрые глаза. «Я не специально», - бормотал Седжин жалобным голосом. Седжу рассмеялся, затем поцеловал эти прекрасные губы.