Однажды в мою кровать упал NPC. 3 глава.
Избранный.
Дзюдоист Гу Тэхон, доминантный альфа Гу Тэхон, национальное достояние Республики Корея Гу Тэхон.
Пожалуй, в Корее было бы сложно найти того, кто не знал бы его имени. Хотя он был известной фигурой в спортивных кругах ещё со средней школы, именно в старших классах он начал ставить невероятные рекорды, взлетев в карьере как восходящая звезда мира дзюдо.
Победа на президентском национальном соревновании по дзюдо, победа на национальных юношеских играх, чистая победа на товарищеском турнире среди старших школ Японии, попадание в молодёжную сборную на все три года старшей школы и, наконец, золотая медаль на Олимпийских играх в Берлине.
Жизнь Гу Тэхона была блистательной. Нет, даже слово «блистательная» не могло в полной мере описать его безостановочное движение вперёд. Он был человеком, чей путь был вымощен исключительно победами, до такой степени, что он едва ли мог вспомнить моменты поражений.
По крайней мере, так было до того, как полгода назад он не попал в аварию, столкнувшись с грузовиком.
«Это деликатный вопрос, но у вас подтверждён множественный перелом не только большеберцовой, но и малоберцовой кости.»
«Сосредоточьтесь на повседневной жизни. Если бы вы не были альфой, последствия были бы куда серьёзнее»
Не веря словам врачей, твердивших о конце его карьеры, Гу Тэхон объехал всех возможных хирургов, от отечественных до зарубежных. Но все они твердили одно и то же: Гу Тэхон больше никогда не выйдет на татами.
Новость об аварии с грузовиком попала во всевозможные статьи. Кто-то сокрушался, говоря, что спортивная жизнь Гу Тэхона закончилась, а кто-то насмехался, что ему хватит денег, заработанных на рекламе в качестве красивого спортсмена альфы.
«Твоя жизнь что, закончилась из-за того, что ты не можешь заниматься дзюдо? Лучше подумай, на что теперь будешь жить!»
Как и говорили люди, у Гу Тэхона оставалось многое. Благодаря благополучному семейному положению у него были немалые наследственные средства, да и за время увлечения дзюдо он естественным образом скопил много денег.
Но он не мог приспособиться к жизни неудачника.
За последние шесть месяцев он изнурял себя реабилитацией до смерти и смог научиться ходить без особых проблем, но стоило пойти дождю или стоило ему попытаться пробежаться трусцой, как по голени поднималась ужасающая боль. Теперь Гу Тэхону пришлось принять поражение, даже не ступив на татами. Он никогда не мог представить себе такого даже в своих самых страшных кошмарах.
Месяц назад окружающие, не выдержав больше смотреть на то, как Гу Тэхон влачит жизнь похуже смерти, начали предлагать ему всевозможные хобби.
В конце концов, Гу Тэхона так достали, что он взялся за компьютер, за который не брался даже в начальной школе. Всё для того, чтобы поиграть в «Последнюю Хронику», которую порекомендовал ему друг.
Но как только Гу Тэхон зашёл в «Последнюю Хронику», он столкнулся со своей первой большой проблемой. Никнейм. Он вёл жизнь, далёкую от игр, и у него не было опыта в создании ника.
В голову приходили только дзюдо, дзюдо и ещё раз дзюдо. Но он не хотел использовать в нике слова, связанные с дзюдо. Размышляя, Гу Тэхон в этот же момент почувствовал пронзительную боль, поднимающуюся по его ноге, и неосознанно выбрал никнейм «Хромой1219».
И даже после этого, не зная, что делать, он довольно долго бродил по запутанной игре. Проходя обучение и спокойно наблюдая за сюжетом, он заметил одного персонажа.
«Божий жрец, нисшедший, дабы исцелять раненые души, Хильдегарт.»
На поле боя, где люди гибли один за другим, Хильдегарт без колебаний отдавал всего себя, чтобы лечить больных. Когда же появилось ещё больше раненых, потерявших руки и ноги, он ударил посохом о землю и призвал священный свет. В тот миг тела всех пострадавших начали исцеляться.
Белый свет, который начал исходить от Хильдегарта подобно волне окутал тела раненых. Те, искажённые агонией, тут же поддались волне света, а их лица выражали трепет, возвещающий о их спасении.
Гу Тэхон ошеломлённо смотрел на видеоролик, обучающий профессии целителя, где показывали Хильдегарта. Как же было бы здорово, если бы его покалеченная нога тоже могла исцелиться, как у тех персонажей.
— В таком случае, прошу прощения.
Мужчина, представившийся как Хардиэль Ноа Хильдегарт, теперь, когда он рассмотрел его поближе, и правда имел лицо, поразительно похожее на лицо Хильдегарта из игры. Просто он не смог сразу его узнать из-за неизбежной разницы между 2D-изображением в игре и реальным 3D-обликом.
До этого момента Гу Тэхон всё ещё считал этого парня сумасшедшим, возможно, загримировавшимся под Хильдегарта. Пусть и с невероятно красивым лицом.
— Вы можете почувствовать холод или же жар. Каждый пациент ощущает Божий свет по-разному. Если будет больно, поднимите, пожалуйста, левую руку.
Нежно прошептав это, мужчина… Ноа, с лёгкой улыбкой протянул руку к его правой ноге. После травмы ноги Гу Тэхон болезненно, почти раздражительно реагировал на любые прикосновения к ней, но движение руки Ноа было настолько плавным и естественным, что он упустил момент, чтобы оттолкнуть её.
Вместо того чтобы напрямую коснуться ноги Гу Тэхона, рука Ноа остановилась в миллиметре от неё.
Вскоре с кончиков его белых и длинных пальцев начало изливаться белое сияние. Свет был не таким масштабным, как в обучающем ролике, который Гу Тэхон видел в игре, но ощущался он так же божественно, как и тогда.
Свет неспешно коснулся колен Гу Тэхона.
Нет, правильно ли будет сказать «коснулся»? Свет, скорее, стал медленно поглощать всю ногу Гу Тэхона, начиная с колена.
— Н-нет, не боль……но. — кое-как ответил Гу Тэхон, успокаивая своё взведённое сильным удивлением сердце.
По-другому и быть не могло. Потому что свет Ноа был тёплым, или скорее, походил на приятное чувство после тёплой ванны, потому и создавалось ощущение, будто его окутали во что-то очень щекочущее и мягкое.
Всё потому, что это очень щекотно? Но было трудно вытерпеть это чувство, не впившись ногтями в свои ладони. Гу Тэхон непроизвольно стиснул зубы.
Нежность. Да, этот свет напоминал нежность самого Ноа.
— В самом деле? Слава богу. Полагаю, господин Гу Тэхон снискал милость Божью.
Слова, которые Ноа бормотал, не долетали до ушей Гу Тэхона. Он мог лишь с широко раскрытыми глазами сжимать свои кулаки и молча терпеть. Та же сила, что использовалась им во время спарринга, чтобы устоять против броска противника, теперь была направлена на то, чтобы просто оставаться неподвижным.
Неизвестно, сколько прошло времени, пока он напрягал свою жевательную мышцу. Свет Ноа начал постепенно угасать.
Точнее, он не угасал. А просачивался в колено Гу Тэхона. Если мгновением ранее казалось, что свет поглощает колено, то теперь, наоборот, было похоже, что колено Гу Тэхона поглощает свет Ноа. И делало это оно невероятно жадно.
Всё это время Гу Тэхон не отрывал взгляда от Ноа.
Его прекрасные, сиявшие золотом зрачки скрылись под веками, уступив место длинным и густым тёмно-зелёным ресницам. Зрелище, где невероятно красивый парень источал белое сияние, ведя себя невероятно свято, было настолько божественным, что не имело значения, обман это или нет.
— Господин Гу Тэхон, можно я ненадолго прикоснусь? Я могу исцелять и без контакта, но я хочу поставить точный диагноз.
Когда Гу Тэхон бездумно дал разрешение, глаза Ноа засияли. А когда тот улыбнулся, обнажив белые зубы, его выражение лица преобразилось, совершенно отличаясь от своего священного облика чуть ранее.
В тот же момент Гу Тэхон, резко вдохнув, поспешно отвёл взгляд в сторону. Внешность Ноя была не вопросом вкуса, а скорее красотой настолько глубокой, что никто не осмелился бы взглянуть на него вот так, напрямую. Когда он засиял такой ослепительной улыбкой, которая буквально освещала его лицо, у Гу Тэхона перехватило дыхание.
— Благодарю вас за разрешение. Тогда, снова прошу прощения.
Вопреки ожиданиям Гу Тэхона, который думал, что Ноа схватит его грубо, как это делали все встречавшиеся ему физиотерапевты, Ноа медленно приложил к его голени пальцы, начиная с указательного, затем средний, безымянный и мизинец. Наконец, когда и большой палец коснулся икры, его рука осторожно обхватила ногу Гу Тэхона.
В таком положении Ноа склонил голову и долго оставался неподвижным. Белый свет всё ещё струился, но, не слыша никаких слов, Гу Тэхон уже готов был сглотнуть вздох разочарования, как вдруг…
— Исцеление идёт гораздо медленнее, чем я предполагал.
На переносице Ноа, смотрящего на мускулистую икру, которую он держал в руке, залегла глубокая складка. Это было слишком странно. Ноа, достигший вершины мастерства целителя, мог спасти любого человека, кого не коснулась смерть, а перелом такой степени должен был излечиться ещё до момента физического контакта.
Но исцеления не происходило. Вернее, оно определённо шло, но скорость была заметно ниже, чем когда он находился в своём мире.
— Я не понимаю причину. Не могли бы вы дать мне ещё немного времени?
У Гу Тэхона было в избытке лишь время, поэтому он с лёгкостью кивнул в ответ на просьбу Ноа. Так между ними началось долгое молчание.
Пока длилась тишина, Ноа с любопытством учёного, исследующего новую материю, ощупывал ногу Гу Тэхона. Его прикосновения по-прежнему были осторожны, но его пальцы мягко скользили по всей поверхности от колена до кончиков пальцев ноги.
Из-за этого Гу Тэхону пришлось сдерживать готовый вырваться стон. Честно говоря, ощущения были странными, щекотливыми и невыносимыми до такой степени, что ему хотелось прямо сейчас выйти на татами и повалить противника в решающем поединке.
Но сколько бы он ни сдерживался, Ноа не показывал никаких признаков того, что собирается отпустить его ногу. Когда стало ясно, что тот и не думал оглашать результат, Гу Тэхон в конце концов заговорил первым:
— И долго ты ещё будешь меня трогать?
— Ах, простите! Вам было больно?
Гу Тэхон поднял руку и нервно почесал себе затылок. Он подбирал слова, как выразить это неловкое чувство, и наконец осторожно сказал:
Гу Тэхон не мог скрыть своей неловкости. Конечно, он не был каким-то бесстыдником, чтобы думать о посторонних вещах во время лечения. Но свет Ноа, и его прикосновения…… Походили на отдалённое, смутное чувство удовольствия. Каждый раз, когда его пальцы и белый свет скользили по ноге Гу Тэхона, его тело невольно вздрагивало, и ему приходилось сдерживать чувство, которое он даже не мог описать.
Поскольку Гу Тэхон не мог заставить себя сказать это вслух, прежде чем ситуация стала ещё более напряженной, он попробовал донести свою мысль обходным путём:
— Я альфа. Поэтому тебе нужно быть……немного более осторожным.
Будучи абсолютно уверенным, что такое прекрасное лицо не может принадлежать альфе, Гу Тэхон смутился. То, что омега, а судя по внешности, вероятно, доминантный омега, так долго держит в руках ногу доминантного альфы Гу Тэхона, могло восприниматься не иначе как в сексуальном ключе.
Однако, услышав слова Гу Тэхона, Ноа лишь удивлённо проморгался и склонил голову набок. Затем он произнёс: