Как два поца выборы на Донбассе снова отменили
Однажды Сергей Владимирович Гайдай, достопочтенный Прокуратор™ Луганщины, глава Луганской областной государственной администрации — руководитель областной военно-гражданской администрации сидел в своем большом светлом кабинете. Внезапно зазвонил аппарат межобластной правительственной телефонной связи.
Сергей Владимирович поднял трубку.
На проводе был Павел Александрович Кириленко — достопочтенный Прокуратор™ Донетчины, глава Донецкой областной государственной администрации — руководитель областной военно-гражданской администрации.
— Идущие на бабло, приветствуют тебя!
— Идущие на бабло, приветствуют тебя!
Прокураторы виртуально обнялись. Крепко, по-мужски.
— Скажи мне, Владимирович, там же скоро выборы надо делать!
— Как выборы? — обеспокоился Сергей Владимирович о выборах, про которые он расслабил давно булки. — Какие такие выборы? Они же меня сразу под зад коленом. Я без пропитания оставаться не могу. Где же я буду харчеваться?!
Прокуратор™ Луганщины не на шутку разволновался.
— Правильно мыслишь, Владимирович! Такая же ситуация. Надо что-то решать.
Молодой Прокуратор™ Донетчины не понимал глубины совкового воспитания старого пса войны Прокуратора Луганщины.
— Ну вот у меня тут стройка на стройке в отчетах, люди пока не умные, строем только не ходят.
— В связи с продолжением осуществления Российской Федерацией вооруженной агрессии против Украины невозможно обеспечить стопроцентную безопасность для граждан во время организации подготовки и проведения местных выборов 27 марта 2022 года.
Молодой Прокуратор Донетчины задумался.
— Я связи не улавливаю. У меня тут через день ленточки режут на старых покрашенных сараях во имя славы Великого Цезаря, у меня тут праздники через день да каждый день…
— Согласен. Нестыковочка. Я тут сам недавно парад проводил. У меня тут автопробеги и массовые гуляния в парках. Хочу еще блины раздавать с лопаты, народ доволен будет.
— Да вот так. Внимательно слушай: на не подконтрольной украинским властям территории зафиксировано тяжелое вооружение, размещенное с нарушением линий отвода, предусмотренных положениями Минских соглашений своими характеристиками позволяет легко поражать цели на расстоянии 15-20 км от линии соприкосновения.
— Так и шо? У меня Мариуполь так стоит восьмой год. А выборы были, мы тогда нашего любимого Цезаря выбрали.
— Тогда вот тебе еще домашняя заготовочка. — через минуту ответил Сергей Владимирович. — В условиях всеобъемлющего режима прекращения огня незаконные вооруженные формирования активно применяют тактику дистанционного минирования, подверглись сухостою вблизи позиций Вооруженных Сил Украины и населенных пунктов…
Глава Луганщины откинулся на спинку своего любимого кресла из кожи молодых байбаков и улыбнулся.
— Ну вот, теперь все будет тикток. Выборы проводить опасно. Так и пиши в письме: областные военно-гражданские администрации установили невозможность обеспечить надлежащую безопасность граждан и избежать террористической угрозы при организации и проведении первых местных выборов 27 марта 2022 года на отдельных территориях Донецкой и Луганской областей. Число, подпись.
Павел Александрович Кириленко махнул головой секретарке, она утвердительно ответила и отправила на печать документ.
— Какой ты все-таки жук, Владимирович! Отовсюду везде без мыла. Я так еще не умею.
— Учись, сынок! Два года уже этих лохов стригу.
— Учусь, учусь! Только одного не понимаю.
— А если в ставке Великого Цезаря спросят: если так опасно у вас в тылу, то какого лядого вы там прям на линии разграничения строите всякие ваши админ.центры, банки, все эти садики, школы, больницы, парки, стадионы, марши, парады, велопробеги, а не строите бункеры и крепости? Опасно или не опасно?
Сергей Владимирович Гайдай чуть приуныл. Уверенным движением он достал из потаенного места в столе бутылку контрабандной «Луга-новы» и налил себе стакан.
Жизнь приобрела новые яркие краски.
— Слушай там, Паша! Отсюда будет проистекать!
Сергей Владимирович преисполнился уверенности.
— Когда наступает момент истины… Когда Великий Цезарь может или зовет на арену… тогда мы, его и только его прокураторы делаем что?
Прокуратор Донетчины затаил дыхание.
— Берем нашу кожаную сумку в углу и едем в Киев. У тебя же есть кожаная сумка в углу?
— Молодец, Паша! Так и надо. Вот так мы и поступаем. И больше никакого негатива. Была, есть и будет власть Прокуратора над вверенной ему областью. И не страшны нам никто и ничто. Скуштуйте хуя, а не выборы!
Сергей Владимирович выдохнул, налил себе еще стакан и подошел к окну.
— Потому что ты только моя: Луганщина. Песня моя.
Павел Александрович Кириленко вдохновленно слушал по межобластному правительственному каналу телефонной связи своего старшего коллегу.
— Донетчина — песня моя! Тьху, не рифмуется… Ладно, по старинке: «Вышел в степь донецкую парень молодой»… а нельзя выходить, опасно, поэтому и выборов нет!
Прокураторы отключились, подписали письмо и отправили в столицу.
Выборов на Донбассе опять не будет. Так решили два каких-то левых поца.
Ваши лайки и репосты помогают летописи быть на устах людских дабы возвратилися мы к прежнему и расскажем, что произошло в эти годы, как уже начали: с первого года царствования Прокуратора, и расположим по порядку года.
Кто не репостит — тот Гайдай. Подпишись на страницу, чтобы быть в курсе — ты же не Гайдай!