Коррекция. Глава 82
<предыдущая глава || следующая глава>
Ким Джухван снова расстегнул пряжку брюк. Несмотря на то что у него не было гона, член всё ещё стоял колом. Плоть требовала немедленно войти туда, где он побывал совсем недавно… нет, туда, где он впервые проложил путь более десяти лет назад.
Ах, точно, так и было. С того самого дня ни один омега не мог удовлетворить его. Бывало, он возбуждался, просто вспоминая о том случае. Так каково же это сегодня — снова сжимать в объятиях виновника тех воспоминаний?
Ким Джухван поцеловал Чонмина в колено, и его взгляд скользнул к месту, которое было мокрым не от манящей смазки, выделяемой омегой для соблазнения, а от крови с её тяжёлым металлическим запахом.
Стоило Джухвану ввести палец, как тело Чонмина сильно дёрнулось. Это было ожидаемо. Там всё опухло и было разорвано… Зрелище, мягко говоря, жалкое. С первого взгляда было ясно, что удовольствия это не предвещает.
Вошло всего полторы фаланги, а на пальце уже кровь. Ким Джухван недовольно цокнул языком и вынул руку.
— Кто увидит — неправильно поймет. Подумают, что ты девственник. А ведь ты уже дважды принимал член альфы.
Было видно, как дрожат руки Чонмина, разводящие собственные ягодицы. Этот человек действительно не давал повода заскучать. Ким Джухван расстегнул молнию до конца и высвободил разъяренную плоть. Член, в котором скопился жар, стал ещё больше и тверже, чем раньше, и стремился лишь к одной цели. Почувствовав толстую головку у самого входа, Чонмин крепко зажмурился. Вскоре, ощутив чудовищную плоть, вторгающуюся внутрь так резко, словно его ударили в живот, он убрал руки с ягодиц и судорожно скомкал простыню.
Он прикусил губу, пытаясь сдержать боль. Но Ким Джухван, словно и не думая щадить его, безжалостно вбивался внутрь. Как бы широко Чонмин ни разводил ноги, анус лишь сильнее сжимал член Ким Джухвана.
Ему хотелось двигаться быстрее, толкаться сильнее, но задница Чонмина была под стать хозяину — чертовски упрямая. Чонмин и сам широко раскинул ноги, пытаясь хоть как-то ослабить хватку. Но Джухвана, которого стискивало так, что он не мог пошевелиться, это начинало раздражать. Он снова цокнул языком, глядя на Чонмина. Наблюдая, как с лица партнера, к которому едва вернулись краски, снова сходит вся кровь от мучений, он подумал, что кончить сегодня вряд ли удастся.
— Расслабьтесь, сонбэ. Так будет приятнее и тебе, и мне. М? — Ким Джухван легонько похлопал Чонмина по щеке. — Посмотри-ка. У тебя и губы в крови. Хочешь сдохнуть от потери крови, ещё даже не став омегой?
Он большим пальцем с нажимом провел по губам Чонмина.
— Кончай... быс... трее… — почти умоляюще прошептал Чонмин.
— Вот именно. Я тоже хочу побыстрее кончить. Но вы, сонбэ, совсем не сотрудничаете. Ну же?
— Даже если бы я хотел вынуть член, разве он выйдет? — успокаивающим тоном произнес Ким Джухван. Но дрожащее тело по-прежнему не давало ни малейшей слабины.
Тихо выругавшись, Ким Джухван заметил обмякший член Чонмина, обхватил его рукой и начал теребить. Омеги редко возбуждаются от стимуляции члена, но альфы — наоборот, поэтому он надеялся, что это поможет Чонмину расслабиться, но ничего не вышло.
Сколько он ни работал рукой, реакции не было, казалось, что низ живота Чонмина напрягается только сильнее. Ким Джухван нахмурился. Он всё же хотел избежать новых разрывов, но, похоже, придется прокладывать путь силой, хочет того партнер или нет.
Не обращая внимания на мучения Чонмина, он отстранился назад и снова с силой, рывком загнал член обратно. Под звуки шлепков плоть выходила и снова вбивалась в узкое отверстие. В конце концов Чонмин не выдержал и, замахав руками, попытался оттолкнуть Джухвана, требуя прекратить.
— Сонбэ, я же говорил, руки нужны не для этого. Держись за меня. Я быстро закончу.
— Блядь... блядь… — Чонмин, всхлипывая, обвил руками шею Ким Джухвана. В тот же миг Джухван приподнял его бедра повыше и начал вколачиваться в него с удвоенной силой. Каждый раз, когда багровый член пронзал его, Чонмин бился в конвульсиях, но, что похвально, рук не разжимал. Наоборот, он цеплялся ещё сильнее, словно Ким Джухван был единственным, кто мог его спасти. Спустя какое-то время стало чувствоваться, как нутро Чонмина начало подстраиваться под форму члена. Движения стали свободнее, удавалось входить всё глубже. Амплитуда толчков увеличилась.
Чонмину всё ещё было больно, но это уже не имело значения. Ощущая приятную тесноту и идеальную температуру внутри, Ким Джухван наконец-то смог двигаться так, как хотел, словно только сейчас занял подобающее место. Темп нарастал, становясь всё грубее, и комната начала наполняться жаром.
Движения были настолько яростными, что голова Чонмина то и дело ударялась об изголовье кровати, пока, наконец, его руки не лишились сил и безвольно не упали.
Удовлетворение. Кто бы мог подумать, что сухая дырка альфы, казавшаяся такой непривлекательной, окажется настолько вкусной. Ким Джухван жадно глотал воздух, словно путник, нашедший оазис. Его накрыла внезапная волна насыщения.
Неважно, жив или мертв тот, кто распластан под ним, — ради собственной похоти и удовольствия он продолжал вгонять член до самого корня и вынимать его. Вскоре, ощутив подступающий жар внизу живота, он сделал мощный рывок всем телом, вогнал плоть максимально глубоко и излился.
Дрожь прошла от поясницы до пяток, пока он выплескивал внутрь семя до последней капли. Почувствовав, как увлажняются внутренние стенки Чонмина, он медленно отстранился. Мутная белесая жидкость, смешанная с кровью, вытекла наружу, пачкая простыню. Но полностью вынимать член он не стал. Послевкусие от оргазма еще не успело пройти, как плоть снова начала твердеть. Он мельком взглянул на Чонмина. Тот почему-то не издавал ни звука. Обмяк, словно потерял сознание.
Только стало интересно, а продолжать, похоже, уже не с кем. У него не было хобби трахать тех, кто в отключке. Прежде чем его член снова взбесился, Ким Джухван вытащил его из истерзанного отверстия. Белая жидкость тут же хлынула наружу толчками. Естественно, ведь внутри нет матки, способной удержать семя, вот оно и вытекает, не находя себе места.
Всё равно ведь никакой ублюдок там не заведется.
Ким Джухван пальцем собрал стекающую сперму и медленно протолкнул её обратно внутрь, глядя на Чонмина, но тот по-прежнему не шевелился.
Казалось, кто-то ворочает раскалённой кочергой всё внутри, от промежности до самых кишок. Боль была такой невыносимой, что уснуть было невозможно.
Чонмин с трудом открыл глаза, но прежде чем вдохнуть, с его губ сорвался болезненный стон. Веки едва поднимались. Несмотря на то что он лежал, тело ломило от дискомфорта так, словно он вовсе не отдыхал.
Боль не отступала, и он, сам того не осознавая, продолжал бормотать: «Больно... больно...». Раздался стук каблуков, и он почувствовал прохладное прикосновение к своему лбу. Вскоре послышался звук открываемой двери и какая-то суета. Кто-то что-то говорил, но для него это звучало просто как шум.
— Господин Чонмин, вы в сознании?
Не зови меня по имени. Слишком громко.
Голос показался знакомым. Сознание понемногу прояснялось, звуки становились отчетливее. Чонмин через силу открыл глаза, вырываясь из тьмы.
— Вы в порядке? Понимаете, кто я?
Женщина в белом халате с каштановыми волнистыми волосами до плеч...
Голос был совершенно сорванным и сиплым, но женщина, услышав его, облегченно выдохнула.
Голос пропал. Каждое слово отдавалось колющей болью в горле, и Чонмин нахмурился. Ким Ари принесла бутылку с водой, вставила трубочку и поднесла к его губам.
— Сделайте один глоток. Больше не пейте.
Чонмин кивнул, смочил пересохшее горло и выпустил трубочку изо рта.
— Я недавно подключила ещё одно обезболивающее. Скоро станет полегче.
Так или иначе, это означало, что ему больно. Кстати, обезболивающее?.. Чонмин обвел взглядом помещение, насколько позволяло зрение. Запах лекарств, белый потолок. Даже не вглядываясь, он понял, что находится в больнице. Но почему он в больнице? Почему он вообще...
Стоило попытаться вспомнить причину, как голову пронзила такая боль, будто череп раскалывался. Это была не обычная мигрень. Это была боль с тошнотворным оттенком. В ушах зазвенело, в глазах снова потемнело. Чонмин закрыл глаза, решив, что лучше уж снова потерять сознание.
Вскоре в палате повисла тишина. Ким Ари ещё раз осмотрела Чонмина, вздохнула и повернулась к мужчине — причине его состояния.
— Директор, о чем вы вообще думали?
Мужчина смотрел на результаты анализов в своем телефоне. Вердикт «Альфа», четко прописанный там, — это не то, чего хотел он, и уж точно не то, чего хотел мужчина, лежащий перед ним растерзанным.
— Эта палата теперь закреплена за господином Шин Чонмином. Держите её свободной постоянно.
— Доктор Ким, я не давал разрешения на дальнейшие комментарии.
Ким Джухван встал у кровати. Он коснулся пальцем сухих, потрескавшихся губ Чонмина.
— Это дело нас двоих. Что касается господина Шин Чонмина, то беспокоиться о нем буду я, и решения принимать буду тоже я. А вы, доктор Ким, делайте только то, что я говорю.
Ким Ари явно хотела что-то возразить, но, почувствовав тяжелые феромоны Ким Джухвана, направленные на Чонмина, лишь кивнула и вышла из палаты. Прошло три дня с тех пор, как Чонмину ввели первую дозу лекарства.