История случайной любви / История непреднамеренной любви
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 2. Глава 9
Он обернулся на бодрый голос, не выпуская изо рта палочки для еды. Ли Ын Ён махала ему рукой, приближаясь.
- Обед в ланч-боксе? Ого, когда ты успел его приготовить?
- Конечно, у Ли У Ёна же столько поклонников, наверное, тонны таких подарков получает.
Ин Соп наклонил голову, не выпуская палочки.
- Джогон! Разве не знаешь? Это когда фанаты дарят еду или подарки своим кумирам. Сейчас на съёмках фильмов или сериалов часто так делают - даже всю съёмочную группу угощают. Это и называется «джогон». У У Ёна наверняка много такого?
Хотя У Ён и был известен тем, что не принимал подарки от фанатов, эти ланч-боксы во время съёмок обычно раздавали команде, так что он не возражал. Сам, конечно, даже не притрагивался.
- Как же повезло! Можно часто есть такую вкуснятину.
Ин Соп протянул ей оставшийся ланч-бокс.
- Да. Осталось ещё парочка. Как раз не знал, куда девать - жалко выбрасывать.
- Тогда с удовольствием! Как раз надоела еда из столовой.
Она сияла, принимая контейнер. Ин Соп разломил деревянные палочки и передал ей.
- Спасибо! Выглядит вкусно. Бесплатный обед - лучший обед!
Вид её радостного лица вызвал у Ин Сопа улыбку. Ему всегда нравилось наблюдать, как другие наслаждаются едой. Он перестал есть и, подперев подбородок, смотрел, как Ын Ён уплетает обед.
- Что? Впервые видишь, как толстуха ест? Я слишком жадно набрасываюсь?
- Нет, вовсе нет. Просто приятно смотреть, как вы с аппетитом кушаете.
- Да я шучу. Хи-хи-хи. Правда. Мама говорит, что от одного вида, как я уплетаю, у неё тяжесть в желудке.
- Знаешь, у тебя довольно своеобразный вкус. В прошлый раз сказал, что я красивая.
- А что в этом такого? Приятно смотреть, как человек с аппетитом ест, а ты и правда очень красивая.
Ын Ён уставилась на него в изумлении. В его выражении лица не было ни капли фальши или лести.
- Ого, так значит, такие мужчины ещё остались в Корее.
- Должно быть, тебя очень любили родители. Да?
- Ну... да. Но... это странно?
- Нет! Если бы все корейские мужчины так думали, мне бы не пришлось сидеть на диетах!
Она снова принялась за еду, продолжая ворчать:
- Знаешь статистику? 70% корейских женщин считают себя толстыми, а 70% мужчин уверены, что с ними всё в порядке.
- Ха-ха-ха. Значит, я вхожу в 30%.
- Почему? Ты-то как раз в порядке.
Худощавое тело, бледное лицо с веснушками и глаза, большие, как у напуганного щенка. Ин Соп не видел в своей внешности ни одной черты, которая могла бы понравиться девушке.
- Да ладно, серьёзно. Ты вполне ничего. Разве у тебя нет девушки? Хочешь, познакомлю с симпатичной младшей сестрой из моего актёрского кружка?
- Почему? Она правда милая. Совсем не похожа на меня. У нас в студии много стройных красоток.
- Дело не в этом. Просто... у меня сейчас нет времени на отношения.
Его и так едва хватало на то, чтобы поспевать за У Ёном. Дни были настолько загружены, что он молился бы о 36-часовых сутках.
И главное - после всего этого ему предстояло вернуться в Америку. Он изначально не планировал заводить никаких связей в Корее.
- Эх, жаль. Если передумаешь - скажи. Познакомлю с хорошей девочкой.
Её лицо озарила улыбка в ответ на его вежливый поклон. Повидавшая виды, Ын Ён знала, как обычно ведут себя менеджеры топ-звёзд. Одни зазнавались, будто сами были знаменитостями, другие пресмыкались перед продюсерами, но грубили статистам. Такие, как Ин Соп - воспитанные и добрые, - были редкостью.
- Кстати, почему ты не обедаешь с У Ёном? Где он?
Ин Соп покраснел, подавился и начал стучать себя кулаком в грудь.
Он залпом осушил бумажный стакан, который она протянула. Откашлявшись, тихо пробормотал:
- Как это менеджер может не знать?
Он отрицал так яростно, что стал еще краснее. Ын Ён всё поняла.
Она решила сделать вид, что поверила. Но Ин Соп, уже вспомнивший тот случай, уткнулся лбом в колени, охваченный отчаянием.
Он сладко потянулся, ощущая под пальцами мягкую шерсть. Каждое утро кот запрыгивал на кровать, чтобы разбудить его именно так. Ин Соп протянул руку, чтобы притянуть к себе тёплый пушистый комочек... Но от кота почему-то пахло дорогим мужским парфюмом. Парфюмом?!
Когда он открыл глаза, то обнаружил, что обнимает вовсе не белоснежного кота, а кого-то с тёмной шерстью. С криком «А-а-а!» он попытался отползти, но только свалился с кровати, утащив за собой простыню.
Он отчаянно замахал руками, сбрасывая ткань с лица. Перед ним предстал совершенно голый мужчина.
Хриплый от сна голос прозвучал как гром среди ясного неба.
Ин Соп ущипнул себя за щёку - боль подтвердила, что это не сон.
Мужчина, всё ещё сонный и оттого ещё более красивый, моргнул пару раз и повторил:
- С утра пораньше - и уже спектакль устраиваешь?
- Вчера уснул на диване. С носовым кровотечением.
Одно дело - уснуть в чужом доме, другое - уснуть, истекая кровью. Ин Соп готов был провалиться сквозь землю.
Он помнил, как закрыл глаза, измученный и одинокий... Но чтобы заснуть прямо так?!
- Но... как я оказался в кровати...?
- Сам не пойму. Наверное, пошёл в туалет и забрёл сюда. Я тебя не переносил - значит, пришёл на своих ногах.
У Ён лениво зевнул. С каждым движением обнажалось его тренированное тело.
Вспомнились слова директора Кима: «Этот чокнутый даже при смертельной усталости не пропускает тренировки и сидит на диете.»
Физическая форма У Ёна бросалась в глаза даже слепому. Ин Соп, конечно, знал его параметры - приходилось подбирать костюмы.
...Но видеть всё это воочию было совсем другим уровнем.
Он готов был умереть от стыда.
В прошлый раз он был полуголый, а теперь совсем голый... Это уже переходило все границы. Нет, это как в той поговорке – «бежал от тигра, а попал в лапы к... к...». Или тигр и леопард - это одно и то же? Какая разница, какая там поговорка?! Перед ним лежит голый У Ён!
- Ты в порядке? Кажется, кровь остановилась.
Ин Соп потрогал нос и вытащил окровавленный платок. У Ён тихо рассмеялся, уткнувшись лицом в подушку.
По его плану, он должен был незаметно находиться рядом с У Ёном, выявить его двуличную натуру, спокойно уволиться и уехать в Америку. Но теперь он всё глубже впутывался в эти нелепые ситуации. В памяти У Ёна он останется как менеджер, который: истекал кровью на диване, чуть не утонул в озере, вел себя как извращенец в туалете, рыдал на крыше, а теперь пялится на его голое тело с пола...
Пришлось признать - шансов остаться «малозаметным менеджером» не осталось.
- Значит, можно поспать ещё. Я поставил будильник.
Послышался звук, как У Ён снова лёг. Ин Соп, всё ещё сидящий на полу, беспомощно теребил простыню.
- Что? Нет, я на диван... А-а!
Из темноты протянулась крупная рука и схватила его за запястье. Даже падая назад, Ин Соп ненавидел себя за то, что отметил, какая у У Ёна огромная ладонь.
- Просто ложись. Всё равно скоро вставать.
У Ён накрыл его простынёй, затем, ухватив оба конца, перевернулся на другой бок. Ин Соп оказался завёрнут, как буррито. Слушая, как дыхание У Ёна становится ровнее, он лежал с открытыми глазами, ожидая будильника.
Это был самый длинный час в его жизни.
- Ничего не произошло, абсолютно ничего, - снова подчеркнул Ин Соп, и Ын Ён кивнула.
Так и должно было быть - пустяк, не стоящий внимания. Но сцены из спальни У Ёна не хотели стираться из памяти. Он умывался ледяной водой, щипал себя за бедро при каждом навязчивом воспоминании - бесполезно. Даже с закрытыми глазами перед ним стоял тот образ: У Ён, лежащий на кровати.
Тот взгляд, ещё сонный, тот смех - невозможно забыть. В груди стало тесно. Похожее чувство вины он испытывал, когда однажды из любопытства зашёл на порносайт и потратил всё время на закрытие всплывающих окон, так и не посмотрев ни одного видео...
Кто-то бежал к нему, разыскивая. Ин Соп резко вскочил.
- У Ён вас ищет! Почему вы тут забились в угол? Быстрее идите - второй павильон.
Он поставил ланч-бокс на место.
- Доедай. Всё равно мы едим, чтобы жить, а не наоборот.
- Извините. Можете доесть, я потом уберу.
- Да ладно, я сам приберу. Идите уже.
Поблагодарив, он заспешил ко второму павильону. Всю дорогу думал, как теперь смотреть У Ёну в глаза. С самого утра Ин Соп не проронил ни слова, отвечал односложно, избегал взгляда. Если честно, он весь день буквально бегал от него.
Обычно он всегда находился в зоне видимости, тихо ожидая, когда его позовут. Но сегодня прятался как мог: за деревьями во время съёмок, за декорациями в перерывах.
Даже ланч-бокс он нарочно унёс в самый дальний угол, чтобы есть в одиночестве - и всё напрасно: один вызов У Ёна перечеркнул все усилия.
Он вздохнул так, будто хотел, чтобы земля разверзлась под ним - и тут перед ним возник знакомый силуэт.
- Почему у тебя такое лицо, будто тебя ведут на казнь?
- Н-нет, ничего... Мне сказали, вы ищете...
Ин Соп опустил голову, теребя край одежды. Он понимал, что ведёт себя по-детски, но иначе не мог. Уже от одного присутствия У Ёна мозг будто застывал.
- Режиссёр хочет обсудить график съёмок. Сказал, что менеджер разбирается лучше меня.
Глаза Ин Сопа вспыхнули, он поднял голову.
- Хотя сначала нам стоит обсудить это вдвоём.
Одна эта фраза снова погасила блеск в его глазах. У Ёну хотелось схватить его за грудки и прошипеть: «Если собираешься врать - делай это убедительнее!» Но всё равно забавно было наблюдать, как меняется его выражение лица.
- В среду со скольки ты свободен?
- С трёх дня, после утреннего интервью.
- А в пятницу? Утром получится?
- Нет. Разве что в субботу... Секунду, я проверю...
- Да, в субботу утром как раз...!
- Ого, как у тебя всё подробно записано.
У Ён вытянул шею, заглядывая в блокнот. Ин Соп попытался захлопнуть его, но У Ён был быстрее.
- А что, там есть что-то секретное?
У Ён поднял блокнот над головой, делая вид, что читает. Ин Соп в панике потянулся. Там были не только данные об У Ёне, но и личные записи - дневник его переживаний.
- Отдайте! Не смотрите! Нельзя!
Прохожие смеялись, наблюдая, как он прыгает вокруг У Ёна. Ин Сопу хотелось плакать. Для других это была просто шутка, но для него - вопрос жизни и смерти.
На первой странице блокнота была фотография - он и Дженни. Каждый раз, заканчивая старый блокнот, он перекладывал это фото в новый. Ни одна деталь не должна была попасться на глаза У Ёну.
Сначала это была просто шутка, но когда Ин Соп побледнел и закричал, У Ён передумал возвращать блокнот.
- Что, написал там про меня гадости?
У Ён раскрыл блокнот, и Ин Соп изо всех сил подпрыгнул, пытаясь достать. Но с его спортивной реакцией У Ён легко увернулся. В результате Ин Соп растянулся на полу, как подстреленная птица.
Грохот его падения вызвал новый взрыв смеха.
- Ха-ха-ха! У Ён, ну что за вредность!
- Не знал, что вы такой шутник!
У Ён тоже весело рассмеялся, надев маску озорной звезды.
- Менеджер такой милый, что не удержался.
Он присел рядом на корточки перед распластанным Ин Сопом.
- Не встаёшь? Тогда я его заберу.
Ин Соп резко поднял голову. Стиснув зубы, чтобы не расплакаться. У Ён смотрел на него с улыбкой.
«Ну кто тебе велел весь день в прятки играть? Задолбался искать. Сколько людей сегодня из-за тебя опрашивал...»
Он потряс Ин Сопа за плечо, как дразнят старого друга.
У Ён помог ему встать. Едва оказавшись на ногах, Ин Соп снова потянулся за блокнотом - У Ён, ожидая этого, мгновенно поймал его запястье и игриво потряс.
- Нет... Ничего, так что отдайте.
Забавно было наблюдать, как он делает вид, что всё в порядке, хотя глаза уже на мокром месте.
Прохожие начали вставать на сторону Ин Сопа: «Хватит уже, отдайте ему!» Шутке пора было заканчиваться. У Ён понимал это, но не хотел сдаваться.
Проблема. Надо бы остановиться, но становится только интереснее.
Он медленно улыбнулся, изучая лицо Ин Сопа. Ему стало любопытно, насколько ещё тот может смутиться.
Ин Соп закусил губу. Если ждать, пока У Ён вернёт блокнот, все секреты раскроются. Страшно было подумать, что У Ён может прямо сейчас узнать о его чувствах. Трусливо, но он не мог вынести презрительного взгляда.
Когда эти огромные, полные страха глаза уставились на него, У Ён перестал смеяться.
Опять. Тяжёлый, тёплый комок эмоций подкатил от живота к горлу.
Ин Соп изо всех сил бросился на У Ёна. Будто решил: пан или пропал.
У Ён не предполагал, что скромный менеджер способен на такое, потерял равновесие и рухнул на пол. Они упали вместе, их тела переплелись.
Ин Соп не упустил момент - ловко выхватил блокнот.
Он стряхнул пыль и сунул его в карман, чувствуя торжество. Впервые он одержал верх над У Ёном.
Тот снизу смотрел на него в полном недоумении. Ин Соп протянул руку, чтобы помочь ему подняться.
Он был на седьмом небе. Впервые за время в Корее почувствовал себя выше У Ёна.
Но триумф длился недолго. Стоявший рядом стилист побледнел и вскрикнул - лицо Ин Сопа тоже потеряло цвет.
Ладонь У Ёна, лежащая на полу, была залита алой кровью.
У Ён махнул рукой, как будто это пустяк. На его одежде расплывались кровавые пятна. Видимо, порезался при падении. Рана была не до кости, но достаточно глубокая - кровь текла сильно.
У Ён улыбнулся, бросая вызов. Но Ин Соп уже не слышал. Он окаменел, бледный, будто это его собственную руку отрубили, и просто тупо смотрел на струящуюся кровь.
Подбежавший ассистент скривился, осматривая руку У Ёна. Из рваной раны непрерывно сочилась кровь.
У Ён по одному подвигал пальцами. Кровь, стекающая по ним, пропитала манжету. Другой ассистент принёс аптечку. Обрабатывая рану, У Ён даже не моргнул.
- Ой, должно быть больно. Вы точно в порядке? - обеспокоенно спросил ассистент, накладывая бинт.
- Разве сегодня у вас нет сцены с лошадью?
Вместо ответа У Ён взглянул на Ин Сопа. Тот стоял неподвижно, лицо белое, как мел, - будто вот-вот рухнет. Пока рану перевязывали, он не проронил ни слова.
Это были первые слова, которые он выдавил из себя после долгого молчания.
Казалось, даже говорить ему было тяжело. Он сглотнул и продолжил:
- Вы упали из-за меня и поранили руку. Очень сожалею.
У Ён весело улыбнулся, разглядывая перевязанную ладонь.
- Готов принять любые дисциплинарные меры за этот инцидент.
Видимо, Чхве Ин Соп был уверен, что его сейчас уволят. Эта мысль испортила У Ёну настроение. Раздражение подкатило к горлу, когда он понял, что Ин Сопа волнует не его травма, а только вопрос увольнения.
- Наказание? Зачем такие слова? Обидно.
У Ён слегка поморщился и продолжил:
- Неужели вы думаете, что я уволю менеджера из-за такой ерунды?.. Ох.
Он попытался засунуть руку в карман, но вскрикнул от боли. Ин Соп забеспокоился, изучая его выражение лица.
- Вам плохо? Может, сразу поедем в больницу? Позвонить директору? Очень болит?
У Ён почувствовал странное удовлетворение, наблюдая, как тот суетится вокруг него.
- Не так уж больно. Можно потерпеть.
- Простите... Очень прошу прощения.
- Да нет же. Это я перегнул палку. Мне должно быть стыдно. Хорошо, что вы не пострадали.
Его великодушная улыбка тронула всех вокруг. Они видели, как другие знаменитости орут на менеджеров за малейшие промахи.
У Ён был редким исключением - почти чудом для работников индустрии. А Ин Соп, ранивший такого человека, чувствовал себя ужасно. Вскоре прибежал взволнованный режиссёр.
- Какие пустяки?! Ты в таком состоянии сегодня сниматься будешь? Как это вообще произошло?
Ин Соп вздрогнул от повышенного тона. Когда он попытался выступить вперёд, У Ён остановил его.
- Я просто сам упал, - сказал У Ён.
- Надо было быть осторожнее. Сможешь сейчас ездить верхом? Хотя проблема даже не в этом...
Сцены с лошадьми в исторических драмах требовали особой осторожности - падение могло привести к серьёзным травмам. Именно поэтому актёры первым делом учились верховой езде. Если не получалось - сразу нанимали дублёра. Сегодня как раз предстояло снимать сцену, где У Ён падает с лошади в ловушку.
- Придётся подготовить дублёра, - пробормотал режиссёр.
Но У Ён с его широкими плечами - редкий случай, когда дублёр сразу бросался в глаза.
- Если использовать дублёра для такой мелочи, зрители сразу заметят. Это испортит погружение.
- Кто ж этого не знает? Но как ты будешь падать с лошади с такой рукой?
У Ён взглянул на Ин Сопа. Тот выглядел так, будто вот-вот рухнет - хуже некуда.
- А если травмируешься? Сегодня снимаем только сцену с лошадью. Может, перенесём?
Перенос съёмок стал бы катастрофой для всей команды.
- Просто царапина. Не мешает двигаться.
Режиссёр сомневался, но У Ён мягко улыбнулся, убеждая его. Когда тот ушёл, Ин Соп снова склонил голову:
- Я уже ответил. Всё в порядке. Эй, поможешь надеть куртку?
Ин Соп поспешно взял куртку, осторожно направляя рукав, чтобы не задеть рану. У Ён намеренно слегка поморщился - Ин Соп встревожился, засыпая его вопросами.
- Видимо, меня наказали за то, что дразнил доброго менеджера, - усмехнулся У Ён.
Ин Соп выглядел совершенно раздавленным - будто у него и вправду опустились несуществующие уши и хвост.
У Ёну нравилось, как Ин Соп буквально сник из-за него. В голове мелькнула мысль - может, иногда стоит получать лёгкие травмы, если это не мешает работе.
Плохая привычка, нельзя так думать.
- Что с рукой? - проходящий мимо Кан Ёнмо заметил бинт и остановился.
- Упал, - У Ён опередил Ин Сопа, не дав ему признаться.
- Ничего? Сегодня же сцена с лошадью.
- Спасибо за беспокойство. Всё в порядке.
- Да? Смотри не сломай что-нибудь при падении. Иначе придётся менять главного актёра - беспрецедентный случай!
Когда Ёнмо ушёл, Ин Соп округлил глаза:
- Кажется, господин Кан искренне беспокоится о вас. Это удивительно.
На его лице читалось неподдельное изумление - не сарказм, а чистое недоумение. У Ён ухмыльнулся, похлопал менеджера по плечу:
Ин Соп наклонил голову, всё ещё не понимая.
- А вы? - У Ён поднял перевязанную руку. - Беспокоитесь обо мне?
В больших глазах Ин Сопа смешались вина и смятение.
Он сам стал причиной травмы У Ёна, а сегодня предстояла важная съёмка. Как можно было не беспокоиться? Но имел ли он право на это беспокойство? Может ли он сказать: «Я переживаю за тебя, мучаюсь от вины, что причинил боль»?
Какой бы добротой он ни окружал У Ёна - финал неизменен. Он должен предать его. Зная это, он всё равно поддавался отвратительным чувствам.
Ин Соп нарочно ответил резко, чтобы не выдать, насколько сильно переживает.
Голос над головой прозвучал мягко, как весенний ветер. Не понимая смысла, Ин Соп поднял взгляд - но не осмелился встретиться глазами. Губы У Ёна изящно дрогнули.
- Продолжайте беспокоиться обо мне. Вот так.
Эти слова, брошенные как ласковое проклятие, повисли в воздухе. Пока он искал, что сказать, У Ён растворился среди съёмочной группы.
Ин Соп тупо смотрел на его исчезающую спину.