Китайский диссидент Дун Гуанпин добрался до Канады

Китайский правозащитник и диссидент Дун Гуанпин, ранее бежавший из Китая в Южную Корею на надувной лодке, прибыл в Канаду, где живут его жена и дочери. История 68-летнего активиста получила международный резонанс после того, как в конце мая 2026 года его задержала береговая охрана Южной Кореи у побережья уезда Тэан в провинции Чхунчхон-Намдо. По данным южнокорейских и международных СМИ, он преодолел более 300 километров через Желтое море на 3,3-метровой лодке с мотором, проведя в пути около 30 часов.

Дун Гуанпин — бывший китайский полицейский из Чжэнчжоу, провинция Хэнань. В Китае он давно известен как оппозиционный активист и участник правозащитных кампаний. По данным Amnesty International и AP, в 2001 году его осудили на три года по обвинению в «подстрекательстве к подрыву государственной власти», а в 2014 году он вновь оказался под стражей после участия в памятных мероприятиях, связанных с событиями 1989 года на площади Тяньаньмэнь. Позднее, в 2015 году, он вместе с семьей бежал в Таиланд и получил статус беженца ООН, однако тайские власти депортировали его в Китай по запросу Пекина незадолго до планировавшегося переселения в Канаду.

После возвращения в КНР Дун Гуанпин вновь подвергся преследованию. Правозащитные организации сообщали, что его держали в изоляции, а в 2018 году приговорили к 42 месяцам лишения свободы. По данным Human Rights in China, Chinese Human Rights Defenders и других профильных организаций, дело рассматривалось как политически мотивированное, а сам активист оставался под постоянным надзором даже после освобождения.

Опасный путь через Южную Корею

В мае 2026 года Дун Гуанпин предпринял еще одну попытку побега. Он вышел в море из района города Вэйхай в китайской провинции Шаньдун и направился к южнокорейскому берегу. Южнокорейская береговая охрана задержала его вечером 25 мая. Суд отказался санкционировать его арест, после чего активиста передали иммиграционным властям. На слушаниях он заявлял, что хочет добраться до Канады и воссоединиться с семьей.

По словам китайско-канадской писательницы и активистки Шэн Сюэ, поддерживавшей контакт с Дун Гуанпином, к моменту прибытия в южнокорейские воды он был на грани потери сознания, не спал более двух суток и оказался физически истощен. Южнокорейские власти при этом сообщали, что серьезных проблем со здоровьем на момент задержания у него не выявили.

Это была как минимум четвертая известная попытка Дун Гуанпина покинуть Китай. Ранее он безуспешно пытался выехать через Таиланд и Вьетнам, а также пробовал добраться вплавь до Тайваня. Каждая из этих попыток заканчивалась задержанием, депортацией или новым витком давления со стороны китайских властей.

Почему его история вызвала резонанс

Дело Дун Гуанпина стало показательным для правозащитников, поскольку объединило сразу несколько чувствительных тем: трансграничное давление Пекина на оппонентов, риск принудительного возвращения беженцев и уязвимость китайских диссидентов даже за пределами страны. Amnesty International, Front Line Defenders и другие организации ранее критиковали депортацию активиста из Таиланда, указывая на нарушение принципа невыдворения, который запрещает возвращать человека туда, где ему грозят преследование и пытки.

Прибытие Дун Гуанпина в Канаду фактически означает завершение многолетнего маршрута, который он пытался пройти с середины 2010-х годов. Для него это не только смена страны, но и шанс на воссоединение с семьей, уже находившейся в Канаде на правах убежища. Канадские власти традиционно не раскрывают детали индивидуальных иммиграционных дел, однако сама страна сохраняет одну из крупнейших в мире программ приема беженцев и переселения лиц, нуждающихся в защите.

Коротко о главном

История Дун Гуанпина показывает, как давление на китайских оппозиционеров выходит далеко за пределы самой КНР. Причина его многолетнего бегства — сочетание прежних уголовных дел, политического преследования и невозможности безопасно жить на родине после освобождения. Его прибытие в Канаду снижает риск новой депортации и, вероятно, завершает самый опасный этап этой истории, но сама ситуация вряд ли останется единичной: по мере усиления контроля внутри Китая попытки бегства известных активистов могут происходить все чаще, а странам Азии и Запада придется жестче определять свою позицию по защите таких людей.