Те самые три сестры.
А вам нравится гулять по кладбищам? Нет, не просто навещать могилки своих родственников, а изучать кладбища? Нам с Настей нравится [подумай, читатель, с кем связался! — Птичья Ягода]. Потому что именно здесь покоится наша история. А часто она не просто покоится, а прячется. Хотя, возможно она и не прячется, просто мы не всегда её ищем или видим. Прогуливаясь по старым кладбищам, меж покосившихся крестов и потемневших плит, можно разглядеть удивительные истории и судьбы. Тот, кто умеет видеть, да увидит. Тот, кто умеет рассказывать, да расскажет.
Недавно Анастасия на старом кладбище Перми наткнулась на любопытную могилу.
И, конечно же, нам стало интересно, что же это за сёстры Циммерман. Разумеется, с удовольствием делимся новыми открытиями и с вами!
Так причем же тут пьеса Чехова?
Чехов лично знал семью Циммерман. Одна из сестёр училась с сестрой писателя, Марией. Сам Антон Павлович дважды бывал в Перми и знал о деятельности семьи Циммерман. Так что, версия, что прототипами сестёр Прозоровых являются три сестры Циммерман, вполне логична. Некоторые исследователи видят с чеховскими героинями в первых буквах имён сестёр: Оттилия, Маргарита и Эвелина (Инна) – Ольга, Мария, Ирина. А. П. Чехов в письме М. Горькому от 16 октября 1900 года писал: «Действие моей пьесы («Три сестры» прим.) происходит в провинциальном городе вроде Перми». Пожалуй, на первых буквах имён, городе проживания и сфере деятельности сходство героинь пьесы и реальных трёх сестёр и заканчивается.
Так давайте познакомимся с реальной историей трёх сестёр.
В 1835 году в Пермь приехал статский советник Владимир Иванович фон Циммерман, который заменил известного пермского доктора Фёдора Христофоровича Граля. В Перми в семье Циммерман родилось семеро детей, двое из которых умерли во младенчестве. Остались четыре сестры и брат. Дети все получили достойное образование, девочки отучились в Мариинской гимназии. Трое из сестёр, Оттилия, Маргарита и Эвелина, решили посвятить свою жизнь образованию. В отличие от Чеховских героинь они совершенно не рвались в Москву, т. к. их устраивала жизнь в Перми и они хотели сделать родной город лучше, образованнее. Идея создания гимназии для мальчиков принадлежала Эвелине, младшей из сестёр.
Т. к. семья статского советника по своему положению не могла иметь собственного жилья, лишь казённое, то сёстрам для воплощения задуманного пришлось искать помещение. В казённом жилье нельзя было открывать никаких заведений. Девушки сняли большую квартиру, где и открыли частную школу в 1886 году. Это была первая частная школа в Перми. Примечательно, что она была очень демократичной. Сюда принимали вне зависимости от социального статуса и сословия, хотя и за плату, что было естественно в то время. Принимали и мальчиков, и девочек.
N. B. Чехов приехал в Пермь в 1890 году, когда школа Циммерман работала уже 4 года, и о сёстрах знал уже весь город.
Стоит отметить, что сестры Циммерман были не просто интеллигенцией, а довольно заметной семьей. Их гимназия была на хорошем счету, она расширялась, становилась всё популярнее. Около 25 лет она располагалась на улице Пермской, а с 1907 года до самого закрытия в 1919 году она располагалась в каменном особняке на углу улиц М. Горького (в то время она называлась Соликамской) и Луначарского (в то время — Вознесенской). Сейчас в этом здании находится Медико-фармацевтическое училище.
В 1903 году школа была преобразована в гимназию для мальчиков. Поначалу, в общем деле участвовали три сестры, но в 1907 году Эвелина вышла замуж за типографа Василия Генниха и ушла с поста директора школы. Главной в школе стала Оттилия, она же преподавала французский язык.
Сохранились воспоминания Татьяны Дорош (она жива, проживает в Перми), внучки Генриетты Циммерман (четвёртая сестра, которая гимназией не занималась). Отец Татьяны учился в этой школе. По его словам, Оттилия была очень строгой, хорошо одевалась. Она всегда встречала воспитанника и сурово спрашивала: «Ты вымыл лицо? Ты почистил зубы?». Кроме того, она любила использовать в речи фразы из других языков: французского и немецкого. Например, когда ругала мальчишку за болтовню на уроке, она говорила: «Кляпс на рот».
По словам Татьяны Дорош, учебный день в гимназии начинался в 9.00 с молитвы «Отче наш». Ученики собирались перед большой иконой Иисуса Христа в коридоре, молились, а после расходились по классам. В каждом кабинете гимназии имелась своя печь, чтобы дети не мёрзли зимой. Во всех хозяйственных хлопотах сёстрам помогала нянюшка, у которой была своя комната на цокольном этаже.Кроме того, в учебном заведении была огромная библиотека и даже столярная мастерская, где учились книгопереплётному делу.
В течение дня дети изучали французский, немецкий язык, закон божий, русский язык, литературу, латынь и другие предметы. Обучение длилось 8 лет.
Сёстры были очень чуткими к детям. Так, Маргарита Владимировна без вопросов взяла на воспитание одного из учеников, отец которого работал на железной дороге и регулярно был в разъездах, а мать умерла. Она заботилась о мальчике как о собственном сыне. В итоге, когда через несколько лет гимназию закрыли, тот самый воспитанник приютил Маргариту Циммерман, и она стала бабушкой уже для его детей.
Среди воспоминаний учащихся гимназии, хочется отметить такой случай. Чтобы юный Н. Серебренников не был мобилизован в армию сначала Колчака, а позднее — в Красную армию, сёстры вновь приняли в выпускной класс подростка, уже окончившего гимназию и, таким образом, он учился в старшем классе два года, что спасло его от кровавой бойни гражданской войны. Этот случай подчёркивает заботу учительниц о своих подопечных. В годы гражданской войны сёстры собирали средства в помощь раненым Колчаковской армии, для чего устраивали концерты, лотереи, собрания и даже открыли маленький госпиталь на несколько коек. Они не приняли Советской власти, их судьбы сложились трагически. Эвелине удалось уехать в Москву, но больше о ней ничего не известно. Маргарита служила сторожем в лютеранской кирхе, жила в семье того самого мальчика, которого она приютила. Но самая большая трагедия постигла Оттилию. Она очень активно выступала против большевиков, агитировала, устраивала собрания, и, конечно, в 1920 году, уже после закрытия гимназии, у новой власти появились к женщине вопросы. Оттилия Владимировна была арестована и помещена в тюрьму. На тот момент она болела гриппом, от осложнений она и скончалась в тюрьме. Две сестры, Оттилия и Маргарита Циммерман, похоронены на старинном Егошихинском кладбище города. В наши дни там создана «тропа трёх сестер».
Более или менее благополучно сложилась судьба четвёртой сестры, Генриетты, которая никак не была связана с гимназией и не занимала какой-либо активной политической позиции.
Особняк, в котором по последнему адресу находилась гимназия Циммерманов, и сегодня служит делу образования — он занят медико-фармацевтическим училищем.
