Трамп пригрозил Ирану жесткими мерами из-за урана

Вашингтон и Тегеран вновь оказались на грани срыва переговоров из-за судьбы иранских запасов высокообогащенного урана. 21 мая 2026 года президент США Дональд Трамп заявил в Белом доме, что Соединенные Штаты намерены добиться передачи этого материала под внешний контроль и не позволят Ирану сохранить у себя ресурсы, которые, по оценкам западных и международных структур, могут приблизить страну к созданию ядерного оружия. По данным Reuters, речь идет примерно о 900 фунтах такого материала, то есть примерно 408 килограммах. Международное агентство по атомной энергии при этом ранее оценивало общий запас урана, обогащенного до 60%, в 440,9 килограмма.

Кризис разворачивается на фоне посреднических усилий по закреплению перемирия после войны США, Израиля и Ирана, а также попыток вернуть стороны к формуле ядерных ограничений. Трамп подчеркнул, что Вашингтон в итоге «получит» этот уран и, вероятнее всего, уничтожит его, если добьется доступа. Параллельно в американской администрации все жестче оценивают последние предложения Тегерана, считая их недостаточными для долгосрочного урегулирования.

Иран, в свою очередь, отвергает требование о фактической передаче стратегического материала. Глава МИД Ирана Аббас Арагчи 16 мая в Нью-Дели заявил, что именно вопрос обогащенного урана остается одним из самых трудных на переговорах с США. Он также сказал, что дефицит доверия к Вашингтону и противоречивые сигналы со стороны американцев мешают продвижению дипломатии. Тегеран продолжает настаивать, что его ядерная программа носит мирный характер и что право на обогащение урана не подлежит отмене.

Почему спор об уране стал центральным

Суть конфликта в том, что накопленный Ираном материал, обогащенный до 60%, находится в опасной близости к оружейному уровню. Глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси в конце апреля говорил, что значительная часть этого запаса, по оценке агентства, вероятно, все еще находится на ядерном комплексе в Исфахане. По его словам, инспекторы пока не могут подтвердить фактическое состояние материала на месте, поскольку полноценный доступ после боевых действий ограничен. Ранее Гросси отмечал, что такого объема при дальнейшем обогащении теоретически может хватить на создание до десяти ядерных боезарядов.

Для США и Израиля именно вывоз, уничтожение либо необратимое разбавление этого урана считается ключевым условием любой сделки. Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху также выступает за удаление этих запасов из Ирана. Для посредников проблема стала почти неразрешимой: без компромисса по урану невозможно зафиксировать ни устойчивое прекращение огня, ни новую систему гарантий безопасности в регионе.

При этом еще 28 февраля 2026 года Оман сообщал о предварительном прорыве на переговорах между США и Ираном. Глава оманской дипломатии Бадр аль-Бусаиди тогда говорил о принципе «нулевого накопления»: существующие запасы предлагалось разбавить до минимального уровня, превратить в необратимое топливо и передать весь процесс под полную верификацию МАГАТЭ. Однако к маю эта конструкция, судя по заявлениям сторон, не получила окончательного политического оформления.

Что происходит с переговорами сейчас

На практике переговорный процесс буксует сразу по нескольким направлениям. США добиваются не только контроля над запасами урана, но и более широкого демонтажа ядерной инфраструктуры Ирана. Тегеран требует гарантий, что ограничения будут сопровождаться снятием давления и не превратятся в одностороннюю уступку. На этом фоне посредники, включая Пакистан и другие страны региона, пытаются не допустить нового витка войны.

Ситуацию осложняет и то, что вопрос об уране связан не только с нераспространением, но и с военным наследием недавнего конфликта. По оценкам международных наблюдателей, часть материала могла быть укрыта в туннелях на объекте в Исфахане еще до активной фазы ударов. Это делает любую будущую операцию по проверке, вывозу или уничтожению технически сложной и политически крайне чувствительной.

«Мы не позволим им иметь этот материал», — так Дональд Трамп публично обозначил позицию Вашингтона по ключевому спорному вопросу.

Рынки и региональные игроки внимательно следят за развитием кризиса, поскольку провал переговоров повышает риск новых ударов и дальнейшей дестабилизации Ближнего Востока. Дополнительным фактором остается судьба Ормузского пролива, вокруг которого также сохраняется напряженность на фоне недавней войны и связанных с ней энергетических рисков.

Коротко о главном

Главная причина нынешнего кризиса — несовместимость базовых требований сторон: США настаивают на фактическом лишении Ирана наиболее чувствительного ядерного материала, а Иран не хочет сдавать актив, который считает частью своего суверенного права и переговорного ресурса. Если посредники не вернут стороны к схеме проверяемого разбавления и международного контроля под эгидой МАГАТЭ, вероятность нового обострения резко вырастет. Наиболее реалистичный сценарий на ближайшее время — продолжение жесткого торга с угрозами со стороны Вашингтона и попыткой Тегерана обменять ядерные уступки на политические и экономические гарантии.