Лес заблуждений
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 57
Когда Хэсу помог ему лечь в постель, он выключил свет. Урим продолжал медленно моргать, словно вот-вот провалится в сон.
- Я хотел помыться, но что-то лень...
- Я потом тебя помою. Просто отдыхай, пока гости не уйдут.
На эти слова, сказанные как нечто само собой разумеющееся, Урим медленно покачал головой.
- Если я ко всему привыкну, то скоро совсем ничего не смогу делать сам.
Однако на Хэсу, который пребывал в прекрасном расположении духа, эти доводы не действовали. Его губы мягко коснулись лба Урима и отстранились.
- Неважно. Когда ты на меня опираешься, я забываю об усталости.
Ласковый шёпот, словно они и правда были любовниками. Слезы, которые Урим с таким трудом сдерживал, снова затуманили взор. Он крепко закрыл глаза, притворяясь человеком, окончательно поддавшимся усталости. Горячее дыхание коснулось его век.
- Кажется, я чертовски сильно люблю тебя, Чин Урим.
Слова любви из уст Квон Хэсу всегда звучали слишком сладко. Признавался ли сам Урим ему в любви хоть раз по-настоящему? Он пытался прокрутить в памяти их прошлое, но так и не смог вспомнить ничего отчетливого.
- Опять молчишь. Ты, Урим-а, никогда не говоришь, что любишь меня.
- ...Ты и так знаешь, и без слов.
- Знаю. Но всё равно хочу услышать.
«Ты всегда вел себя так, будто знаешь о Чин Уриме абсолютно всё, так почему же ты не заметил, как рушится моя душа?» Теперь даже для обид было слишком поздно.
Урим с усилием разомкнул дрожащие губы. Он и раньше всегда старался быть искренним с Хэсу, но никогда еще его слова не были настолько пропитаны правдой, как в этот раз.
- Я люблю тебя больше, чем самого себя.
После этого признания, выдавленного из самых глубин сердца, в комнате повисла тишина. Уриму отчаянно хотелось открыть глаза и увидеть выражение лица Хэсу, но ему не хватало храбрости. Он чувствовал: сейчас ему ни в коем случае нельзя встречаться с Квон Хэсу взглядом.
Наконец, разрезая тяжелое безмолвие от которого закладывало уши, раздался голос Хэсу:
Даже не видя его, Урим понял - Хэсу улыбается. От этого ликующего тона сердце заныло еще сильнее. «Ты ведь даже не подозреваешь, о чем Чин Урим думает на самом деле. Ты не знаешь, что это признание - последнее. Почему же ты улыбаешься? Если ты и так всегда чувствовал мою любовь, почему сейчас радуешься так, будто слышишь это впервые?» Плотно сомкнутые веки Урима постепенно намокли от слез.
- Иногда, глядя на тебя, я думаю… Как же хорошо, что в глазах родителей я выгляжу ненормальным.
- О чем ты… Что за глупости ты говоришь…
- Только потому, что я такой, я смог удержать тебя рядом.
Неужели он любит Чин Урима настолько сильно, что готов благословлять даже свое болезненное прошлое? Урим не знал наверняка, но втайне отчаянно молил, чтобы хотя бы эти слова Хэсу были правдой.
После этого Урим не проронил ни слова. Он замер, притворяясь, что провалился в сон сразу после своего признания. Хэсу еще какое-то время что-то ласково нашептывал, перебирал пальцами его волосы и касался лица, а затем тихо поднялся.
Даже когда Хэсу вышел, Урим продолжал лежать с закрытыми глазами. Сколько прошло времени? За дверью послышалась легкая суета. Хэсу никогда не отличался общительностью, так что, кто бы ни пришел, разговор вряд ли затянется. Как он и ожидал, после короткого шума в коридоре воцарилась такая тишина, будто в доме больше никого не было. Урим выждал еще немного, давая тишине окончательно осесть.
Урим медленно приподнялся на кровати. В комнате, задернутой плотными шторами и погруженной в полный мрак, было хоть глаз выколи, но он не колебался. Он не просто привык к темноте - он слишком долго блуждал в самом ее эпицентре.
Сдерживая дыхание и стараясь не издавать ни звука, он подошел к двери. Прижался лицом к холодному дереву, вслушиваясь. По ту сторону по-прежнему было тихо.
Удачное сочетание самоуверенности Квон Хэсу и визита посторонних. Это был его единственный шанс. Если только удастся отвлечь Хэсу и гостя, чтобы они оставались в гостиной... Урим широко распахнул глаза в темноте и резко развернулся. Сердце колотилось так громко, что ему стало не по себе: а вдруг этот стук слышен даже за дверью? Он бросился к книжному шкафу со сказками. Пальцы лихорадочно заскользили по неровным корешкам.
Как только кончики пальцев задели то, что искали, из груди Урима вырвался сдавленный возглас. В этом звуке смешались и дикое напряжение, и парализующий страх. Испугавшись, что Хэсу мог услышать, он мгновенно зажал рот ладонью, другой рукой мертвой хваткой вцепившись в ключи от машины.
Тук-тук, тук-тук. Сердце колотилось как безумное, дыхание становилось всё более прерывистым. Несмотря на то что он каждый день жаловался на боли и принимал массаж, на самом деле его состояние было куда более сносным, чем он показывал. Ноги не подкашивались, как раньше, и боль не была настолько невыносимой, чтобы лишать сна. Возможно, всё дело в том, что душевные муки были куда сильнее физических. Как бы то ни было, это стало самым эффективным способом усыпить бдительность Хэсу, и план сработал.
Квон Хэсу был абсолютно уверен: пока длится этот сезон дождей, Чин Урим и шагу не ступит из дома. И именно в эту брешь в его защите Урим собирался нанести удар.
Когда он сунул ключи в карман, тот предательски оттопырился. «Так меня сразу раскусят», - пронеслась паническая мысль. Урим лихорадочно обшарил взглядом небольшой комод.
Из-за того, что последнее время они почти не расставались, рядом лежало несколько комплектов пижамы. Хэсу держал их рядом, чтобы ему было удобнее переодевать Урима после того, как тот терял сознание от изнеможения. Если он пойдет в ванную на первом этаже под предлогом того, что хочет помыться, Хэсу, скорее всего, уведет гостей на второй этаж. Он ведь даже в больнице, когда приходил Хэджун, нервничал из-за того, что звуки из ванной могут быть услышаны посторонними.
Урим завернул ключи в тонкую пижаму и сжал свёрток в руке.
Если его поймают, всё будет кончено. Но инстинкт кричал: другого шанса прорваться не будет. Если не рискнуть сейчас, ему придется пересекать финишную черту, задыхаясь от вечного сожаления.
Дверь открылась. И без того тихий коридор встретил его леденящим безмолвием.
Голос Хэсу раздался внезапно, еще до того, как Урим успел сделать первый шаг. «Спокойно, делай вид, что всё нормально, будь как обычно». Урим твердил это себе как заклинание, выходя из комнаты. Из-за дикого напряжения на лбу выступил холодный пот, хотя в доме вовсю работал кондиционер и воздух был почти ледяным.
Урим медленно повернулся в сторону гостиной. Он увидел Хэсу, на котором была недоделанный костюм, видимо, была примерка. А рядом с ним стояли двое незнакомцев.
- Я вспотел, противно. Пойду помоюсь.
- Всё равно просыпаюсь, так что, наверное, лучше помыться и поспать...
Урим замялся, коснувшись шрама под глазом, и вежливо, но осторожно поклонился гостям. Те, опешив от внезапного появления Урима, машинально поклонились в ответ, украдкой разглядывая его.
Урим бессильно указал на ванную на первом этаже. Обычно он пользовался той, что наверху, но сейчас снова выставил вперед свои «больные» ноги как предлог. Конечно, подняться по лестнице для него не составило бы труда, но ему нужно было, чтобы Квон Хэсу расслабился окончательно.
Он замер, глядя в гостиную, словно не собирался двигаться с места без разрешения. Портные, чья работа была внезапно прервана, тоже стояли в замешательстве, переводя взгляд с Хэсу на нежданного гостя.
Тем временем Хэсу пребывал в раздумьях. Прищурив один глаз, он переводил взгляд то на ванную, то на разбросанные вокруг вещи. И чем дольше он медлил, тем сильнее разгоралось любопытство незнакомцев по отношению к Уриму.
Хэсу щелкнул пальцами, привлекая внимание всех присутствующих, а затем принялся потирать лоб. Привычка, которая проявлялась у него всегда, когда он был чем-то недоволен.
На диване и столе было навалено огромное количество вещей. Тем не менее Хэсу предпочел уйти сам. Он вряд ли догадывался, к каким последствиям приведет это решение.
- Извините, у меня с ногами проблемы...
Обратился он к людям, которые, нагруженные вещами, проходили мимо. Те, кто уже собирался пройти мимо него, с удивлением на лицах неловко заулыбались и заверили, что всё в порядке. В этот момент Хэсу вклинился между ними, пресекая любые обмены взглядами. Положив ладонь на спину Урима, он с силой подтолкнул его в сторону ванной и, бросив свирепый взгляд через плечо, резко бросил портным:
Это была та самая комната, в которой Урим останавливался каждый раз, когда приезжал. Она находилась далеко от лестницы, а значит, оттуда вряд ли будет слышен звук закрывающейся входной двери.
Всё складывалось как нельзя лучше. Урим вошел в прохладную ванную, крепко прижимая к груди пижаму. Хэсу, чей наряд совершенно не вязался с обстановкой ванной комнаты, внезапно оказался рядом. Он начал наполнять ванну водой.
- Здесь скользко, так что просто посиди. Я сам тебя помою, когда они уйдут.
Даже в такой момент он продолжал проявлять заботу. Было ли это искренне? Или он просто хотел контролировать каждое его движение? Прежний Чин Урим принял бы это за первое и почувствовал бы трепет, но теперь за его плечами было слишком много боли.
- …Я попробую сам. Тебе и так будет тяжело после примерки. Устанешь.
Урим осторожно положил принесенную одежду на полку. Он украдкой взглянул на Хэсу, тот был полностью сосредоточен на настройке температуры воды. Похоже, раз пижама была сложена его собственными руками, подозрения не коснулись этого свертка.
- Меня больше утомляет то, что ты вечно пытаешься делать всё сам. Неужели до сих пор не понял?
От холодного тона, смешанного с шумом льющейся воды, по коже пробежали мурашки. Еще недавно он сладко ворковали после признания, а теперь Хэсу снова стал колючим и резким. Напряжение в воздухе сгустилось.
Боясь, что ложь отразится на лице, Урим опустил голову и начал одну за другой расстегивать пуговицы пижамы. Пока он медленно и неуклюже возился, Хэсу, решив, что воды достаточно, подошел вплотную. Он бесцеремонно оттолкнул бессильные руки Урима и сам расправился с оставшимися пуговицами.
Сдернув с Урима рубашку, он стащил и брюки. Если бы ключи всё еще лежали в кармане, его бы поймали на месте. От одной этой мысли Урима прошиб холодный пот.
Он ответил и кивнул. «Всё равно я без тебя никуда. Могу только делать, что ты скажешь». В его взгляде читался этот смысл. Хэсу, приблизившись настолько, что их кончики носов почти соприкоснулись, внимательно заглянул ему в глаза и тихо выдохнул.
- Я выпровожу их как можно скорее.
Напоследок мягко бросив эти слова, он поспешно вышел из ванной. Наконец Урим остался один. Сейчас Хэсу думает только о том, как бы поскорее закончить дела с портными и выставить их за дверь, а значит, его бдительность по отношению к окружению притупится. Это был тот самый момент, которого Урим так ждал.
Он просто сглотнул слюну, но горло отозвалось такой болью, будто его разорвало. Кончики пальцев так сильно дрожали, что он несколько раз сбивался, пытаясь снова натянуть на себя одежду.
Бормоча эти успокаивающие слова, он наконец оделся. Пусть на нем была лишь домашняя одежда, сейчас важнее всего было просто выбраться отсюда.
Крепко сжав в руке ключи от машины, он бесшумно приоткрыл дверь ванной. Со второго этажа доносился едва различимый шум, видимо, там снова распаковывали вещи. Это не были голоса, скорее глухие звуки соприкасающихся предметов.
Такого шума было вполне достаточно, чтобы скрыть звук открывающейся и закрывающейся входной двери. Огромный, пустой дом, в котором всегда веяло лишь холодом, на этот раз сослужил ему добрую службу.
Ступая на цыпочках, он крался, стараясь не издавать ни звука. Проходя мимо лестницы, ведущей на второй этаж, Урим прижался спиной к стене и украдкой заглянул наверх. Тени иногда мелькали там, в глубине коридора, но длинного силуэта Хэсу видно не было.
Тук-тук, тук-тук. Сердце неистово билось о ребра, тело била крупная дрожь. Боясь, что звук его прерывистого дыхания долетит до второго этажа, Урим до боли прикусил нижнюю губу и затаил дыхание.
Шаг за шагом. Он постепенно отдалялся от Квон Хэсу. Хотя повсюду всё еще мерещился его навязчивый, почти осязаемый взгляд, Чин Урим не останавливался.
Миновав гостиную, он вышел в коридор. И тут же столкнулся взглядом с камерой видеонаблюдения, которая просматривала весь путь к прихожей.
На мгновение ноги приросли к полу, а дыхание перехватило. Урим, не смея даже моргнуть, застыл, уставившись в черный объектив.
«Я знаю всё, о чем ты думаешь. Беги сколько хочешь - ты всё равно останешься в моих руках».
Казалось, красный огонек камеры выносит ему именно такой приговор. По спине градом катился холодный пот. Несмотря на то что в доме было прохладно, Урим стоял весь мокрый и смертельно бледный. Пока он пребывал в этом оцепенении, издалека донеслись приглушенные звуки. Послышались обрывки короткого разговора, и это заставило Урима мгновенно прийти в себя.
Нельзя медлить. Если он упустит этот шанс сейчас, неизвестно, представится ли он когда-нибудь снова.
Опираясь о стену и тяжело дыша, Урим снова двинулся вперед. Открыв внутреннюю дверь, он даже не подумал о том, чтобы искать обувь, просто пробежал босиком через прихожую. Положив руку на ручку входной двери, он на мгновение замер, пытаясь выровнять дыхание.
«Только потому, что я такой, я смог удержать тебя рядом».
Голос, который, казалось, дорожил их связью. Лицо, расплывшееся в улыбке от одного лишь слова «люблю». Вина тяжелым грузом легла на сердце. Урим до боли прикусил нижнюю губу. Ему отчаянно хотелось обернуться, но он подавил это последнее мимолетное чувство.
Сделав глубокий вдох, он открыл входную дверь. Короткий сигнал сигнализации еще не успел затихнуть, как он уже бесшумно закрыл дверь обратно. Каждый раз, когда тиски напряжения сжимали сердце, по телу пробегала дрожь. Урим заставил свои ноги двигаться, вкладывая в каждый шаг все силы, которые он так долго копил и берег. Добежав до лифта, он принялся лихорадочно нажимать на кнопки. Скорее всего, его машина стоит где-то рядом с машиной Хэсу. Тот наверняка хотел держать ее в поле своего зрения.
Но что, если машины там нет? К кому тогда обратиться за помощью? Единственные номера, которые он помнил наизусть, - это офис, телефон Хэсу и номер матери. Но он никак не мог впутать в это мать.
Реальные, пугающие опасения накрыли его с головой, но Урим сосредоточил всё внимание на цифрах этажей, которые стремительно уменьшались на табло. С тех пор как он сбежал из компании, он постоянно был босиком, и только сейчас стопы обожгло резкой, колющей болью.
К счастью, лифт спустился без остановок. Вбежав на парковку, где Хэсу всегда ставил машину, он побежал изо всех сил. Он выкладывался полностью, как на последнем круге.
Бум. Урим, несшийся вперед и не видевший ничего перед собой, налетел на темную фигуру, внезапно вынырнувшую из-за машин. Его локоть тут же перехватила чья-то крепкая рука, удерживая от падения. От этого стального захвата тело Урима само собой одеревенело. Неужели Квон Хэсу уже нагнал его? Страх взлетел до предела, сужая поле зрения до крошечной точки. Урим в отчаянии рванулся, пытаясь высвободить руку.
Чужой, незнакомый голос заставил его силы мгновенно иссякнуть. Урим, тяжело дыша, поднял дрожащий взгляд. Тук-тук, тук-тук - бешеный стук сердца в ушах подгонял его, не давая успокоиться. Незнакомец окинул широко раскрытыми глазами странного парня перед собой.
Должно быть, его вид был слишком диким, но в нынешнем положении Урим подозревал каждого.
Он замотал горой, затравленно озираясь назад. Казалось, прямо сейчас за той стеклянной дверью появится Квон Хэсу. Словно в припадке, он стряхнул чужую руку и снова бросился бежать. Топ-топ, топ-топ. Звук босых ног, бьющихся о мокрый бетон парковки, отдавался гулким эхом. И пока он бежал по этой липкой, влажной поверхности - такой непохожей на чистый пол дома, ему вдруг стало невыносимо грустно.
Налитые кровью глаза лихорадочно сканировали пространство. И вот, среди роскошных и броских автомобилей Хэсу, скромно притаилась обычная машина Урима. Она стояла как-то криво, слишком глубоко втиснутая в парковочное место, сразу было видно, что Хэсу сам пригнал её со стоянки компании и бросил здесь, даже не стараясь выровнять по линии.
Дрожащими пальцами Урим нажал на кнопку ключа. Ощущение этого знакомого предмета в руке было настолько острым, что он едва не разрыдался. Но времени на чувства не было. Он бросился к водительской двери и рванул её на себя.
Уже собираясь запрыгнуть внутрь, Урим опустил взгляд на свои ноги. Из-за бесконечного дождя пол парковки местами был совсем мокрым, и на нём отчетливо виднелись грязные следы его босых стоп. Если Хэсу пойдет по этим следам, он сразу поймет, куда он делся. Нужно было скорее выбираться наружу, туда, где ливень заливает землю и смывает всё без остатка.
Издалека начали доноситься галлюцинации. Урим, закусив щёку изнутри, собрался с духом. Если он сейчас замешкается, пострадает Квон Хэсу.
Как только он сел за руль, на него навалилось пугающее спокойствие. Возможно, это была защитная реакция на осознание: любая ошибка сейчас станет фатальной. Он не прокладывал маршрут заранее, но руки сами вели машину в сторону терминала.
Если у него будет чемодан, он сможет уехать куда угодно, хоть за границу - главное выиграть время. Найти его для Хэсу, возможно, и не составит особого труда, но план должен быть максимально надежным. Урим уже на собственном опыте у ворот виллы знал: если бежать неумело, это закончится лишь тем, что Квон Хэсу снова причинит ему боль.
Он направился к терминалу, откуда ходили автобусы до аэропорта. Припарковал машину на подземной стоянке, достал чемодан из багажника. Паспорт, визовые документы, карты - всё было на месте. Натянув поверх пижамы какую-то одежду и натянув неподходящие к случаю шлёпанцы, он закрыл багажник.
Несмотря на нелепый для такой погоды вид, жары он не чувствовал. Похолодевшими кончиками пальцев он крепко вцепился в ручку чемодана и быстро покатил его за собой.
Чтобы запутать Хэсу, который наверняка бросится в погоню, Урим вместо автобуса поймал такси. Несмотря на слова водителя о том, что чемодан можно положить в багажник, он настоял на том, чтобы взять его с собой на заднее сиденье.
- Эй, только смотри, салон не испачкай.
- …В первый терминал? Или во второй?
Водитель бросил на него недовольный взгляд. Похоже, он решил, что к нему в машину подсел какой-то сумасшедший. Салон заполнили громкие звуки радио и мерный скрип дворников, смахивающих капли дождя. Но до ушей Урима не долетало ни звука.
Голос Хэсу, словно наваждение, продолжал звучать где-то в голове. Даже если он затыкал уши ладонями, это не помогало. Урим, крепко зажмурившись, низко опустил голову.
С момента побега из дома до того, как он сел в такси, прошло едва ли двадцать минут. Заметил ли Квон Хэсу отсутствие Чин Урима к этому времени? Или он всё еще сидит на втором этаже со скучающим видом, ожидая, когда закончится эта нудная примерка?
Как отреагирует Квон Хэсу, когда узнает, что Чин Урима больше нет рядом? Снова разобьет в кровь едва зажившие костяшки рук или придумает что-нибудь похуже? Он уже врезался на машине в стену, притворялся, что хочет выброситься из окна... что ему осталось теперь? О чем он будет думать, преследуя Чин Урима?
Страх перед тем, что Хэсу может причинить себе вред, пугал Урима сильнее, чем необходимость бежать как можно дальше, сильнее, чем осознание того, что они больше никогда не должны видеться, и сильнее, чем попытки представить, как тяжело ему дастся это будущее. Пальцы, которыми он до белых пятен под ногтями затыкал уши, бессильно разжались.
Тук. Руки упали на колени, кончики пальцев неудержимо задрожали.
- Только не вздумай блевать в салоне, ладно? Мне тут припарковаться негде.
Урим мастерски умел говорить «всё в порядке», когда на самом деле всё было не в порядке.