Дьявол может плакать
Перед сражением
Дым клубится в воздухе, и из его глубин вырисовывается огромный Зеркальный Демон с расправленными крыльями на спине.
Данте:
"Наконец-то перестал притворяться человеком и решил сам сразиться с нами?"
Когда группа отворачивается, демон наносит удар — размытое движение из тумана — но Люсия вовремя падает сверху, блокируя атаку.
Люсия:
"Комендант, я встретила Бриджит возле башни. Она вела Лику, поэтому я забрала её."
"Лика, есть причина, по которой ты пришла сюда?"
Лика:
"Во мне… половина силы Зеркального Демона."
Данте:
"У нас были подозрения. Она больше не человек. «Демон» — более подходящее определение для того, кем она теперь является."
Люсия:
"Из того, что Бриджит узнала от Азимова, Лика…"
Люсия бросает взгляд на Лику, а затем решает всё-таки раскрыть правду.
Люсия:
"Лика умерла от наследственной болезни несколько лет назад, как и её мать…"
Лика:
"Я существую благодаря одержимости моего отца. Без моей помощи вы не сможете победить Зеркального Демона."
Альфа:
"А как же ты? Что с тобой случится, если мы примем твою «помощь»?"
"…Мы поговорим о тебе позже. Данте, Вергилий, вы можете отделить демона от Томаса?"
Вергилий:
"Возможно. Ямато обладает силой отделять человека от демона. Я попытаюсь это сделать."
После сражения
Во время битвы Вергилий вонзил Ямато в Зеркального Демона, насильно разорвав его связь с Томасом. После разрыва Томас выглядит сильно ослабленным и падает на землю.
Серебряная полоса рассекает воздух, когда заряженный молнией клинок Альфы наносит удар, снова рассекая Зеркального Демона надвое.
Однако, сколько бы раз его ни рубили, демон восстанавливается, его разбитое тело снова воссоединяется при помощи Карающего Вируса.
Не испугавшись повторных поражений, Зеркальный Демон сохраняет непоколебимую сосредоточенность, его взгляд устремлен на Томаса, находящегося неподалеку.
Зеркальный Демон:
"Почему ты бросаешь мне вызов?! Карающий Вирус, сила демона — оба подчинены моей воле! С моей силой и твоими знаниями мы могли бы отправиться в другой мир. Мы могли бы разделить одну корону, правя вместе как короли Мира Демонов. Мы могли бы завоевать Мир Людей и многие другие миры за его пределами. Всего за одну незначительную цену — эту девочку! Она даже не твоя родная кровь, всего лишь иллюзия, созданная твоей одержимостью! Почему?!"
Томас молчит, лишь смотрит на Лику позади вас затуманенными глазами.
Данте:
"Слушай, ты без умолку болтаешь, и это уже начинает раздражать."
Глаза Данте горят яростью, какой никто никогда прежде от него не видел.
Данте:
"Не всему нужно объяснение...Что, ты думаешь, родители не защитят своих собственных детей?!"
Пули, заряженные яростью полудемона, вырываются из Эбони и Айвори, их неумолимый шквал обрушивается на Зеркального Демона и заставляет его отшатнуться назад.
Вергилий движется словно призрак, его фигура мгновенно мелькает за Зеркальным Демоном. Ямато просвистел, возвращаясь в ножны, оставляя за собой следы от острых как бритва лезвий, которые расцветают в воздухе, каждый порез — багровая полоса на теле демона.
Хотя лицо Вергилия не выражает никаких эмоций, Альфа чувствует бурю под его ледяным спокойствием — тихую, но в то же время кипящую ярость.
На вершине башни наступает мгновенное затишье, когда тело Зеркального Демона падает на землю.
Багровый Карающий Вирус развевается, кружась в воздухе, словно призван. Он опускается к Зеркальному Демону на земле, медленно залечивая его раны.
Зеркальный Демон:
"Ты не можешь убить меня... Моя воля не может исчезнуть, пока жива другая половина зеркала. Карающий Вирус исцеляет мое тело. Теперь я одновременно и демон, и агент! Какая разница, что вы Сыны Спарды? Я бессмертен!"
Данте:
"Тогда мы будем продолжать тебя убивать до тех пор, пока не сможешь подняться."
Левая рука Альфы вспыхивает красным светом, когда она указывает на Зеркального Демона издалека, но Карающий Вирус продолжает действовать без остановки.
Вергилий:
"Раздражающая заноза..."
Девочка, долго молчавшая, выходит из-за вас.
Она поворачивается, чтобы встретиться с вашим взглядом, её глаза мягкие и нежные.
Решимость Лики горит неукротимо. Все присутствующие знают, что никакая сила в этом мире не сможет её остановить.
Обдуманными шагами она проходит мимо Данте и Вергилия, её взгляд прикован к Томасу, беспомощно лежащему на земле.
Словно осознав, что Лика собирается сделать, Томаса охватывает ужас.
Томас:
"Лика... нет... не надо!"
Лика:
"Папа, я теперь всё помню. Когда я покинула Вавилонскую Башню, ты сказал мне познать красоту мира и пожелал, чтобы я жила с надеждой. Я действительно познала прекрасные вещи. Я встретила очень классную женщину и парня, который мало говорит."
Лика:
"Я также встретила добрую старушку в городе. Она была так добра ко мне. Она рассказала мне всё о своей семье и дала мандарин. И все в этом городке такие интересные. Они любят вечеринки у костра, и я видела, как они танцевали вокруг огня. Все они действительно хорошие люди. Женщина из Отряда Поддержки тоже очень красивая. Она пообещала когда-нибудь научить меня драться.…Но никакого «когда-нибудь» больше нет. Отпусти меня, папа."
Лика:
"Я уже навещала тебя, папа. Если я останусь здесь слишком долго, маме станет одиноко."
Словно поражённый острым ножом, Томас срывается с ног. Он обнимает Лику, слёзы текут по его лицу ручьём.
От тела Лики начинает исходить мягкий белый свет, когда Томас держит её на руках.
Голос Лики затихает, растворяясь в воздухе, словно туман.
Лика:
"Живи с надеждой и увидь мир ради мамы и меня."
С оттенком утешения и облегчения Лика исчезает. Всё, что остаётся в объятиях Томаса, — это половина зеркала.
И всё же, прежде чем она исчезла, вы все это видели. Блеск слёз на щеках Лики.
Как могла девушка, проводившая дни в бегах, познать красоту мира? Он проявил к ней так мало милосердия.
Как только Томас протянул руку, чтобы коснуться осколка зеркала, по его поверхности начали распространяться трещины.
Человек, потерявший всё, падает на колени, отчаянно вцепившись пальцами в пустоту, чувствуя, как последние остатки тепла ускользают сквозь его руки.
Одна слеза скатывается, мгновенно поглощаемая дождём.
Почувствовав, что вторая половина зеркала начинает разбиваться, Зеркальный Демон бросается на Томаса, не обращая внимания на незажившие раны.
Данте:
"Серьезно? Ты совсем не чувствуешь обстановку?!"
Данте устремляется вперед, высоко подняв свой дьявольский меч, а Вергилий, Люсия и Альфа следуют за ним.
Клинок за клинком вонзаются в тело Зеркального Демона. Он поднимает левую руку в тщетной попытке блокировать удар, но конечность мгновенно отрубается. Потеряв Лику, он теряет равновесие, его защита явно рушится.
Боль пронзает его израненное тело, а страх впивается все глубже в его сердцевину.
Зеркальный Демон:
"Нет… Не надо…"
В отчаянии он бросается к второй половине зеркала.
Синие Миражные Клинки проносятся по воздуху, оставляя рваную рану на теле Зеркального Демона. Внутри раны что-то слабо мерцает.
Все узнают это — половину зеркала, которое держит Зеркальный Демон, похожую на то, что находится внутри Лики.
"Это должно быть его ядро! Атакуйте его вместе!"
Данте:
"Пора положить этому конец."
Дьявольский Меч Данте, Ямато, Дайшо и Пиро-Катана мгновенно оказываются крепко схвачены своими владельцами. Вы также целитесь в половину зеркала внутри тела Зеркального Демона.
Альфа:
"Вероятно, то слово, которое они упомянули раньше…"
Группа действует как единое целое, нанося удары в идеальном синхроне.
Данте, Вергилий, Люсия, Альфа и Комендант:
"ДЖЕКПОТ!"
Оба зеркальных фрагмента разбиваются одновременно. Извращенные амбиции демона растворяются в небытии, исчезая в проливном дождем взрыве.
Нью-Окли
Ванесса:
"Бамбината, направляйся к восточной сторожевой башне. Их вот-вот захватят. Лея, на западную сторону."
Вопрос Ванессы замирает на губах, когда её взгляд мгновенно переключается на гетеро-существа впереди.
Один за другим существа издают свои последние крики, падая с неба и исчезая без следа.
Битва в Вавилонской Башне должна быть окончена. Осознав это, она тут же вспоминает свои приказы и отдаёт новые распоряжения.
Вавилонская Башня
"Доктор, нам нужно, чтобы вы пошли с нами в Вавилонию."
Томас лишь безучастно смотрит на пустую землю перед собой, не оказывая никакого сопротивления, когда вы помогаете ему подняться на ноги.
Альфа смотрит на место, где исчезла Лика, вспоминая их первую встречу среди руин не так давно.
Альфа:
"Значит, даже дьяволы могут плакать."
Данте:
"Всё, что имеет «сердце», может плакать.…Пора идти. Миссия выполнена."
Данте поворачивается к выходу, его обычная самоуверенность притупилась.
Внезапно Вергилию приходит на ум стихотворение Уильяма Блейка, и он начинает тихо декламировать его, его голос звучит низко и резонансно под дождём.
"В дебрях южной стороны, В царстве ласковой весны Крошка-девочка брела. Утомилась и легла."
—Заблудившаяся девочка, У.Блейк