Рассказ
– Хоспидяяя! - Протянула, выключив телевизор, Нинка. Беременная дама двадцати пяти лет.
– Вот ведь врут, как дышат! Сериалы, как под копирку! И тошнит -то беременных исключительно один раз – вместо теста. И соленые огурцы все жрут бочками. Ну и на "сладкое" – рожают в лифте за 15 минут. Ну да, ну да... Да за это время даже хомячиха не разродится!
А сколько странностей приписывают женщинам на сносях! Нина не сомневалась, что бабы просто чудят, чтобы их мужикам жизнь мёдом не показалась. Ведь у одиноких подруг Нинка подобных "завихрений" не наблюдала.
Ой... Нина резко остановилась, не дотянув руку до чайника. Что же это делается- то??? Неужели не выдумка? Ей прямо здесь и сейчас нестерпимо вдруг захотелось понюхать кошку!!!
Она вспоминала и никак не могла вспомнить, чем же пахнет кошачий мех. Ей казалось, что если не уткнуться немедленно носом в кота, то следующим утром у нее не будет шансов проснуться. Не доживет!!!
– Дамасик? Ты скоро? А, уже почти у подъезда! Так ты это, не заходи. Найди мне, пожалуйста, какую-нибудь кошку. Ну или кота, без разницы. Чё ты ржёшь??? Я хочу нюхать кошку!!!
Муж сказал, что попробует, но если в ближайшей подворотне кошару не выловит, то это уже не его проблемы. Он отработал, и он хочет есть!
Кошек в округе не оказалось, зато в поле зрения Димы попался большущий кот.
Боцман шел по своим делам, проваливаясь по пузо в снег и высматривая дорогу единственным, не заплывшим после очередной драки, глазом. Было холодно – короткий мех - это не роскошная шуба. Это скорее легкая, осенняя курточка.
Но другой, теплой, у Боцмана не было – в какой родился, в такой и приходится жить. Какой-то странный мужик направился к нему навстречу. Боцман остановился, свернул в сторону. Дядька двинулся следом.
Дурацкий снег! Боцман запрыгал, но так и не смог убежать. Схваченный поперек тела, кот развернулся и под звук собственного, хриплого крика, попытался разорвать лапами "захватчика" на куски. Не получилось.
Перчатки и пуховик Дмитрия защитили. Он крепко сжимал кота, быстро соображая, что же с ним делать дальше. А потом время словно замедлилось– мужчина ощутил, как "погрузился" в кота.
Даже через перчатки кололись ребра, запущенные уши, заплывший глаз. Второй излучал такой отчаянный страх и ужас, что Дима почти физически его ощущал. А за страхом прятались смирение и усталость – кот готов был бороться здесь и сейчас, но был бы счастлив, если бы все закончилось как можно скорее. Жизнь в вечной борьбе - это не жизнь.
И Дима просто... Обнял кота. Одной рукой прижимая тело, а второй – бережно придерживая на груди костистую голову. Ладони на голову было много и Димины пальцы очень ласково поглаживали морду кота. Кот притих, а Дима зубами сдернул перчатку.
Было тихо. Они вместе молчали. Взрослый мужик баюкал на своей груди большого и ободранного кота. Зачем нужны слова, когда и без них они всё понимали...В карман "полетела" и вторая перчатка. Мужские руки не обещали, они давали гарантию. Что теперь у кота будет все хорошо.
Потому что он уже свой, а своих мужики никогда не бросают – своё остается у них навсегда! А кот, кот мурчал. И втыкался мордой в куртку всё глубже.
Дима ее расстегнул, чтобы крепче прижать кота. Маленький... Ну конечно, он маленький! Крохотный, беззащитный зверик на улице. А ведь он на ней не родился, будь это так – кот не жался бы так трогательно к незнакомому человеку.
Боцман почти не помнил свою домашнюю жизнь, но вот это ощущение "на руках"... Пожалуйста, пусть оно не кончается никогда! Кот мурчал, кот молился. Молился каким-то неизвестным нам, своим кошачьим богам.
– Дай-дай... Иди да поймай! – Дима не хотел с котом расставаться.
– Нин, он же грязный. Сейчас помою, а ты сходи в вет. аптеку. Купи капли на холку. И смотри, чтобы от всех гадостей были. И не ной, не больная. У тебя четвертый месяц всего.
Весь вечер Нина с ревностью наблюдала, как муж трепетно нянчит кота. То протрет глаз, то шестой раз вычистит уши. Да он загладил кота почти что до дыр! Ну, и когда она котана будет нюхать?!
И только ночью, уложив Боцмана рядом с собой, Нина наконец смогла вдоволь им надышаться. Как хорошо и невероятно! Блаженство! Уткнувшись в кота, Нина мигом уснула.
С другой стороны Боцмана, почти придавив его лбом, спал Дмитрий. Кот поерзал, пододвинул людей и понял, что именно этого ему так давно не хватало. Теплоты, чистоты, безопасности... А самое главное – бескорыстной любви, еще в самом зародыше, но кот чувствовал, как эти ростки зарождались.
Коту пришлось расплачиваться за нее всем собой. Потому что Нина еще две недели не спускала Боцмана с рук. И, глубоко зарываясь носом в шерсть, нюхала и дышала.
Просто чистый, без запаха – живой мех. Аромат настоящего счастья!