Испачканные простыни. Глава 80
<предыдущая глава || следующая глава>
Хэган подался вперёд, хрипло втягивая воздух, отчего его рёбра заметно вздымались. Тэхён продолжил объяснение:
— Здесь такая штучка, как простата.
Едва отдышавшись, Хэган свирепо вскинул на него глаза.
— Псих… Кто просил лекции по сексу?
— Если хотите, могу и провести, но, думаю, практика будет куда эффективнее.
Он поместил ещё один палец в узкое отверстие. Пока был один, Хэган чувствовал лишь лёгкий дискомфорт. Но когда указательный и средний пальцы, прижатые друг к другу, разом вторглись в него, вороша и растягивая, у Хэгана перехватило дыхание.
Тело невольно сжималось, не в силах справиться с ощущениями, которых он никогда в жизни не испытывал, но Хэган терпел, закусив губу. И тут палец Тэхёна вдруг коснулся его рта. Хэган по привычке напряг челюсть, но Тэхён, разжав его губы, словно ножницами, цокнул языком.
— Если уже сейчас так кусать губы, целоваться мы больше не сможем.
И вверху, и внизу было невыносимо дискомфортно. И дело было не только в ощущениях: пальцы, введённые в отверстие, наталкивались на такое сильное сопротивление, что не могли войти глубже и постоянно выталкивались. Тэхён не сдавался и пробовал снова. Он снова и снова заставлял Хэгана принять его пальцы в рот, которые Хэган пытался выплюнуть, и одновременно продолжал проталкивать пальцы в его узкое отверстие.
Его взгляд, однако, был неотрывно прикован к губам Хэгана. Он с сожалением нахмурился.
— У вас же лучше встает член, когда мы целуемся. Какая жалость.
Хэган на мгновение замер, однако, не смог больше терпеть и, фыркнув, выплюнул пальцы Тэхёна. Тут же его горло сдавил кашель, рвущийся изнутри.
Его тело сотрясалось от кашля, который был наполовину рвотным позывом.
Как только Хэган наконец успокоился, Тэхён схватил его за подбородок. Мягким движением он приподнял его голову и тут же прижался к его губам. Когда их губы на мгновение разъединились, он высунул язык и медленно облизал кровавую ранку на губе Хэгана.
Хэган попытался отвернуться, но Тэхён настойчиво следовал за ним, словно говоря: «Не хочешь мои пальцы, будешь целовать мои губы». Устав от этой бесконечной игры в догонялки, Хэган раздраженно засопел.
«Какой же он, блять, настырный. Как и его пальцы».
Пальцы Тэхёна по-прежнему безостановочно входили и выходили из отверстия. Скорость замедлилась, но движения, которые надавливали, исследовали и задевали то одно место, то другое, казалось, становились всё увереннее и ритмичнее.
Больно не было. Если бы было больно, Хэган бы, скорее всего, уже ударил Тэхёна по голове и потребовал прекратить. Но это тугое, сбивающее с толку неудобство, которое нельзя было описать иначе, чем «дискомфорт», приводило Хэгана в полнейшее замешательство.
Что ещё больше сбивало с толку, так это то, что он сам постепенно привыкал к этому дискомфорту. Складки подрагивали, но он чувствовал, как они растягиваются, пропуская пальцы вглубь. Поскольку это было место, куда никогда ничего не вставляли, он даже запутался, нормально ли это. Хэган с удивлением покосился вниз, туда, где его тело теперь без проблем принимало уже три пальца.
— Кажется, можно потихоньку двигаться. Что думаете?
Тэхён, похоже, заметил это раньше самого Хэгана. Хотя единственным видимым изменением было то, что Хэган стал чуть меньше кусать губы. Тэхён добавил ещё палец и, широко раздвинув бёдра Хэгана, устроился между ними.
Четыре пальца разом вошли внутрь, пронзая его.
— А-ах… Но не так же… с-сразу… — Хэган не успел договорить. Мысль о том, что он привык, оказалась преждевременной — тело было в шоке. Колечко мышц на мгновение застыло в напряжении, а затем медленно, словно пробуя на вкус, поглотило пальцы. Внутри все сжалось до тупой боли.
Тэхён продолжал вводить их, пока снаружи не остался только его большой палец. Убедившись, что все четыре пальца внутри, он резко дёрнул кистью. Сила была такой, что застывшее тело Хэгана сотрясалось. Движения — то скребущие, то толкающие вверх — продолжались с неослабевающей силой и ровным темпом.
— Хх… По, подожди! — с трудом выкрикнул Хэган и протянул руку. Но он не только не дотянулся до Тэхёна, а лишь инстинктивно сжался, позволяя пальцам Тэхёна проникнуть ещё глубже. Они проникли так глубоко, как Хэган и не представлял возможным. Рука остановилась, лишь когда упёрлась во что-то плотное, не дающее пройти дальше. И тут запястье Тэхёна начало вращаться. Медленно по часовой стрелке, а затем внезапно меняя направление и резко толкаясь вверх.
— Я думал, это потому, что у вас первый раз, но, похоже, у вас она расположена как-то особенно глубоко.
Тэхён склонил голову набок и левой рукой сжал член Хэгана. Член, до этого поникший от дискомфорта, снова неохотно начал твердеть. Казалось, он был готов встать от любого прикосновения Тэхёна.
«Ах ты, предатель херов. Я только что пытался его остановить, а ты так радостно вскакиваешь, будто только этого и ждал! В каком свете ты меня выставляешь?» — Хэган зажмурился, мысленно ругаясь. Его лицо и уши горели. Влажные, хлюпающие звуки геля, обильно смазывавшего вход, и пальцев Тэхёна, то прилипающих, то отрывающихся, эхом отдавались в ушах. Он не знал, что раздражало больше: рука Тэхёна, хозяйничающая в нём, как у себя дома, эти мерзкие звуки или его собственный член, снова готовый кончить.
Что бы это ни было, он больше не мог терпеть. Раздражение Хэгана достигло предела. Мало того, что его заставили «лечь снизу» только потому, что у него не было опыта с мужчинами, так теперь ещё и копаются в его заднице уже бог знает сколько времени.
— Вы там что… сокровища ищете? Хватит уже, ых, просто вставьте свой член…
— Я бы с радостью. — Тэхён развёл его ноги ещё немного шире и ввёл пальцы так глубоко, что снаружи не осталось ни одной фаланги. — Но вы внутри намного уже, чем я думал.
Словно в подтверждение его слов, внутренности туго сжались. Пальцы Тэхёна, с трудом пробившиеся сквозь узкий проход, принялись настойчиво раздвигать и массировать стенки.
— Боюсь, как бы вы не надорвались, принимая мой. — Тэхён убрал руку с члена и мягко погладил Хэгана по его плоскому животу. Лёгкая ухмылка на его лице сменилась искренним беспокойством. — У вас и так первый раз, тело еще не привыкло. Лучше быть осторожнее.
Хэган, до этого стиснувший зубы, терпя инородное ощущение, яростно нахмурился, услышав это. Он с самого начала чувствовал, что его что-то раздражает, и, кажется, теперь понял, что именно: это вечное наминание о первом разе.
— «Первый раз», «первый раз»… Знаете, нет ничего более жалкого, чем когда «бывалый» зацикливается на «целке», верно?
Хэган откровенно язвил. На этот раз замер Тэхён. Он даже прекратил движения рукой внутри и просто уставился на Хэгана. Внезапная тишина и ощущение пустоты внизу стали невыносимыми. Хэган лишь дёрнул бровью, выдерживая его взгляд.
«И что? Я сказал что-то не то?»
Прошло несколько секунд тишины, и ему пришла мысль, что Тэхён, возможно, не понял слова «бывалый». Хэган и сам впервые узнал это слово из-за старших хулиганов, которые считали смыслом жизни передавать детям из приюта вульгарные слова, услышанные в школе. Хотя сейчас он был тем ещё кобелём, который неразборчиво клеил и мужчин, и женщин, в школьные годы он был «ботаником», который даже был президентом студсовета, так что он мог и не знать таких дешёвых словечек.
Хэган уже открыл рот, чтобы объяснить, но вместо этого издал удивлённый стон.
Рука, заполнявшая его, мгновенно исчезла, и в то же мгновение Тэхён схватил Хэгана за левую лодыжку и потянул вниз. Его тело, опиравшееся на изголовье кровати, безвольно соскользнуло.
В мгновение ока Тэхён оказался прямо над ним. Он встретился взглядом с лежащим внизу Хэганом и усмехнулся так, что у того волосы на затылке встали дыбом.
Тэхён явно всё понял. Он опасно сощурился и властно поднял подбородок Хэгана.
— Кто это любит целок? Я? — Тэхён криво усмехнулся, силой удерживая голову Хэгана, не давая ему отвернуться. Его светло-карие глаза, обычно скрытые улыбкой, теперь без единого взмаха ресниц медленно, оценивающе скользили по лицу Хэгана. Будто он им любовался. Влажные пальцы, только что бывшие внутри, медленно, почти лениво погладили Хэгана по щеке. — Кажется, ты что-то очень сильно не так понял.
— Тэхён-хён ведь никогда не говорит с тобой неформально, да?
Судя по слову «никогда», он уже знал ответ. И действительно, Хэган слышал, как Тэхён говорит неформально, только со своими друзьями. С Хэганом он иногда использовал обороты, которые были на грани вежливости, но тут же возвращался к официальному тону, так что это казалось просто случайной оговоркой.
Поэтому слышать, как он произносит две фразы подряд в неформальном тоне, было так странно и непривычно.
— Это ведь не последний раз. И мне неприятно, когда меня ставят в один ряд с теми придурками, которые хвастаются, будто сорвать «первый цветок», который есть у каждого, — это какое-то великое достижение. — Тэхён едва слышно вздохнул и томно протянул: — И… тот факт, что я первым заметил, что ты девственник, разве делает меня... ублюдком?