Моря здесь нет. Глава 258. Черная рука (3)
<предыдущая глава || следующая глава>
«Океаны». Заведение, названное в честь бескрайнего моря — источника всего сущего и бездонной сокровищницы ресурсов. Распределительный центр под маской бара, где торговали всем, что один человек может продать другому, и где принимали всех — от простых обывателей до высших слоев общества.
На каждом легальном товаре, привезенном из-за моря, стоял штамп «4HAE». Однако вещи, которые продавались в «Океанах», таких отметок не имели. Это означало, что всё поставлялось контрабандой, по нелегальным каналам, и клиенты прекрасно об этом знали.
Почему корпорация уровня «Сахэ» закрывала на это глаза? Я всегда задавался этим вопросом. «Сахэ Групп» безжалостно расправлялась с любой компанией, посмевшей посягнуть на ее территорию, но на существование «Океанов» она почему-то смотрела сквозь пальцы.
И я мог только строить догадки. Возможно, это снисходительность абсолютного монополиста. Или своеобразная милость для простого люда. А может, за всем этим стоит какой-то огромный картель, о котором мы ничего не знаем.
«“Океаны”... принадлежат моему отцу».
Но оказалось, что все три догадки были неверными. Причина, по которой «Сахэ» не трогала «Океаны», заключалась в том, что клуб принадлежал им же.
Простая, железная логика. Раз уж «Сахэ» не благотворительная организация, значит, существование «Океанов» приносило им какую-то выгоду. Но я даже представить не мог, что всё обстоит именно так.
Это было похоже на… опустошение. Я вновь осознал, что, как бы я ни барахтался, в итоге всё равно оставался заперт в аквариуме, который они сами и построили. И в то же время мне стало смешно от того, что я не понимал этой простой связи раньше.
— … «Океаны» принадлежат «Сахэ»?
Этой новости поразился не только я. Ли Юна, до этого сидевшая в прострации, вдруг вытаращила глаза так, словно ее огрели по затылку. Спокойным оставался лишь один Джу Дохва:
Выдав шокирующую правду, о которой вряд ли знал кто-то еще, Джу Дохва сидел с совершенно равнодушным, скучающим видом. Он не усмехнулся над нашим удивлением, не выглядел смущенным и неловким. Он говорил об этом так буднично, словно озвучивал прописную истину.
— Это не общеизвестная информация. И на самом деле, до определенной степени это заведение действительно независимо.
Видимо, поэтому он не мог распоряжаться там как у себя дома. Джу Дохва посмотрел прямо на меня, словно оправдываясь. Впрочем, меня это не особо волновало. Но один вопрос всё же не давал мне покоя.
— Но зачем держать это в секрете?
Я проработал в «Океанах» год, с двадцати четырех до двадцати пяти. За это время — кому-то оно покажется долгим, кому-то коротким — я успел изучить порядки и систему управления заведения. Так же, как я догадался, что рядовой сотрудник Тео на самом деле был управляющим, я был посвящен в куда более глубокие секреты, чем остальные сотрудники.
Но даже я понятия не имел, кто стоит за «Океанами». На теневом рынке гуляло множество нелепых слухов, но достоверной информации не было ни у кого. Даже у Тео.
— Ведь никто не знает, что это место принадлежит твоему отцу. Вы словно специально это скрываете.
Это не мое дело, но мне было искренне непонятно. Зачем делать из этого тайну, если заведение всё равно принадлежит «Сахэ»? Почему бы просто не штамповать на товарах «4HAE» и не продавать их в открытую?
— Да, мы скрываем это намеренно.
Ответ Джу Дохвы, как всегда, был краток. Ситуация по-прежнему оставалась для меня загадкой, но разъяснения последовали со стороны Ли Юны.
— Ну и мрази, — цокнув языком, Ли Юна с отвращением скривилась. На ее лице, перекошенном от негодования, читалось то же опустошение, которое я только что испытал сам. — Конечно, они будут это скрывать. Монополизировать морские пути и при этом бесстыдно заниматься еще и таким бизнесом?
Джу Дохва слегка усмехнулся. Как будто именно такой реакции он и ждал. А затем посмотрел на меня и сказал:
— Видишь? Обычно люди реагируют именно так. — В уголках его губ затаилась насмешка. Но глаза оставались холодными, и его следующие слова прозвучали с явным сарказмом: — Людям в принципе не нравится, когда меньшинство владеет слишком многим. Каким бы пирамидальным ни было общество, всегда найдутся те, кто будет бунтовать против верхушки.
И это была правда. Несмотря на то что «Сахэ» превозносили как компанию, поднявшую экономику страны, многие считали несправедливым, что в их руках сосредоточено всё. И Ли Юна, раздраженно кривившаяся передо мной, была тому наглядным примером.
— Если на всей еде, вещах и одежде стоит один и тот же логотип, неизбежно появятся те, кто захочет найти товар без него. Когда выбора нет, людям приходится пользоваться нашим, но ведь есть способ проще.
С этими словами он достал свой телефон. Такой же, как у меня, с маленьким логотипом «4HAE». Дохва слегка прикрыл его пальцем.
— Мы просто убираем именные бирки.
— Делаем вид, что это не наше.
Я был в шоке от такой наглости, но с другой стороны — поражался их изощренности. Одно дело — узнать, насколько подлой может быть корпорация с изнанки, и совсем другое — осознать масштабы их махинаций.
— Даже контролируя все морские пути, «Сахэ» не может полностью избавиться от контрабандистов. Раз уж мы не можем это остановить, мы просто берем это под свой контроль. К тому же всегда есть товары, чья ценность падает, если продавать их открыто.
Короче говоря, они стремились к абсолютной монополии. И раз Дохва подчеркнул, что «Океаны» принадлежат отцу, а не «Сахэ», то, скорее всего, вся эта схема была детищем председателя Джу.
— Конечно, нельзя давить слишком сильно, нужно давать людям возможность вздохнуть.
И этим «глотком воздуха» стали «Океаны». Место, которое внешне казалось независимым и неподконтрольным «Сахэ».
И даже это было лишь иллюзией милосердия. Снисхождение, при котором тебя загоняют в угол, давят до тех пор, пока ты не начнешь задыхаться, а затем позволяют сделать один глоток воды.
— Вы только представьте, как это бьет по гордости: все эти сливки общества вынуждены тащиться в трущобы, чтобы достать то, что им нужно.
Он говорил не о тех простолюдинах, что приходили в «Океаны» от нужды. Он целился в тех, кто сознательно отказывался от товаров «Сахэ» и искал новые развлечения на дне общества.
— Иногда полезно щелкнуть их по носу.
Посыл был ясен: любой, кто попытается выйти из-под контроля «Сахэ», неизбежно столкнется с унижением. Это было похоже на подсознательное программирование.
— Какой больной ублюдок, — сказала Ли Юна.
Я был с ней согласен, но Джу Дохве, похоже, было плевать. Он лишь пожал плечами и вернулся к делу.
— В общем, ситуация неоднозначная. Если поставщик «Кымро» — «Океаны», то получается, что продажа ими паленого алкоголя может и не быть предательством по отношению к «Сахэ».
Вот почему Дохва сказал, что это проблема. Мы искали слабое место «Кымро», чтобы сбросить их с пьедестала, но если всё так запутано, использовать председателя Джу будет сложнее.
— Но зато попасть в «Океаны» будет проще простого.
— А-а… — с губ Ли Юны сорвался тяжкий вздох. Наверное, она поняла, что информация, которую она с таким трудом добыла, может оказаться совершенно бесполезной. И всё же она не собиралась сдаваться: энергично помотала головой и нахмурилась. — Нет, в любом случае нужно посмотреть бухгалтерию. А еще лучше — перекупить того, кто ею занимается.
Человек, который ведет бухгалтерию. Я знал такого сотрудника. Излишне мягкого и доброго человека, единственного, которым по-настоящему дорожил директор — та еще мразь.
Правда, этот сотрудник уже давно сбежал из «Океанов».
Я оцепенел. Имя, которое я не мог не знать, больно резануло по ушам. Имя той, кого я когда-то оттолкнул и оставил, той, что заботилась обо мне до самого конца.
— Так что, Дохва, сходи туда, сделай вид, что хочешь что-то купить...
— Я пойду, — слова вылетели еще до того, как я успел подумать. Но даже если бы у меня было время на раздумья, я бы сказал то же самое. Раньше я бы сбежал, но сейчас всё было иначе. — Я сам пойду в «Океаны».
Почему ты всё еще там, Линлин? Ты же говорила, что сбежала. Говорила, что этот ублюдок директор избил тебя.
В комнате не было никого, кто мог бы мне отказать. Даже Джу Дохва, который запретил мне идти на прием «Кымро», сейчас лишь плотно сжал губы. Он не пытался меня отговорить или возражать, просто пристально смотрел.
Этого объяснения оказалось достаточно. Ли Юна откровенно обрадовалась и, казалось, вздохнула с облегчением. Она сказала, что так ей даже спокойнее, и попросила, если всё пройдет хорошо, переговорить с Линлин.
Так было решено, что я отправлюсь в «Океаны». В то самое место, где я когда-то жил, и откуда Джу Дохва меня выкупил.