Некоторые проявления национального угнетения в Советском Союзе сегодня (1987)
Илириани показывает, как в Советском Союзе при Хрущеве и Брежневе происходил процесс русификации, который привел к провозглашению существования «советской нации». Сталин говорил, что «нарушать принципы равноправия наций и предоставлять одной из них различные привилегии — значит подписывать смертный приговор своей национальной политике».
Илириани утверждает, что при Хрущёве и Брежневе за 20 лет, с 1959 по 1979 год, число русских, проживавших за пределами Российской Федерации, достигло 7,6 миллиона человек. Ссылаясь на советскую статистику, она отмечает, что 17,4% русского населения страны мигрировало в другие республики: Украину, Казахстан, Узбекистан и т. д.
Это особенно очевидно в контексте нынешнего вторжения России в Украину и попытки создать на украинской земле новое государство — Новороссию. (Предисловие Революционной демократии - Ред.)
В многонациональном государстве, таком как Советский Союз, национальный вопрос с самого начала, еще до Октябрьской революции, занимал одно из важнейших мест в политике ВКП(б) под руководством Ленина и Сталина. При жизни Ленина и после его смерти под руководством Сталина партия разработала и реализовала правильную марксистскую программу гармоничного и всестороннего развития наций и народностей, направленную на преодоление экономического, политического и культурного неравенства между ними путем оказания помощи более отсталым республикам. Суть национальной политики в Российской республике, подчеркивал И. В. Сталин, заключается в преодолении отсталости, которую некоторые народы унаследовали от прошлого, с целью помочь отсталым народам догнать Центральную Россию в политическом, культурном и экономическом отношении. На самом деле благодаря этой правильной политике в Советском Союзе было достигнуто много положительных результатов в области гармоничного развития республик, малые народы и народности начали развиваться во всех направлениях, еще больше укрепилось единство советских народов и т. д. и т. п.
Одной из опасностей, угрожавших этому единству, было старое чувство великорусского шовинизма, унаследованное от царского режима. Пока И. В. Сталин возглавлял советскую партию и государство в Советском Союзе, различные проявления великорусского шовинизма не допускались, с ними боролись жестко и последовательно. Сталин подчеркнул, что «мы можем потерять все, чего добились тогда (имеется в виду Октябрьская революция — прим. Н. И.), если не вооружимся против этого нового шовинизма, повторяю, великорусского шовинизма, который наступает и распространяется, постепенно проникая в сознание наших бойцов и медленно развращая их. Именно эту опасность, товарищи, мы должны полностью устранить. Иначе... нам грозит перспектива разрыва связей между этими народами и русским пролетариатом…». (1)
После смерти Сталина узурпировавшие власть в Советском Союзе хрущевские ревизионисты начали подрывать все положительные результаты, достигнутые в реализации национальной политики. Путь, по которому пошли Хрущев и его последователи, привел к уничтожению великого дела Ленина и Сталина по правильному марксистско-ленинскому решению национального вопроса в условиях многонационального государства. Пропорциональное развитие республик было нарушено, и дискриминация малых, периферийных республик и народов, особенно нерусских, постепенно уступила место старому великорусскому шовинизму.
«Ревизионистско-капиталистическая политика, проводимая в Советском Союзе, — сказал товарищ Энвер Ходжа, — возродила старых демонов царского режима, таких как национальный гнет, антисемитизм, славянский расизм, православный религиозный мистицизм, культ военных каст, аристократизм интеллигенции, бюрократия в старом русском стиле и т. д.». (2)
В результате проведения этой ревизионистской и капиталистической политики кремлевских правителей национальный вопрос в Советском Союзе стал одним из самых острых и тревожных внутренних вопросов. Чтобы скрыть национальное угнетение, широко распространенное в Советском Союзе, советские ревизионисты развернули изощренную пропаганду, прикрываясь марксистскими фразами. Новый глава Кремля Михаил Горбачёв идёт по тому же пути, громко провозглашая с трибуны XXVII съезда ревизионистской КПСС пресловутый тезис о том, что «национальный вопрос в Советском Союзе блестяще разрешён». (3)
Но сколько бы мы ни хвастались, никакие слова не скроют тот факт, что правда об этой проблеме, как станет ясно из дальнейшего анализа, совсем иная.
Непропорциональное развитие и жестокая экономическая эксплуатация народов нерусских республик в СССР
Национальная проблема в СССР, многонациональном государстве, состоящем из 15 республик, в которых проживает более 100 наций и народностей (20 автономных республик, 18 автономных областей, округов и т. д.), становится все более острой. На XXVII съезде ревизионистской КПСС Горбачев признал, что «наши достижения не должны создавать впечатление, будто в вопросе национальных интересов нет проблем. Как и в любой другой сфере развития, здесь противоречия неизбежны и закономерны». (4)
Горбачёв хочет найти теоретическое обоснование для углубления антагонистических противоречий национального вопроса в Советском Союзе. Он не случайно избегает проводить различие между национальными противоречиями при социализме и капитализме или указывать, какие это противоречия — антагонистические или неантагонистические. То, как советские ревизионисты ставят вопрос, подразумевает, что национальный вопрос остается проблемой, которую невозможно решить даже при социализме, а значит, при социализме оправданы те же решения, что и при капитализме.
Однако вполне естественно, что, как и ее предшественница, новая ревизионистская клика в Кремле не способна провести подлинный анализ, чтобы обнажить суть национальных противоречий современного советского общества, потому что советские ревизионисты, как отметил товарищ Рамиз Алия на XIV пленуме ЦК АПТ, «сознательно отошли от учения марксизма-ленинизма, которое они считают неспособным решить проблемы нашего времени».
Истинная причина национальных противоречий, существующих сегодня в Советском Союзе, кроется в ревизионистском курсе, начатом Хрущёвым и продолженном его последователями. Этот курс привёл к реставрации капитализма и породил множество язв, характерных для капиталистического общества, таких как неравномерное развитие и национальный гнёт в многонациональном государстве.
Чтобы достичь своей стратегической цели, хрущёвцы выступили против фундаментальных тезисов марксистско-ленинской теории о товарном производстве и действии закона стоимости при социализме. На этой основе они реформировали весь экономический механизм, что привело к разрушению централизованного, планового и пропорционального развития экономики. Хрущёвцы, старые и новые, стремятся создать впечатление, что экономика управляется по плану, хотя на деле они дали полную свободу действию всех экономических законов и категорий капиталистического способа производства, в том числе закона неравномерного развития стран и регионов капиталистического государства. Превращение социалистических отношений в капиталистические стало основным источником возникновения и углубления заметных диспропорций в экономическом развитии между республиками и особенно между ними и РСФСР.
В результате доминирования русского народа во всей политико-экономической жизни Советского Союза РСФСР была развита гораздо лучше других республик. Чтобы усугубить это неравенство в капиталистическом развитии, они активно использовали «международное разделение труда». Скрывая свои истинные цели и ставя во главу угла экономического развития экономические законы капитализма, советские ревизионисты обеспечили нерусским республикам одностороннее развитие, превратив их в источники сырья для российской метрополии, развивая ограниченное число отраслей, в основном легкую промышленность и некоторые сельскохозяйственные культуры, для выращивания которых в этих республиках были «очень благоприятные климатические условия».
В середине 60-х годов хрущёвские ревизионисты признавали: «Климатические условия и особенности сельскохозяйственного производства в Средней Азии и на Кавказе требуют наличия работников, обладающих необходимыми знаниями и навыками для ведения сельского хозяйства в этих регионах... Массовый отток населения в промышленность, на транспорт, в строительство и т. д. может ослабить развитие других важных отраслей сельского хозяйства... В Узбекистане основное внимание по-прежнему должно уделяться дальнейшему увеличению производства хлопка». (5)
За так называемой ориентацией сельскохозяйственного производства в основном на технические культуры, которую «рекомендуют» этим республикам (но на самом деле навязывают им), скрывается капиталистический способ производства, который за почти три десятилетия привел к серьезным последствиям и крайне тяжелым условиям в экономике этих республик. Согласно признаниям, сделанным на XXVII съезде КПСС, вся советская экономика уже несколько лет находится в состоянии стагнации, что особенно заметно в нерусских республиках. Горбачёв признаёт, что «в Казахстане, например, национальный доход на единицу продукции составляет треть от среднего показателя по советской экономике, в то время как в Туркмении производительность общественного труда за последние 15 лет вообще не выросла». (6)
Он поспешил переложить ответственность за эти растущие проявления на своего предшественника Брежнева, который, в свою очередь, винил во всём Хрущёва. Аналогичным образом ответственность была возложена на бывших руководителей этих республик, которых сняли с должностей до этого съезда. Истинной причиной этих типичных капиталистических проявлений является общая ревизионистская линия, которой придерживались и продолжают придерживаться советские ревизионисты. Это главная причина, объясняющая, почему темпы промышленного развития замедляются или снижаются, почему основные финансово-экономические показатели, особенно в нерусских республиках, ухудшаются, что в конечном итоге приводит к снижению уровня жизни рабочих и крестьян этих республик.
Например, из 15 республик Советского Союза Туркменистан сейчас занимает 12-е место, хотя в 1960 году был на 4-м. То же самое можно сказать и о других республиках. Уровень жизни в других республиках Центральной Азии ниже. По сравнению со средним потреблением на душу населения в Советском Союзе, потребление в Узбекистане, Киргизии, Таджикистане и Азербайджане по некоторым продуктам в 1980 году составляло: мяса — 75 %, молока — 58 %, яиц — 38 %, сахара — 59 %, картофеля — 84 %, овощей — 26 %, хлеба и мучных изделий — 110 %. (7)
Эти цифры обнажают демагогию советских ревизионистов, которые много говорят о так называемой заботе о вышеупомянутых республиках. Если принять среднее потребление электроэнергии на одного жителя Советского Союза за 100 %, то в Узбекистане этот показатель составляет 46,4 %, в Туркменистане — 49 %, в Таджикистане — 58,8 %, в Киргизии — 46,6 %, а в республиках Средней Азии — 48,6 %. В этих республиках проживает 10 % населения СССР, а их доля в общем потреблении составляет всего 4,5 %. (8) Доход на душу населения в некоторых союзных республиках на 16–50 % ниже, чем в РСФСР. (9)
Экономический кризис усугубил положение нерусских республик. По данным «Правды» (1982), падение производства в нерусских республиках сильнее, чем в прошлом.
Одним из наиболее значимых аспектов одностороннего развития нерусских республик, особенно в Центральной Азии, является преимущественно сельскохозяйственная направленность, заданная центром, и явное несоответствие между сельскохозяйственным производством и степенью индустриализации этих республик.
В республиках Центральной Азии действительно благоприятный климат для выращивания хлопка и других сельскохозяйственных культур, но где перерабатывается хлопок? Хотя хлопок в основном выращивается в республиках Центральной Азии, их доля в общем объеме производства хлопчатобумажных тканей составляет всего 3%, в то время как Российская Федерация, которая вообще не выращивает хлопок, производит 83,5% хлопчатобумажных тканей. В некоторых республиках, например в Узбекистане, производится 70 % сырья для производства хлопчатобумажных тканей, 38 % сырья для производства шелковых тканей и т. д., но при этом на долю Узбекистана приходится лишь 3 % хлопчатобумажных тканей, 2,5 % трикотажных изделий, 21 % носков и чулок и т. д. в стране.
Местное производство таких сырьевых материалов создает все необходимые условия для развития в этих республиках легкой промышленности по их переработке, что, помимо прибыльности, создает новые рабочие места. Однако великороссы пытаются обратить все эти преимущества на пользу Российской республики, препятствуя промышленному развитию нерусских республик. Такая возможность для этих республик существует только в теории, потому что в нынешних условиях она не используется, а по объему производства легкой промышленности на душу населения такие республики, как Узбекистан, находятся в самом конце списка в Советском Союзе.
Кроме того, они зависят от поставок промышленной продукции из центра, хотя у них самих ее в больших количествах, но она не используется. Так, например, Узбекистан, Киргизия и Таджикистан импортируют 3,7 миллиона тонн твердого топлива, хотя у них самих его довольно много.
Эти неоколониалистские формы, прикрывающиеся марксистско-ленинскими фразами, не могут скрыть того факта, что эти республики подвергаются дискриминации в экономике и даже в сфере занятости. Основную часть квалифицированных рабочих, особенно инженерно-технических специалистов в таких ключевых отраслях, как промышленность, составляют русские, в то время как местное население занято в других отраслях, на низкоквалифицированных должностях и в основном в сельском хозяйстве.
Советские авторы признают, что во многих республиках Советского Союза большая часть местного населения занимается сельским хозяйством, в то время как подавляющее большинство работников промышленности и строительства — это выходцы из других республик, в основном русские. (10)
Из-за низких темпов роста общественного производства и производительности труда товарооборот в большинстве республик на 60% ниже, чем в РСФСР. Острая нехватка товаров первой необходимости и товаров широкого потребления, характерная для всей экономической жизни Советского Союза, особенно заметна в нерусских республиках.
Официальная политика сохранения экономики колониального типа в этих республиках проявляется и в сокращении средств, выделяемых на капиталовложения. Вот уже много лет здесь почти не строятся промышленные комбинаты для переработки природных богатств и сельскохозяйственного сырья. Например, в Узбекистане в период с 1969 по 1971 год из 36 запланированных предприятий было спроектировано только 5, из 15 запланированных предприятий было построено только 3, а из 8 существующих заводов, подлежащих реконструкции, были реконструированы только 2. (11)
Современная советская пропаганда и социология пытаются найти какие-то «объективные аргументы», чтобы оправдать отсталость нерусских народов и национальностей, утверждая, что эта отсталость обусловлена большим приростом населения в этих республиках по сравнению с приростом производства и производительности труда. Принимая во внимание, что на 27-м конгрессе Горбачев объяснил падение темпов развития в Советском Союзе, особенно в нерусских республиках, сказав: “Мы не смогли поэтически оценить изменившуюся экономическую ситуацию, мы не смогли осознать острую и неотложную необходимость использования интенсивных методов развития и активной эксплуатации достижений научно-технического прогресса в экономике”. (12) На самом деле это не причина, а следствие более глубокой причины, которая уходит корнями в реставрацию капитализма в СССР, в неравномерное экономическое развитие и рост неоколониалистской эксплуатации нерусских республик, которая привела их к большим социально-экономическим трудностям.
Советские ревизионисты не могут оставить без внимания очевидное углубление национальных противоречий в экономической сфере. Столкнувшись с такими серьезными трудностями, они пытаются найти решение на будущее, чтобы хоть немного успокоить нерусские республики. По их мнению, «новым» решением в экономической сфере, «золотым ключиком», является «курс на ускорение социально-экономического развития страны» (13), одобренный XXVII съездом КПСС. Программа ускорения, объявленная главой Кремля, — это новое надувательство для народов Советского Союза. Судя по целям, она напоминает бурную программу Хрущева, согласно которой страна должна была достичь высочайшего уровня развития к 1960 году. Ученики Хрущева пытаются добиться того же, с той лишь разницей, что они отложили это на 2000 год. Громкая пропагандистская шумиха, сопровождающая «новую» экономическую стратегию советских ревизионистов, — не что иное, как дымовая завеса, призванная скрыть неоколониалистское решение экономического аспекта национального вопроса.
Шовинистическая демографическая политика
Дискриминационная экономическая политика, проводимая сегодня в Советском Союзе, привела к дальнейшему углублению разрыва в экономическом развитии между республиками Средней Азии и славянскими республиками. Поэтому рост производства и доходов населения в первых меньше, чем во вторых.
Но, несмотря на более низкие показатели экономического развития, прирост населения в этих республиках в 4–7 раз выше, чем в РСФСР. Этот факт беспокоит центр, во-первых, потому что он снижает соотношение русского населения и нерусских народов, а во-вторых, потому что он создает серьезные проблемы и трудности с трудоустройством новой рабочей силы в слаборазвитых республиках. Такое несоответствие между высокими темпами прироста населения и низкими темпами экономического развития в нерусских республиках приводит к нехватке рабочих мест для новой рабочей силы. Это вызывает стихийное механическое перемещение населения республик Средней Азии в европейскую часть СССР. Механическое перемещение в сторону новых промышленных комплексов Дальнего Востока и Сибири, поощряемое советскими ревизионистами с помощью пропаганды и материальных стимулов, приобрело огромные масштабы.
Феномен механического перемещения населения из нерусских республик, вызванный в основном шовинистической экономической политикой, используется великороссами для реализации своих гегемонистских амбиций в ущерб другим нерусским народам. Таким образом, в то время как часть населения республик Средней Азии уезжает в Российскую Республику, в эти республики устремляются русские кадры и специалисты, которые занимают ключевые посты в органах управления и экономике. Русскому населению, которое в этих случаях выступает в роли колонизатора, гарантированы более высокие доходы и привилегии, чем в России.
Такая типично колониальная практика является вопиющим отрицанием марксистско-ленинского учения о национальном вопросе. «...нарушать принципы равноправия наций и предоставлять той или иной нации различные привилегии — значит подписывать смертный приговор своей национальной политике», (14) — подчеркивал Сталин. Однако нынешняя национальная политика в Советском Союзе изменилась и приобрела все черты национальной политики старой Российской империи.
За 20 лет, с 1959 по 1979 год, число русских переселенцев за пределами Российской Федерации достигло 7,6 миллиона. «Сейчас 17,4 % русского населения страны, — пишет газета «Коммунист», — мигрировало в другие республики: Украину, Казахстан, Узбекистан и т. д.». (15) Доля русских в населении Востока в последние десятилетия составляет 10–20 %.
В целом в нерусских республиках самой многочисленной национальной группой после коренного населения является русская. Так, в Туркменистане коренное население составляет 68,4 %, а русские — 12,6 %; в Эстонии — 64,7 % против 27 %; в Латвии — 53,7 % против 32,8 %. В Казахстане соотношение иное: русская группа составляет 40,8 % против 36 % казахов. (16) В Автономной Республике Башкортостан русских 40,5 %, башкир — 23,4 %, в Республике Бурятия русских 73,5 % и т. д.
После 1970-х годов в республиках западной части СССР (Латвии, Литве, Эстонии и т. д.) наблюдается тенденция к сокращению численности коренного населения, в то время как в других республиках Востока (Казахстане, Азербайджане, Узбекистане и т. д.) коренное население растет более быстрыми темпами. Для последних это один из способов самосохранения от русификации, которая в последние годы набирает обороты. В период с 1970 по 1979 год численность русского населения в РСФСР увеличилась на 10,1 %, а в других республиках — в четыре раза, достигнув 37,4 %. «Во всех республиках, — признает советский философ В. Семёнов, — наблюдается естественный прирост местного населения, а параллельно с ним — приток населения других национальностей, в основном русских. (17)
Своей шовинистической демографической политикой и поощрением миграции русские шовинисты хотят достичь двух целей:
Во-первых, русификация нерусских республик, где население значительно увеличивается.
Во-вторых, обеспечение дешевой рабочей силой крупных промышленных комплексов.
Чтобы привлечь в эти комплексы рабочих из республик и их семьи, новая советская буржуазия бросает им крохи от своих колоссальных сверхприбылей, делая небольшую разницу в зарплатах. За ту же работу в промышленных комплексах на востоке и севере России нерусские рабочие получают чуть больше, чем в своей стране. Журнал «Научный коммунизм» демагогически утверждает, что самой насущной проблемой является эффективное вовлечение в хозяйственный оборот источников энергии, топлива и минерального сырья восточных регионов и создание крупных производственных комплексов. (18) Советская буржуазия пытается реализовать эти экономические и политические интересы за счет внутренней миграции населения.
Эта новая форма денационализации встретила сопротивление со стороны нерусских народов, которые в различных формах препятствуют ей, чтобы обеспечить экономическое развитие своих республик. Но это сопротивление подвергается нападкам со стороны советской центральной прессы, которая призывает бороться с консервативными взглядами, мешающими молодому поколению работать в новых комплексах, чтобы обеспечить себе материальное благополучие и достойную жизнь в целом.
Капиталистическое перерождение советской экономики и неоколониальная политика обострили национальные противоречия внутри производственных единиц. Как сообщает советская ревизионистская пресса, 60% городского и 80% сельского населения Молдавии, Грузии и Узбекистана отказываются работать в коллективах с представителями других национальностей, в основном с русскими. (19)
Дискриминация национального языка и культуры
Составной частью социал-империалистической политики русификации являются концепции и практика уничтожения национального языка и культуры нерусских народов.
В Советском Союзе во времена В. И. Ленина и И. В. Сталина была разработана и проводилась справедливая политика решения национального вопроса. В соответствии с этой политикой национальные языки и культуры развивались и начали процветать как новые культуры с социалистическим содержанием и национальной формой. В ходе этого стремительного развития различные народы Советского Союза перенимали друг у друга, в частности, ценности социалистического характера. Сталин распорядился: «...нужно развернуть прессу, театры, кино и другие культурные учреждения на родном языке», и задал вопрос: «Почему - спрашивают - на родном языке? Да потому, что миллионные массы народа могут преуспевать в деле культурного, политического и хозяйственного развития только на родном, на национальном языке».
Искажая ленинский тезис о слиянии наций (при коммунизме) и называя нынешний этап «развитым социализмом», советские ревизионисты утверждают, что при таком социализме нужен только один язык, только одна культура — та, которая «подходит для единого советского народа».
С теоретической точки зрения здесь мы имеем дело с фальсификацией учения Ленина о том, что “Пока существуют национальные и государственные различия между народами и странами, - а эти различия будут держаться еще очень и очень долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе, - единство интернациональной тактики коммунистического рабочего движения всех стран требует не устранения разнообразия, не уничтожения национальных различий (это - вздорная мечта для настоящего момента), а такого применения основных принципов коммунизма (Советская власть и диктатура пролетариата), которое бы правильно видоизменяло эти принципы в частностях, правильно приспособляло, применяло их к национальным и национально-государственным различиям". (20)
Вопреки этим учениям, великорусские шовинисты пытаются подвести теоретическую базу под свою политику и практику денационализации, направленную на ассимиляцию других языков. По их мнению, «в советских условиях признание языка другой нации в качестве родного не должно рассматриваться как фактор ассимиляции. Язык — не единственная составляющая национальной идентичности». Люди нерусской национальности, для которых русский язык является родным, по-прежнему остаются представителями своих народов. (21)
Действительно, Ленин и Сталин подчеркивали, что в условиях такого многонационального государства, как СССР, необходим общий язык, который станет средством общения между народами. В СССР таким языком был и остается русский. Еще до победы Октябрьской революции Ленин писал: «...потребности экономического оборота всегда заставят живущие в одном государстве национальности (пока они захотят жить вместе) изучать язык большинства. Чем демократичнее будет строй России, тем сильнее, быстрее и шире разовьется капитализм, тем настоятельнее потребности экономического оборота будут толкать разные национальности к изучению языка, наиболее удобного для общих торговых сношений» (22)
Но, исходя из шовинистических целей, как в теории, так и на практике, советские ревизионисты искажают идею принятия русского языка в качестве общего языка в отношениях между народами СССР. С помощью таких теорий, как «язык — не единственная черта национальной идентичности», они намеренно отрицают один из главных элементов нации. С помощью «общего языка» или «интернационализации языковой жизни» они стремятся свести на нет «индивидуальные языки» нерусских народов и национальностей. Именно этот шовинистический процесс отрицания языков других народов советские ревизионисты пытаются поставить на «теоретическую основу».
По мнению советских теоретиков, процесс «интернационализации национальных языков» в Советском Союзе проходит в три основных этапа:
Первый этап по времени совпадает с периодом создания основ социализма, с решением главных задач культурной революции, когда отсталые народы развивали свои духовные ценности, то есть с периодом, когда под руководством Ленина и Сталина национальные языки и культуры переживали всестороннее развитие. Многие народы, почти 54 национальности, создали свою письменность. Национальные языки получили большое развитие во всех аспектах. Ревизионисты не могут отрицать бурное развитие национальных языков в этот период.
Второй этап «интернационализации языковой жизни» народов СССР совпадает с периодом построения «зрелого социализма», когда формируется единая советская культура с «социалистическим» содержанием, а процесс интернационализации духовной жизни достигает «более высокого качественного уровня».
Третий этап — это нынешний этап процесса «интернационализации языковой жизни» народов СССР. На этом этапе пытаются отрицать существование других национальных языков и провозглашают, что необходим только русский язык как язык «единого советского народа». Теоретически это вопиющая фальсификация ленинских идей по этому вопросу. Сталин учит нас: «Из этих цитат видно, что процесс отмирания национальных различий и слияния наций Ленин относит не к периоду победы социализма в одной стране, а исключительно к периоду после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе, то есть, к периоду победы социализма во всех странах, когда будут уже заложены основы мирового социалистического хозяйства». (23)
И далее Сталин продолжает: «Было бы ошибочно думать, что первый этап периода всемирной диктатуры пролетариата будет началом отмирания наций и национальных языков, началом складывания единого общего языка. Наоборот, первый этап, в течение которого будет окончательно ликвидирован национальный гнёт,-будет этапом роста и расцвета ранее угнетённых наций и национальных языков, этапом утверждения равноправия наций, этапом ликвидации взаимного национального недоверия, этапом налаживания и укрепления интернациональных связей между нациями». (24)
В нынешнем ревизионистском Советском Союзе формально признано конституционное право на двуязычие в каждой республике. На самом деле вся пропаганда и конкретные меры, принимаемые, особенно в последние годы, направлены на распространение русского языка за счет вытеснения местных национальных языков. Русский язык стал обязательным на всех этапах обучения, от детских садов до институтов и других высших учебных заведений, с шовинистической целью ассимилировать и вытеснить родные языки нерусских народов.
В ходе образовательной реформы 1958 года хрущёвцы ввели положение о праве родителей выбирать язык обучения для своих детей. Это «право» противоречит учению марксизма-ленинизма, согласно которому народы и нации многонационального государства имеют право и должны обучать своих детей на родном языке.
Замена общего принципа обучения на родном языке на принцип права выбора приводит к тому, что нерусские народы сталкиваются с различными видами давления. «Вопрос соблюдения равных прав и возможностей включает в себя, например, прием в университет детей всех национальностей. Неудивительно, что спонтанность в этом важном вопросе в некоторых случаях приводила к нарушению этого принципа, что является болезненным аспектом межэтнических отношений в национальном сознании». (25)
Советские ревизионисты с ярко выраженным шовинистическим уклоном пытаются насаждать в школах русские обычаи, традиции и образ жизни. С другой стороны, советские ревизионисты считают сохранение родного языка, национальной культуры и традиций нерусских народов «узким национализмом», «замкнутостью в узких национальных рамках», которые якобы препятствуют развитию современной культуры, представленной русской культурой.
Советские ревизионисты хотят внушить нерусским народам мысль о том, что их национальные языки не могут развиваться без влияния русского языка, что это отсталые языки, препятствующие духовному общению и сближению народов. По их мнению, чтобы разные народы стали развитыми, культурными и способными идти в ногу с развитием современной науки и искусства, они должны выйти за рамки национального в языке, литературе, искусстве, науке и т. д.
А чтобы придать своим идеям научный вид, политики-ревизионисты ссылаются на «факты». Например, в журнале «Научный коммунизм» пишется: «В некоторых национальных языках почти 70–80 процентов научно-технических, общественно-политических и учебно-педагогических терминов являются заимствованиями из русского языка или из других языков через русский». В башкирском языке, на котором говорят в регионе с развитой химической промышленностью, только 149 из 1948 химических терминов являются исконно башкирскими, остальные связаны с русским языком». (26) Или, как говорят, «именно русский язык проложил для киргизов путь к знаниям, науке, технике и высотам культуры» и т. д., «русский язык позволил литературе народов выйти на орбиту мировой культуры». (27)
Превознесение до небес особенностей русского языка и отрицание и игнорирование других языков показывает великорусскую национальную политику во всей ее шовинистической красе. Это противоречит учению классиков марксизма-ленинизма о том, что все народы и нации, большие и малые, имеют свои самобытные черты, что у каждого языка свой особый путь развития, свои внутренние законы.
Понятно, что великорусских шовинистов эти законы не интересуют, и когда они говорят о русском языке, то имеют в виду не владение русским языком и его использование просто как средства общения в многонациональном Советском Союзе. На самом деле речь идет о целой политике, направленной на то, чтобы с помощью различных средств вытеснить нерусские языки из обихода других народов. Советские ревизионисты отвергли учение Ленина, который говорил: «Национальная программа рабочей демократии: никаких безусловно привилегий ни одной нации, ни одному языку; решение вопроса о политическом самоопределении наций, т. е. государственном отделении их, вполне свободным, демократическим путем; издание общегосударственного закона, в силу которого любое мероприятие (земское, городское, общинное и т. д. и т. п.), проводящее в чем бы то ни было привилегию одной из наций, нарушающее равноправие наций или права национального меньшинства, объявляется незаконным и недействительным — и любой гражданин государства вправе требовать отмены такого мероприятия, как противоконституционного, и уголовного наказания тех, кто стал бы проводить его в жизнь». (28)
Советская пропаганда, конечно, в демагогических целях рассуждала о якобы существующем равенстве языков. Однако в Советском Союзе говорят на 130 языках, но учебники издаются только на 52 из них, а печатные издания — менее чем на 1/3. Согласно советским источникам, в 1983 году между республиками наблюдались значительные различия в количестве печатных изданий на 100 жителей. Таким образом, в РСФСР на каждые 100 жителей приходится 1105 книг и брошюр, в Узбекистане — 243, в Казахстане — 188, в Таджикистане — 182, в Туркменистане — 179.
Аналогичные различия наблюдаются в количестве газет, издаваемых на 100 жителей. В 1983 году в РСФСР выходило 86 газет на 100 жителей, в Узбекистане — 29, в Казахстане — 35, в Таджикистане — 31, в Туркменистане — 31. (29) Хотя эти цифры не отражают всей правды, поскольку не все издания в нерусскоязычных республиках выходят на родном языке, но если верить русским ревизионистам, диспропорции не только не сглаживаются, но и имеют тенденцию к увеличению.
Несмотря на лихорадочные и слепые попытки великороссов денационализировать другие народы путем очернения и отрицания их языков, они сталкиваются с большими трудностями и сопротивлением. Большинство жителей Молдавии, Грузии и Узбекистана предпочитают отдавать своих детей в школы, где преподают на их родном языке, несмотря на оказываемое давление, агитацию и пропаганду. (30)
Поэтому, как бы советские ревизионисты ни пытались ассимилировать языки нерусских народов, их попытки неизменно терпят неудачу.
История национальных движений прошлого и настоящего доказала, что народы способны защищать свои родные языки. История показала, что язык обладает высокой устойчивостью к политике насильственной ассимиляции. Это объясняется присущими ему законами развития, стабильностью грамматической системы и словарного запаса, а главное — патриотизмом и бесстрашным свободолюбием народов, выступающих против ассимиляции. Жизнь языка намного длиннее жизни любой основы и надстройки, учит нас Сталин.
Чтобы лишить различные народы СССР национальной идентичности, великорусская шовинистическая буржуазия стремилась ограничить развитие национальной литературы и культуры нерусских народов. И здесь «неоспоримое превосходство русского народа» становится культом великорусской гегемонии. Их цель — тысячи и тысячи школьников, студентов и писателей, которых они хотят лишить национального достояния, многовековой духовной пищи, которая играла и продолжает играть важнейшую роль в укреплении и консолидации народов. Они хотят внушить мысль, что все, включая литературу, искусство и культуру, начинается там, где начинается Россия. В качестве прикрытия и предлога для этой позорной точки зрения они придумали формулу укрепления единства народов и наций: «единый советский народ», «интернациональная культура» и т. д.
Марксизм-ленинизм учит нас, что народы, входящие в состав федеративного государства, должны лучше знать искусство, литературу и культуру друг друга. Но под этим взаимным знанием великорусские шовинисты понимают одностороннее знание своей культуры и навязывание ее другим народам. Они приходят к реакционным выводам вроде таких: «Практика показывает, что национальная литература может существовать и без национального языка, необязательно на национальном языке», «за новыми достижениями науки можно следить и знакомиться с ними только через русский язык». Например, «Литературная газета» некоторое время назад потребовала, чтобы в произведениях казахских, азербайджанских и таджикских писателей «сильнее звучали русские мотивы». Судя по всему, великороссы открыто выступают против национального языка и культуры народов нерусских республик.
Политика русификации партийного и государственного аппаратов
Одним из важных направлений великорусской шовинистической политики остается продолжающаяся русификация партийного и государственного аппаратов, а также хозяйственных органов в нерусских республиках.
Советские ревизионисты используют соотношение представительства наций в партийных и государственных органах республик как предлог для оправдания возникновения национальных противоречий. По их мнению, в прошлом, когда многие нации были отсталыми, необходимо было проводить политику выдвижения местных представителей в аппарат (коренения аппарата). Однако в условиях «развитого социализма», по их мнению, это не только устарело, но и стало источником возрождения националистических настроений. Это, продолжают великороссы, может привести к оскорблению чувств некоторых коренных народов республики (читай: русских — Н. И.), а также вызвать чувство превосходства и высокомерия у политически незрелых представителей автономной нации. (31)
Великорусские шовинисты считают, что пришло время действовать более решительно и открыто, чтобы лишить народы республик одного из основных прав — права на то, чтобы в партийном, государственном и местном аппарате региона или республики работали местные кадры, знающие национальную жизнь и особенности, пользующиеся поддержкой народа. Теории ревизионистов скрывают процесс русификации, который стремительно идет в центральном партийном и государственном аппарате всех республик.
Очевидно, что русские составляют подавляющее большинство в центральных органах партии, в государстве, в Президиуме Верховного Совета, в Совете Министров. То же самое относится к большинству государственных комитетов, полномочия которых распространяются как на центр, так и на республики (Госплан, Госстрах).
Для русских шовинистов вопрос о представительстве других народов в центральных органах, принимающих законы для республик, закрыт. Более того, после прихода к власти Горбачева наметилась тенденция к усилению бюрократического централизма в центральных органах, где всегда доминировали русские. Центральная власть осуществляет свои полномочия на всей территории Советского Союза через министерства союзных республик.
Федеральные республиканские министерства охватывают все важные сферы, в то время как республиканские министерства контролируют очень узкую сферу деятельности и сосредоточены только на вопросах регионального значения: строительстве и ремонте дорог, потреблении, коммунальных услугах и жилищном строительстве, региональной промышленности, автомобильном транспорте, консервной промышленности и социальном страховании.
Чтобы создать иллюзию, будто можно как-то сгладить эти сложные ситуации и противоречия между центральной властью и республиками, на XXVII съезде КПСС Горбачёв выдвинул идею нового решения: «совершенствование демократического самоуправления народа». В устах советских ревизионистов эта концепция не имеет ничего общего с принципом активного и сознательного участия трудящихся масс в управлении страной в условиях подлинного социализма. Это попытка найти выход из сложившейся ситуации путем изменения соотношения между бюрократическим централизмом и капиталистическим либерализмом, что только усугубит существующее положение.
По своему антимарксистскому содержанию и контрреволюционным целям так называемое «социалистическое самоуправление» ничем не отличается от капиталистической практики титовского самоуправления (несмотря на «оговорки», которые советские идеологи делают в отношении этого варианта капитализма, основанного на групповой собственности).
В Советском Союзе государство и партия давно утратили свое классовое пролетарское содержание и превратились в по-настоящему буржуазные, репрессивные и эксплуататорские институты. Поэтому, какие бы «полномочия» ни передавались местным органам в части создания межотраслевых производственных объединений и социальной инфраструктуры производства, какую бы автономию ни обещали «советам» предприятий и рабочих коллективов, это не спасет ситуацию. Для эффективной демократизации, которая является обманом со стороны советских ревизионистов, отсутствуют необходимые социально-экономические условия. Так называемое социалистическое самоуправление народа — это ширма, прикрывающая буржуазную политическую систему, существующую в Советском Союзе.
Показателем политики русификации партийного аппарата является монополия на назначение партийных секретарей в республиках. Первыми секретарями в республиках, как правило, становятся коренные жители, но они становятся послушными орудиями в руках русских шовинистов. И если кто-то из них хоть в малейшей степени отклоняется от приказов Москвы, его тут же отстраняют от руководства.
Великорусские шовинисты создали собственную систему партийного руководства в различных республиках, в которой русские занимают главенствующее положение. Более 48 % первых и вторых секретарей федеративных и автономных республик в период с 1954 по 1976 год были русскими. (32) Это свидетельствует о том, что русские в значительной степени занимали должности вторых секретарей как в республиках, так и в автономных областях.
В начале 60-х годов было установлено правило, которое впоследствии закрепилось: должность второго секретаря имеет решающее значение и олицетворяет централизм. Таким образом, великороссы создали в партии систему и форму организации, в которой русские фактически играют ведущую роль. Такая организация позволяет им осуществлять строгий контроль при подборе политических, административных и технических кадров на всех уровнях нерусских республик.
Сопротивление и протесты нерусских народов
Всестороннее угнетение со стороны великорусских шовинистов по типу колониальной политики вызвало обеспокоенность и протесты среди нерусских народов и наций.
В июле 1983 года в Грузии вспыхнула демонстрация с националистическими лозунгами, участники которой призывали бойкотировать празднование 200-летия Союзного договора между республикой и царской Россией.
Таджики, киргизы, азербайджанцы, узбеки и представители других народов и национальностей неоднократно совершали поступки, выражающие стремление к более высокому уровню социально-экономического и культурного развития.
Центральная советская пресса снова и снова была вынуждена призывать к прочному социально-политическому и идеологическому единству всех народов и национальностей СССР, чтобы противостоять психологической войне Запада. Национальные интересы каждой нации в Советском Союзе, подчеркивала «Правда» в одном из своих номеров, защищаются лучше, когда интересы СССР соблюдаются повсеместно и неукоснительно.
Эта газета вынуждена признать, что «некоторые граждане» до сих пор придерживаются националистических предрассудков и что проявления эгоизма и национальной гордости случаются «случайно». «Каждый должен понимать, что советская национальность стоит на первом месте» и что «принадлежность к единому сообществу» является «главным путем к братской дружбе» между народами и национальностями Советского Союза. (33) Эти тезисы как две капли воды похожи на тезисы великосербских шовинистов о «югославизме».
В 1976 году грузины несколько раз протестовали против усиливающейся русификации. Кроме того, в середине апреля 1978 года группа демонстрантов вышла на улицы Тбилиси, протестуя против попыток ослабить статус грузинского языка. В проекте конституции республики, опубликованном в марте 1978 года, отменялось положение прежней конституции, в котором прямо говорилось, что грузинский язык является государственным языком республики. Демонстранты вышли на акцию протеста именно в тот день, когда власти республики обсуждали этот вопрос. Столкнувшись с народным протестом, власти отступили и изменили формулировку в итоговом тексте следующим образом: «Государственным языком Грузинской ССР является грузинский язык». События в Грузии спровоцировали волнения в соседних республиках Кавказа.
22 декабря 1980 года в Эстонии вспыхнули протесты против политики русификации, проводимой новыми властями. Ранее, 1 и 3 октября того же года, молодежь организовала массовые демонстрации. Около 5000 человек вышли на улицы с лозунгами «Свободу Эстонии!», «Русские, убирайтесь из Эстонии!»
Аналогичные протесты против русификации прошли 27 и 30 марта 1981 года в столице Грузинской ССР Тбилиси. Студенты и представители интеллигенции в течение пяти часов демонстрировали перед зданием местного Верховного Совета.
Весной 1983 года Ю. Андропов попытался «навести порядок» в Армении, самой маленькой республике СССР. Ревизионистские лидеры Кремля призывали армянских коммунистов воспитывать в молодежи «гордость за Советскую Родину» и готовность «выполнять свой патриотический интернационалистский долг». (34) В то время многие местные чиновники были отстранены от должностей в ходе чистки, направленной на борьбу с «расхлябанностью», «сектантством» и «национализмом». Эта чистка усилилась в декабре 1984 года, когда были отстранены от должности пять членов местного партийного руководства.
Новые чистки, проведенные М. Горбачевым перед XXVII съездом КПСС, увольнение многих высокопоставленных кадров в Азербайджане, Киргизии, Армении и других республиках как «коррумпированных людей, неспособных руководить в новых условиях» или «по состоянию здоровья» не были случайными.
Это был закономерный результат капиталистических отношений, которые сегодня пронизывают все сферы жизни в Советском Союзе. Новая волна отставок и назначений связана с необходимостью выдвигать на руководящие посты людей, наиболее соответствующих текущим требованиям капиталистической модернизации в Советском Союзе. Кроме того, это явное проявление борьбы за власть между соперничающими группировками, характерное для советской ревизионистской бюрократии.
Различные национальные движения, открытые или тайные, которые происходят в разных республиках Советского Союза, не имеют подлинного руководства со стороны марксистско-ленинской партии. Время пришло для создания марксистско-ленинских партий, которые поставят решение проблемы национального освобождения в один ряд с борьбой за свержение ига советского социал-фашизма. На VIII съезде Народно-освободительной армии товарищ Энвер Ходжа сказал: «Раны, которые нанесло восстановление капитализма, можно залечить только свержением ревизионизма и восстановлением социализма». (35)
Из «Социально-политических исследований», 4, Тирана, 1987.
1. В. И. Ленин — И. В. Сталин, «О национальном вопросе», Тирана, 1984, албанское издание, стр. 343–344.
2. Энвер Ходжа, Доклад на VIII съезде Албанской партии Труда, издательство «8 Нентори», Тирана, 1981, стр. 245, англ. изд.
3. «Правда», 26 февраля 1986 года.
4. «Правда», 26 февраля 1986 года.
5. А. А. Исупов, «Национальный состав населения СССР», Москва, 1964.
6. «Правда», 26 февраля 1986 года.
7. Problemes economiques, № 1852, Париж, 1983, с. 16.
8. Le courrier de pays de l’Est, № 227, Париж, 1983, с. 40.
9. Zëri i populitt, 30 июля 1983 года.
10. «Философские науки», № 5, 1982, с. 18.
11. По данным У. Б. Блэнда, «Реставрация капитализма в Советском Союзе», 1980, стр. 213.
12. «Правда», 26 февраля 1986 года.
14. В. И. Ленин — И. В. Сталин, указ. соч., с. 353.
15. «Коммунист», № 5, 1983, с. 59.
17. Интернационализм и общественный прогресс, Москва, 1978, с. 305-306.
18. Из «Научного коммунизма», № 4, 1983.
19. Вопросы истории, № 11, 1979, с. 9–10.
20. В. И. Ленин, Полное собрание сочинений, Албанское издание, т. 31, с. 91,
21. Социализм и нации, 1975, с. 187.
22. В. И. Ленин — И. В. Сталин, указ. соч. стр. 65,
24. В. И. Ленин — И. В. Сталин, указ. соч., с. 411.
25. М. И. Куличенко, «Нация и социальный прогресс», Москва, 1983, с. 180.
26. «Научный коммунизм», № 1/1, 1982.
28. В. И. Ленин — И. В. Сталин, указ. соч. с. 43.
29. Данные за 1983 год взяты из “Ежегодника статистики", 1984, стр. 91.
30. Из «Вопросов истории», № 11, 1979, стр. 9–10.
31. Научный коммунизм, № 4, 1981, с. 63.
32. См. See Helene Carrére D’Encausse, L’empire eclatée... Paris, Flamarton, 1978.
33. «Правда», 17 декабря 1983 года.
34. «Правда», 21 октября 1984 года.
35. Энвер Ходжа, Доклад на VIII съезде Албанской партии Труда, стр. 248, англ. изд.