Лес заблуждений
Больше переводов в ТГ канале - Short_Story
Глава 71
Урим с трудом успокоил Хэсу и всё же отвез его обратно в аэропорт. На лице Хэсу так и читалось, что никакие командировки не имеют для него смысла, но он покорно согласился сесть в самолет. Он медлил до последнего, явно стараясь оттянуть момент посадки, и вдруг внезапно предложил:
- Поживи у меня, пока я не вернусь. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты там, даже если связи не будет.
Голос его звучал напряженно, а взгляд замер в ожидании ответа. Вроде бы обычный тон, но во всем облике Квон Хэсу теперь сквозила предельная осторожность.
- Да. Там установлены камеры. Я их поставил не для того, чтобы следить за тобой, а из-за себя самого. Мне казалось, если они будут там, я перестану совершать безумства. Это помогает мне сдерживаться.
Еще недавно, когда Урим был там, дом был полон следов погрома. Видимо, за это время Хэсу успел развесить камеры. Слова о том, что ему нужен холодный «взгляд» объектива, чтобы держать себя в узде, заставили Хэсу выглядеть почти жалко. Урим промолчал, борясь со странным чувством в груди, и Хэсу поспешил добавить:
- Я не буду смотреть. В обычное время - нет, только изредка. Так я смогу узнать, если тебе вдруг станет плохо. В последнее время ведь часто идут дожди.
И правда, в эти дни погода менялась постоянно. Кто знает, что будет, пока Хэсу в отъезде. Боль в тесной каморке, конечно, со временем пройдет, но Урим коротко кивнул:
- Пароль я не менял, так что чувствуй себя свободно.
Вместо ответа Урим подтолкнул его в спину. Крупная фигура Хэсу послушно подалась вперед.
Было видно, как ему не хочется уходить. Удивительно: Урим так долго был ему другом, а потом и любовником, но впервые он получал от него настолько ясный, недвусмысменный эмоциональный посыл. И это при том, что именно Хэсу всегда первым признавался в симпатии, предлагал встречаться и удерживал полное превосходство в их отношениях.
Урим сглотнул подступившую тоску и отступил на шаг. Он сделал это ради Хэсу, который никак не мог заставить себя развернуться. Постояв мгновение и глядя на увеличившееся между ними расстояние, Хэсу наконец развернулся и ушел.
Наблюдать за тем, как Квон Хэсу растворяется в толпе, было странно. Урима захлестнуло чувство триумфа, смешанное с глубоким удовлетворением. Хэсу никогда не умел смешиваться с людьми, и именно Урим всегда был тем, кто подталкивал его в спину. Тем, кто заставлял его двигаться вперед. А значит, в конечном счете, именно в руках Чин Урима находится жизнь Квон Хэсу.
- ...Хорошей поездки, - тихо пробормотал он вслед уже исчезнувшему из виду затылку Хэсу.
Слабый дождь то начинался, то затихал, но боль больше не возвращалась.
Вещей у Урима изначально было немного, поэтому он собрал только самое необходимое и вошел в дом Квон Хэсу. Панорамный вид, как и прежде, дарил ощущение простора и свободы. Разбитое окно на балконе и разломанные полки - всё было восстановлено. Словно того безумного погрома никогда и не было.
Как и говорил Хэсу, дом буквально пестрил объективами камер. В обычном жилье такое количество следящих устройств выглядело бы пугающе и странно, но здесь, в личном пространстве Квон Хэсу, это казалось на удивление уместным. Урим не мог знать наверняка, действительно ли Хэсу не заглядывает в приложение, но его взгляд то и дело притягивали мерцающие красные огоньки индикаторов.
В этом механическом свете было нечто, пугающе похожее на немигающий, пристальный взгляд самого Хэсу.
Дождь за окном усилился, и Урим решил плотнее закрыть окна на балконе. Собираясь задернуть шторы, он вдруг замер и поднял голову, в упор глядя на камеру в углу гостиной. Он смотрел так долго и сосредоточенно, что окружающее пространство начало расплываться, а внутри крепла безосновательная, но абсолютная уверенность: прямо сейчас Хэсу смотрит на него в ответ.
Урим так и стоял, сжимая в руке край шторы и не отрывая глаз от объектива, пока телефон на столе не взорвался вибрацией. От этого звука он вздрогнул, и наваждение мгновенно рассеялось.
Экран телефона непрерывно вспыхивал. Звонил, разумеется, Хэсу. Похоже, он действительно старался сдерживать обещание не донимать звонками постоянно - он звонил не чаще двух раз в день. Зато текстовые сообщения сыпались ежечасно: длинные, подробные отчеты о том, что он делает, что ест и с кем встречается.
Увидев имя на экране, Урим просто смотрел на телефон. Как только настойчивая вибрация затихла, она тут же возобновилась. Урим не сомневался: это промедление заставило Хэсу изрядно понервничать. Медленным, почти ленивым жестом он взял трубку и нажал на кнопку приема, снова переводя взгляд на камеру в углу потолка.
Вопрос прозвучал немного торопливо. «Ты тоже за мной следил». То ли из-за того, что знал о дожде? Или следил всё это время? Как бы то ни было, Уриму это было приятно.
- Да так, просто стою. Мероприятие закончилось?
Урим ответил, не сводя глаз с камеры. Он говорил так, словно Хэсу стоял прямо перед ним.
На фоне было тихо - видимо, он уже был в машине. Как бы он ни пытался это скрыть, голос Хэсу был пропитан усталостью. Если уж в компании ему было в тягость общаться с подчиненными, то встречи с абсолютно незнакомыми людьми выматывали его еще сильнее.
- Всё то же самое. Совещания, приветствия с людьми, которых я знать не знаю, скучные разговоры. Голова идет кругом от мысли, что мне придется заниматься этим годами.
- Со временем привыкнешь. Ты ведь неплохо справлялся с отделом маркетинга.
- Это ты с ним справлялся. Если бы не ты, я бы давно всё угробил.
В трубке послышался его тихий смешок. Несмотря на огромное расстояние и разницу часовых поясов, Уриму на мгновение показалось, что смех Хэсу раздался где-то совсем рядом. В груди странно защекотало, и Урим непроизвольно потер ладонью сердце.
- А нога как? На рассвете дождь вроде должен стихнуть.
Хэсу даже оттуда, издалека, продолжал постоянно проверять прогноз погоды в Корее. В то время как сам Урим, проснувшись утром, просто раздвигал шторы, чтобы посмотреть на небо, или понимал, что скоро пойдет дождь, по характерной ломоте в ноге.
- Пока всё в порядке. Дождь не такой уж сильный.
Урим задумчиво посмотрел на свою ногу, где вдоль старого шрама проступила краснота, и слегка постучал пяткой по полу. Тук-тук. Звук был едва слышным, но на другом конце провода реакция последовала мгновенно.
- Не делай так с ногой. Я всё... слышу.
«Не слышишь, а видишь, верно?» - этот вопрос едва не сорвался с губ, но Урим промолчал. Он побоялся, что если скажет это, Хэсу действительно перестанет за ним наблюдать. Склонив голову, он подавил тихий смешок, и тут же услышал обеспокоенный голос Хэсу:
- Болеутоляющие в ящике. Выпей, если хоть немного заболит. И согревающие пакеты я приготовил - приложи их, даже если не болит.
Если подумать, даже когда Хэсу совершенно не понимал чувств Урима, он всегда проявлял поразительную заботу о его травмированной ноге. Когда Урим не мог подняться, Хэсу прибегал первым, чтобы помочь, и всегда оставался рядом, когда Урим мучился от боли в одиночку. Возможно, всё это и были те самые кусочки чувств, которые Хэсу никак не удавалось скрыть.
- Я как раз собирался потихоньку выйти на улицу. Нужно немного прийти в форму.
- Выйти? Куда это ты собрался так внезапно?
Интересно, какое сейчас у него лицо? Уриму вдруг показалось, что он начал понимать того Хэсу, который когда-то спрятал камеру в фигурку конька, чтобы наблюдать за ним. Наверное, Хэсу тогда чувствовал то же самое. И так же, как Хэсу сейчас подстраивается под него, Урим наконец начал по-настоящему осознавать, что творилось в душе у этого человека.
- Завтра хочу навестить маму. А послезавтра встречусь с Сонхуном. Я ему многим обязан.
При упоминании Сонхуна на том конце провода послышался резкий, короткий вдох. Хэсу прекрасно помнил, что Сонхун был тенью Урима - от Японии до самой Канады. Урим знал, что эта новость его не обрадует, но невозмутимо продолжил:
- Позже встретимся все вместе. Тебе ведь тоже есть что ему сказать, верно?
Ведь Хэсу в свое время жестко давил на Сонхуна, угрожая даже его спортивной карьере. Раньше Хэсу никогда не признавал вину и избегал ответственности, но теперь он понемногу менялся.
Голос звучал без особого энтузиазма, но для него даже такое согласие было огромным шагом вперед.
- А, Урим-а. Подойди к книжному шкафу.
Удивленный этой внезапной просьбой, Урим мельком глянул на камеру и направился в спальню. Пока он шел, он кожей чувствовал, как алый «взгляд» приклеился к его затылку.
Он остановилась перед шкафом, занимавшим всю стену спальни. Среди детских книжек сказок, плотно стоящих на полках, на верхней полке одиноко лежала маленькая коробочка.
Урим осторожно взял футляр. Ему не нужно было открывать его, чтобы понять, что внутри. Там лежало то самое кольцо, которое он когда-то швырнул в Хэсу. Но теперь оно покоилось не в старой, неподходящей коробочке, а в дорогом бархатном футляре, который приятно лежал в ладони.
- Я не хотел возвращать его вот так. Но надень его, когда пойдешь на встречу.
- Честно говоря, я бы хотел, чтобы ты вообще ни с кем не виделся... но я помню, что натворил.
Изменять Квон Хэсу всегда было задачей Чин Урима.
- Раз уж мне полагается чувствовать вину, я стараюсь. Я учусь всему, чему ты меня учишь. Так что... не считай меня обузой.
Урим перекатывал футляр в ладони, покусывая нижнюю губу. В спальне не было камер, и он подумал, что Хэсу сейчас, должно быть, сгорает от любопытства, гадая, какое у него выражение лица.
- ...Если бы ты был мне в тягость, я бы и не думал начинать всё сначала.
На другом конце провода повисла тишина. Урим уже подумал, не оборвалась ли связь, но тут раздался низкий голос Хэсу:
- Знаешь, я только сейчас понял, что такое сожаление. Это чертовски тяжелое чувство.
- Поэтому я сделаю всё, чтобы тебе, Чин Урим, никогда не пришлось ни о чем жалеть.
Хэсу был из тех людей, кто, раз осознав какое-то чувство, уже никогда его не забывал. Особенно если это было нечто, прочувствованное каждой клеткой тела. Теперь он пронесет это через всю жизнь: будь то раскаяние, болезненная привязанность или то, что называют любовью.
- Ты, должно быть, очень устал сегодня. Столько дел... Ложись спать.
Разговор закончился на ноте легкой неловкости. Сейчас их общение казалось даже более непривычным и осторожным, чем в те времена, когда они только начинали сближаться. Наверняка это странное напряжение теперь ощущал и Квон Хэсу. Возможно, сегодня он так и не сможет сомкнуть глаз - совсем как когда-то Чин Урим.
Едва вернувшись из командировки, Хэсу тут же организовал встречу с Сонхуном. Тот уже готовился к очередному вылету на сборы, так что состыковать графики было той еще задачей. В итоге они собрались за ранним обедом: Хэсу в безупречном деловом костюме, Сонхун в спортивной форме и Урим в простой уютной кофте. Картинка была совершенно дисгармоничная, да и атмосфера вряд ли претендовала на звание дружеской. Тем не менее, разговор не прерывался.
- Чжэхун, кажется, скоро собирается на смотрины? Ах…
Урим вздрогнул, едва коснувшись ложкой горячего супа. Кажется, обжег губы. Не успел он отложить ложку, как со стороны соседа тут же протянулась рука. Хэсу без лишних слов забрал у него и приборы, и тарелку. Он принялся осторожно дуть на суп, помешивая его ложкой. В этом не было острой необходимости, и Урим вполне мог бы его остановить, но вместо этого он просто завороженно наблюдал за действиями Хэсу.
За столом, где на мгновение повисла тишина, раздался кашель Сонхуна.
- Кхм, знакомство назначили на пятницу. Нуна хотела, чтобы это случилось до моего отлета. И чего ей не живется спокойно, за такого-то замуж выходить...
Бормотание Сонхуна было адресовано Хэсу. Тот на мгновение поднял взгляд, но тут же снова сосредоточился на остывающем супе с самым невозмутимым видом. Сонхун лишь прищурился, глядя на это непривычное смирение Квон Хэсу.
- ...Кажется, Чжэхун хорошо относится к своей девушке.
Во время разговора взгляд Сонхуна то и дело замирал в одной точке. Вскоре стало ясно, что он прикован к кольцу на пальце Хэсу. Точно такое же сейчас украшало и безымянный палец левой руки Урима. Почувствовав это внимание, Урим убрал руку со стола и спокойно положил её на колено.
Тарелка с супом, остывшим до нужной температуры, снова оказалась перед Уримом.
Вся эта ситуация была довольно неловкой: и то, как естественно Хэсу теперь заботился о нем, и то, что Урим, так решительно сбежавший за океан, в итоге снова оказался рядом с ним. Конечно, пару дней назад он в общих чертах набросал Сонхуну, что они с Хэсу «помирились», но...
Урим прекрасно понимал: со стороны это никак не походит на обычную дружбу. Именно поэтому он и затеял эту встречу, чтобы нормально всё объяснить Сонхуну. Хэсу занимал высокое положение, и ему было что терять, поэтому Урим долго колебался, прежде чем привести его сюда.
К тому же, сразу после обеда Сонхун должен был вернуться на тренировочную базу. Не помешают ли их откровения его концентрации? Урим знал, насколько важна форма в его профессии, и храбрость начала понемногу его покидать. По привычке он потянулся почесать шрам под глазом, но Хэсу тут же перехватил его руку и мягко опустил её вниз.
- Мне нужно отойти, на звонок ответить.
Шепнув это, Хэсу вложил ложку в руку Урима. Не сказав Сонхуну ни слова, он лишь коротко кивнул ему и, поднеся телефон к уху, вышел из-за стола. Хэсу никогда не был болтлив, но как только он ушел, пространство вокруг стола внезапно показалось пугающе пустым.
Возможно, Хэсу специально вышел, почувствовав нерешительность Урима. Это был его шанс. Урим облизнул пересохшие губы и, медленно помешивая суп, на котором уже начала схватываться тонкая пленка, начал:
- Сонхун-а, на самом деле я должен тебе кое-что сказать...
- Что? Что вы снова встречаетесь? Ты же говорил об этом на прошлой неделе.
Урим замер. Тогда он лишь обтекаемо сказал, что между ним и Хэсу было недопонимание, но они помирились. Услышав слова Сонхуна, который, казалось, видел их насквозь, Урим широко распахнул глаза.
- Чего ты так удивляешься? Думаешь, я дурак? Стоит только на вас посмотреть…
Урим крепче сжал руку, лежащую на колене. Кольцо, которое он снова надел всего пару дней назад, непривычно ощущалось на пальце.
- ...Я знаю, что тебе может быть неуютно от того, что двое мужчин... в таких отношениях. Если ты скажешь, что больше не хочешь со мной общаться, я пойму. Но я перед тобой в таком долгу, что хотел быть честным.
Он и представить не мог, что первым, кому он официально «раскроется», будет именно Сонхун. Но, как и говорил Хэсу, Сонхун был тем, кто оберегал Урима всё то время, пока они были в разлуке, поэтому Урим решил идти до конца.
- Хм. Ну, не то чтобы я совсем не удивился, но это точно не причина для того, чтобы я перестал с тобой видеться, хён.
Вопреки нелепым фантазиям о том, что он обольёт его грязью или начнёт шантажировать, распуская слухи о том, что второй сын «Хэым» спутался с мужчиной, Сонхун был спокоен.
- Но ведь тебе, хён, пришлось несколько месяцев буквально жить в подполье из-за него. Ты уверен, что снова сойтись с ним - это нормально? Вот что меня беспокоит.
Сонхун наклонился вперед, сокращая дистанцию, и бросил быстрый взгляд в сторону, где скрылся Хэсу. Он заговорил быстрее, понизив голос:
- И тогда, конечно, ситуация была сложной, но... господин директор кажется мне человеком излишне эмоциональным. Если что-то пойдет не так, он ведь и на что-то страшное способен...
Сонхун отложил нож и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Урим понимал, что этот страх обоснован, Сонхун помнил их столкновение в Японии.
- Честно говоря, я и сам не знаю, насколько это «нормально».
- Я очень долго любил Хэсу. И всё это время я подстраивался под него, делал всё, как он хотел. Но я никогда не давал ему времени и шанса измениться самому. Я всегда говорил, что мне всё равно, что бы он ни вытворял, и он просто не понимал, что ему нужно вести себя иначе.
Но теперь всё было по-другому. Теперь Квон Хэсу четко осознал, в каком направлении ему нужно меняться и как вести себя рядом с Чин Уримом.
- Поэтому я решил довериться ему еще один, последний раз.
От сильного напряжения ладони Урима стали влажными. Он разжал кулаки, на которых от чрезмерного усилия побелели костяшки, и снова положил руки на стол. Взгляд Сонхуна непроизвольно скользнул к его безымянному пальцу.
- Если вдруг почувствуешь, что пахнет жареным - сразу звони. Один раз я тебя уже спрятал, во второй раз получится еще лучше, разве нет? И пусть он хоть заугрожается, пока ты рядом, он вряд ли посмеет перейти к делу.
- Спасибо тебе огромное, правда. Я так долго колебался, стоит ли вообще об этом говорить. После твоих слов мне стало гораздо легче.
- Да я и сам не в том положении, чтобы кого-то судить, - Сонхун втянул воздух сквозь зубы и снова проверил, не возвращается ли Хэсу.
Сонхун замялся, осекся на полуслове, а затем подался вперед, максимально сокращая дистанцию.
- Нет. Расскажу позже. Сейчас, кажется, не время.
Он прошептал это так, чтобы слышал только Урим, и тот в ответ едва заметно кивнул.
«Спасибо», - одними губами, беззвучно произнес Сонхун. Его зрачки медленно сместились в сторону. Послышались мерные, уверенные шаги - Хэсу возвращался. Вскоре нос уловил знакомый аромат, и чья-то рука бесцеремонно, парой пальцев, оттолкнула Сонхуна за плечо, увеличивая расстояние между ним и Уримом.
- О чем это вы тут так шептались, прижавшись друг к другу?
Хэсу вел себя совершенно естественно, хоть и совершил явную грубость. Он лишь невозмутимо поправил пуговицу на манжете, будто ничего не произошло.
- Э-эй! Ты что, уже и хамить начал, и толкаться? Мы с тобой не настолько близки, чтобы ты так себя вел!
Сонхун что-то проворчал себе под нос, так чтобы все слышали, и снова взялся за нож.
- Друзья Урима - это всегда и мои друзья тоже. Так что... извини? - Хэсу приподнял бровь и пожал плечами, отчего это «извини» прозвучало совсем не похоже на искреннее раскаяние. Сонхун лишь издал короткий смешок, пораженный такой наглостью.
Услышав его слова, Хэсу на мгновение задумался, а затем открыл рот. На этот раз в его поведении чувствовалось немного больше искренности, чем раньше.
- И за те пустые угрозы тоже извини. Я знаю, что не должен был так говорить. У меня не было права рушить чью-то жизнь, просто в тот момент я ни о чем другом не мог думать.
- Тц... Не сказать, чтобы это звучало очень уж искренне.
Слышать, что его слова не кажутся искренними, для Хэсу было делом привычным - он слышал это всю жизнь, так что выпад его никак не задел. Он лишь пожал плечами, словно выполнив обязательную программу по извинениям, и перевел взгляд с Сонхуна на Урима.
Его манера общения с окружающими всё еще мало чем отличалась от прежней. Поэтому во время обеда Урим не раз ловил себя на беспокойстве, но, к счастью, всё закончилось без происшествий.
Проводив Сонхуна, который должен был немедленно ехать на тренировочную базу, они вдвоем сели в машину. Урим мог бы доехать на такси за считаные минуты, но Хэсу упрямо настоял на том, что сам завезет его домой, прежде чем вернуться в офис.
- Всё равно поезжай. Закончи дела, а потом уже возвращайся домой.
- Хм-м... Ладно. Надо слушаться Чин Урима.
Образ беспечного директора Квон Хэсу из отдела спортивного маркетинга, который приходил и уходил когда вздумается, постепенно стирался. Теперь Хэсу проявлял недюжинную ответственность, добросовестно соблюдал график и не забывал повторять, что всё это - заслуга Урима.
Урим показала пальцем на угол у дороги.
— Давай я одну выкурю? Просто побудь рядом, пока не докурю, и я поеду. Это ведь можно?
Похоже, Хэсу действительно не хотел возвращаться в офис, раз использовал даже сигарету как повод выиграть еще немного времени. Хотя Урим давно бросил, он часто стоял рядом, когда Хэсу курил. Точно так же, как когда-то делал сам Хэсу.