Зевс в костюме миллиардера: психологический портрет Логана Роя

Я наконец-то досмотрела сериал «Наследники», брата сериала «Миллиарды». Америка, мерседесы, чёрные костюмы, столетний виски, деньги и ненависть - суровые реалии капитализма, всё как я люблю.

Но, в отличие от "Лярдов", "Наследники" смотрятся сложнее, потому что действие разворачивается вокруг семейной системы - он, что называется, «ближе к телу». Я уверена, что многие зрители узнают в Логане и в детях своих родителей, детей и сиблингов, со всей скорбью понимая, о чём я говорю.

Здесь будет много коротких видео из сериала, я рекомендую вам их смотреть. И много спойлеров.

Моя ипостась психолога требует разобрать главных героев и отношения между ними: сериал переехал танком мою душу и я хочу сделать то же самое с его участниками. Всё равно там одни руины.

Начнём мы с Логана Роя, но сначала вспомним сюжет.

Эта статья является транскрибацией моего видео на ютубе, можете смотреть сразу его:

А сюжет повествует о семье владельцев медиаконгломерата "Вейстар Ройко" по фамилии Рой. Во главе империи развлечений патриарх и основатель - Логан. У него есть четыре штуки детей, которые дерутся за место СЕО в папиной империи. Корпорация им всем совершенно не нужна, но кресло гендира для каждого из них будет значить выбранность и одобрение - мол, я папина вишенка и самый любимый его ребёнок. А папе в начале сериала ещё и 80 лет со всеми вытекающими, поэтому сам бог велел искать преемника. Искать и не найти.

Сериал этот - тонкая сатира на элиты, но если мы отступим от прочтения эстетического и политического, и прикоснёмся к срезу психологическому, то увидим действительно большую драму, где за большими деньгами стоят, как всегда, не деньги, и как травма одного власть имущего отравляет жизнь целому поколению.

Для описания героев я буду обращаться к трудам психиатра Джин Шиноды Болен, которая воссоздала нас с вами и Логана в частности через греческий пантеон - и сделала это с пугающей точностью. Её архетипы из книг «Боги в каждом мужчине» и «Богини в каждой женщине» - восхитительный рабочий инструмент, позволяющий осознать людей через металл, из которого они отлиты. Благодаря Болен миф разворачивается здесь и теперь; благодаря Болен мы можем ощутить себя не Каринами и Василиями, а Деметрами и Аидами. Ощутить и познать.

«Наследники» же работают как видеоиллюстрация к её трудам - здесь архетипы проявлены экстремально выпукло.

И начинаем мы с Зевса в его тёмном, непросветлённом, архаичном изводе.

Громовержец в закате. Досье.

Логан - агрессивный нарцисс со значительной социопатической компонентой и параноидными чертами, что для Зевса довольно логично: как бог, который сверг отца Кроноса, он прекрасно знает, что наступит день, когда придут более агрессивные и активные мужчины и с ним попытаются сделать то же самое. Поэтому Зевс заранее всех подозревает и стремится дистанцироваться, до трещин сжимая скипетр, державу, челюсть и ягодицы. Привязанность = Уязвимость. Поэтому надо бдить с большой буквы "Б".

Однако со знанием, что вокруг все враги, у Логана-Зевса мирно соседствует идея, что с людьми, в том числе из враждебных лагерей, надо вовремя заключать правильные сделки и союзы. Так что дружба и лояльность Логана - это лишь шаткий-валкий пакт о ненападении.

Характерна для него и "законсервированная" эмпатия - вполне логичная черта Зевсов. Что нам говорит сама Болен?

Владения Зевса — на небе, и находящийся под влиянием этого архетипа мужчина склонен жить исключительно в собственной голове, выражая себя только через слова, ибо за его словами — власть. У него есть естественное преимущество в патриархальной индустриальной культуре, где умение использовать руки и тело все дальше уходит на задний план, а обладающий властью мужчина все больше ассоциируется с "говорящей головой" в телевизоре — человеком, работающим только с идеями и абстракциями (такими, как деньги, инвестиции, закон, власть). Такой человек отрезан от собственного сердца, он не склонен проявлять сочувствие, ибо тогда он превратился бы в "слабака" или "неженку".

Логичным образом следует и отношение к людям как к функциям, а точнее, как он их обезоруживающе ласково назвал в сериале, к "экономическим единицам". Но к этому ещё и приложил руку капитализм - что уж тут поделать...

Но у любого чудовища, коим, по мнению не только моему, но и всех, с кем он взаимодействовал в сериале, был Логан, есть предыстория. Вспомните, с чего началась эпопея "Кольцо нибелунга"! Если бы бессердечные русалки не посмеялись над уродливым карликом Альберихом и его вполне логичным желанием быть любимым, то глядишь, не полыхнула бы Вальхалла и не сгорели бы боги во всепоглощающем пламени. Апокалипсис, короче, начался с низкорослого мужичка, над которым посмеялись женщины.

Итак, детство Логана корнями уходит в ту голодную суровую Шотландию, о которой он никогда не упоминает по своей воле. Мама умерла очень рано и он не знал её ласки. В войну они бежали в Канаду и попали к жестокому дяде, который их избивал и эмоционально уничтожал. В 7 серии 1 сезона ("Аустерлиц") сценаристы слегка приоткрывают дверь в его печальное прошлое - мы видим иссечённую побоями спину Логана, когда тот плавает в бассейне.

Но это ещё не всё. Есть ещё одна осевая травма - умершая от полиомиелита сестрёнка Роуз, в чьей смерти Логан винил себя всю жизнь, думая, что именно он принёс болезнь домой. У детей нет интеллектуальных мощностей переварить такое событие и без поддержки оно часто превращается в основополагающую травму.

На похоронах Логана его брат Юэн, лицо очень противоречивое, лицо, с которым Логан всю жизнь был на ножах, напоминает публике, что их жестокий дядя не разубедил маленького Логана и эксплуатировал его чувство вины.

На этом видео не запечатлён момент, где Юэн говорит это, но оно отлично показывает что такое любить по-настоящему: это видеть насквозь человека, знать, что он способен на страшные вещи, и всё равно нести в себе эту амбивалентность, быть адекватным в восприятии его как личности. Юэн отстоял Логана на прощание: когда все читали фальшивые панегирики и полушутя-полусерьёзно называли его брата чудовищем, неподкупный глас Юэна разверз небеса и с укором напомнил присутствующим, что у Логана была тяжелая история. Святош надо периодически остужать, и у Юэна к этому особый талант.

Выстраивание трансконтинентальной структуры Логаном - это не амбиция и не алчность в банальном смысле. Это его ответ на тот день, когда, как он неверно думает, он не "уберёг" сестру. "Я тогда был слаб, беспомощен, не мог контролировать реальность - и вот что случилось. Поэтому, если я сейчас обложусь властью и подчиню себе весь мир, жить будет безопасно. Слабость ведёт к смерти. Роуз была слаба и умерла. А ещё я был слаб", - примерно это я бы ожидала услышать от травмы Логана, если бы та со мной поговорила. Он выстраивает крепость из денег, влияния и непробиваемого панциря как защиту от чувства вины и повторения детской беспомощности.

Теперь о том, как именно работает этот панцирь.

Одной из ключевых защит Логана является идентификация с агрессором - градообразующая стокгольм защита. Ух, какой получился каламбурчик.

Есть этот жестокий дядя, обращается с Логаном плохо, и ребёнок, чтобы не сломаться, начинает вести себя точно так же как насильник. С чего я это взяла? С того, что в серии, где мы видим шрамы на спине, он набрасывается на Кендалла и говорит: "Если бы я так позволил себе разговаривать со своим дядей, то..." И мы понимаем, что дядя бы ему снёс голову. И что Логан взял этого деспота как пример, что он его не перешагнул и склоняется перед грубой силой. Другого не знает, другому не научен. Да и поздно уже. В терапию такие не приходят за очень редкими исключениями - о них ниже. И в терапии с ними сложно.

К слову, для Зевсов нормально чтить "право сильного" - это язык, который они понимают лучше всего.

Своё поведение старику переосмыслять незачем - он всегда добивается того, чего хочет. Единственное, что может такого беспросветного Зевса толкнуть на кушетку психоаналитика, - это тяжёлый кризис, огромная утрата, ощущение оставленности. Они сталкивают его с твёрдого обозримого Олимпа в непредсказуемое штормовое царство братца Посейдона, где нет почвы под ногами и гарантии выбраться нетронутым. Но Логан никак не может быть покинут и всеми забыт - зависимые от него дети не сделают отцу такого подарка. Это как в созависимости: чтобы алкоголик или наркоман имел хотя бы шанс на выздоровление, обезумевшие родственники должны его предоставить себе самому. Но куда чаще я вижу, что им проще загнать зависимого в гроб, нежели встретиться с идеей о своей беспомощности и тем более идеей, что люди могут жить так, как хочется им, а не так, как желают сами созависимые.

Возвращаемся к защитам. Эта самая идентификация с агрессором в семье Роев кочует из поколение в поколение.

Логан стравливает и атомизирует детей. Они не могут выступить против него единым фронтом. Унижая их и говоря им постоянно, что они никто, слабаки и несерьёзные люди, Логан лишает их опоры, но при этом заставляет себя боготворить: через "культ родителей" насильники сдерживают вполне логичную агрессию от детей в свой адрес. У детей-то злость есть, но она недостаточна и всегда ломается о скалы отцовских манипуляций.

Вторая защита - отрицание. Он не замечает ущерба, который причиняет. Что характерно и угнетающие страшно - не замечает совершенно искренне, со всей слепотой человека, у которого эмоциональное проживание собственных действий намертво заблокировано.

Третья - всемогущий контроль. Тотальное и беспрекословное управление окружением как защита от повторения беспомощности. Никакого хаоса и никаких непредсказуемых переменных; всё должно быть подчинено замыслу владыки - люди, дети, рынки, медиапространство. В видео выше, где обдолбанный Кендалл врывается на кухню в разгар семейной ссоры, мы также видим, как Логан с взглядом обезумевшего фанатика говорит: "Дети, вы не понимаете, это часть одной большой игры..." Какой нахрен игры, Логан?

Четвёртая защита - расщепление, дихотомическое мышление во всём смаке его примитивизма. Все или друзья, или враги. Или сильные, или слабые. Никаких оттенков и промежуточных состояний. Чёрно-белый мир исключает возможность видеть в людях сложность и проживать амбивалентность - и, следовательно, исключает возможность по-настоящему любить. Расщепление, как и в целом преобладание незрелых защит, лежит в основе пограничной организации личности.

Мог ли ему помочь психотерапевт? Например, при утопическом и призрачном условии, что он бы к нему пришёл. Думаю, нет: панцирь экстремальной толщины. Эмоциональная зрелость Логана застряла где-то на уровне двухлетнего ребёнка, которого заперли с чувством вины за сестру и больше не выпускают. Он достиг колоссальных высот в деньгах и власти, но при этом, если бы психолог начал говорить с ним как с живым человеком, он бы увидел того маленького шотландского мальчика, который так и не получил объяснений, и очень напуган, зол и одинок. Но очень привык.

Джин Болен замечает, что архетип Зевса получает своё иконописное художественное воплощение в образе Дона Корлеоне у Марио Пьюзо. «Наследники» же добавляют в этот вернисаж новый ценный портрет, который хотя бы не так романтизирован.

Что касается финала: империя переходит не к кому-то из детей. Зевс не допустит этого даже из гроба. "Вейстар" достаётся Лукасу Мэтссону - технологическому викингу, для которого люди - это данные. Эстафету принял любимый сын Зевса - Гермес.

Гермес, которого Логан не нашёл в своих детях.

Отношения с потомством.

Дети Логана делятся на две группы: Коннор от первого брака и трое других - от второго. И всем им живётся по-своему плохо в тени грандиозного отца-Юпитера: старший, с одной стороны, сброшен с Олимпа и полностью забыт, но в случае с Логаном невидимость - это будто бы и хорошо. Однако, Коннор пытается привлечь внимание родителя не менее страстно, чем другие дети. Например, президентсткой кампанией, которая вызывает у всех, особенно Логана, лютый испанский стыд.

Ниже мы видим тот самый разговор Логана с Коном, где он не выдерживает и называет его посмешищем, требуя в обмен на 100 миллионов зелени прекратить его идиотскую и априори провальную предвыборную кампанию:

Старик, в сущности, прав, но про Коннора и его возможное бредовое расстройство я буду говорить в отдельном видео.

Если младшеньких папа юзает в хвост и гриву, то есть видит, подтверждает их существование, даёт им хоть какую-то реакцию, то старшего явно стесняются и выселяют на обочину семейного нарратива. Сын-невидимка однажды сравнивает себя с растением, которое растёт на камнях: ему не нужна вода, не нужна животворящая влага эмоций. Но это, конечно, не стоицизм, - скорее, описание человека, который так давно не получал питания, что разучился его хотеть.

Детей Зевс воспринимает как продолжение себя любимого, как простирающуюся длань собственной безграничной воли, воплощённой в живых людях - более или менее приемлемо. Зевс очень активно влияет на жизнь малышни и очень щедр к этому проекту финансово: и Артемиду он обложил великолепными охотничьими инструментами, и Аполлону подогнал крутую колесница, и Афина-то ходит вся упакованная. Но условие этой щедрости - подчиняться отцу.

Унижая собственных детей, отстраняясь от них, Зевс убивает потенциальных соперников, потому что боится лишиться престола - это я упоминала. Уже в первой заставке мы видим, как он постоянно куда-то уходит. И в сериале на банкетах он тоже один, максимум - со своей Герой, с Марсией.

Могли бы дети заслужить его уважение? Нет, но дело не в них. Дело в нём.

Отличительная особенность Зевсов от его двух более эмоциональных братьев Аида и Посейдона в том, что он никогда не теряет голову. Это ключ к Логану. И ключ к тому, почему он не уважает детей. Зевсы одобряют только тех, кто может всегда контролировать эмоции, потому что этот бог сам в переживания не впадает и считает это неуместным. Дети же его уязвимы, постоянно истерят, на ходу переобуваются, не отличаются серьёзностью. Но их сам такими сделал. И единожды за сериал он произнёс фразу, которая лично для меня расставила все точки над i: "У тебя нет инстинкта убийцы". Этой фразой он поставил на потомках крест - ни у кого из них ведь действительно нет такого инстинкта, но я рада, что им не удалось до конца растерять зёрна человечности.

Кендалл. Светоч и зерцало

Если Логан вообще способен на любимчиков, то любимчик - Кендалл.

Есть сцена, когда во время стрельбы в офисе все дети уже в безопасности, а Логан не замечает никого из них. Он спрашивает только об одном - где Кендалл? И, когда тот наконец появляется, отец встаёт и обнимает его. Я тогда аж глаза протёрла проверить не сплю ли наяву. Может же, когда хочет!

Кендалл - единственный из детей, у кого есть хоть что-то похожее на способность восставать. Он неоднократно пытается свергнуть отца, объявляет ему вотум недоверия, плетёт заговоры, поднимает революции. Возможно, Логан смотрит на него в такие моменты со смутным, но хорошо отгоняемым уважением. И, что логично, именно Кендалла отец в итоге предаёт наиболее жестоко: он использует против него болезненную историю с гибелью официанта в машине, упавшей в воду той ночью, когда Кендалл был под кокаином и не смог вытащить юношу. Отец "прикрыл" его (ну как его - скорее, репутацию и собственное семьи) и навсегда парализовал сына неоплатным долгом. Уж Логан-то знает, как обращаться с виной - его самого этому научили в детстве.

Есть еще один интересный момент в конце, где после смерти Логана обнаруживают записи, и имя Кена как потенциального наследника, отмечено на полях карандашом. Но карандаш легко стирается. Хотя Кендалл всё равно бы преемником не стал, даже если бы Логан выбил татуировку с его именем. У Зевса как у бога есть любимые и нелюбимые сыновья: к первым относятся "покладистые" Гермес и Аполлон, которые обитают в царстве мысли, так что владения отец если кому и готов передать, то именно им. Афина, коей является Шивон, тоже ничего такой кандидат, ибо любимая зевсова дочерь, но не когда тот сексист. И надо же, совпадение: конгломерат достался Гермесу-Мэттсону, поскольку среди своих детей любимого сына Зевс так и не обнаружил. И Афина оказалась "прикрыта" - она наиболее хорошо чувствует себя за спиной всемогущего папы Зевса или неуловимого брата Гермеса.

Извините, тут не могу не пошутить: можно ли поставить по главу корпорации человека, который вот так позорится? Я, когда увидела как Кен превратил юбилей компании в детский утренник с собственным провалом, хотела положить руку на плечо Логана и сказать: "Батя, мужайся, это клоунство продлится недолго..."

Перекурим после выступления Кена и пойдём к младшей.

Шивон - Афина без отца.

Шивон у нас великая богиня мудрости и военной стратегии, которую отец называет Пинки. Может, это уменьшительное от «розовый» и намёк на рыжину, НО в первую очередь это жест, который из взрослого серьёзного игрока разжалует Шив в маленькую девочку с бантиками на трехколёсном велосипеде. Приходит в шатёр такая Афина с мечом и в доспехах, сильная, выверенная, гневная, а генерал ей: "Спасибо, Пинки". Это примерно как штаны сдёрнуть с человека посреди многолюдной площади.

Логан - сексист, который не скрывает, что Женщина в его мире не может возглавлять «царствие небесное». Он даёт Шивон задания на уровне посыльного в гостинице и периодически намекает, что когда-нибудь, когда солнце перестанет вставать на востоке, всё может случиться. Но Шивон отказывается из раза в раз это слышать.

При этом именно она, как архетипическая Афина, могла бы стать его лучшим союзником. Болен пишет, что Зевс в партнёрстве с Афиной достигает новых высот. Но для этого нужно видеть в ней равного - Афина всё же солдат, а Логан не видит в женщинах равных в принципе.

Шив старается держаться дерзко и бесстрашно, кричать: "Пап, смотри, я как пацаны", но это дорогостоящая для неё самой бравада. Убрать завесу куража - там и впрямь девочка с глубоко подорванной самооценкой и отсутствием центра тяжести: матери у Шивон-Афины не было, а отец никогда не воспринимал её всерьёз. Значит воспринимать себя всерьёз самой она даже не знает как. А без центра тяжести ты не можешь никому противостоять, особенно отцу.

Роман - дофин на кокаине.

Тяжёлый случай. Средний ребёнок, с которым Логан однажды проделал нечто, не поддающееся нормальной классификации, а именно запер в собачьей будке. Физическое унижение в детстве - это то, что психика не переваривает и приходится адаптироваться.

Роман адаптировался через засмеивание. Теперь это взрослый паяц - остроумный, неуязвимый, подкупающе прямой. Вторая защита - эротизация унижения: у Романа сексуальная дисфункция, которую сиблинги делают предметом насмешек, потому что в этой семье нет ничего святого и не осталось ни одной зоны, свободной от агрессии.

За папой Роман бегает буквально с круглыми от восторга глазами, не находит сил против него идти, бесконечно надеется, надеется и надеется. Хотя как раз его отец меньше всех воспринимает всерьёз - Роман полный самодур и истерик.

На похоронах отца он единственный, кто не может читать речь, и срывается на плач. Но из детей Ромулус самый искренний и имеет куда больше шансов на благополучие - об этом я расскажу в другой статье.

Итак, детей в ненависти Логан держит проверенными временем манипуляциями вроде газлайтинга. "Ты всегда был слабым": такое утверждение дети не могут опровергнуть, потому что оно исходит от главного источника их реальности и исходит с пелёнок.

Атомизация: он стравливает их между собой, не позволяя выступить единым фронтом.

Цикличность тепла и холода: сегодня ты одобрен, завтра ты никто, и именно в такой цикле формируется зависимость, которая всегда прочнее тёплой привязанности. В привязанности есть самостоятельность.

Непредсказуемость: правила игры постоянно меняются, выживание требует непрерывной подстройки под тирана, нет чётких обещаний, нет сроков и критериев выполнения, нельзя зажать Зевса в угол. У детей формируется гиперчувствительность.

И, конечно, золотая клетка. Джеты, Бентли, часы от Патек Филип - словом, обеспечение на уровне, который дети не воспроизведут самостоятельно. Логан положил на стол каждому по миллиарду и сказал: я уничтожу вашу душу, но вы можете оплакать это в Бентли с бутылкой "Кристалла".

В общем, он говорит им, что взращивает волков, а на деле - это декоративные пудели в розовых бантиках, грызущие сахарную косточку около папиных ног. Двойное послание. Масштабная трагедия.

Двое из четырёх могли бы найти себя вне компании: у Шив была политическая карьера, пока она не оказалась у политика, враждебного Логану, и Зевс, разумеется, этого не допустил. Роману компания не нужна в принципе и он был свободнее них всех вместе взятых. Кендаллу - нужна, но он хотя бы что-то в этом понимает.

Но никто из них не сепарировался. Потому что сепарация от родителя требует опоры и ярости, а опора у них одна, и она же является источником разрушения. Логан и сам однажды предъявляет им: чего вы вцепились в мою компанию? Идите и сделайте что-то своё. Это обидная правда, в этот момент Логана возмущён искренне. И ведь ребята могли бы! Были планы, были идеи, был старт.

Но дети заперты в золотой клетке изнутри.

Женщины: алтари, которые он осквернял.

Логан любил определённый тип женщин - роковые властные брюнетки, вот какой парадокс! Эффектная женщина - это чудесный бриллиант в короне власти, разве нет? И, как бывает у Зевсов, чем он старше - тем моложе любовницы.

Марша была первой, кого мы увидели. Хрестоматийная Гера. Власть её в семье Роев основана исключительно на союзе с Логаном: она требует к себе обращения как к супруге патриарха - другого у неё ничего нет. Она ревностно, как Цербер, охраняет доступ к мужу, особенно во время его болезни. Пробиться сквозь коварную француженку не могут даже дети.

Но, поскольку Логан не умеет отличать друзей от врагов, а также ценить тех, кто рядом, Маршу он закономерно теряет - видимо, уставшая, предаваемая и отвергаемая Гера в ней решается уступить руль более гордой и твёрдой богине. Например, воинственная Артемида всегда готова прийти на помощь раненым женщинам.

Вот сцена с последней каплей Марши:

Как и мифологическая Гера, Марша не нападает на Зевса напрямую. Вместо этого она преследует его любовниц. Молодую секретаршу Кэрри уничтожает ледяным презрением. Рэю - интригами и непрямыми угрозами.

На Логану она не устраивает истерик, никогда не теряет лица. Когда он её унижает историей с Рэей, Марша уходит, а потом возвращается и выторговывает огромные финансовые преференции. Логан при этом бесится: "Каждая минута, что она кудахтает, стоит мне буквально миллиона". Ну хоть ударить Зевса по деньгам - и то приятно.

Но она его любила по-настоящему. На его похоронах она подходит к Шивон и говорит просто: "Я его очень любила, но он разбил мне сердце. И он разбил ваши сердца." Это, пожалуй, самая честная эпитафия, которую Логан получил в тот день. И даже Шивон не выдерживает и плачет. Потому что правда.

Зевсы чаще всего умирают от сердечного приступа - Джин Болен прямо пишет об этом как о статистической закономерности.

Окаменевшее сердце Логана, всю жизнь удалявшееся от близости и уязвимости, в конце концов отказывает само. Он умер так же, как жил: внезапно, без предупреждения, оставив всех вокруг в подвешенном состоянии, без инструкций и схем, даже из гроба не уступив корону собственным детям.

Словом, выиграл непомерной ценой, не повторив судьбу отца-Кроноса.