Гималайская соль
Причиной поехать в Гималаи был страх. Я боялся. Боялся облажаться, не справится. И в этом факте я решил выбивать клин клином.
Сама идея была спонтанна, но осмыслена. Когда программа вышла в продажу, она собрала большой отклик. Места в группе разлетелись буквально за пару недель. Потом я расширил группу, появились еще места, но и они разлетелись молниеносно.
Закрыв продажи, было ясно — группа большая, справится с ней в одиночку будет не просто. Я предложил свою помощь. Одобрения не ждал, все таки подходящего опыта у меня не было. Да и английский надо было подтянуть. Но на мое удивление мне не отказали. Я был рад и напуган одновременно. До поездки оставалось месяца 3. Первым делом я записался на английский, а еще месяц спустя — в мотошколу. По началу я горел мечтой проехать этот маршрут на железном коне, но вскоре понял, 8 уроков слишком мало, чтобы дать этой мечте сбыться. Смертельно мало. Всю дистанцию я проехал на машине, хотя сделать проезд на байке тоже удалось.
Неизвестность… она просто смотрит на тебя из бездны своими красными маленькими глазами, а ты смотришь на нее. Ведь не возможно все просчитать. А в путешествии может случится все что угодно. От банальных задержек рейса (а задержки это плохо), до Гражданской войны внутри страны (реальный кейс). И помимо этих необязательных квестов, есть основной, где ты, словно кукловод, дергающий за ниточки всех подрядчиков, рестораны, отели, гидов, водителей и тд, чтобы на выходе получился идеально спланированный и срежессирвоанный продукт. А если что-то идет не по сценарию, то твои главное герои ни о чем не должны догадываться. Сопровождать путешествие, это всегда работать с фактором неожиданности, бить на упреждение, но куда важнее — держать удар. Как вы поняли, это работа, отнюдь не съездить отдохнуть.
Я получил неплохой опыт сопровождения на предыдущем месте, однако с переходом в высшую лигу требования также стали высоки. Отсюда и страх. Я не знал с чем мне придется столкнутся. Я боялся быть неуместным в контексте такого продукта.
Подготовка к Гималаям началась сразу после завершения Исландии. Дел было катастрофически много. Я постоянно догонял дедлайны и ничего не успевал, отчего моя тревога только росла. Я говорил про себя: «вот еще бы недельку и я бы точно все довел ума». Вот только правда в том, что задача занимает все отведенное на нее время. Как бороться с этим, я пока еще не придумал.
Вылет был в районе 6 вечера. Весь день вплоть до взлета я был на связи и решал какие-то задачи. Когда шасси самолета оторвалось от земли, а интернет соединение с каждой секундой становилось все слабее, я смог наконец-то выдохнуть. Высота была легитимной причиной моего молчания.
После пересадки в Бангкоке мы прибыли в город Лех. Я уже достаточно о нем рассказывал. Было очень солнечно и тепло, но при этом без духоты. Высота давала о себе знать. Дышать было тяжеловато. Досточно просто быстро поговорить или наклониться завязать шнурки, чтобы сбить дыхание. Потом мы привыкли. Приземлившись в районе 8 утра, мы отправились в отель. Он располагался в 10-12 минутах от аэропорта. Все в этом городе находилось близко. Позавтракав нас отправили отдыхать до вечера. Это было важно для акклиматизации. Но отдыхать было рано. Впереди зияло огромное количество дыр, которые предстояло залатать. Кроме того, экипировка для участников, привезенная из России, хоть и была в хорошем состоянии, но этого нельзя было сказать о пакетах, в которых я ее довез. Им явно нужна была глажка. И я гладил все 30 пакетов. Дрянным утюгом у которого только два положения: еле теплый или сжечь все к чертям. Как по мне шоперы стали выглядеть сильно лучше. Вечером мы разложили экипу по номерам, пообщались с двумя прибывшими пораньше участниками и поехали на пикапах в центр Леха за снеками для ребят и другими мелочами. Вернувшись в отель я продолжил работать. Однако вскоре я понял, еще хотя бы 10 минут и я умру прямо тут. Я был сильно измотан. Решил лечь спать, посчитав, что 1.5 часа сна все же лучше, чем его полное отсутсвие.
Второй день был самым сложным. И самым длинным. Утром я встречал группу. Из здания Аэропорта ребята выходили порционно, как только 3-4 человека были готовы, я отправлял их в отель. Спустя несколько таких итераций я понял, что забыл не только всех посчитать, но и выдать багажные бирки, чтобы персонал отеля разнес вещи по нужным номерам. Тут же в орг чатах пишут, что одних надо поселить раздельно, других перестать кормить острым, а у третьего задержка рейса на 5 часов и ему надо организовать Фаст трек. Более того, в то время, когда большинство участников уже находились у себя в номерах и отдыхали, я узнаю о том, что мне необходимо собрать оригиналы паспортов. Все до единого. Это было необходимо для оформления разрешений на посещение определенных зон. Кроме того, меня ограничили во времени и ждать какого-то более комфортного случая я не мог. Представьте, что вы летели примерно 18-20 часов, вероятно сделали утомительную пересадку и наконец-то добрались до пункта назначения. Сойдя с трапа самолета, вы оказывайтесь на высоте, сравнимой с высотой горы Муса Ачитара (кто был в горах Домбая, поймет). И вот.. долгожданный горячий душ и мягкая кровать, возможность отдохнуть несколько часов.. может быть сладко подремать.. ваш сон едва схватился, словно тонкая пленочка льда морозным утром… вы видите какие-то яркие картинки, как вдруг слышите стук, возвращающий вас в реальность. К тому же очень настойчивый стук. Думаю вы уже поняли, кто стучался в эти двери.
В кокой-то момент, и помниться ни один раз, мне хотелось просто все бросить. Взять билет на самолет и в самоволку улететь домой. Хорошо, что такой возможности у меня не было. Или смелости. Или денег. А скорее и того и другого. Однако, насколько бы ни был тяжелый день, он рано или поздно закончится.
Остальные дни были так или иначе спокойнее. Я уже понимал что мне делать и как. Ребята ко мне привыкли, а я к ним.
Путешествие меня вымотало физически и местами эмоционально. Команда проекта жила не в лучших условиях, часто без горячей воды, электричества и даже отопления. Горная болезнь давала о себе знать раскатами головной боли. Грязь под ногтями превратилась в хроническую. Мне кажется, что руки я не мыл днями. Да и не только руки, чего скрывать. Кстати о горной болезни. Самый запоминающийся эпизод случался день на четвертый. Тогда мы прибыли на озеро Пангонг, поменяв привычную высоту в 3.5 тысячи метров, на 4200. Высокогорный перевал Кхардунг Ла также уже был за плечами. Я считал себя полностью акклиматизированным и неуязвимым. Однако в эту ночь я проснулся от сильнейшей головной боли. Словно прошлым вечером я выпил литр водки и у меня жесточайшее похмелье. Комната была не отапливаемая, без душа и горячей воды, а потому я спал в той одежде, в которой час назад сидел у костра. Проснувшись, я стал шарить по карманам шатанов в надежде найти обезболивающее. Тогда я носил его в близком доступе, так как оно пользовалось большим спросом. Отыскал круглые белые таблетки без рода и племени, видимо они открылись в кармане. По той же причине что и я просыпается мой сосед по комнате Леха. Выдаю и ему таблетку. Запиваем горькую пилюлю одной бутылкой воды на двоих. Мне удается засунуть, но через два часа я просыпаюсь от еще большей головной боли. Решаю закинуть еще одну таблетку. Леха запивал последний, никак не могу найти воду. В полубреду, спотыкаясь в кромешной темноте, я иду в уборную где с вечера стояло ведро с горячей водой. Предназначено оно было для гигенических целей, ведь душа не было. В полном отчаянии, я набираю полные ладони воды из этого ведра и запиваю спасительную таблетку. Как вы понимаете, пить из ведра в Индии очень опрометчивая затея. Однако на следующий день я был в полном порядке.
Сейчас это все вызывает лишь улыбку. Да и тогда тоже. Ведь все те лишения, которые я описал, совершенно виртуозно балансились пейзажами, которые я видел… горящими звездами, млечным путем.. индийской сигареткой, подоженной от костра… баночкой пива, после насыщенного дня… осознанием того, что ко всему происходящему приложена твоя рука. Я чувствоал себя круто. Мне нравилось носиться туда сюда и решать вопросы, на высоте 5359 метров, в одоной футболке, кричать в рацию команды.
Мне также запоминалась работа в команде. Нас было четверо: я, наш креативный директор Леха, а также два видеооператора. Ребята снимали документальный фильм. Парни героически сгорали под Гимлайским солнцем, сидя в этом чертовом пикапе, среди банок пива и бутылок с водой. Все ради лучших кадров. А еще мы задушевно болтали по вечерам.
Перед поездкой я со многими делился своими переживаниями. Говорил, что мне страшно. И я не стыдился этого, ведь как говорил классик Макс Корж: «Главное не ссать». И сделать шаг навстречу страху. А потом еще один. И еще.