Ломбард "Хоранг Ёндон"
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 16
От беспощадного насилия Чонгука передние зубы Чуёна высыпались на пол. Чуён, который за всю жизнь ни разу так не плакал, сегодня впервые разрыдался - по-настоящему, в отчаянии, навзрыд.
И тем, кто заставил его пролить эти слёзы, был не кто иной, как Чонгук.
Размахивая ломом и избивая Чуёна без всякой пощады, Чонгук всё равно не чувствовал облегчения. Его злость не утихла, и он схватил тех, кто неловко топтался в стороне, принимаясь колотить их до полусмерти.
Даже механизм после одного удара начинает работать как надо, а уж человек с мозгами тем более должен прийти в себя хотя бы через боль. Но эти идиоты даже не поняли, в каком положении находятся. Один из них вытащил из-под одежды маленький нож и направил его на Чонгука. В следующую секунду раздался хруст. Запястье было сломано, а его владелец рухнул на пол, корчась от боли.
- Блядь. Вот теперь полегчало.
С выражением человека, только что вышедшего из сауны, Чонгук отбросил лом, испачканный кровью, в сторону коридора ломбарда.
Раздался громкий металлический грохот, и лом покатился по полу.
Вытерев руки о край одежды Чуёна, Чонгук снова тщательно вытер руки влажными салфетками со стола.
Ноготь на безымянном пальце Чонгука был наполовину сломан от силы удара. Но, совершенно не обращая на это внимания, он отряхнул руку и опустился на колени перед Санхоном, который сидел, прислонившись спиной к стене.
- Дай посмотрю, остановилась ли кровь.
Чонгук слегка приподнял подбородок Санхона и осторожно убрал салфетку. Под ней показался скомканный комок бумаги, пропитанный густой красной кровью.
- Цыц, вся драгоценная кровь вытекла.
- Хочешь пойти на переливание?
Чонгук, нахмурившись, достал новую влажную салфетку и тщательно вытер пятна крови с лица Санхона одно за другим.
Но Санхон никак не мог выбросить из головы то, как Чонгук раньше слизнул кровь у него из-под носа. Сделать такое и вести себя так, будто ничего не произошло. Ну и выдержка у него, конечно…
- ……А, блядь. Вот суки. Так изуродовать ребёнку лицо…
Чонгука снова накрыла волна ярости, и он резко вскочил с места, собираясь броситься на Чуёна. Санхон в панике схватил его за запястье.
- А, окей. Я понимаю, о чём ты.
Чонгук зловеще усмехнулся и уставился на Чуёна, который был наполовину без сознания. Убить хотелось прямо сейчас, но свидетелей и правда было слишком много. Он недовольно цокнул языком и всё же остановился.
У Чуёна опухли и лицо, и нога, перед глазами всё плыло. Он хрипло втягивал воздух и обеими руками держался за лицо. Чтобы выжить, он с трудом поднялся на ноги.
Сквозь невыносимую боль Чуён процедил это сквозь стиснутые зубы. Он не назвал имени, но было ясно, кого именно имел в виду.
Он уже собирался уйти, но шаг сам собой остановился, когда взгляд упал на разбросанные по полу купюры. Раз уж он всё равно поставил подпись в договоре и формально действительно занял деньги у Санхона, Чуёну ничего не оставалось, кроме как неловко присесть и начать подбирать банкноты одну за другой.
Для него, отчаянно нуждавшегося в деньгах, эти деньги были спасательным кругом.
- Чуён. Шесть месяцев. Не нарушай обещание.
На слова Санхона он сделал вид, будто не слышит, но стоило Чонгуку угрожающе шагнуть ближе, как Чуён тут же ответил с заплетающимся языком. После этого он вместе со своей шайкой прижал к груди сумку с деньгами и поспешно выскочил из ломбарда.
Когда эта безумная компания наконец исчезла, на Санхона разом навалилась усталость. С носом всё было в порядке, но в висках и лбу постепенно расползалась ноющая боль.
- Санхон. Я бета, поэтому не чувствую запаха. Среди тех ублюдков случайно не было альф?
- Блядь. Если бы был, я бы отварил его член.
Это совсем не звучало как шутка. Вместо ответа Санхон отвернулся, но Чонгук тут же схватил его за лицо и заставил снова смотреть на себя, отчего слова окончательно застряли в горле.
Каждый раз, когда он пытался нормально поговорить с Чонгуком, всё почему-то неизменно заканчивалось провалом.
- А, блядь… И что мы будем делать с этим лбом.
Чем больше времени проходило, тем заметнее лоб Санхона наливался синевой, и у Чонгука внутри всё скручивалось так, словно треснула дорогая ему вещь.
Санхону было терпимо - лоб лишь слегка пульсировал, но ему стало неловко от того, что его лицо продолжали трогать, поэтому он слегка оттолкнул руку Чонгука.
- Тебе грустно из-за того, что твоё лицо в таком состоянии? Хочешь чего-нибудь вкусненького? Я купил.
Чонгук по-прежнему обращался с ним как с ребёнком.
Его манера разговаривать всё так же давила. Убедившись, что кровь из носа больше не идёт, Санхон молча поднялся и направился к дивану. Но стоило ему попытаться сесть, как Чонгук первым плюхнулся на место, перегородив путь.
Чонгук, непрерывно похлопывая себя по бедру, смотрел на Санхона. Но Санхон отвернулся и тихо опустился на пол.
- А. Подожди. Я не взял десерты из машины.
Вскоре Чонгук резко поднялся и вышел из ломбарда. Санхон на секунду задумался, не запереть ли дверь, но передумал - не хотелось, чтобы пострадала ни в чём не виноватая дверь.
Через какое-то время со стороны входа послышалось шуршание. Хотелось, чтобы он просто ушёл, но когда Чонгук вернулся, стало странно… приятно.
Как только Чонгук распахнул дверь и вошёл, он с грохотом поставил на пол большой пакет. Багеты, круассаны, джемовые булочки, что-то вроде шоколадных пирожных… Словом, всё в изобилии. Затем он с усердием принялся раскладывать всё на столе.
Выглядел он на удивление сосредоточенным, и Санхон решил пока просто понаблюдать.
У Санхона не было аппетита, и он подумывал отказаться, но не смог оттолкнуть руку Чонгука, протягивавшую ему аппетитный десерт с не очень приятным выражением лица.
Не успев ничего сказать, он уже держал в руках круассан в красивой упаковке. Это была не еда, но для того, чтобы хоть немного заполнить желудок, вполне хватило бы. Не зная, какой он на вкус, Санхон попытался откусить, но, должно быть, из-за недавней травмы его рот не открывался должным образом.
- Открывай ротик медленно и ешь.
Чонгук нежным взглядом смотрел на губы Санхона. Санхон снова открыл рот и смог откусить совсем немного, как птичка. И молча тихо жевал.
Внутри мягкого круассана было полно нежных взбитых сливок. Санхон невольно откусил ещё раз. Казалось, его настроение немного улучшилось от сладкого вкуса, который он давно не чувствовал.
- Блядь. Ты что, её обсасываешь, как рыба? Ты что, рыбка гурами?
Санхон не ответил и продолжил жевать. Сделав ещё пару движений челюстью, он вдруг поморщился.
Он встретился взглядом с Чонгуком, который тут же наклонился к нему с обеспокоенным выражением лица.
Санхон прикрыл рот рукой с круассаном. Похоже, он сильно поцарапал нёбо хрустящим краем. Нахмурившись и немного растерявшись, он осторожно сказал:
Чонгук усмехнулся, словно это было нелепо, а затем тихо поднял руку и поддержал Санхона под подбородком.
- Если кровь пойдёт - выплюнь. Я за тебя доем.
На эти слова, сказанные вслух, Чонгук хихикнул и ухмыльнулся с явным удовольствием. Санхон тут же смахнул его руку со своего подбородка и снова принялся жевать.
Вкус был слишком хорош, чтобы остановиться из-за небольшой царапины.
- В следующий раз куплю только мягкое, с учётом твоего нёба. Ну уступи мне хоть раз, а? Ладно?
Санхон замер. Несколько секунд он смотрел на Чонгука, а потом, не отвечая, сунул в рот остаток круассана.
- Ешь медленно. А, кстати… ты говорил, что это было недоразумение. Что ты там всё время меня останавливал?
И правда, как быстро он к этому вернулся.
Он избил людей, даже толком не зная причины. И то, с каким удовольствием он это делал, забыть было невозможно. Оставалось лишь пожалеть Чуёна и его шайку, которые получили побои, сами не понимая за что.
- Ты говорил что-то про контракт. Это правда не рабский контракт?
- Значит, те ублюдки не заставляли тебя подписывать отказ от тела или что-то вроде того? Не унижали тебя из-за того, что ты омега?
- А. Тогда мог бы сразу так и сказать.
Было возмутительно, как Чонгук, который даже не дал возможности объясниться, теперь вёл себя так нагло.
- Он заложил часы и взял кредит. Договор был составлен в процессе.
- Не могу раскрывать условия контракта.
- Значит, этот ублюдок теперь действительно связан с тобой?
- …Если подумать, да. Мы и раньше были знакомы.
Было смешно объяснять всё подробно, но Санхон решил, что нет необходимости скрывать это.
В этот момент он столкнулся с острым, блеснувшим взглядом Чонгука. На миг внутри шевельнулось дурное предчувствие, но Санхон намеренно его проигнорировал - так было спокойнее.
В итоге, даже с поцарапанным нёбом, он всё равно доел булочку до конца. Санхон стряхнул с пальцев сахарную пудру и, не торопясь, дожевал последний кусок.
Чонгук молча наблюдал за этим, затем снова заглянул внутрь бумажного пакета. Всё, что он купил, Санхон и правда отправил себе в желудок до последней крошки. Чонгук растроганно прикрыл рот ладонью.
А вот Санхон решил, что просто неудачно ударился головой и у него временно сбились вкусовые ощущения.
- Я рад, что тебе понравилось. Живот стал круглее? Хочу потрогать.
Получив в ответ взгляд, полный отвращения, Чонгук неловко усмехнулся и отступил. Санхону эта бесстыдная ложь показалась особенно противной.
Чонгук поправил выбившиеся во время еды волосы Санхона. При мысли о том, что тот так хорошо поел, ему казалось, что он готов сделать для него что угодно: и в очереди стоять, и даже в цех самому залезть, лишь бы приготовить.
С таким довольным выражением лица, глядя на Санхона, Чонгук поднялся и принялся убирать разгромленный ломбард. Неожиданно он оказался очень ловким в уборке. Более того, он с поразительной точностью знал, где и что раньше стояло.
«Что это? Он что, снова приходил в ломбард без моего ведома?»
- То, что я видел хотя бы раз, я почти никогда не забываю.
Чонгук, хвастаясь своей феноменальной памятью, тем временем уже прибрал даже пол.
Если подумать, Чонгук был не клиентом, а незваным гостем. Поручать уборку такому человеку выглядело странно, но Санхон не стал его останавливать - главное, чтобы внутри стало чисто.
Санхон встал с дивана и подошёл к столу с сейфом, чтобы проверить происхождение часов, оставленных Чуёном.
Как только он отправил фотографию часов через мессенджер, вскоре пришёл ответ. К счастью, часы не были украденными, и их происхождение было законным.
То есть часы действительно принадлежали Чуёну.
[Но почему у него было такое напряжённое выражение лица?]
Поскольку рядом был Чонгук, он продолжил разговор через мессенджер вместо прямого звонка. Вскоре последовал быстрый ответ.
[Часы отняты у бывшего любовника, с которым он снова сошёлся и расстался]
Часы с чужой любовной историей.
Как бы то ни было, сделка уже состоялась, а значит, теперь часы принадлежали Санхону. Он аккуратно положил их в корзину.
В голове невольно всплыл Чуён, которого в неудачный момент застал Чонгук и который в итоге был жестоко избит и выгнан почти пинками.
Решив, что при следующей встрече всё-таки стоит извиниться, Санхон тяжело вздохнул. Конечно, то, что эта шпана подставила ему ногу и насмехалась, по-прежнему было неприятно, но они жили в одном районе, и лишний раз ссориться значило только усложнять себе жизнь.
Собравшись с мыслями, Санхон вдруг огляделся.
Пол оказался настолько чистым и блестящим, что он на мгновение растерянно приоткрыл рот. Впервые ему стало по-настоящему интересно, что это за человек такой, этот Чонгук.
- Санхон, тут теперь можно хоть пол вылизывать?
Чонгук, поставив швабру на место, как и подобало тому, кто «не забывает то, что видел хоть раз», тем временем взял аптечку и подошёл к Санхону.
И только тогда Санхон осознал, что всё происходящее до сих пор кажется ему нереальным.
- Если больно, не терпи, плачь.
- Мне чертовски интересно, как ты выглядишь, когда плачешь.
С усмешкой Чонгук начал сосредоточенно обрабатывать лоб Санхона. Ватный тампон с мазью коснулся опухшего места, и Чонгук медленно распределил его по лбу.
- Наверное, вот так я буду чувствовать себя, когда в будущем родится мой ребёнок?
Когда Чонгук снова начал нести вздор, Санхон тихо закрыл глаза.
- Сердце разрывается. Какое же лицо.
- Но, с другой стороны, вид бледного лица в синяках тоже возбуждает.
Санхону оставалось лишь удивляться тому, как Чонгук разыгрывает целый спектакль на чужом лице.
Он никогда раньше не встречал людей с таким характером. Пришлось держать себя в руках, чтобы не дать себя втянуть вместе с ним.
Чонгук привычными движениями наложил на лоб марлю и приклеил медицинский пластырь.
Тем временем Санхон опустил голову, чтобы избежать зрительного контакта, и уставился в пол.
Поначалу странная забота Чонгука казалась ему просто чудачеством, но теперь это ощущалось уже как нечто по-настоящему «ненормальное», и от этого становилось немного не по себе.
- Кстати, странно, но от тебя постоянно исходит смешанный запах детского молока и фруктов.
Теперь к странностям добавились ещё и нелепости.
Сказав это, Чонгук подвинул к Санхону бутылку воды. Сквозь пластик ощущался холод. Санхон безразлично открутил крышку и сделал несколько глотков.
В это время Чонгук тихо поднялся. Он повернулся к выходу, будто собираясь уйти, но у самой двери остановился. Не оборачиваясь, он ровным, низким голосом сказал:
- В следующий раз обязательно куплю что-нибудь мягкое.
Санхон не ответил. Молча поставил пустую бутылку на стол и с бесстрастным выражением лица смотрел ему в спину.
Повисла короткая тишина. Затем повернулась дверная ручка, и внутрь слегка потянуло холодным воздухом.
- Санхон, не ненавидь меня слишком сильно.
Санхон на мгновение перестал дышать, глядя на лицо Чонгука, влажное от блеска в глазах, а затем медленно заговорил.
- Попался. Наш Санхон, и сообразительный чертовски.
- Круто, - тихо пробормотал Чонгук. Сказав, что сейчас правда уходит, он помахал Санхону рукой. И, с шумом распахнув дверь, выскочил из ломбарда.
Казалось, будто только что пронёсся ураган.
Чувствуя усталость, Санхон крепко зажмурился. Глаза быстро покраснели и стали болеть. Хотя тот и наполнил его желудок, и он пытался смотреть на это немного благосклонно, он не мог ослабить бдительность из-за непредсказуемости Чонгука.
Чтобы больше не тратить эмоции, нужно было оборвать эти отношения.
Поклявшись обязательно оборвать их в следующий раз, Санхон тяжело вздохнул.