Испачканные простыни. Глава 86
<предыдущая глава || следующая глава>
Хэган, чей подбородок всё ещё сжимали пальцы, на мгновение задумался, а затем вывернулся из хватки. Тэхён послушно отпустил его. Это только в постели он был нехарактерно настойчив, но по своей сути Тэхён не был тем человеком, которому нравится помыкать другими. Именно поэтому они до сих пор как-то уживались, несмотря на упрямство Хэгана.
Хэган снова уставился в телевизор и, едва дослушав вопрос, угрюмо озвучил первую мысль, пришедшую в голову:
— Вы же говорили, что никогда не встречались со спортсменами. Наверное, просто интересно, раз меня показывают по телеку, вот и всё.
— …Кстати, а я правда первый человек из телевизора, с которым вы переспали?
Даже Хэгану, у которого во времена в профлиге не было ни черта, кроме смазливого личика, то и дело поступали предложения о свиданиях от айдолов, актеров и прочих знаменитостей. Вряд ли у Тэхёна было иначе. К тому же, учитывая, сколько у него денег и то, что он врач, вокруг него наверняка роились толпы желающих навести мосты.
Тэхён ответил с задержкой, спустя долгое время отводя взгляд от Хэгана, словно размышляя вслух:
— Ну, как сказать. Я не помню.
«Не помнишь, потому что их было слишком много?» — читалось в воздухе. Впервые Хэган видел человека, который ломается как девственница уже после того, как они переспали. Хэган, метнув взгляд на безмятежное лицо Тэхёна, словно видя его впервые, огляделся по сторонам.
Тэхён тут же протянул ему пульт.
Видимо, он решил, что Хэган ищет пульт по вполне очевидной причине — потому что не хочет больше смотреть. Это было логично, учитывая, что он не знал, о чем думает Хэган, а тот лишь бормотал себе под нос: «Охренеть как бегает», глядя на себя в прошлом. Однако Хэган, схватив пульт, вместо кнопки выключения нажал на кнопку с изображением динамика. Звук, словно выскочившая пружина, мгновенно заполнил комнату.
Заметив удивленный взгляд Тэхёна, Хэган неловко оправдался:
— Не помню, забил я тогда гол или нет.
Тэхён молча отвёл глаза. Они сидели рядом и тихо смотрели матч. Наблюдали так сосредоточенно, не отрывая глаз, что казались заядлыми спортивными фанатами, а не людьми, которые еще несколько часов назад занимались сексом.
Тем временем Хэган вспомнил, что в этом матче он действительно забил. Это была игра на следующий день после новостей о том, что ведущий нападающий команды выбыл до конца сезона из-за травмы подколенного сухожилия, а потерявшего форму полузащитника, бывшего игрока сборной, обменяли на двух новичков из другой команды.
Как любил подчеркивать главный тренер, механизм не будет работать, если в нем не хватает хотя бы одного винтика. С командой, состоящей из людей, всё было еще сложнее. Стоило выбыть паре ветеранов, на которых всё держалось, как боевой дух остальных упал до нуля.
Хотя Хэган и забил гол в дебютном матче, сразу же став надеждой для многих, его навыков всё же не хватало, чтобы потеснить опытных игроков, выступавших годами, и занять место в основном составе. В интервью клуб наплел, что планирует постепенно повышать уровень игры Хэгана, только что окончившего школу, чтобы он мог играть полный матч ближе к концу сезона. Но из-за изменившейся ситуации у них не осталось ресурсов заботиться о таких вещах, как «постепенный рост» или «воспитание таланта». Впервые после вступления в клуб имя Хэгана появилось в стартовом составе. И он отыграл всё время.
Когда цифры на табло сменились с 69 на 78, Тэхён заговорил:
Хэган помнил лишь то, что гол был забит в решающий момент, но теперь, благодаря подсказке, к смутным образам в памяти добавились яркие краски. Тэхён, поставив бутылку с водой на подлокотник дивана сразу после того, как смочил горло, невозмутимо добавил:
— Я, кстати, смотрю это уже в третий раз.
— Потому что каждый раз вижу что-то новое?
Хэган нахмурился, и Тэхён усмехнулся.
— Если я скажу, что выучил даже комментарии к вашему голу, вам станет еще противнее, да?
Реакцию он угадал, но ошибся с причиной отвращения.
— Хорош заливать. Как это можно выучить?
Спортивные трансляции обычно ведут комментатор и аналитик. Их роль — объяснять ход игры так, чтобы было понятно даже обывателю, знающему лишь базовые правила. Но в особые моменты их речь превращается в беспорядочную смесь криков, нагнетающих напряжение, и обрывочных восклицаний, словно они сами смотрят игру как зрители. А уж в момент гола и подавно. И Тэхён утверждает, что запомнил всё это? Посмотрев всего три раза?
— Головой? — Судя по бессмысленному ответу Тэхёна и легкой улыбке, подколка Хэгана его совершенно не задела. — Для меня запоминание не составляет особого труда. — Добавил Тэхён фразу, которая звучала донельзя высокомерно.
Хэган внимательно вглядывался в его лицо, пытаясь понять, всерьез ли он, но Тэхён и глазом не моргнул. Наоборот, он так нагло приподнял бровь, будто приглашая к спору, и Хэган завелся.
— Ну, тогда давайте, цитируйте.
— Хм, — Тэхён искоса глянул на экран, проверяя время. — Но до гола еще далеко.
— Если начнете прямо на моменте гола, это будет просто повторение услышанного. Давайте сейчас.
На экране горела цифра «87». До гола Хэгана оставалось около трех минут. Хэган скрестил руки на груди и уставился на Тэхёна: мол, ну давай, покажи, на что способен. Теперь ему было даже интереснее увидеть, как Тэхён выкрутится из этой внезапной проверки, чем узнать, правду он сказал или нет.
Тэхён лишь повернул голову и окинул Хэгана взглядом сверху вниз. Голубоватый свет от огромного экрана падал на его ровный лоб и глаза под ним. Они сидели рядом, но лицо Тэхёна было видно лишь наполовину. Может, поэтому? Казалось, что он разглядывает человека, которого видел до тошноты часто, словно открывает для себя совершенно новый мир.
На мгновение ему показалось, что его укусил вампир. Настолько быстро Тэхён набросился на него. Просунув руку между диваном и спиной Хэгана, обнимая его за талию и прижавшись щекой к плечу, Тэхён невозмутимо ответил:
— Надо закрыть глаза. Вдруг я буду жульничать?
Тэхён настойчиво втиснул лицо куда-то между плечом и шеей Хэгана, говоря с дьявольской невозмутимостью. Так близко, что его дыхание ощущалось быстрее, чем звук его голоса. Так близко, что волоски на затылке встали дыбом. Оба были без футболок, кожа касалась кожи, но, возможно, из-за того, что они буквально прилипали друг к другу еще несколько часов назад, отторжения это странным образом не вызывало.
Волосы, пахнущие шампунем — видимо, помыл голову совсем недавно, — щекотали подбородок. А затем раздался голос, щекочущий еще сильнее.
— «Итак, налево. Обе команды спешат, поэтому игра, кажется, идет не так гладко, как хотелось бы».
Голос Тэхёна отличался от голосов экспертов, которые Хэган слышал по телевизору в раздевалке или по радио.
Даже слово «удар», которое в решающие моменты обычно выкрикивают, он произнес в своем ритме. Легко, словно делая глубокий вдох и выдох, не торопясь. Следуя за этим медленным дыханием, Хэган невольно задержал свое на несколько секунд.
— «Воспользовавшись суматохой, Ким Джэволь попытался пробить, но защитник без труда выбил мяч. Похоже, этот угловой станет последним в матче».
Глаза Хэгана были направлены на телевизор, чтобы сохранить видимость безразличия, но сосредоточиться, как раньше, он не мог. Громкий гул трибун, заполнявший уши еще минуту назад, постепенно затихал. Знакомый со спины старший товарищ по команде после борьбы, хватая соперника за форму, выбил мяч на край поля. Комментатор, словно не имея времени на сожаления, продолжил быстрый механический репортаж.
Как только прозвучали слова комментатора, в точности повторяющие то, что Тэхён произнес минуту назад, время на экране сменилось с 88 на 89. Рука Тэхёна, лежавшая на правом бедре Хэгана, который сидел, удобно расставив ноги, скользнула глубже, в промежность. Тэхён, словно он тут ни при чем, нежно продолжил:
— «На Джунъён готовится к угловому. Видимо, из-за нехватки времени он попытается подать быстро».
Хэган стиснул зубы от того, как рука без всякого расчета силы сжала его плоть через ткань боксеров. Тэхён, притворяясь, что ничего не замечает, поцеловал его в шею. Эти поцелуи, похожие на детскую забаву, совершенно не вязались с похотливыми пальцами, ощупывающими бедра и талию. При каждом звуке «чмок» левое плечо Хэгана вздрагивало. Когда нос Тэхёна коснулся мокрых волос на затылке, Хэган не выдержал и перехватил руку, пытающуюся залезть под резинку белья.
— ...Что, неужели опять хочешь?
Они сходили с ума и трахались как бешеные не день назад, а всего пару часов, это просто немыслимо. Однако дыхание самого Хэгана уже сбилось. Слова, которые тараторил комментатор, влетали в одно ухо и тут же вылетали из другого.
[Защитник без труда выбил мяч. Похоже, этот угловой станет последним в матче.]
Тэхён ответил невпопад, продолжая «репортаж»:
— «Есть шанс на добивание. Мяч в воздухе, отскакивает от рук вратаря».
Тихо договорив это прямо в кожу, он слегка прикусил шею. Хэган еще даже не успел высохнуть от пота, пролитого под одеялом. Тэхён, который всё это время прижимался губами к его коже, не мог не чувствовать влагу, но вместо того чтобы отстраниться, он всасывал капельки пота губами, словно они ему нравились. Хэган крепко зажмурился.
Тело предательски реагировало на каждое касание Тэхёна. Когда губы поднялись к уху, сквозь зубы вырвался сдавленный стон. Он больше не мог даже притворяться, что смотрит игру, и откинул голову назад. Тэхён, который сидел прямо, лишь прислонившись к Хэгану верхней частью тела, незаметно втиснул колени между бедрами Хэгана. И когда пальцы наконец скользнули под резинку боксеров, по коже пробежали мурашки.
Хэган опустил голову, и их взгляды встретились. Тэхён высунул язык, лизнул его кадык и улыбнулся. Без звука, лишь одними губами он изобразил движение, необходимое для слова «Удар».
С задержкой, словно эхо, раздался голос комментатора, повторяющий слова Тэхёна:
«Ах ты ж лис хитрожопый…» Терпеть больше было невозможно. Грубо притянув Тэхёна за затылок ладонью, Хэган первым впился в его губы поцелуем.
Хэган вышел из дома Тэхёна только спустя несколько часов после того, как солнце перевалило за зенит. И то, это удалось лишь после того, как он наорал на Тэхёна, предложившего остаться еще и на ужин: «Ты кого растишь, свинью на убой?!»
Тэхён, якобы заботясь о Хэгане, которому завтра предстояло уехать на выездной матч, воздержался от проникновения. Но Хэган, которого сразу после завтрака схватили и до этого момента без передышки выжимали и сверху, и снизу, думал, что лучше бы уж один раз вставил и закончил. Ранее он даже всерьез забеспокоился, не слезла ли кожа на члене, и тайком бегал в туалет проверять.
— Да сам я дойду. Тут идти-то всего ничего, зачем провожать?
Сколько бы он ни ворчал, остановить Тэхёна, который естественно пристроился позади, было невозможно.
— Даже если «всего ничего», я могу волноваться.
— О чем? Если говорить прямо, даже если нападет грабитель, тут такое расстояние, что стоит только крикнуть — и всё слышно.
— Опасность исходит не только от незнакомцев.
Хэган обернулся на эту неожиданную фразу, но Тэхён смотрел не на него.
— Иногда знакомые страшнее, Хэган. Тебя атакуют прежде, чем ты успеешь насторожиться, — он сказал, глядя в пустоту, а не на Хэгана. Но странным образом это не звучало как разговор с самим собой.
«Но здесь же никого…» Проследив за его взглядом, Хэган вздрогнул. Он с опозданием заметил мужчину, сидящего на корточках перед его домом.