Психбольницы, тюрьма, недостроенный трамплин и образцовые развалины

Знаменитые усадьбы вокруг Подольска: усадебный трип по Подмосковью от Иргиза Темирханова

Спрятанный театр

Начнем мы с усадьбы Ивановское. Находится она прямо в Подольске, от железнодорожной станции до нее, не спеша, в принципе можно дойти за час-полтора.

Здесь, на высоком берегу Пахры, издавна обосновался известный дворянский род Головиных. А в начале XIX века усадьбу приобрел Федор Толстой – известный государственный деятель, и не менее известный библиофил. Неимоверно разбогатев (женившись на внучке горнозаводчика Ивана Мясникова) он отгрохал тут главный дом. Поскольку дом этот фактически стоит на склоне, была возведена каменная терраса. К этому, мягко говоря, огромному дому примыкали два флигеля, с которыми он был связан каменными переходами.

На территории усадьбы также были возведены двухэтажная «померанцевая оранжерея» и крепостной театр (таких размеров, что вполне составит честь и какому-нибудь небольшому областному городу).

Следующий хозяин усадьбы, получивший ее в приданое за дочерью Федора Толстого Аграфеной – Арсений Закревский (будущий генерал-губернатор Москвы). Он еще более укрупнил главный дом, в основном за счет перестройки флигелей, так что здание стало напоминать букву П. Считается, кстати, что эта перестройка в архитектурном смысле не пошла дому на пользу. Возможно.

Закревские, уехавшие к старости в Европу, продали усадьбу дальней родственнице Софье Келлер, та в 1870-е годы за долги уступила ее известным купцам Бахрушиным. В 1916 году усадьба была подарена властям Москвы для организации детского приюта.

В советское время здесь размещалось общежитие, потом усадьба долго была заброшена. В 1980-е началась реставрация силами ГПТУ-27 (при Подольском машиностроительном заводе) и самого завода. Инициатором и куратором этого восстановления был директор завода А.Долгий, памятник которому теперь стоит перед усадьбой. В главном здании разместили музей профессионального образования. Сейчас там филиал Подольского краеведческого музея «Усадьба “Ивановское” и Федеральный музей профессионального образования.

В 2010 году главное здание было снова отреставрировано. И если подойти к усадьбе со стороны дороги, то – особенно издалека – кажется, что все хорошо. Но… Во-первых, в 2010 году зачем-то все покрасили в белый цвет, что “съело” множество архитектурных деталей. Но при этом покрасили только “второй фасад” – здание-то “двухфасадное”, одна сторона смотрит на парк и речку, вторая – со двором – смотрит на улицу. Таким образом видно, какого цвета дом был раньше.

Во-вторых, «реставрация» не ⁠обошлась без пластиковых стеклопакетов (увы, но это уже ⁠стандарт).

А в-третьих, ⁠если посмотреть сбоку или ⁠со стороны парка, то картина, ⁠мягко говоря, совсем не радужная. К тому же буйная ⁠зелень, ⁠за которой никто не следит, обступила дом с трех сторон так, что к нему и не подойти. Не говоря уже о том, что когда-то легендарный вид с реки исчез – из-за разросшихся деревьев.

А в-четвертых, из сохранившихся усадебных зданий (главного дома, садового домика и театра) людям можно показывать только первые два. Полуразвалившийся брошенный театр загажен и зарос так, что целиком его увидеть просто невозможно. Самое смешное, что на плане усадьбы театр просто не обозначен. Загажены и заброшены и остатки бывшего усадебного парка.

Чудо в Дубровицах

Дальше наш путь лежит в усадьбу Дубровицы. Это самая известная подольская достопримечательность – из-за уникальной, ни на что не похожей Знаменской церкви, ради одной которой в Дубровицах обязательно надо побывать. Но наш рассказ – об усадьбе, расположенной в идеально красивом месте на высоком берегу при слиянии Пахры и Десны.

Усадьба начала строиться при князе Борисе Голицыне – знаменитом «дядьке Петра», воспитателе юного царя. Он возвел здесь церковь, построил главный дом, разбил ландшафтный парк. Затем усадьба меняла хозяев – после Голицыных ей владел Григорий Потемкин, у Потемкина ее купила Екатерина Великая, чтобы подарить тогдашнему фавориту Александру Дмитриеву-Мамонову. Сын его Матвей развил тут бурную деятельность: перестроил голицынский дворец из барочного в классический. Этот Матвей вообще фигура занятная. Вроде бы мечтавший о военной карьере, и даже успевший повоевать в Отечественную, он вышел в отставку и поселился в Дубровицах. Видимо, заразившись вольнодумством во время знаменитого заграничного похода русской армии, он устраивает в Дубровицах некое тайное общество «Орден русских рыцарей», затем скандалит с московским генерал-губернатором, демонстративно отказывается присягать Николаю Первому, публично дерзит властям… «С ума сошел», – подумаете вы. Ну так же подумали и обиженные власти, и, недолго думая, объявили его недееспособным и поместили под опеку.

После смерти Матвея долго шли тяжбы о наследстве, в итоге в 1864 году Дубровицы возвращаются Голицыным.

Дальше – революция, национализация. Удивительно, но большевики не стали сразу разорять усадьбу, а устроили здесь «музей помещичьего быта». Но за десять лет существования музея основная часть «экспонатов» была вывезена в другие музеи – Москвы (включая Третьяковку), Серпухова, Нового Иерусалима. Потом тут было много всего, а в 1947 году здесь обосновался Всесоюзный научно-исследовательский институт кормления животных. В 1956 году его слили с Всесоюзным научно-исследовательским институтом животноводства, для которого – к счастью, не прямо в усадьбе, а поодаль – построили огромное здание.

В 1960 году Дубровицам был присвоен статус памятника архитектуры. А в 1964 году в главном здании был большой пожар, после чего несколько лет шла реставрация. С 2003 года проходили масштабные «восстановительные» работы.

Почему в кавычках? А потому что в итоге – на сегодняшний день – все это имеет хаотичный и эклектичный вид. Бывшая усадьба состоит из нескольких слабо связанных друг с другом «зон». Главная – это ландшафтный парк и церковь. При «реконструкции» парка вырубили под сотню старых деревьев, значительно исказив его прежний вид. К тому же, создается ощущение, что хозяевами парка считают себя церковники, поставившие везде таблички про «святое место» и необходимость соответствующего поведения – и это там, куда ездят почти все свадьбы Подольска.

Отдельно – главное здание и флигели. В главном доме – помещения института животноводства, войти внутрь нельзя, подойти к нему можно только с фасада и боковой стороны, смотрящей на церковь – тут в подвале пафосный ресторан «Голицын».

Отдельно – комплекс построек Конного двора середины XIX века, с огромными неоготическими воротами. Состояние – на тройку с минусом.

И отдельно – в отдельной ограде – часть бывшего парка с липовой аллеей.

Предполагалось, что с этого года в усадьбе начнется масштабная реставрация, но в связи с известными медицинскими событиями…

Бастион Кащенко на берегу Пахры

А теперь отъедем от Подольска на запад, и попадем в Поливаново. В этой деревне, стоящей на берегу Пахры, расположена одна из нескольких подмосковных усадеб Разумовских. Кирилл Разумовский построил здесь церковь и главный дом. Хотя и неизвестно, бывал ли сам Кирилл Григорьевич в этой своей усадьбе. Имена архитекторов неизвестны, но предполагают, что не обошлось без Баженова. Главный дом – в стиле классицизма, но с четырьмя угловыми башнями.

Вообще, главная особенность Поливаново – то, что усадьба, в отличие от большинства других, никогда не продавалась, а вплоть до революции переходила от одного родственника к другому. Правда, уже к концу XIX века у владельцев не было средств, и они сдавали главный дом земству – под школу и семинарию. Большевики почти ничего не разрушили (только взорвали одну из двух колоколен храма). В главном здании были разные учебные заведения, потом костно-туберкулезная больница.

Сейчас здесь – филиал Московской психиатрической клинической больницы №1, основная часть усадебного парка тоже принадлежит больнице (другая часть давно застроена частным сектором). Несмотря на это, на территорию спокойно можно зайти, хотя формально даже имеется будка охраны. Но в дом, конечно, проникнуть не получится.

Интересно, что в домике рядом с церковью до 2013 года был филиал музея усадьбы Щапово, но потом его ликвидировли. Что неудивительно – сомневаюсь, что там вообще бывали посетители чаще одного человека раз в месяц.

Пока не организовали жесткий пропускной режим, стоит здесь побывать, побродить по больничному парку, соединившему в себе и усадебную, и позднесоветскую атмосферу.

Органный зал в сельхозшколе

Едем к югу, и попадаем в Щапово. Это уже – территория Москвы (Троицкий административный округ). Здесь расположена усадьба Александрово-Щапово. Эти земли (тогда деревня Александрово) сменили много владельцев, из которых самый заметный след оставил Василий Грушецкий, известный государственный деятель екатерининских времен. При нем была распланирована территория, устроен каскад прудов, разбит липовый парк. В 1779 году Грушецкий строит церковь Успения Богородицы – с нестандартной архитектурой (двухъярусная колокольня с курантами). А вот от других построек тех лет ничего не осталось. Нынешний же вид усадьба приобрела при известном предпринимателе Илье Щапове, который выстроил здесь главный дом – с резной деревянной отделкой и росписями по мотивам помпейской живописи (предполагают, что это проект Шехтеля). Сейчас в доме разнообразные государственные учреждения – от МФЦ и совета ветеранов до отделов администрации Щапово.

Щапов прославился не только предпринимательством, но и меценатством и благотворительностью – помимо сельхозшколы он построил тут «группу продленного дня» для учащихся ЦПШ, и кружевную школу для девочек. В 1896 году Илья Щапов умирает, не оставив наследников, и по завещанию все имение и 100 тысяч рублей передаются Министерству государственных имуществ на создание сельскохозяйственной школы для крестьян. Здание школы к 1903 году было достроено под руководством жены Щапова. Сейчас это самое заметное и внушительное здание всего комплекса, в нем располагаются музей истории усадьбы и органный зал. Это, кстати, уникальный для СССР случай: орган в деревне. В Щапово было опытное молочно-животноводческое хозяйство при ВНИИ животноводства, и директор хозяйства в 1988 году купил в Чехословакии орган. Он до сих пор в строю, и даже можно попасть на концерт (ну, если ковид позволит, конечно).

На сегодняшний день сохранена основная часть парка (включая некоторые малые формы – каменные мостики, каменное ложе ручья). Большинство построек также сохранилось, но если бывшая сельхозшкола, церковь и главный дом поддерживаются в более-менее сносном состоянии, то остальные постройки – ледник, каретный сарай и конюшня, кузница, маслобойка и жилой дом – в состоянии удручающем. К тому же практически на территорию усадьбы вторглась современная застройка – есть дома советских времен, есть и новые многоэтажки.

Палата номер шесть и старорусский Египет

А теперь отправимся на юг от Подольска – в деревню Мещерское (формально это уже не Подольск, а городской округ Чехов). Село сменило много владельцев, а в 1817 году было куплено бароном Львом Боде для жены. Его сын – Михаил Боде – и выстроил здесь красивейшую усадьбу. Большой главный дом удивительным образом сочетает псевдорусское узорочье, восточные украшения и псевдодревнеегипетские скульптуры. Архитектором Федором Рихтером была перестроена и церковь Покрова Пресвятой Богородицы – стилизована под архитектуру XVII века. Был разбит большой ландшафтный парк.

Но «усадебный» век построек Боде оказался недолог. Уже в 1891 году тогдашняя владелица Мещерского, помещица Н. Левашевская, продала усадьбу Московской земской управе для размещения здесь психиатрической больницы. Эту больницу, кстати, неоднократно посещал Антон Чехов, есть даже версия, что именно здесь у него возник замысел «Палаты номер 6».

Сейчас формально на территорию больницы нужно проходить через «проходную», однако по факту в заборе с разных сторон полно постоянно открытых калиток. Так что полюбоваться главным домом можно вблизи и с разных сторон. Правда, часть его закрыта безобразным ограждением из профнастила. Вообще же территория больницы выглядит довольно непрезентабельно: недострои, старые здания в очень плохом состоянии, заборы, да и общая неустроенность.

Сюрреализм за трехметровым забором

А если от Мещерского двинуться по единственной дороге к Симферопольскому шоссе, то будешь проезжать мимо деревни Дубинино. И взгляд обязательно зацепится за циклопическое сооружение, напоминающее горнолыжный спуск. Удивительно – это действительно горнолыжный спуск, но это и усадьба. Здесь было имение Отрадное-Мальвинское, которое несколько лет летом снимал Владимир Чертков – друг и сподвижник Льва Толстого. В 1910 году он привез Толстого сюда на одиннадцать дней. Писателю неожиданно понравилось. Интересно, что Толстой ездил и в больницу в Мещерское – он эти одиннадцать дней вообще активно посещал окрестные деревни и больницы, общался с народом.

А вот современная судьба усадьбы даже интереснее и загадочней. До войны она перешла в ведение мещерской психиатрической больницы. Потом тут был элитный пионерский лагерь «Отрада» (принадлежавший «Интуристу»). Сам дом, в котором гостил Лев Толстой, не сохранился, и в 1980-х годах была выстроена его «копия». Но увидеть ни этот дом, ни остатки парка нельзя. Ибо территория продана в частные руки, кому – неизвестно. Вроде бы, одному из топ-менеджеров бывшего банка «Москва». Он обнес территорию очень высоким забором, внутрь попасть нет никакой возможности. А затем начал строить горнолыжный трамплин высотой 30 метров, так как, по слухам, был «помешан» на горнолыжном спорте. Потом высота показалась недостаточной, и трамплин «подрос» до 50 метров. Но все это стоит без движения: по местной легенде (уж не знаю, имеет она какое-то отношение к реальности) с трамплина вроде бы сорвался сын владельца и стал инвалидом, после чего здесь все и замерло. Так или иначе, вблизи это производит совершенно сюрреалистическое впечатление: огромное сооружение практически посреди жилой застройки.

Больница-тюрьма

Если свернуть от Дубинино на восток, то через пару километров можно попасть в село Троицкое. Это старинная вотчина бояр Шишкиных, затем, передаваясь по наследству по женской линии, она оказалась во владении Оболенских. Князь Андрей Оболенский в первой половине XIX века устроил здесь, по описаниям современников, «Московский Петергоф»: от главного двухэтажного дома вниз к ручью спускалась цепочка прудов. В гостях у Оболенского, который жил в основном здесь, бывали Вяземский, Карамзин, Дохтуров.

А в 1901 году, по примеру владельцев соседнего Мещерского, княжна Аглаида Оболенская продала имение земству – тоже под обустройство психиатрической клиники. В 1907 году клиника открылась – но не простая, а Московская окружная психиатрическая лечебница под руководством Министерства внутренних дел – «для призрения душевнобольных, учинивших преступления». Под стать назначению и архитектура – мрачное огромное здание, напоминающее скорее замок-тюрьму.

Традиция не прерывается – сейчас здесь психиатрическая клиническая больница № 5 Департамента здравоохранения города Москвы, крупнейший в России стационар, специализирующийся на принудительном лечении. На территорию постороннему человеку не попасть – жесткий пропускной режим, высокие мощные заборы.

Двухэтажный главный дом усадьбы уцелел, но варварски перестроен так, что по виду мало чем отличается от типовой советской архитектуры. Сейчас в нем базируется строительная организация, причем ее сотрудники очень переживают – не «отберут ли» здание – очень их напугал приезд в родные места наследницы Оболенских.

От системы прудов ничего не осталось – малопроходимые заросли и колдобины. Рядом – бывший больничный яблоневый сад, давно заброшенный.

В общем – честно говоря, мрачное, не очень уютное место.

В сносном состоянии – Троицкая церковь, построенная в 1712 году стольником Юрием Шишкиным (в 1866 году к ней был пристроен новый придел).

Образцовые развалины

А если проехать еще дальше на запад, то попадешь в село Молоди. Помимо одноимённой железнодорожной станции, здесь можно найти развалины еще одной усадьбы.

В 1699 году Петр Первый дарит это имение Федору Головину. При Головине здесь начинается активное строительство: большой живописный парк с прудами, аллеями и сопутствующими малыми архитектурными формами (гроты, беседки, скульптуры, мостики). Строится храм Воскресения Христова. Затем имение принадлежало Салтыковым, затем – помещикам Домашневым, которые капитально переделали храм, пристроив приделы и парные колокольни, и возвели большой двухэтажный главный дом. Последующие владельцы понемногу перестраивали и обновляли постройки усадьбы. После революции тут была школа, а потом главное здание и парк забросили.

Сейчас в бывшем парке просматриваются лучевые аллеи, сохранились пруды, но территория неухожена. От сети каналов ничего, разумеется, не осталось. Главный дом и флигель – в полуразрушенном состоянии, заросли со всех сторон деревьями. В приличном состоянии – только церковь. И когда сюда доберутся реставраторы, и доберутся ли – неизвестно. А пока любознательный турист может поглазеть на то, как выглядят величественные живописные руины.