Катха Упанишада

3 Глава из Упанишада Вахини. Перевод с телугу.

В этой Упанишаде повествуется история Начикеты, который, получив от Ямы наставление о сущности Брахмана, достиг высшей цели жизни. Кроме того, этот рассказ излагается также в «Тайттирия-брахмане» и в 106-й главе раздела «Анушасана-парва» «Махабхараты». Это произведение известно глубиной философского анализа и возвышенностью образного мышления. Многие мантры, содержащиеся в нём, в иной форме встречаются в «Бхагавад-гите». Поскольку эта Упанишада относится к Катха-брахмане, входящей в школу Чарака Кришна-Яджурведы, она получила название «Катха-упанишада».

Чтобы обрести наставление о знании Атмана, необходимо заслужить право на него.

Некий Гаутама по имени Ваджасравана, выдающийся исполнитель ведических обрядов, начал совершать жертвоприношение, предполагающее раздачу всего имущества. У него был добродетельный сын по имени Начикета. Во время этого великого жертвоприношения Гаутама решил отдать жрецам в дар коров, которые уже не могли ни пить воду, ни есть траву, ни давать молоко. Видя это, Начикета, желая предотвратить адские страдания, которые могли постигнуть его отца из-за такого дара, стал многократно просить его отдать и его самого в дар кому-нибудь из жрецов. Разгневанный отец сказал: «Я отдаю тебя в дар богу смерти». В этот момент, Начикета решил не допустить, чтобы слово отца оказалось ложным. Он считал, что слова, произнесенные в мире живых существ, подверженных рождению и смерти, не должны нарушаться. Он принял обет исполнить отцовское повеление, и, убедив отца, отправился на встречу с Ямой. Он ожидал три ночи, пока Яма не явился. Узнав, что Начикета ждал его три ночи без пищи, Яма сказал:
«Поскольку ты не ел и три ночи ожидал меня в моём доме, попроси у меня три дара — по одному за каждую ночь».

Тогда Начикета согласился и попросил первый дар:
«Когда по твоему повелению я вернусь домой, пусть гнев моего отца исчезнет, и пусть он умиротворится и примет меня ».Затем он попросил второй дар:
«На небесах нет ни голода, ни жажды, ни страха смерти, ни страданий. Прошу, наставь меня в знании о небесах». Яма с великой любовью даровал ему оба эти дара и во всей полноте преподал ему знания об устроении огненного жертвоприношения. Начикета полностью усвоил учение так, как оно было изложено Ямой, и повторил его, чтобы подтвердить правильность своего понимания. Восхищенный тонкостью его разума, Яма даровал ещё один дар: отныне этот жертвенный огонь будет известен под именем Начикеты. Кроме того, он подарил ему чудесное ожерелье из драгоценных камней, издающее необыкновенный звук.

После этого Начикета попросил третий дар:
«Господин! Человек смертен. Одни говорят, что существует Атман, отличный от тела и чувств. Другие утверждают, что ничего такого нет. Я желаю узнать истину об этом от тебя, ибо ты властвуешь над смертью. Пусть это будет моим третьим даром». Не спеша давать наставление об Атмане, желая испытать, достоин ли Начикета такого дара, Яма стал предлагать ему различные земные блага и наслаждения, стараясь отвлечь его от этого вопроса. Яма сказал, что это учение об Атмане — предмет чрезвычайно тонкий и недоступный для понимания обычных людей, потому он предложил Начикете попросить любой другой дар и оставить просьбу о знании Атмана.

Тогда Начикета ответил:
«Господин! Разве ты сам не говоришь, что это знание трудно постижимо для обычных людей, а также, что оно доступно лишь немногим мудрым? Нет никого, более способного наставить в этом тончайшем предмете, чем ты. Другие дары мне не нужны — они приносят лишь преходящие плоды. Даруй мне именно это знание».

Цель — устранение различия между познающим, знанием и познаваемым.

Увидев его твёрдость и искренность, Яма признал Начикету достойным знания об Атмане и сказал: «Дитя моё! Существуют два пути — Шри (высшее благо, духовный путь) и Прия (путь желаний, приятный путь). Оба они связывают человека. Идущий путём Шри достигает истинного блага. Идущий путём Прия удаляется от высшей цели жизни. Эти два пути различны. Оба зависят от выбора человека: один достигается благодаря различению (вивеке), а на другом пути человек оказывается вследствии неразличения (авивеки). Поскольку они противоположны, они взаимно исключают друг друга. Один ведёт к освобождению (мокше), другой — к круговороту рождения и смерти (сансаре). Путь Прия порождён неведением (авидьей), путь Шри — знанием (видьей). Но стремящиеся к пути Шри крайне редки».

Атман свободен от всяких различий и представляет собой неделимую, цельную сущность чистого бытия и блаженства. Поэтому к нему неприменимы категории «есть» и «нет», «деятель» и «недеятель» и прочие пары противоположностей. Он не является объектом познания. Следовательно, в нём отсутствует различие между познающим, знанием и познаваемым. В этом и заключается наивысшая вершина знания Атмана. Обретается знание, что и наставник есть Брахман, и принимающий наставление также есть Брахман. Такое знание устраняет всю сансару и приводит к отсутствию новых рождений. Эта Упанишада также утверждает, что высшая тайна не может быть постигнута одной лишь логикой или рассуждениями, если они не опираются на авторитет шрути (вед). И что разум сам по себе не способен ее достичь.

Поклонение Ом, как средство достижения как Брахмана, так и Атмана

Созерцание Атмана труднодостижимо. Он древний, изначальный. Его можно обрести, отвратив ум от объектов чувств и утвердив ум в Атмане. Решительный человек (дхира), познав Атман, освобождается от печали. Более того, вся Веданта учит достижению Параматмана. Какой бы звук ни произносился, высшая реальность выражается слогом «Ом». Поскольку Ом является символом как Брахмана, так и Атмана, оба они достигаются посредством поклонения Ом. Даже для достижения Хираньягарбхи средством служит именно Ом. Упанишада утверждает, что проявленный мир ограничен майей, придающей видимость новизны и множественности, тогда как Ом — символ как Брахмана, так и Атмана. Атман не подвержен изменениям и не затрагивается свойствами ограничивающих условий (упадхи). Хотя кажется, будто он связан с ними, это лишь видимость. Подобно тому, как отражение солнца в воде кажется как - будто сжатым из-за движения воды, в результате накладываемых водой ограничений (упадхи), тогда как само солнце не затрагивается этими ограничениями, так и Атман присутствует лишь как свидетель (сакши), оставаясь непричастным ко всем изменениям.

Плоды знания (видьи) и неведения (авидьи) переживает индивидуальная душа (джива). Именно высший разум (буддхи) может направить ум как к активности, так и к прекращению этой активности. Следовательно, непосредственное осознание Атмана достигается тогда, когда все органы чувств полностью собраны и обращены внутрь (упасамхара). Органы чувств, начиная с речи, признав их не-Атманом и не реальными, следует собрать и втянуть в ум. Подобным образом ум (манас) следует свести в интеллект (буддхи), интеллект — в Хираньягарбху (Золотой зародыш), а Хираньягарбху и интеллект собрать в высшем Атмане, который есть свидетель всех состояний сознания. Смысл в том, чтобы утвердить весь мир в недвойственном самадхи, в собственной истинной природе — Параматмане.

Атман — неразрушимый и бесконечный

Весь проявленный мир — лишь развертывание иллюзорного знания. Он опирается на имя, форму и действие. Подобно тому, как мираж воды в пустыне или иллюзия змеи в верёвке исчезают при постижении их истинной природы, так и это учение пробуждает человека от глубокого сна неведения (авидьи) и обращает к познанию Атмана. В 14-й мантре этой Упанишады говорится, что Атман лишён звука, осязания, формы, вкуса и запаха. Он неразрушим и бесконечен. Чувства направлены вовне. Атман же является основанием всех действий и переживаний. Рождённое неведением представление о множественности должно быть уничтожено. Из-за различий в ограничивающих условиях (упадхи) объекты кажутся разными. Но те, кто считает: «Я - это одно, а Брахман — другое», — попадают в цикл рождений и смертей. Когда Начикета усомнился в существовании Брахмана и спросил Яму, ему было разъяснено все это.

Из-за ложных представлений происходит лишь падение

Этот Пуруша, величиной с большой палец, подобен свету, окутанному дымом. Однако Он пребывает во всех трёх временах — прошлом, настоящем и будущем — и является вечным. Как дождь, выпавший на вершины высоких гор, стекая вниз, расходится по разным направлениям, распадается на множество потоков и исчезает, так и тот, кто воспринимает различные свойства, как отличные от себя (тем самым утрачивая видение единства) отпадает от своей высшей природы и, отклоняясь на разные пути, ниспадает все ниже и погибает. Эта Упанишада провозглашает, что нет никого выше или равного Атману. Корни дерева скрыты в земле и не видны, но по плодам и цветам можно заключить об их существовании. Стоит лишь убрать верхний покров, и корни станут явными. Подобным образом, через рассмотрение дерева сансары, произрастающего из Брахмана, Яма наставлял о постижении Брахмана – корня и источника всего сущего.

Познавший Атман достигает Брахмана

Это дерево сансары подобно волшебной иллюзии: оно лишь кажется существующим, но не является подлинной реальностью. Как человеку ясно видно себя в отражении в зеркале, так и человек с чистым умом может уже в этой жизни узреть Атман. Брахман для знающего (джняни) становится им самим, а для почитающего (упасаки) — объектом поклонения. Тот, кто переживает Брахмана, становится освобождённым. Тот же, кто идёт путём поклонения, после смерти достигает Брахмалоки и там, обретя знание, вместе с Хираньягарбхой в конце космического цикла (кальпы), достигает освобождения. Так, полностью усвоив эту Брахма видью и путь йоги, преподанные Ямой, Начикета освободился от власти смерти и достиг Брахмана. Подобным образом всякий, кто познаёт Атман, достигает Брахмана. Даже тот, кто предпринял искреннее усилие постичь Атмана, становится благородным человеком и освобождается от всякой нечистоты ума.

Эта Упанишада многими способами раскрывает истину Атмана, природу Пранавы (священного слога Ом) и знание о Брахмане. Здесь изложена лишь её сущность. Для человека с тонким разумом и искренним стремлением к освобождению достаточно даже одной мантры — и она приведёт его к переправе через океан сансары. Но для человека грубого ума, привязанного к мирской жизни, сколько бы ни говорили — всё останется тем же. Чтобы познать вкус океана, не нужно выпивать его целиком — достаточно капли на языке. Так и тому, кто желает постичь эту Упанишаду, не нужно охватывать все мантры - достаточно проникнуть в сущность хотя бы одной — и он непременно удостоится милости.