Проекция
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Том 6. Глава 3
Но прежде чем он успел прикоснуться губами к неожиданно крупной головке члена, ладонь Седжина преградила ему путь. Сквозь пальцы, упершиеся в его лоб, проглядывал смущенный, мечущийся взгляд. Преодолевая головокружение, Седжу схватил парня за запястье.
Однако в ответ получил более четкий отказ, чем ожидал.
Твердо произнеся это, Седжин усадил Седжу, приподняв его за плечи. Не имея сил спорить, тот покорно позволил манипулировать собой. Прислонившись головой к подушке, он уставился на Седжина - и заметил, как в его обычно невозмутимом выражении промелькнула легкая боль.
...Слишком уж уверенно себя повел. Хоть Седжу и почувствовал легкое раскаяние, странным образом преобладало другое чувство - нежность к надувшемуся Седжину.
Несмотря на туман в голове, он протянул руку и коснулся щеки парня. Притянув к себе это растерянное детское лицо, соединил губы с его пухлыми губами. Горячее дыхание обожгло. Казалось, пустота внутри мгновенно наполнилась до краев. Седжу даже не сразу осознал, что оглушающий вой сирен в голове наконец стих.
Это было блаженство, словно он наконец получил то, чего так жаждал. Целуя Седжина, Седжу понял, чего на самом деле хотел все это время.
Он хотел, чтобы Седжин всецело полагался на него. Чтобы смотрел только на него. Чтобы он стал неотъемлемой частью его жизни. Хотел стать всем для Квон Седжина.
Но возможно ли это? Не убежит ли он в конце концов?
Приоткрыв глаза, Седжу разглядывал его лицо. Запечатлевал в памяти дрожащие веки, покрасневшие уголки глаз, опущенные ресницы. Хотел навсегда сохранить этот, возможно последний, трогательный образ.
Когда Седжу медленно отстранился, Седжин задышал прерывисто, шевеля влажными губами. Затуманенные глаза были по-настоящему расслаблены. С таким выражением он казался готовым заснуть от одного поглаживания по спине. Но заканчивать на этом было нельзя. Нежно погладив Седжина по щеке, Седжу потянулся к тумбочке и достал оттуда тюбик с лубрикантом.
Только когда ладонь, ласкавшая его щеку, отстранилась, Седжин наконец заметил тюбик с лубрикантом. Он застыл с полуоткрытым ртом, растерянно уставившись на него. Чхон Седжу, наблюдавший за этой сценой, понял, что если оставить всё как есть, процесс займет целую вечность, и первым протянул руку.
- Ты знаешь, как этим пользоваться?
Тихий вопрос заставил Седжина смущенно кивнуть. Пока Седжин избегал его взгляда, уставившись куда-то в область шеи, Седжу открыл крышку. Лишь тогда Седжин поднял глаза - его прозрачные, словно стеклянные, зрачки казались влажными. С щемящим чувством в груди он потянул Седжина за руку, в то время как другой держал тюбик.
Рука была необыкновенно красивой и изящной. Седжу выдавил обильное количество геля на пальцы Седжина, затем отложил тюбик в сторону. Тщательно распределив лубрикант по указательному пальцу, он широко раздвинул ноги. Напряженные мышцы расслабились, обнажая изящные линии тела, мгновенно открывая взгляду розоватый член и вход. Хотя поза была для него новой, одного только вида Седжина - смущенного, но неспособного отвести взгляд - было достаточно, чтобы стоило терпеть это смущение. С легкой улыбкой Седжу взял тонкое запястье парня и направил к своей промежности.
Седжин лишь облизал губы, не произнося ни слова. На его лбу выступила испарина - видно было, как он нервничает. Заметив это, Седжу фыркнул и снова взял его руку в свою. Захватив вытянутый указательный палец, он ввел его в себя.
Неприкосновенная прежде территория с трудом принимала незваного гостя. Плоть с усилием раздвигалась, и Седжу буквально чувствовал, как палец медленно погружается внутрь.
В отличие от Седжу, нахмурившегося от незнакомого ощущения, Седжин прикусил губу, выпустив стон. «Разве это не мое отверстие?» - мелькнула глупая мысль у Седжу, пока он полностью вводил палец Седжина.
Ощущение чего-то инородного внутри тела было до странности непривычным. Он нежно погладил подбородок Седжина, его губы слегка растянулись от неприятного ощущения, распространяющегося снизу.
- Нужно добавить еще. Не останавливайся...
Поддавшись уговорам, Седжин осторожно пошевелил кончиком пальца, наблюдая за его реакцией. Ах... Седжу тихо застонал, вцепившись в простыню. Нежные движения внутри него дарили незнакомые прежде ощущения. Казалось, границы удовольствия расширялись, и он, запоздало осознав напряжение, расслабил бедра. Между широко раздвинутых ног его полувозбужденный член лежал. Ниже - гладкая промежность и сжимающее палец Седжина отверстие.
- Как... тепло... - пробормотал Седжин, завороженно глядя на эту непристойную картину.
На эту внезапную реплику Седжу лишь криво улыбнулся, прищурив глаза. Услышав его смешок, Седжин повернул запястье. Внутри было тепло и жарко одновременно. Плотно облегающие стенки казались невероятно мягкими, но когда он попытался нащупать их глубже, под податливой поверхностью ощущались твердые изгибы мышц.
Погруженный в изучение тела Седжу, Седжин вдруг осознал, что зашел слишком далеко. Ведь он не перчатка, и в таком состоянии оставаться было нельзя.
- ...Ты в порядке? - спросил он, сглотнув, и ввел средний палец глубже.
Седжу беспомощно раскинулся на груде подушек. Его глаза были плотно закрыты, губы приоткрыты - все в нем выражало странное, почти болезненное наслаждение. Видя это, Седжин вдруг захотел поскорее доставить ему удовольствие.
Увидев его вялый кивок, Седжин продолжил движения. Он старательно искал ту самую точку, которая, как он слышал, должна была облегчить процесс и усилить удовольствие. Но найти ее оказалось не так просто.
Даже когда стенки уже полностью сомкнулись вокруг его пальцев, а растекшийся гель сделал все скользким и горячим, Седжин все еще не был уверен, что делает все правильно. В отчаянии он ввел еще один палец. Теперь три пальца (кроме большого и мизинца) с трудом раздвигали его.
Седжу коротко вдохнул, откинув голову. Его лицо вспыхнуло румянцем. Обычно холодный взгляд был туманным, а кожа, побледневшая от напряжения, делала его покрасневшие веки и губы еще ярче.
Сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди. Было невероятно осознавать, что этот обычно равнодушный человек, казавшийся порой оторванным от мира, сейчас связан с ним, дыша прерывисто и горячо. Седжин сглотнул слюну и наклонился к нему, плотно прижавшись губами к его полуоткрытому рту. Затем, словно в такт невидимому ритму, согнул пальцы внутри, нежно скользя по чувствительным стенкам.
Идеальные черты лица Седжу постепенно искажались. Видя, как тот морщится и облизывает губы, Седжин машинально повторил этот жест. Дышать стало невозможно. Они еще даже не начали по-настоящему, а от одних лишь пальцев они уже были на грани. Наблюдая за его состоянием, Седжу с коротким вздохом протянул руку.
- Ты что, собрался вводить его только в доме престарелых?
С этими словами, он втолкнул свой указательный палец внутрь, туда, где уже находились три пальца Седжина. И в отличие от неуверенных движений Седжина, его палец сразу нашел ту самую точку, которую тот так тщетно искал.
Седжу выгнулся, сдерживая стон. Удовольствие, ударившее, как молния, пронзило все тело. Не давая себе передышки, он сместил пальцы Седжина в сторону, наконец поместив его кончики точно на искомую точку.
- Здесь?.. - уточнил Седжин, едва успев услышать, и тут же надавил.
Седжу откинул голову, издав глубокий стон, затем приоткрыл глаза, тяжело дыша. Это было совершенно иначе, чем все, что он испытывал раньше. Теперь он понимал, почему столько людей под ним задыхались, теряя рассудок.
С каждым нежным движением Седжина контроль над телом ускользал.
Из его губ вырвались звуки, которых он никогда прежде не издавал. Услышав эти стоны, Седжин почувствовал, как его член наполняется жаром, будто вулкан на грани извержения. В замешательстве он опустил взгляд - густая прозрачная жидкость капала с его розовой головки. Это еще не была сперма, но его тело явно было на пределе.
- Кажется... хах... теперь готово...
Пока Седжин приходил в себя, Седжу убрал свою руку, оставив только его. Затем провел скользкой от геля и естественной смазки рукой по своему члену, слегка массируя головку. Даже этого легкого прикосновения хватило, чтобы он полностью возбудился.
Седжу ощущал, как наслаждение достигает предела, пока Седжин продолжал двигаться внутри него, одной рукой стимулируя его член. Сознание превращалось в сплошное месиво - ни одной связной мысли не оставалось. Даже не осознавая, что на его губах застыла лёгкая улыбка, он поднял глаза на раскрасневшееся лицо Седжина.
При этих словах Седжин сглотнул и откинул со лба мокрые от пота волосы, обнажив бледный округлый лоб. Не обращая внимания на пряди, снова падающие на брови, он вытащил пальцы.
Впервые принявшее чужое тело отверстие с облегчением восприняло отступление. На мгновение показались розоватые внутренние стенки, прежде чем вход начал судорожно сжиматься. В панике Седжин торопливо приподнялся и приставил свой член к этому месту.
Лицо Седжу нахмурилось. Головка, едва успев войти до того, как проход начал закрываться, оказалась значительно крупнее, чем пальцы, постепенно растягивавшие его раньше. Войдя, она буквально разрывала сокращающиеся мышцы.
Шея Седжу побагровела, его руки вцепились в простыни. Хотя он старался сохранять безразличное выражение, боль превосходила все ожидания. Кончики его пальцев побелели от напряжения, сжимая простыни. Но яркие ощущения внизу не притуплялись.
Член Седжина, вошедший уже наполовину, казался непомерно большим. И это было мучительно. Невыносимо мучительно. «Разве должно быть так больно? Может, что-то не так?» - мелькнуло в голове у Седжу. Он давно не чувствовал настоящей боли. Когда нож рассекал бедро, когда пуля пробивала тело - всё воспринималось как лёгкое жжение. Но эту боль нельзя было так просто отбросить.
В конце концов он схватил Седжина за руку, подавая сигнал остановиться. Тот, заворожённо смотревший на место их соединения, лишь теперь поднял растерянный взгляд, чтобы проверить состояние Седжу. Его длинные брови дрогнули.
Выражение лица Квон Седжина было настолько трогательным, что Седжу едва не спросил в ответ: «Тебе больно?», забыв на мгновение, кто здесь принимающая сторона. Седжин выглядел так, будто готов был немедленно прекратить при малейшем подтверждении дискомфорта.
Седжу закусил губу, смущённо пробормотав. Но в итоге так и не остановил его, вместо этого он протянул руки и обхватил его щеки. Прижавшись губами к его рту, он прошептал:
При этом шёпоте Седжин сначала округлил глаза, затем расслабил взгляд и соединил их губы. В момент, когда их языки переплелись, Седжу обхватил бёдрами его талию. Член без сопротивления вошёл глубже, разрывая судорожно сжимающиеся стенки. Седжу едва не прокусил собственный язык, но сдержался, вместо этого втягивая в себя язык Седжина.
Стоны Седжина щекотали его слух. Когда тот начал двигать бёдрами, Седжу почувствовал, будто падает в бездонную тьму. Было больно и страшно. Именно поэтому он цеплялся за Седжина. Такое чувство было впервые. Занимаясь сексом, он всегда только утешал и успокаивал других, но никогда сам не становился объектом заботы...
Каждый раз, когда Седжин целовал его, дыша горячо и прерывисто, Седжу ощущал, будто его утешают. Глубоко в груди поднималось теплое чувство, наполняя все его тело. Это было нечто невыразимое словами - нечто большее, чем просто волнение. Приближалось чувство, похожее на благоговение или что-то запредельное.
Именно в этот момент Седжу осознал: пути назад больше нет. Отныне он... не сможет вынести ни единого мгновения без Квон Седжина. Мгновенное отчаяние окрасило его мысли, но в тот же миг нахлынуло ослепительное, яркое наслаждение.
Не в силах ухватиться за ускользающие мысли, Седжу обхватил Седжина руками.
С каждым толчком, с каждым шлепком влажной плоти он чувствовал, как его затягивает в вязкую пучину. Их тела слились так плотно, что казалось, будто чьи-то невидимые пальцы исследуют каждый сантиметр внутри него, вызывая мурашки.
Кончики пальцев Седжу дрожали, а в воздухе витал едкий запах спермы, смешиваясь с естественным ароматом тела Седжина и проникая в самые глубины его существа. Не в силах разделить эти переплетающиеся ощущения, он просто цеплялся за Седжина. Видя это отчаянное объятие, у того покраснели глаза.
Этот застенчивый шёпот и дрожь в теле заставили перед глазами вспыхнуть искры. Каждый раз, когда член Седжина задевал определенную точку внутри, дыхание Седжу прерывалось. Эта неумелая стимуляция вызывала неразделимую смесь боли и удовольствия.
Видя, как Седжу открывает рот, но не может издать ни звука, Седжин обнял его. Как же безопасно было в этих объятиях. Седжу, не замечая собственных слез, уткнулся лицом в его шею. Аромат кожи Седжина слегка приглушил пульсирующую боль.
- Если больно... ах... скажи...
И тогда Седжин, как он увидел однажды ночью, подставил ему свою шею. Его лицо пылало, когда он почувствовал, как зубы Седжу впиваются в нежную кожу. Блаженная дрожь пробежала по телу. Он не ожидал, что существование этого человека в его объятиях может приносить столько радости. Эмоции, достигшие предела, переливались через край, оставляя влагу в уголках глаз.
- Люблю. Я действительно люблю тебя...
Прозрачные слезы катились по щекам Седжина одна за другой.
Эта ночь словно разрушила все законы мироздания.