Ночной прилив. Глава 3. Ч.1.
18+ | Предназначено для личного ознакомления и не является пропагандой. Запрещено копировать и распространять в любых форматах (DOC, PDF, FB2 и т.д.) Лица, нарушившие этот запрет, несут полную ответственность за свои действия и их последствия.
Машину снова тряхнуло и Хан Химён приоткрыл один глаз.
Внушительный мужчина по имени Ю Тхэхён, сидевший за рулём, виновато наклонил свою голову. Химён ничего не ответил, лишь дёрнул ремень безопасности и с силой защёлкнул его.
Тем временем машина уже покинула Сеул, миновала все районы, которые ещё можно было назвать городами, и теперь катила по пустынной просёлочной дороге, где не было даже фонарей. Время от времени в синеватой темноте всплывали и исчезали огни загородных посёлков. А также мелькали проржавевшие крыши сараев и широкие рисовые поля.
Как ни крути, но в таком месте никак не мог жить сам глава компании. Химён даже задумался... А не похитили ли его, пока он дремал, и не везут ли куда-нибудь в безлюдное место? Может, сам ночной стражник, явившийся к нему во сне, и его подчинённые действуют по чьему-то указу? Пейзаж за окном, который он разглядывал слипающимися глазами, напоминал тёмный коридор, ведущий в кошмар.
— Если очень клонит в сон, то может, включить вам музыку?
Голос с водительского сиденья заставил его встрепенуться. В зеркале заднего вида на Химёна смотрели глаза Ю Тхэхёна.
— Или радио? Хотя мы уже почти приехали.
Химён быстро выпрямился и ответил охрипшим голосом. Его горло очень саднило и сильно болело.
— Я беспокоюсь, что вы уснёте. Если вы заснёте прямо сейчас, то можете сразу провалиться в REM-фазу.
Ответил Ю Тхэхён, ни капли не смутившись. И правда, веки Химёна тяжелели с пугающей быстротой даже в короткие паузы между фразами. Тело, впервые за долгое время вкусившее крепкий сон, стоило лишь расслабиться, готово было сразу рухнуть в забытьё.
Но под зыбкой чернотой сна уже поджидали тени, готовые мгновенно ухватить его за лодыжки. Химён резко мотнул головой, намеренно оторвал спину от сиденья и сел как можно прямее. Протерев слипающиеся глаза он спросил.
— А? Не волнуйтесь, я здесь много раз ездил. К тому же навигатор всегда включён.
Ю Тхэхён протянул свою мускулистую руку, сплошь покрытую татуировками, и наклонил экран навигатора так, чтобы его было видно и на заднем сиденье. По обе стороны ярко-синего маршрута на экране зияла пустота. Там не было ни единого здания.
Вернув навигатор на место, Ю Тхэхён словно оправдываясь добавил.
— Район, конечно, выглядит глухим, но до офиса отсюда полчаса езды. Многие стражники предпочитают такие тихие места.
— Ну, во-первых, это работа, которая позволяет находиться удалённо. Как наберёшься опыта и купишь собственную капсулу, то уже нет необходимости часто появляться в офисе. А самое главное — это хороший вид и комнаты попросторнее. К тому же...
Машина свернула на узкую дорогу между рисовыми полями. Ю Тхэхён на мгновение замолчал, включил фары на максимум и закончил фразу.
— В общем, ночные стражники по своей натуре такие люди, которые любят одиночество.
Он приблизился к лобовому стеклу и осторожно повёл машину по узкой колее. Химён, которого мало волновало, не застрянет ли машина где-то на половине пути, спросил без особого интереса.
— А вы сами разве не стражник?
Машина слегка вильнула, и резкие тени от фар легли на лицо Ю Тхэхёна. Он мельком обернулся и сказал.
— Удивительно. Откуда вы знаете?
— У меня тоже есть квалификация ночного стражника, но я давно забросил это дело. Снова вернулся к своей специальности, и теперь занимаюсь программированием капсул.
Он повернул руль, выезжая на асфальтированную дорогу, и пожал плечами.
— Короче, признаю, что таланта работы со снами мне не хватило. Таких, как я, слишком много. А ночных стражников, если сравнивать с количеством желающих, — единицы, кто по-настоящему добивается успеха и хорошо зарабатывает, как это показывают в медиа... Вот такая у нас индустрия.
— Когда стражник Ким Уджэ появляется на каком-нибудь шоу, то в тот же день к нам поступают тысячи запросов: "Проверьте моего ребёнка на профпригодность". Честно говоря, за них душа болит, поэтому родителей сразу хочется отговорить. Есть же профессии, которые только снаружи кажутся блестящими. Разве дети в том возрасте понимают, чего они хотят от своей жизни?
— При этом я прекрасно понимаю и родителей, ведь чем раньше обнаружен талант к работе, тем лучше. Почти все нынешние действующие стражники приличного уровня начинали учиться в начальной или средней школе. Если упустить время, то их потенциал резко падает.
Химён слушал эти нудные истории о чужой профессии как фоновый шум. Изредка проглатывал зевоту и, чтобы побороть сон, нарочно сидел так, чтобы придавить свою руку до боли.
А потом, медленно моргая в темноте, переосмыслил услышанное и почувствовал что-то странное. Какая-то неувязка царапала его изнутри. Химён подался вперёд, бесцеремонно прервал Ю Тхэхёна и спросил.
— А сколько лет вашему директору?
Технология совместного использования сновидений была впервые изобретена всего лишь около десяти лет назад. Сколько же ему тогда было? С какого возраста он тренировался, чтобы стать настолько невообразимо сильным?
Разбитое стекло, усеявшее тёмный вестибюль, мужчина в чёрном пальто, стоявший спиной к Химёну. Воспоминания, которые днём удавалось благополучно запихнуть куда подальше, вдруг хлынули на него с новой силой. Сцены кошмара той ночи прочно запечатлелись в его памяти. Они были безумно пугающими, отчётливыми и живыми.
Ю Тхэхён, сидя на переднем сиденье, вдруг рассмеялся вслух.
— Наш директор... Он исключение.
— Обычные люди не знают, но раньше в этой индустрии, когда говорили "ночной стражник", это просто означало имя Пэк Кисона. Когда капсулы только появились, он в одиночку написал всю историю совместного использования сновидений в этой стране.
— Сейчас нашему директору, наверное, тридцать три... И он до сих пор в строю. Настоящий монстр, вообще не похож на человека, ей-богу.
Машина пересекала мост через небольшую канаву. Свернув вдоль дороги, фары осветили ухабистую грунтовую дорогу. Экран навигатора внезапно закрутился и замигал.
[Вы приближаетесь к месту назначения. Маршрут завершён.]
Машина осталась одиноко стоять посреди тёмной дороги, где не было ничего вокруг. Химён рассеянно смотрел на черноту за стеклом, тогда Ю Тхэхён обернулся и махнул рукой в сторону левого окна.
Химён невольно прильнул к стеклу. И правда. В конце дороги мерцал маленький, едва различимый огонёк. Дом, постепенно появившийся из темноты, припал к земле, словно огромный чёрный зверь.
Пока Ю Тхэхён доставал сумки из багажника, то всё приговаривал: "Неужели это действительно весь багаж?", "Магазинов поблизости нет, так что вещи первой необходимости лучше заказывать онлайн". Но как только он нажал на дверной звонок, все разговоры резко прекратились. Бледный свет под козырьком крыльца упал на его серьёзное лицо. Хан Химён сразу же подумал, что если даже ближайший подчинённый чувствует себя настолько неловко и скованно, значит, этот Пэк Кисон настоящий негодяй.
Прошло столько времени, что успел даже погаснуть автоматически включившийся свет у входа, и всё вокруг снова погрузилось в кромешную тьму. Издалека до них доносилось стрекотание сверчков. А в ночном воздухе поздней весны уже ощущалась прохладная влага.
— Неужели спит? Не может быть... — пробормотал себе под нос Ю Тхэхён.
Он поставил чемодан Химёна перед дверью и огляделся. Быстро достал телефон, и несколько раз попытался дозвониться до абонента, который не отвечал, затем он заглянул в матовое окно рядом с дверью.
В это время Химён всё смотрел на плотно закрытую дверь и чувствовал себя ребёнком, которого усыновили в семью, где его не ждали. Возможно, действие жаропонижающего снова ослабло, и он начал чувствовать озноб. Чернота, окутывавшая дом, была довольно густой и липкой. Такой тьмы, где даже на рассвете не гаснут огни, в городе нигде не увидишь.
Ю Тхэхён убрал телефон в карман и снова вернулся к двери. Он уже занёс кулак, чтобы громко постучать, как вдруг...
Щёлк. Раздался звук открываемого замка. Входная дверь отворилась, и вместе с ней зажёгся свет под козырьком.
Высокий мужчина, показавшийся в узкой щели, был наполовину скрыт в тени дома. Из-за угла падения света его лица было просто не разглядеть. Резко очерченный тенями силуэт молча смотрел на двух гостей, стоящих под козырьком.
С укором выдохнул Ю Тхэхён, расслабляя напряжённое тело.
— Я уж думал, что же нам делать, если вы не откроете.
— Вы сказали, что приедете ровно к девяти.
— Когда выезжали из Сеула, уже были небольшие пробки.
Только тогда хозяин дома, ступив в тапках на порог, вошёл в круг света. Дверь распахнулась шире, и тьма, обволакивавшая его, отступила на шаг.
Химён, невольно поднявший взгляд, моргнул. Мужчина, представший перед ним, был одет в чёрный домашний костюм, и выглядел более расслабленно, чем утром. Похоже, он недавно умывался, поскольку на спадающей чёлке всё ещё блестели капли воды. Хоть на его белом лице и лежала тень усталости, но, вопреки ожиданиям Химёна, выражение было вполне обычным.
При нём не было ни окровавлённого чёрного пальто, ни пистолета, излучающего сине-чёрный свет. Можно было бы поверить, что это кто-то другой, просто похожий на ночного стражника из его вчерашнего сна. Но всё равно что-то внутри неприятно заныло, и Химён, крепко закусив внутреннюю сторону губы, отвёл взгляд.
Ю Тхэхён, согнувшись и снимая обувь, что-то возбуждённо выговаривал начальнику.
— Вы действительно не правы, знаете ли!
— А? Заместитель не сказала тебе?
— Когда вы купили MIU IN/OUT, то должны были мне тоже рассказать! Вы же знаете, как я ещё с апреля постоянно говорил вам об этом!
— Сказал бы, когда пришло время.
Мужчина, взяв чемодан Химёна, коротко кивнул ему вместо приветствия. Химён, снимая обувь, отвернулся и ничего не ответил.
Снаружи дом казался тёмным, и он думал, что внутри свет тоже был выключен, но, к удивлению, в коридоре через равные промежутки горели маленькие круглые лампы. Все окна были занавешены плотными светонепроницаемыми шторами. Коридор поворачивал налево, уходя вглубь дома, а в конце него пространство внезапно резко расширялось. Химён невольно поднял голову и увидел длинную, просторную гостиную.
Он шёл немного рассеянно и, заметив аквариум в центре гостиной, сразу замер. Этот прямоугольный резервуар, подсвеченный голубоватым светом, был, наверное, не меньше метра в длину. Между водорослями и какими-то причудливыми камнями стайками плавали маленькие рыбки.
— У нашего директора это вместо телевизора, — важно объяснил Ю Тхэхён, заметив недоумённый взгляд Химёна. — Слышали о медитация на воду? Или на огонь? Клиент, когда вам станет скучно, приходите сюда на рыбок смотреть.
— Хватит болтать ерунду, иди настраивай капсулу.
— Хорошо. Клиент, пройдёмте со мной.
Ю Тхэхён быстро открыл дверь справа от гостиной. Пространство снова перешло в коридор. Химён мельком оглянулся, но фигура хозяина дома осталась у аквариума. К счастью, он не собирался идти с ними.
— Сейчас капсула настроена только под нашего директора. Мы добавим ещё одно место и подгоним её под вас, а затем немного отладим и настроим. Пройдите сюда.
Ю Тхэхён остановился перед открытой дверью в конце коридора. На массивной двустворчатой двери, как и на входной, был установлен дверной замок и ручка странной формы.
— Комната с капсулой обычно имеет звукоизоляцию и специальную защиту. А во время использования всегда запирается изнутри.
Он объяснял, параллельно нащупывая на стене выключатель. Яркий свет с потолка залил комнату, осветив каждый её угол.
Пространство выглядело так, будто они находились на съёмочной площадке научно-фантастического фильма. Огромный спальный пузырь, занимающий центр помещения, был размером с кровать "king-size". Толстые кабели, тянувшиеся от изголовья капсулы, соединялись с аппаратурой, которую обычно можно увидеть в серверной IT-компании. Химён и раньше пользовался клиентскими капсулами, но те представляли собой лишь раскладные кровати с крышкой. Такое большое и серьёзное оборудование сновидений для совместного использования он видел впервые.
Ю Тхэхён бросил сумку на пол, опустился на колени рядом с капсулой и, поглаживая гладкую белую крышку, не переставал издавать восхищённые возгласы. Он нажал кнопку, и крышка плавно откинулась вверх, как крыло спорткара.
Ю Тхэхён был полностью охвачен экстазом, словно ребёнок, получивший новую игрушку. Он осторожно гладил открывшееся кожаное сиденье капсулы, словно боясь повредить его, принюхивался, приблизив нос, и, поднеся электроды у изголовья к самым глазам, тщательно их разглядывал. Химён, наблюдавший за ним у двери, не мог понять, что такого особенного в этой капсуле...
К счастью, им не придётся тесниться вдвоём в узком пространстве. Места внутри капсулы были разделены на двух людей, и между ними оставался промежуток около ладони. В закрытом состоянии они, вероятно, были полностью изолированы друг от друга. На левом сиденье, которым, видимо, обычно пользовался Пэк Кисон, виднелись лёгкие потёртости. А правое, добавленное недавно, было чуть меньше и покрыто тонкой плёнкой.
— Директор уже установил дополнительное сиденье. Идите сюда.
Закончив восторженный осмотр капсулы IN/OUT, Ю Тхэхён поманил Химёна к себе.
— Не могли бы вы прилечь на то сиденье, вон там, с краю, и подключить электроды? Только вот что делать с плёнкой? Нужно спросить у директора...
В конце концов, это место, которое теперь он будет использовать. Так в чём проблема? Химён рассеянно посмотрел на Ю Тхэхёна, который суетился так, словно тот оберегает культурную ценность, и небрежно содрал плёнку ногтями. Вжух! От статического электричества тонкая плёнка легко обвилась вокруг его пальцев.
Ю Тхэхён, не зная, что делать, в конце концов забрал из рук Химёна скомканную плёнку. Химён быстро улёгся на освободившееся сиденье. Когда он повернулся и, вытянувшись, лёг на спину, то прохладная кожа, словно обнимая, надёжно зафиксировала его в определённом положении.
— Ложитесь прямо и вытянитесь до самого изголовья... Да, вот так. Сейчас подключатся электроды, сильно не пугайтесь.
Как только он положил затылок в слегка углублённое место, раздался тихий звук, и от макушки до шеи прилипли десятки электродов. Они были довольно холодными. По ощущениям, теперь голова опиралась на что-то более надёжное, чем шлем портативной капсулы, которой он пользовался утром.
Послышался быстрый стук клавиш — это Ю Тхэхён что-то печатал. Пока Химён просто лежал, он, казалось, нервно перемещался между капсулой и аппаратурой у стены, что-то настраивая. До Химёна начало доноситься его бормотание.
— Ну вот, всё готово. Теперь можно пользоваться обеими функциями IN и OUT. Я максимально подогнал её под ваши мозговые волны. Можете вставать.
Спустя некоторое время электроды, нагретые от тела, с тихим шипением отсоединились. Химён, с затуманенными от сна глазами, быстро моргнул и ровно сел. Стоило на мгновение отпустить и без того уставшее сознание, он бы тут же провалился в сон.
Когда он сказал это, словно про себя, Ю Тхэхён, выключавший капсулу, обернулся и виновато улыбнулся.
— Неудивительно. Но директор вчера тоже использовал REM-фазу за несколько дней, так что сегодня вечером неизвестно, получится ли... Должен быть какой-то установленный им график сна, вы позже узнаете.
Другими словами, пока этот Пэк Кисон не разрешит, пока сам не ляжет с ним в капсулу и не будет сторожить его сны, Химён не сможет спать, даже если будет умирать от усталости. Он узнал о том, что стражник может реально помочь, всего лишь день назад, и это тоже его неимоверно раздражало. Сон, который он увидел вчера впервые за долгое время, был бесконечно сладок и недостаточен, как несколько капель воды, упавших на иссохшую землю.
Когда он вернулся в гостиную, то хозяин дома уже сидел на длинном диване спиной к окну и смотрел в планшет.
— Господин директор! Это просто великолепно, чувствительность регулировки просто...
Едва завидев начальника, Ю Тхэхён подбежал и разразился горячим, полным восторга докладом о настройках и производительности капсулы IN/OUT, используя часть терминологии, которую Химён не понимал.
— Я пока выставил всё по текущим параметрам, если потребуется корректировка настроек, то обязательно свяжитесь со мной. А сейчас я поеду обратно в офис.
Ю Тхэхён коротко поклонился и, прежде чем направиться к выходу, бросил взгляд на Химёна, стоявшего в углу гостиной.
Его взгляд метнулся сначала к Пэк Кисону, а потом снова вернулся к Химёну. По его лицу скользнуло мимолётное выражение, словно ему приходится оставлять ребёнка в опасном месте.
— Ещё увидимся, клиент. И спокойной ночи.
Учитывая такое внимание, Химён тоже ответил ему. Программист снова коротко поклонился и скрылся в коридоре, ведущем к входной двери. Вскоре послышался звук открываемой и закрываемой двери, а затем шум автомобильного двигателя растворился в темноте.
И только тогда Химён остался в этом доме наедине с ночным стражником в чёрной одежде. Тот, небрежно скрестив ноги, сидел в центре дивана и, словно Химёна здесь вовсе не было, работал с планшетом. Голубоватый свет от аквариума струился по тёмной гостиной, подобно волнам, и иногда падал на лицо мужчины.
Химён стоял в темноте и молча изучал взглядом правильные черты его лица. Странно. Это была реальность, а не сон, но лицо мужчины казалось весьма жёстким, как у настоящего взрослого, который никогда в жизни ничего не боялся. Расстояние между ними составляло всего несколько метров, но казалось, что тьма, в несколько раз превосходящая их, образовала между ними бездонную пропасть.
Губы Химёна дрогнули, но он не сказал ни слова и просто сомкнул их. Еле волоча ноги, он с шумом подошёл к своему чемодану, стоявшему у дивана. С раздражением он защёлкнул торчащую ручку.
Только тогда мужчина поднял на него глаза. Взглянув на Химёна, стоящего у чемодана, он отложил планшет и медленно поднялся.
Его стройная фигура миновала аквариум в гостиной и направилась к входной двери. Не проверяя, идёт ли за ним Химён, он широкими шагами пересёк коридор и открыл одну из дверей, мимо которых они недавно проходили.
— Распаковывайте вещи в этой комнате. Если нужно что-то из мебели, то привезите свою. Спать будете в капсуле, но если очень надо, то можете и кровать купить.
Он щёлкнул настенным выключателем, и пространство озарил белоснежный люминесцентный свет, совсем не похожий на мягкое освещение в гостиной. Химён, тащивший за собой чемодан, увидел абсолютно пустую комнату.
Похоже, раньше здесь был склад, но ради Химёна вещи отсюда убрали. В углу стояли пустые плечики и несколько вешалок. Пахло пылью, как бывает в комнатах, где давно никто не живёт. Комната не была тесной или затхлой, но это белое, квадратное пространство было совершенно безжизненным и холодным.
— Если выйдете в коридор, то сразу направо будет ванная комната для гостей.
— Здесь же можете делать что угодно два месяца, мне всё равно. Но, по возможности, хотелось бы, чтобы мы не пересекались, кроме как во время использования капсулы. При частых встречах всё равно никто из нас не станет симпатичнее друг другу.
Мужчина обернулся к Химёну, стоявшему в ярко освещённой комнате, и прямо это сказал. Его лицо, в отличие от того, что было в студии, совсем не скрывало раздражения и досады.
Химён невольно выдохнул. На данном этапе это уже перестало быть просто задетым самолюбием. Сейчас он серьёзно задумался, в своём ли уме этот человек. Был ли он незаконнорождённым сыном любовницы, или жалким ребёнком, дрожащим от одного лишь кошмара... В любом случае, сейчас он был его клиентом. И дело не в том, чтобы тот лебезил перед ним. Сейчас он открыто задирался, а это всё равно что нарываться на ссору.
— То есть вы хотите сказать, чтобы я два месяца сидел в этой комнате и не мозолил вам глаза?
Он лишь нахмурился, не отрицая сказанного. Химён отпустил ручку чемодана и снова стиснул зубы. Спать хотелось так, что не было сил даже ссориться, но его давление уже подскочило.
— Слушайте, я правда не понимаю... Почему вы постоянно чем-то не довольны?
— Я вам не какой-то бедный родственник, который приехал жить за чужой счёт. Вам не кажется, что такое отношение к клиенту совсем никуда не годится? Чёрт возьми, это всё из-за того, что ваша компания настолько маленькая?
— Если не хотели, то могли бы с самого начала не брать заказ. В конце концов, вы сами вызвались мне помочь, чтобы заработать денег. А раз вы уже нанятый сотрудник, то разве не должны соблюдать хотя бы элементарную вежливость?
Молча стоявший мужчина вдруг усмехнулся. Его красивые губы искривились в кривую дугу. Даже холодные глаза сощурились, будто его что-то позабавило.
Хан Химён, распалённый ещё сильнее, с яростью процедил сквозь зубы.
— Неужели вообразили себе, что раз уж так сильны во снах, то и в реальности из себя что-то представляете?
Ответил он, но в уголках его глаз всё ещё таилась усмешка.
— Прошу прощения. Послушал вас и понял, что вы совершенно правы.
Его бесцеремонный тон стал подчёркнуто вежливым, но в бесстрастном лице почему-то прослеживалась лёгкая насмешка. Химён посверлил его взглядом, а затем молча развернулся. Голова раскалывалась от одного только желания не иметь с ним никаких дел. Он расстегнул молнию чемодана и начал беспорядочно вытаскивать вещи, в то время как за его спиной донеслись удаляющиеся шаги.
Химён разложил на полу вещи, которые наспех собрал в студии. Чемодан был заполнен меньше чем наполовину. Пара комплектов одежды, одеяло, скетчбук с красками, вейп и полбутылки виски. Он побросал всё на пол, где они и раньше валялись в беспорядке, — казалось, словно сюда просто перенесли кусочек его студии.
В это время послышались шаги, возвращающегося по коридору стражника. Мужчина, появившийся на пороге, молча осмотрел комнату, которую парень уже успел захламить. Химён ждал, что в его сторону сейчас посыпятся упрёки. И на его языке уже были готовы фразы, которые он мог бы выпалить все разом.
Но тот, ничего не сказав, просто отвёл взгляд и прошёл мимо. Дверь в ванную рядом с комнатой отворилась, зажёгся свет, а затем послышался звук открываемого и закрываемого шкафчика. Похоже, он что-то искал внутри. Химён замер, навострив уши.
Вскоре мужчина вышел из ванной, закрыл дверь и снова прошёл мимо комнаты Химёна. Уже почти миновав дверной проём, он на мгновение остановился и, словно что-то вспомнив, сказал.
— Вы, наверное, очень устали. Может, пойдём спать?
Тон был небрежным, но его чёрные глаза неотрывно следили за лицом Химёна. Словно зная, что тот весь день ждал только этого момента. Химён чуть было не закивал в ответ как безумный, но изо всех сил сдержал свою радость. Он посмотрел на мужчину с невозмутимым видом, будто сон для него ничего не значит.
— Вы же говорили, что нельзя спать когда попало, и есть какое-то расписание.
— Цикл сна начнём восстанавливать с завтрашнего дня под наблюдением. А сегодня пока давайте доспим ваш недосып в моём сне.
— Тот программист говорил, что сегодня вам будет тяжело, потому что вы израсходовали всю REM-фазу.
— В обычных условиях было бы тяжеловато.
Один уголок губ мужчины приподнялся в кривоватой улыбке.
— Но ведь долг ночного стражника — это посвятить себя клиенту, который платит деньги, разве нет?
— Я положил в ванной комнате шампунь и зубную щётку. Когда будете готовы, то приходите в комнату с капсулой.
Вроде, тон был вежливым, но по содержанию каким-то насмешливым. Химён сдержался, чтобы не ответить ему, и снова опустил взгляд на чемодан. С таким видом, будто никуда не торопится, он ещё немного привёл в порядок вещи и только потом медленно поднялся.
Высокий мужчина, прислонившийся к дверному косяку, учтиво посторонился, давая Химёну пройти к ванной. Его слегка склонённая голова, и опущенный взгляд — все жесты были настолько безупречно вежливые, что и придраться не к чему.
Ванная комната была очень небольшой. Душевая лейка висела прямо над ванной, но полотенца на полке пахли приятным кондиционером для белья. Химён вытер тело и волосы двумя большими пушистыми полотенцами, надел пижаму и открыл дверь. Белый пар хлынул вслед за ним в тёмный коридор.
Он хотел было ещё немного задержаться в гостевой комнате, но после долгого горячего душа тело стало совсем вялым. Даже просто стоя неподвижно в коридоре, его веки слипались так, будто прямо сейчас одолеет сон. Решив, что он уже достаточно изобразил равнодушие, Химён бросил полотенце на пол и выключил свет. Босиком, оставляя за собой влажные следы, парень быстро пересёк деревянный пол в гостиной.
Диван, на котором раньше сидел мужчина, был пуст. А маленькие тропические рыбки в аквариуме неторопливо плавали под синим светом.
Химён быстро вытер капли воды, падающие с волос, тыльной стороной ладони и зашёл в открытую дверь справа от гостиной. В коридоре, ведущем вглубь дома, горели маленькие лампы, а дверь в комнату с капсулой в конце коридора была открыта. В отличие от прошлого раза, там уже горел не люминесцентный свет на потолке, а ночник у изголовья капсулы.
Мужчина, сидевший на одном из кресел капсулы и смотревший на монитор, поднял глаза на шум шагов. Его взгляд задержался на мокрых волосах Химёна.
— На полке в ванной должен быть фен. Не нашли?
Химён ответил коротко, не вдаваясь в подробности. Ночной стражник, не говоря ни слова, поднялся и молча уступил ему место. То самое, на котором Химён лежал раньше. Но когда дело дошло до того, чтобы ложиться, то сиденье оказалось не таким уж комфортным, как его кровать. Как ни крути, даже у первого класса в самолёте было всего лишь кресло, и эта дорогая капсула тоже не исключение.
— А нет капсулы помягче и попросторнее?
Портативная, которой он пользовался вчера, по крайней мере, позволяла лежать на кровати. Мужчина, который как раз запирал двойную дверь капсульной комнаты, коротко покачал головой.
— Большинство нормальных капсул имеют форму, надёжно фиксирующую тело. Если во сне случайно пошевелиться, электроды могут отсоединиться.
— Но это же некомфортно для сна.
— Если вы так хотите спать на мягкой постели в своё удовольствие, — сухо ответил он, садясь на край капсулы, — То сотрудничайте в лечении. Считайте, что до выздоровления это будет неизбежно.
Два сиденья были расположены до нелепости близко. Да так, что их взгляды могли встретиться на расстоянии меньше метра. Жёлтый свет от ночника полумесяцем отражался в чёрных глазах мужчины. Его естественно вьющиеся пряди и растрёпанная домашняя одежда сильно раздражали. Даже если бы они были близки, то он не стал бы спать с ним в одной постели, а тут эта неуместная интимность с почти незнакомым человеком. Химён нахмурился и слегка отодвинулся в сторону.
Внезапно из полумрака к нему протянулась рука. Мужчина взял запястье Химёна, и притянул к себе его правую руку, затем распрямил сжавшиеся пальцы и кончиком указательного пальца провёл линию по нежной коже ладони. Щекотливое ощущение мгновенно пронзило всю его спину.
Он попытался вырвать руку, но не смог освободиться от хватки большой ладони, сжимавшей его запястье. Мужчина, не меняя выражения лица, медленно нарисовал тот же узор ещё раз. Это была простая форма, похожая на флаг: длинная вертикальная линия, и прямоугольник в верхней части с одной стороны.
— Это заклинание призыва, известное как позывной сигнал.
— Если вдруг что-то пойдёт не так и у вас будет кошмар, позовите меня по имени во сне или нарисуйте этот сигнал. Я приду на помощь.
Он пришёл в дом этого человека, соблазнившись обещанием спать без кошмаров, а теперь постфактум слышит, что есть какие-то нюансы. Такое чувство, будто его обманула та похожая на чихуахуа заместительница из "Саньямон".
Мужчина с бесстрастным выражением лица лишь пожал плечами.
— Капсула IN/OUT изначально не разрабатывалась для обычных людей, так что трудно гарантировать стопроцентный эффект. Попробуем сегодня и узнаем наверняка.
Ни капли полезной информации. Химён, не желая продолжать этот разговор, лёг на своё место. На ладони, по которой прошлись пальцы мужчины, всё ещё осталось то щекотливое ощущение.
Когда он подвинулся чуть выше, его затылок точно попал в углубление изголовья. Между ещё влажными прядями волос он почувствовал холодок прилипающих электродов.
Вскоре раздалось тихое жужжание, и крышка капсулы медленно опустилась. Что-то тяжёлое накрыло всё его тело. Отголоски света, видневшиеся за краем его повязки, сразу исчезли. А гул от машины внутри капсулы оборвался мгновенно, словно его отсекли. Похоже, сама капсула была оснащена функцией шумоподавления.
Химён медленно выдохнул, его ресницы под повязкой едва заметно дрогнули. Когда тело оказалось полностью изолировано от внешнего мира, то сразу возникло странное ощущение невесомости, будто он парил в воздухе.
Не слыша ни звука, Химён вдруг почувствовал, будто у него пропал слух. Когда он тихо что-то произнёс, то его собственный голос, отразившись от крышки капсулы, вернулся к нему совсем рядом. Узкое пространство, похожее на гроб, заполняло лишь его дыхание, выходящее через нос. Кончик его носа зачесался, он попытался поднять руку и... Бум! Тыльная сторона ладони ударилась о крышку. Ещё немного, и у него разовьётся клаустрофобия, которой раньше никогда не было.
Раздался низкий голос, словно прозвучавший прямо у самого его уха. Химён так удивился, что едва не стукнулся лбом о крышку капсулы.
— В капсуле есть встроенный микрофон и динамик. На случай, если возникнет необходимость поговорить.
Динамик, похоже, находился прямо внутри изголовья капсулы, и голос звучал так близко, будто мужчина прижимался губами к его уху. Доходило до иллюзии, будто дыхание ночного стражника касается его ушной раковины.
Ненадолго стало тихо, а затем у самого уха снова раздался низкий голос.
— Есть кнопка, отключающая ваш микрофон. С левой стороны, сверху.
— Понял, сейчас быстро выключу.
Левой рукой Химён начал настойчиво шарить по боку у бедра. И действительно, на внутренней стороне крышки капсулы, там, где касался его мизинец, он нащупал выпуклую кнопку. При нажатии раздался едва слышный щелчок.
Судя по тому, что от мужчины в соседней капсуле больше не было реакции, микрофон благополучно отключился.
На мгновение участившееся сердцебиение, постепенно вернулось в норму. С тех пор как начались кошмары, он впервые пытался уснуть по собственной воле. Его очень тяжёлые веки плавно опустились вниз. Химён, находясь в состоянии сбивчивого полусна, беспорядочно метался между дремотой и тревогой.
Он крепко сжал пальцы на той самой ладони, где всё ещё чувствовались мурашки, и подумал про тот призыв.
Чтобы им воспользоваться, нужно сначала осознать во сне, что это всего лишь сон. Для Химёна, который ни разу не видел осознанных снов, за исключением детства, это было, по сути, бесполезно.
Неужели ночной стражник, засыпающий сейчас в соседней капсуле, правда этого не знал? Или знал, но не сказал?
Химён тихо вздохнул в этой тесной и тихой капсуле. Он изо всех сил старался невольно широко раскрыть глаза. Если отодвинуть занавес тьмы и переступить через него, то единственное, что защищало Химёна от кошмаров, — это присутствие того стражника, лежащего рядом с ним.
Вдруг перед глазами всплыл взгляд мужчины, смотревшего на Химёна сверху вниз в коридоре. Не прошло и нескольких минут после их неприятной перепалки, а он уже предлагал пойти спать, заставляя себя работать сверх нормы... Это уже было подозрительно. Будь Химён в своём обычном состоянии, то так бы легко не поддался, но усталость взяла верх и не давала ему ясно мыслить.
Теперь он понял, что менно во сне Пэк Кисон мог доказать своё превосходство и поставить Химёна на место. Там, в замкнутом пространстве, где нет ни свидетелей, ни улик. Он мог бросить Химёна теням, поджидающим того в кошмаре, или даже утащить в свой собственный сон и жестоко отомстить. Химён вспомнил бесстрастный взгляд ночного стражника, стоявшего на горе трупов. Если он такой же, как и все, с кем Химёну доводилось иметь дело, то он не простит ему своего уязвлённого самолюбия.
Химён изо всех сил пытался стряхнуть это липкое чувство тревоги, холодившее кончики пальцев. Но капсула плотно, словно смирительная рубашка, обхватывала его тело, а усталость, вцепившись в лодыжки, безжалостно тянула вниз, в оцепенение. Было уже слишком поздно что-то менять.
Немеющие пальцы коснулись острого края обрыва. И тотчас холодная тьма поглотила падающее в неё тело.
Он подумал, что просто моргнул посреди ночи. Но когда сознание мельком вернулось, пространство перед глазами исказилось.
Пустая тьма разверзлась у его ног. Ощущение было такое, будто его затягивает в чёрную дыру, а само существование бесконечно рассыпается на мелкие осколки. Он не помнил своего имени, не мог понять, где находится. Вокруг простиралась лишь бескрайняя, уходящая вдаль пустота.
Запоздалый ужас захлестнул всё его тело. Он судорожно выдохнул и начал бить руками и ногами в пустоте, когда прямо над головой раздался низкий, цокающий звук.
— Ну вот, как же ты так быстро проснулся?
Резкий свист ветра становился всё громче, и казалось, он вот-вот пробьёт барабанные перепонки. Чудилось, будто он стремительно взлетает вверх или, наоборот, на полной скорости падает на землю. Волосы встали дыбом, словно тело перевернулось в воздухе.
Кто это был — он не знал, но чувствовал, как чьи-то руки надёжно обхватили его за талию. Химён инстинктивно прижался к твёрдой груди и крепко зажмурился. Вскоре его сознание утонуло в тёмной, вязкой тишине.