Коррекция. Глава 66
<предыдущая глава || следующая глава>
Чонмин бежал уже больше часа, установив скорость беговой дорожки чуть выше обычной. Ему не хотелось тренироваться — хотелось просто ни о чем не думать. Когда нужно было на время отключить перегруженный мозг, не было ничего лучше бега. Поэтому Чонмин просто бежал, бежал и бежал. Лишь когда ноги начали понемногу дрожать, он медленно остановился, тяжело дыша.
Чонмин неподвижно смотрел на капли пота, падающие на пол, и злился на мысли, что тут же вновь нахлынули приливной волной.
«Ю Шину… Хён. Вернулся в Корею.»
Сначала Чонмин подумал, что это сон. Вернее, отчаянно надеялся, что это сон. Но, прокрутив в голове их разговор снова и снова, он понял, что это реальность.
«И почему я, как последний дурак, с тех пор не нахожу себе места? Почему на душе так неспокойно?»
«Я решил, что покончу с этими чувствами. Даже если я останусь рядом с хёном, они никогда не будут взаимными. А главное — я буду ему только в тягость, поэтому с этим нужно было разобраться.»
После его отъезда в Америку Чонмин всерьез взялся за то, чтобы покончить со своими чувствами. К тому же, прошло столько времени. Он был уверен, что, встретив его снова, уже ничего не почувствует.
«Надо же, каким непостоянным оказалось человеческое сердце. Нет. Должно быть, я просто растерялся от внезапной встречи. Наверное, я просто рад его видеть и преувеличиваю. Скоро это уляжется. Скоро я снова стану невозмутимым.»
Чонмин вытер пот и сошел с дорожки. Он бы с радостью добил себя силовыми, но он слишком много времени потратил на бег. Пора было возвращаться в больницу, и он направился в раздевалку.
— Доктор Шин. — Коллега хлопнул Чонмина по плечу.
Тренажерный зал находился рядом с больницей, так что Чонмин допускал, что может встретить здесь знакомых, но не ожидал, что это случится так внезапно.
— Ха-ха, какой колючий. Кстати, сегодня же пришел новый врач. Ты уже познакомился?
«А, точно. Сегодня же у «этого человека» первый рабочий день. Совсем забыл.»
— Говорят, невероятный красавчик. Настоящий омега. Такой, знаешь, хрупкий и изящный.
«Господи, что за уровень разговора.»
— Какое вообще отношение внешность имеет к тому, альфа ты или омега? За такие высказывания в наши дни можно и жалобу схлопотать.
— Ох, да, сейчас надо быть поосторожнее. Понял, понял.
Оставив коллегу позади, который всё ещё бубнил что-то о его излишней колючести, Чонмин быстро принял душ, переоделся в раздевалке и направился в больницу.
Незаметно подкралось начало лета. Было еще прохладно, но теплая одежда уже исчезла с улиц. Скоро все переоденутся в легкую одежду.
Сегодня, на редкость, воздух был прозрачен, и небо сияло чистотой. Чонмин глубоко вдохнул, наслаждаясь свежестью.
«Да. Неважно, появился Шину-хён снова в моей жизни или нет. Сейчас моя главная задача — встретить жениха, который сегодня выходит на работу. Нельзя же портить первое впечатление».
— Здравствуйте. Меня зовут Пак Сонджин.
Теперь Чонмин понял, почему коллега назвал его «невероятным красавчиком». Светло-каштановые волосы, родинка точно под глазом, фарфоровая кожа и дивный аромат… Перед ним и вправду стоял омега, словно сошедший с картины.
Было даже странно, что он до сих пор не нашел себе пару — Чонмин был уверен, что отбоя от поклонников у него не было. Омега, заметив Чонмина, лучезарно улыбнулся и протянул руку. Чонмин пожал её в ответ.
— Рад познакомиться, сонбэним. Прошу, позаботьтесь обо мне.. — Омега улыбался так широко и лучезарно, что Чонмин невольно почувствовал вину за грехи, которых даже не совершал.
Как только Пак Сонджин закончил представляться, к Чонмину незаметно подскользнула его хёнсу-ним.
— Я пока… Мы же только парой слов перекинулись. Но первое впечатление неплохое.
— Он и специалист хороший, и характер у него приятный, и репутация среди коллег отличная. А главное, разве он не красивец? Просто сокровище, а не омега. Дорён-ним, вы должны его удержать. Обязательно. Поняли?
Хёнсу-ним сжала кулак в жесте «Файтин!»(1), и Чонмин неловко улыбнулся в ответ. Кажется, она хотела женить его даже сильнее, чем его собственная мать. Он был ей за это благодарен и в то же время чувствовал себя ужасно виноватым.
После того, как Пак Сонджин закончил представляться персоналу, Чонмин вызвался проводить его до отделения. Сначала они шли молча, но Чонмин, желая разрядить неловкую атмосферу, заговорил первым, и они начали понемногу узнавать друг друга.
— Я много о вас слышал, сонбэним. Среди моих однокурсников даже есть ваши фанаты. Говорят, ваша последняя научная статья была великолепна. Она была настолько сфокусирована на омегах, что я сначала подумал, будто вы из профильного отделения. Я так удивился, когда узнал, что вы терапевт.
— Альфы не могут специализироваться на лечении омег, это базовое правило.
— Ах, да, вы правы. Наверное, поэтому это было так необычно. Редко встретишь альфу, который бы так досконально изучал тело омеги… и который бы так открыто писал о том, сколько усилий альфы должны прикладывать ради омег.
— Конечно. Прочитав эту работу, я и решился на помолвку с вами, сонбэним. Я подумал: «Этот человек действительно будет меня беречь». Пусть это брак по договоренности… но если уж проводить с кем-то всю жизнь, хочется, чтобы это был человек, который будет уважать тебя, даже если между нами нет любви.
Чонмин знал, что сейчас самый подходящий момент возразить: «Нет, теперь я полюблю вас». Но слова застряли в горле. Почему даже простая вежливость дается с таким трудом?
— Думаю, мы будем часто пересекаться и по работе, и в личной жизни… Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. — Пак Сонджин снова протянул ему руку. Если первое рукопожатие было приветствием коллег, то это… это было приветствием будущих партнеров. Чонмин уже готов был охотно пожать ему руку. Уж если он не мог сказать нужных слов, он мог хотя бы показать свои намерения действием, но…
… в кармане завибрировал телефон.
— О, ответьте. Вдруг это срочный вызов. —Сонджин тактично отступил, и Чонмин смог посмотреть на экран. Это был не срочный вызов. Это было сообщение. С незнакомого номера.
Стоило ему прочесть эти строки, как он словно снова встретился с Шину-хёном.
[Приехал в Корею, подключил телефон и первым делом пишу тебе.]
Сердце, которое, казалось, остановилось, снова начало биться: ту-дум, ту-дум.
[Хотел позвонить, но подумал, что ты в больнице. Когда у тебя выходной? Может, поужинаем вместе? Мне столько нужно тебе рассказать. Как освободишься, напиши мне в мессенджере, я перезвоню.]
Чонмин не колебался ни секунды. Извинившись перед Пак Сонджином, он развернулся и тут же нажал кнопку вызова. Все то время, пока шли гудки, его сердце стучало в одном и том же оглушительном ритме. Так, что голова шла кругом...
— Шину-хён. — Только тогда он смог остановить свой бесцельный шаг по коридору.
— А, Чонмин-а. Ты не на работе?
— Нет, сейчас небольшой перерыв. А ты, хён?..
— Ясно. А я вещи разбираю. Вчера багаж привезли.
— Ага. Я теперь окончательно вернулся в Корею.
— Да. Но жилье пока временное. Когда выберу постоянную квартиру, из Штатов придет остальная часть вещей.
— Кстати, даже не верится, что я вот так говорю с тобой по телефону.
«Мне тоже… Я и не думал, что смогу снова вот так с ним говорить».
Чонмин быстро потер лицо ладонью и мельком взглянул на свое отражение в стеклянной двери. Он-то думал, что давно вырос и ему осталось только стареть… Но в этот момент, разговаривая с Ю Шину, он, казалось, снова превратился в двадцатилетнего Шин Чонмина.
— Как немного обустроюсь, давай поужинаем. Я угощаю.
— Э-э, донсэн должен есть то, чем его угощает хён-ним. Что за нарушение субординации?
— Шучу, дурень. Ладно, пришло и твое время угощать меня. Буду ждать с нетерпением.
— Обязательно сохрани мой номер.
Закончив разговор с Ю Шину, Чонмин сразу направился в курилку и закурил. Ему нужно было хоть немного успокоить ненормально колотящееся сердце.
«У меня нет ни малейшего желания сейчас начинать все с хёном сначала. Это невозможно, и я не собираюсь разрушать себя, цепляясь за ложную надежду о том, чему не суждено случиться. Так что дверь воспоминаний, которая снова пытается приоткрыться, нужно держать закрытой.
Вместо этого нужно создать новую «шкатулку». Если возможно, давай вернемся к отношениям хёна и донсэна, создадим кучу приятных воспоминаний и забудем прошлое.»
Чонмин был уверен, что у него получится.
Поэтому он покорно ждал звонка от Ю Шину.
Но тот позвонил лишь два месяца спустя, когда в Корею пришло настоящее, полноценное лето.