Рассказ
– Ох, Райка, и непутёвая ты! И в кого только такая уродилась? – Аграфена Кузьминична, а по-деревенски тётя Груша, сидела за столом и, подперши щёку рукой, с сожалением смотрела на дочь. – Нет на тебя никакой управы. Был бы жив отец, он бы тебе натрепал, как следует.
Восемнадцатилетняя Раиса собирала свои нехитрые пожитки в фибровый чемоданчик. Весёлая, смешливая, она была, как говорят, кровь с молоком: пшеничная коса по пояс, распахнутые голубые глаза, румянец во всю щёку, ладная фигурка.
– Мама, будет вам причитать! Надоело мне хвосты коровам крутить и грязь месить. По асфальту ходить хочу и в крепдешиновых платьях форсить, как городские.
– Чем тебе коровы не угодили? Вон, Валька работает и не жалуется.
Валентина, старшая дочь, работала дояркой, как в своё время тётя Груша, воспитывала с мужем детей и была всем довольна. А Раису сманил в город вербовщик, который приезжал в деревню и набирал девчонок на ткацкую фабрику.
– Ну вот ещё, – фыркнула девушка. – Вы посмотрите на свои руки, опухли от дойки. Сапоги резиновые не снимаете. Нет уж, хватит, с пятого класса вам на ферме помогаю, знаю, что это такое! Пора в город перебираться и жить по-человечески. Устроюсь там, вас к себе заберу.
– И Кольке ты нравишься, за него бы шла, да и жила своей семьёй, – продолжала уговаривать мать.
Колька, соседский парень, года на три старше Раисы, недавно вернулся из армии и смотрел на неё влюблёнными глазами. Но девушка на все признания Николая отвечала: «Не нужен ты мне, Колька. Я за городского замуж хочу!»
Подмосковный городок встретил Раису и двух её подруг приветливо, поселили их в фабричном общежитии и дали наставниц, опытных ткачих. Как пела Майя Кристалинская: «Городок наш – ничего, населенье таково: незамужние ткачихи составляют большинство». Только вот Раиса не собиралась оставаться незамужней ткачихой. Первым делом отрезала косу, научилась делать бабетту, как у Брижит Бардо, купила лодочки и капроновые чулки со стрелками. Чулки так ладно сидели на Райкиных ножках, так она задорно стучала каблучками, что парни сворачивали головы, оглядываясь ей вслед. «Фи, - думала про них Раиса, – нужны вы мне, слесари да наладчики! Я замуж за военного пойду!»
Ей нравились курсанты тамошнего военного училища, когда они, печатая шаг, проходили строем мимо общежития. Девчонки высыпали на крыльцо и выглядывали из окон, задорно крича им вслед. На танцах многие девушки любезничали с бравыми военными, поэтому местные ребята часто устраивали драки с курсантами.
Первые сентябрьские дни всё ещё дарили тепло, но уже чувствовался аромат осени. Липы вдоль аллей пожелтели, утренний воздух наполнял бодрящей свежестью. В выходной Раиса привычно соорудила на голове бабетту, надела любимое платье «татьянку», перетянув талию модным лакированным поясом, и, в предвкушении чего-то необычного, отправилась с подружками в городской парк.
Она сразу же заметила ЕГО в толпе курсантов, которые стояли у входа на танцплощадку и с интересом оглядывали проходивших девушек. «Ого, – присвистнул один из парней, когда мимо них на каблучках легко порхнула Раиса, – какая красотка!» Она сразу выделила из толпы высокого кареглазого курсанта, с интересом смотревшего ей вслед. Внутренним женским чутьём девушка поняла, этот парень мимо неё не пройдёт, и как только оркестр заиграл «Ландыши, ландыши», они закружились в танце. Рая танцевала только с Виктором, ей нравилось, положив руки ему на погоны, чувствовать, как сильные ладони крепко обхватывают её талию, не давая упасть.
Девушка краем глаза видела, с какой завистью на неё смотрят подружки. «Удачливая ты, Райка, – вечером обсуждали они кавалеров, – вон какого парня отхватила! Свидание назначил?»
– А то как же! – победоносно заявила девушка. – Никуда не денется, влюбится и женится!
– Так уж и женится, – засомневались соседки, – нужна ему лимита́… Ты, Райка, руби дерево по себе! Вон, Серёга, наш наладчик, давно на тебя засматривается! Городской, в квартире живёт. Будешь с ним, как у Христа за пазухой!
– Нет, девчонки, я хочу замуж за образованного, за офицера. Рожу ему мальчика и девочку, дома буду хозяйничать и в красивом платье мужа после службы встречать. Может, ещё и генеральшей стану! – размечталась Раиса. Именно такую семью она видела на карточке в фотоателье, куда заходила с подружками сфотографироваться на память.
«Вот бы Виктор стал моим мужем, уехала бы за ним на край света», – загадала девушка.
Встречались влюблённые всю осень и зиму, как только Виктору давали увольнительные. Он учился на последнем курсе и готовился к выпуску.
– Офицеры говорят, в воинской части мало девчат, надо жениться, пока учишься в городе, – он испытующе посмотрел на Раису. Та замерла и, не веря своему счастью, взволнованно спросила:
– Я уже присмотрел жену, – Виктор привлёк к себе счастливую девушку. – Распишемся, а потом к моим в гости поедем!
В скором времени в общежитии уже шушукались о Райкиной свадьбе. Даже комендант как-то остановил её в коридоре:
– Раиса, говорят, ты замуж собралась? Для такого дела выделю тебе актовый зал. Слышал, ты лейтенанта себе отхватила?
– Да, Пётр Матвеич, скоро распишемся, и уеду я от вас далеко-далеко, – счастливо засмеялась новоявленная невеста.
Матери Раиса заранее сообщила «скоро распишемся», просила привезти гостинцы для стола. Аграфена Кузьминична хоть и рада была за дочку, но неясные предчувствия тревожили её сердце.
– Учится он! Вот распишемся, тогда приедем вместе.
– Да и то правда, тогда и свадьбу сыграем, соседей и родню позовём. Смотри, чтобы не обманул он тебя! Береги свою честь, а то греха не оберёшься! Мужики, они такие, добьются своего, а потом попрекать начинают!
Она покривила душой. Виктор давно настаивал на близости и даже обижался, что не оставляла его у себя, когда соседки уходили в ночную смену. Но Рая твёрдо решила, хоть и любит она парня, но до свадьбы никаких глупостей не допустит. Не зря отец, Василий Тихонович, говорил: «Моя Райка – кремень, ничем её не проймёшь, ежели что задумала, то и сделает!»
Одно только омрачало: родители Виктора не приезжали знакомиться с невестой сына. Он успокаивал: «Приедут на выпуск, тогда и познакомишься! На свадьбу в деревню позовём. Ты ведь со мной жить собираешься, а не с ними!»
Хоть «роспись» хотели отметить скромно, всё равно Раиса сшила красивое платье из розового шелка, подчёркивающего её нежный румянец. В журнале «Работница» фасон подсмотрела. Модную короткую фату и белые перчатки одолжила у знакомой девушки. Мать привезла для угощения деревенские гостинцы: самодельную колбасу, кур, соленья и варенья. По обычаю нужно молодых встречать хлебом с солью, но Раиса запретила: «Мама, это город, здесь другие обычаи! В загсе шампанское выпьем и конфетами закусим. Оставьте каравай для деревенской свадьбы!»
Нарядные девушки во главе с Раисой в назначенное время появились у загса раньше жениха с дружками. Но шло время, подошла очередь, заведующая загсом уже несколько раз выглядывала из кабинета и вызывала их пару, а парней всё не было. Наконец стало понятно - с Виктором что-то произошло.
Накануне свадьбы в бытовке курсантского общежития между парнями шёл оживлённый разговор. Виктор наглаживал белую рубашку к предстоящему событию, а Павел, лучший друг, горячо убеждал его:
– Витёк, ты пойми, нас распределяют на полигон. Будем изучать новые ракетные установки, это оружие будущего. Возможно, там нет никаких условий для семей. Я слышал, что даже офицеры живут в палатках. А у тебя начнутся пелёнки, распашонки, кастрюли. Ведь ты самый перспективный из нас. Хочешь погубить свои таланты?
– Я не знал, что мне предложат распределение на полигон. Похоже, поторопился со свадьбой. С семьёй там будет трудно. Но как быть с Раечкой?
– Ха-ха, какой ты наивный, Виктор! Ну, немного пострадает, потом найдёт другого, вот и вся недолга. Я надеюсь, она не беременна?
Курсанты одобрительно загалдели, среди шума послышался голос Сашки, невысокого, стеснительного парня:
– Это нечестно, Витя. Ты сам себя потом будешь ругать за обман!
– Заткнись, Сашка, прорицатель нашёлся! Какой обман? Подумаешь, расписываться передумал! Рано ему ещё семью заводить. Вот приедет к месту службы, устроится, а потом и Раису привезёт, если захочет! – налетел на него коршуном Павел.
Виктор в растерянности присел на гладильный стол: «Павел верно всё говорит. Ну какая семья, когда такие перспективы впереди. А быт затягивает, и не видать мне карьеры, о которой мечтал. Эх, поспешил я с женитьбой!»
– Вот и правильно! Помнишь, как в фильме, – и парни, смеясь, дружно запели, – «Мы, как летчики, как летчики крылаты, хоть и не летаем в небесах. Мы ракетчики, ракетчики солдаты, мы стоим у неба на часах».
Раису душили слёзы, она еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться на глазах у подружек. Те сочувственно смотрели на девушку. Она выбежала из загса и прислонилась к стене. Вдруг глаза её радостно загорелись, невдалеке мелькнула курсантская форма. Но это был не Виктор, подошёл какой-то невысокий паренёк и сбивчиво стал ей что-то объяснять. От его слов уши заложило, словно ватой, тело покрылось липким потом, перехватило дыхание. Она не понимала, что говорит парень, расслышала только главное:
– Что так долго? Где жених? Как всё прошло? – встретили Раису заждавшиеся гости. Все были в недоумении, только мать поняла: случилось непоправимое. Сердце оборвалось и ухнуло вниз. Захотелось прижать к груди свою непутёвую дочь, сразу ставшую маленькой обиженной девочкой. Но нужно взять себя в руки и, когда первое потрясение прошло, тётя Груша удивила всех своим решением:
– Гости дорогие! Спасибо, что пришли проводить нас! Уезжаем мы с Раисой домой, в деревню. Пожила дочка в городе, пора и честь знать! А насмешку эту над нами забудьте, всё, что было и не было, быльём прорастёт. Нет у нас заступников, сын мой старший на Курской дуге погиб. Муж, Василий Тихонович, от ран после войны скончался. Но мы выдюжим, – девушка с недоумением взглянула на Аграфену Кузьминичну: «Что мать несёт? Зачем домой? Надо встретиться и объясниться с Витей. Не мог он так поступить с ней. Ведь у них любовь!»
Не в силах совладать с собой, Раиса выбежала из комнаты, одна из подружек дёрнулась было за ней, но мать остановила её:
Утром уже ничего не напоминало о свадьбе, которая так и не случилась. А поезд уносил Раису и Аграфену Кузьминичну в далёкую деревню. Спасибо, комендант Пётр Матвеевич вошёл в положение и обещал всё уладить в фабкоме. Всё уляжется, забудется, вернётся потом Раиса в город и заберёт трудовую.
– Ты поплачь, деточка, облегчи слезами душу! И не терзай себя. Видно, не твоя судьба этот Виктор.
– Почему он не объяснил мне ничего, мама? Разве можно так поступать с любовью? И вы не дали мне с ним увидеться!
– Бог ему судья, дочка! Не унижайся, насильно мил не будешь. Жизнь всё расставит по своим местам.
А жизнь, и правда, всё расставила по местам. Об этой неслучившейся свадьбе поговорили-поговорили, да и забыли. Мало ли у людей своих горестей! Про Раису слух прошёл: работает дояркой, осваивает машинное доение. Председатель хочет её в город отправить – учиться на зоотехника. Только тётя Груша боится: вдруг её непутёвая Райка в городе опять что-нибудь отчебучит, замуж соберётся! Нет уж, где родился, там и сгодился. Вон, Николай, сосед, до сих пор с надеждой на их окна поглядывает!
Раиса Васильевна суетилась у плиты — пекла пирожки: приезжает любимая внучка. Марина жила с родителями в городе и училась в пединституте, а летом часто навещала бабушку в деревне. Раиса жила одна, муж несколько лет назад ушёл в мир иной. Дети уехали в город учиться, да так и остались там. Внуки родились уже городскими, в деревню приезжали только по малолетству. Повзрослев, редко заглядывают в родные места, их манят другие просторы. Бабушка не обижалась, в городе жить удобно и интересно. Она сама в молодости пыталась стать городской, но не сложилось. Только внучка Мариночка, гордость бабушки, не забывает её, приезжает помогать и одна, и с подружками. Раиса всем рада, всех старается приветить и вкусно накормить.
Отправив в духовку новую порцию пирожков, Раиса Васильевна устало присела у стола. Да, быстро пролетела жизнь! Давно ли она, восемнадцатилетняя легкомысленная девчонка, не послушав советов матери, уехала за счастьем в город. Да не задалось городское счастье-то, а ждало-дожидалось её в деревне! Сорок семь лет душа в душу прожили они с мужем Николаем. Дом построили, большой и светлый, надеялись, что дети будут всегда рядом. Но наступили девяностые, колхозы и совхозы развалились, молодёжь разъехалась, в деревне остались одни старики.
Вот только дачники с детьми летом наезжают, тогда в деревне становится шумно и весело. Детвора пропадает на речке с утра до вечера, взрослые гуляют в лесу, жарят шашлыки. Музыка разносится по всей округе. И это хорошо, создаётся впечатление, что деревня оживает, пусть хотя бы на лето.
Дочь давно звала Раису Васильевну в город, но она не решалась уехать. Небольшое хозяйство оставалось, с которым бабушка ни за какие коврижки не хотела расставаться. Коза Марта, десяток кур да кошка — бросить их она не могла. Дачники летом в очередь записывались за козьим молоком, до того оно было вкусным и густым у Раисиной козочки!
— Что ж родители не приехали, Димочка где? Давно ко мне не заглядывали. Одна ты меня не забываешь.
— Папа на заводе новое оборудование принимает, мама комиссию в школе ждёт. Димка с друзьями в велотур укатил. В общем, бабуленька, всем ни до кого! А мне даже посоветоваться не с кем.
— Я влюбилась, представляешь! Уже месяц мы с ним встречаемся, созваниваемся, переписываемся. Этот такой замечательный парень! Бабушка, я даже не верю, что мне так повезло.
— Ты ешь, ешь пирожок, да творожком заедай! Свой творог, домашний, моя Марточка меня не подводит. Молочко даёт исправно. Люди покупают, а я денежки тебе на свадьбу собираю.
— Бабуль, какая свадьба, я пока на третьем курсе. Вот закончу институт, а Роман — училище. Тогда и подумаем о свадьбе!
— Не печалься, бабуль! Я тебя познакомлю с Романом, и ты увидишь, какой он хороший!
Раиса Васильевна поняла противоречивые мысли внучки и усмехнулась. Эх, молодёжь! Это только в молодости кажется, что впереди целая жизнь, и времени хватит на всё. А в старости думаешь — жизнь промелькнула, как одно мгновение. Видно, пришла пора рассказать внучке о своей первой любви, и, возможно, предостеречь от ошибок. Хотя кто учится на чужих ошибках? Все предпочитают учиться на своих! Но, может быть, бабушкина история послужит для девушки хорошим уроком.
Бабушка достала из шкафчика обёрнутую в целлофан стопку старых фотографий. Вытянула одну карточку и подала внучке. Марина увидела в группке девушек молодую Раису, которая задорно улыбалась в объектив. Самое смешное, у всех девушек была одинаковая причёска — начёсанные волосы уложены в высокий пучок и украшены ленточкой.
— Бабуль, какая ты здесь молодая! И самая хорошенькая! От женихов, наверное, отбоя не было!
— Да, было дело. Многим парням я нравилась. Но запал в душу только один. Виктор его звали, значит — победитель. Победил он меня, влюбилась в него по уши. Казалось, что и он меня любит. Свадьбу назначили, хотели вместе уехать к месту службы. Курсантом он был, как и твой парень.
— И что? Погиб? Почему вы с ним не поженились? — нетерпеливо спросила Марина.
— Ну почему же погиб! Был жив, здоров и даже упитан, когда я его видела в последний раз. Обманул он меня, на собственную свадьбу не пришёл. Даже объясниться не захотел.
— А что ты? Не пыталась бороться за свою любовь? — возмущённо спросила внучка. — Я бы так не смогла. Постаралась бы увидеться и объясниться. Это ещё что за новости? Свадьбу назначили, а он наплевал на всех. Нет, ещё лучше, я бы отомстила, — щёки у Маринки раскраснелись, она вскочила и стала доказывать бабушке, что таких негодяев надо наказывать. И вообще, месть — вот, что бабушка должна была сделать.
-— Не горячись и не выступай, ты не на трибуне, — засмеялась Раиса Васильевна. Уж очень забавной показалась ей горячая речь девушки, — знаешь, ведь у меня была возможность отомстить ему.
— И ты это не сделала? Бабушка, я тебя не узнаю. Ты же была заведующей животноводческим комплексом. Дедушка рассказывал, что мужики, только заметив тебя, в сено прятались, так боялись получить нагоняй. А как ты на собраниях песочила их за пьянство! Да у тебя даже медаль есть! Рассказывай, почему не отомстила? — Марина в волнении откусила пирожок и приготовилась слушать бабушку.
— Да, было такое искушение, но в последний момент я опомнилась. Году в восемьдесят пятом, аккурат перестройка началась, поехали мы с директором совхоза на районную партконференцию. Там должны были награждать передовиков производства. Я подготовилась, костюм купила, медаль «За трудовую доблесть» нацепила, прическу мне навели в нашей парикмахерской. В общем, вылитая Екатерина Фурцева. Впрочем, ты не знаешь, кто это, — махнула рукой Раиса. -— Говорили об успехах да задачах — ничего интересного, а наш директор решал свой вопрос. Курсанты военного училища должны были приехать в совхоз на помощь в уборке урожая. Надо было их разместить и хорошо кормить.
Встретились, значит, мы с офицерами, и один из них показался мне хорошо знакомым. Я даже остолбенела от неожиданности. В груди похолодело, сердце ухнуло. Это был Виктор, всё такой же красивый, но солидный. Или он не узнал меня, или сделал вид. Только я к тому времени уже не была наивной девчонкой. Очень мне стало интересно, почему он так и не женился на мне. А тут такой случай выпал, другого не будет. Поэтому на банкете я пригласила Витюшу на танец. При всех он кобениться не стал. Пошли мы с ним танцевать, я к нему прижалась, пальчиками по щеке потрепала и давай в наглую выспрашивать, что да как.
— Бабушка, я тебя не узнаю, неужели ты отпустила его с миром?
— Вот именно, что не отпустила сначала. Стала думать, как отомстить, ведь настал такой подходящий момент. Ведь месть — это блюдо, которое подают холодным, — Маринка опять вытаращила глаза: «Ничего себе, у бабули лексикон!»
И так стыдно стало за свои мысли! У человека горе, сынок, того гляди, останется без матери. А я ещё неприятностей добавлю. Я хоть и партийная была, но в приметы верила. И мама мне всегда говорила, зло, как и добро, всегда возвращается. Подумала, вдруг на мою семью горе обернётся! У нас с Коленькой уже двое деток было: твой папа Алексей и твоя тётя Елена. Вот и не стала я злобствовать.
У меня и так жизнь хорошо сложилась. Николай любил меня, пылинки сдувал. После того, как я из города вернулась, боялась, что меня будут осуждать. Весточка быстро до деревни долетела. А Коленька никогда не упрекал и другим рот затыкал. Дождался, пока я на зоотехника выучусь, и посватался. Тут уж я поняла, что нечего искать счастье неизвестно где, когда оно у тебя под боком находится. Жили мы с дедушкой твоим душа в душу. Хоть и не было любви у нас страстной, но уважала его за то, что семью содержал, меня и детей любил.
Раиса Васильевна посмотрела на внучку, которая слушала её с открытым ртом, и продолжила:
— Жизнь и так Виктора наказала, каково это с нелюбимой да больной женой жить! Он ведь с курсантами потом приехал, всё подкатывался ко мне. Удивлялся, как я высоко взлетела. Ты же знаешь, я и в Болгарию ездила опыт перенимать, и у нас в совхозе делегации принимала. Да и нравилась я ему, хохотушка и красавица была, как ты. Только получил Витюша от ворот поворот! Вот ещё — ради него семью свою ломать да Коленьку заставлять ревновать!
— Да, бабушка, благородная вы у нас дама! Я бы так не смогла, уж отомстила бы по полной!
— Ни в коем случае! Месть — хоть и приятное блюдо, но слишком дорого стоит! Ты, внученька, с Романом своим построже будь. Если любит — женится, никуда не денется. А слабину дашь, поматросит, да и бросит!
— Ну, что, внученька, пойдём козу доить. Домой гостинчик повезёшь, да Романа своего молочком козьим угостишь! От бабушки привет передашь!
Раиса Васильевна легко поднялась из-за стола, внучка залюбовалась бабушкой. Хоть и старая, а лёгкая, озорная, глаза светятся молодо, коса в пучок собрана, юбка деревенская с узорами ладно сидит на бабушкиной фигуре. А всё почему, потому что жизнью своей довольна!
Историю про непутёвую Раису, как её тётя Груша в сердцах называла, рассказал мне очевидец тех событий. Я лишь только художественно оформила рассказ.